Наступил первый полноценный день ее новой жизни.

Ее новое имя — Шери.

Она — экономка Антуана Дюпре.

Все, что происходило, казалось странным и немного волнующим. Она старалась узнать больше о себе. Но, в конце концов, ей стало любопытно, понравится ли ей тот человек, которым она была до инцидента. Оставалось надеяться, что понравится.

Шери зевнула и потянулась. Она поздно уснула, потому что вспоминала, как они с Антуаном едва не поцеловались. Если бы экскаватор не появился…

Ее сердце колотилось быстрее каждый раз, когда она вспоминала этот момент. Она не сомневалась, что ответила бы на его поцелуй. Она интуитивно знала ответ. О да, она бы поцеловала Антуана.

И еще тот момент на балконе… Неужели они с Антуаном думали об одном и том же? Она понятия не имела. Шери отказалась встретиться с ним взглядом, потому что, если бы она подняла голову, уступила бы желаниям и поцеловала его.

Ей очень хотелось знать вкус его губ. Интересно, что ей нравится в нем больше всего? Конечно, он великолепен, но она не могла не задаться вопросом, чем именно он так ее привлекает.

Она вряд ли узнает об этом, потому что должна работать. Остается надеяться, что однажды утром — очень скоро — она проснется и все вспомнит. А потом уйдет и вернется к своей прежней жизни.

Она скучала по другой жизни, что казалось очень странным. Ведь она абсолютно ничего о ней не помнит. Ей хотелось верить, что у нее есть семья, которая заботилась о ней. Она надеялась, у нее была хорошая жизнь.

Но даже если ее жизнь не была такой прекрасной, как только к ней вернется память, то узнает и поймет себя. Пока она не знает, какую еду она предпочитает, какой у нее любимый цвет и — главное — какое ее настоящее имя.

Прямо сейчас ей некогда обдумывать все это, потому что она поставила будильник пораньше. Она не хотела показаться ленивой или неблагодарной за то, что Антуан сделал для нее. Без него она ночевала бы на улице, не имея ни цента в кармане.

Ей не терпелось показать ему, как она ценит его заботу. Однако не переставала размышлять, во что ввязалась. Замок оказался далеко не маленьким и уютным. Он был большим и массивным.

Приняв душ и одевшись, Шери осмотрела в зеркале свои синяки, царапины и швы. Она в полном беспорядке. Без повязки, по крайней мере, не была похожа на мумию.

Девушка осторожно провела пальцем по переносице. Нос опух. Она вздрогнула, едва прикоснувшись к нему. В ближайшее время ей не удастся накраситься.

Она повернулась спиной к зеркалу и пошла на кухню. Хорошо, Антуан купил ей продукты. Пока у нее нет аппетита, но потом что-нибудь съест.

Шери вышла на улицу — на яркое солнце. Стояло теплое утро, щебетали птицы. Вдалеке гудели машины. Антуан наверняка усердно работает.

Она поднялась по лестнице к большим двойным дверям — черным с латунными деталями. Она собиралась постучать, потом поняла: Антуан работает на винограднике, и ей никто не ответит. На самом деле, если она экономка, должна сама открывать дверь.

И поэтому она вошла внутрь. Повсюду пыль и паутина. Шери съежилась. Судя по всему, она не любила пауков.

Помещения были неухоженными, но когда-то этот замок явно впечатлял не только размерами, но и стилем. Под грязью на полу виднелась черно-белая плитка с ромбовидным узором. На стене была фреска с изображением виноградника. Девушка подошла к ней, чтобы рассмотреть поближе. При уборке ей надо быть очень осторожной.

Остальная часть фойе была оформлена в кремово-белых тонах, а в углу стоял небольшой фонтан. Интересно, работает ли он? Ей не терпелось узнать.

Шери вытянула шею и посмотрела вверх. Потолок был действительно высоким. Чтобы подняться к нему и прибраться, нужна высокая лестница. От этой мысли ей стало не по себе. И возникло ощущение, что она боится высоты.

Наверху она увидела четыре белые перекрещивающиеся потолочные балки, окружавшие декоративную штукатурку. Их тоже будет нелегко очистить. Каждый завиток и углубление придется чистить вручную, опасаясь, как бы не осыпалась старая штукатурка. Антуану придется нанять профессионального уборщика, который отчистит потолок и заделает небольшие трещины.

Шери обошла первый этаж. За исключением кухни, остальная часть этажа не выглядела так, будто здесь давно жили. Гостиная была огромной и помпезной. Столовая оказалась почти такой же.

В задней части дома был кабинет, в котором, судя по всему, недавно работали. В комнате почти не было пыли. Шери остановилась в центре комнаты и повернулась, увидев темно-бордовый диван с двумя подушками перед встроенными книжными шкафами с книгами в твердом переплете.

Она посмотрела на диван, на котором лежало кремово-голубое одеяло. Наверное, в этой комнате жил Антуан или его дедушка. Но почему?

Пока этот вопрос крутился в голове, Шери пошла дальше. И нашла небольшую спальню рядом с кухней, в углу которой стоял маленький комод, а у окна была двуспальная кровать.

Девушка обошла коридор и начала подниматься по широкой лестнице с замысловатыми резными перилами. У нее было такое ощущение, что идет по музею. Она даже не могла предположить, как велика ценность произведений искусства, украшающих стены. Почему же здесь такое запустение?

Замок выглядел так, словно ждал, когда кто-нибудь вдохнет в него новую жизнь. Шери предполагала, что именно она и будет таким человеком. Но Антуан наверняка знает, что этому месту понадобится гораздо больше помощи, чем она может предложить: от ремонта штукатурки до восстановления прекрасных произведений искусства.

На верхнем этаже располагалось много маленьких спален. В них не было ничего особенного. Если первый этаж выглядел роскошным, то второй был его полной противоположностью. А при закрытых окнах и ярком солнце там было довольно душно и затхло.

Шери подошла к окну в первой комнате и попыталась открыть его. Не получилось. Подошла к следующему. Оно открылось. Она распахнула все окна на верхнем этаже, которые смогла открыть. Наконец наверху стало прохладнее.

Шери чихнула, и от чихания у нее заболел сломанный нос. Похоже, она забыла, что у нее аллергия. Девушка бросилась закрывать окна. С проветриванием помещения придется подождать.

— Шери? — Голос Антуана эхом разнесся по лестнице. — Шери, где ты?

— Здесь!

Она сомневалась, что готова увидеть Антуана. И твердила себе, что нервничает, потому что даже не начала прибираться. На самом деле ей надо найти чистящие средства. И ее беспокойство никак не связано с фантазиями, как он ее целует.

Шери пригладила пальцами короткие волосы и пожалела, что не сделала макияж. Надо было накрасить глаза и замазать большой синяк на щеке. Но теперь уже поздно беспокоиться о внешности.

Антуан поднялся на верхнюю ступеньку. Он не улыбнулся, но и не нахмурился.

— Что ты здесь делаешь?

Она пожала плечами:

— Осматриваюсь. Здесь было так жарко и душ но, что я открыла окна. Вернее, те окна, которые удалось открыть. Потом я поняла, что у меня аллергия, и снова закрыла их.

Он понимающе кивнул:

— Запомни, какие окна не открываются, и я попрошу кого-нибудь их починить.

Шери облегченно вздохнула:

— Хорошо. Приятно слышать.

— Что? Неужели ты думала, что я заставлю тебя делать здесь абсолютно все?

Она пожала плечами:

— Я не знаю. Замок такой большой.

— Просто скажи мне, какая помощь тебе нужна, и тебе помогут.

Она воспользовалась возможностью и заговорила о высоких потолках, а также о потрескавшейся штукатурке и произведениях искусства, которые надо отреставрировать.

— Я попрошу свою ассистентку вызвать нужных людей. Мне нужно привести это место в порядок и подготовить его к продаже через месяц.

— Месяц?

Он выгнул бровь:

— По-твоему, у меня не получится?

— Хм, получится. Я буду работать. А где чистящие средства?

Антуан нахмурился, обдумывая ее вопрос:

— На самом деле я не знаю. Поищи сама. Если ничего не найдешь, скажи мне. Почему ты начина ешь работать отсюда? — Он внимательно посмотрел на нее.

Неужели она уже сделала ошибку? Наверное, начинать уборку сверху и двигаться вниз неправильно. Но, если честно, она понятия не имела, как ей следует поступить.

Шери с трудом сглотнула:

— Я начинаю не отсюда. Я осматривалась. — Когда выражение его лица не изменилось, она сказала: — Мне надо было понять, что придется делать.

— А зачем ты открывала окна?

— Здесь спертый воздух. Неприятно работать в вонючем помещении.

Он поднял брови:

— Я понимаю. Ладно. Не забудь закрыть все окна в конце дня.

— Да, сэр.

Молодой человек нахмурился:

— Почему ты так меня назвала? Меня зовут Антуан. Сэром меня зовут офисные работники и рабочие на винограднике. Я не хочу, чтобы ты называла меня так официально. Я не твой босс. Я…

Она неуверенно спросила:

— Мой друг?

Их взгляды встретились, и он промолчал. Шери замерла от страха. Не перешла ли она границы?

Он посмотрел в сторону:

— Я помогу тебе найти чистящие средства. Начнем с кухни!

Он не стал ждать ее ответа, а повернулся и пошел вниз по лестнице.

Она шагала за ним следом. Молодой человек казался загадкой, которую она хотела разгадать.

Почему он настаивает на том, чтобы она называла его по имени? Наверное, он хочет, чтобы у них были более близкие отношения.

Антуан обшарил шкафы на большой кухне, думая о Шери. Он не мог выбросить ее из головы. Даже вчера ночью, когда следовало спать, он думал о ней и задавался вопросом, комфортно ли ей в гостевом коттедже. Она спала в его кровати. От мысли о том, что они делятся чем-то интимным, он перестал воспринимать Шери как чужого человека.

Не зная, где остановиться в запущенном замке, он ночевал в своей прежней спальне, окруженный вещами из детства. Удивительно, но в комнате ничего не изменилось с тех пор, как он ее оставил.

Антуан был уверен, что дедушка выбросит все его вещи, как только он выйдет за дверь. Почему его дедушка все сохранил? Наверное, Антуан никогда не узнает ответа на этот вопрос.

— Ты что-нибудь нашел? — Голос Шери отвлек его от раздумий.

— Нет. Но я уверен, что найду. Когда я был ребенком, моя бабушка требовала, чтобы в доме было чисто. Она даже помогала экономкам.

— Значит, когда ты был ребенком, замок был потрясающим.

— Все зависит от того, что ты подразумеваешь под словом «потрясающий». Снаружи дом был безупречен.

Антуан приказал себе молчать. Ему не хотелось открывать дверь в свое непростое прошлое.

Он никогда не думал о прошлом, пока был в Париже. Там его внимание было сосредоточено на импортно-экспортном бизнесе. Совещания, сделки. Он не вспоминал о запутанной семейной истории.

И именно поэтому он, наконец, решил продать поместье. Пусть оно принадлежало его семье несколько поколений, он не желал сталкиваться с воспоминаниями на каждом шагу. Кроме того, у него не будет наследников, которым он передаст поместье.

Его мать умерла при родах. Она была так молода! Она даже не брала сына на руки.

Бабушка Антуана пыталась заменить ему мать, но, повзрослев, он оттолкнул ее. Потом возмутился суровостью своего деда и восстал. И все же бабушка всегда была рядом и говорила ему, что любит его и не хочет терять. Жаль, что бабуля не увидела, каким успешным бизнесменом он стал. Ему хотелось бы сказать ей, как сильно он ее любил.

Шери коснулась его руки и посмотрела на мужчину с беспокойством. Точно так же смотрела на него бабушка, когда волновалась о нем.

— Прости, если я всколыхнула плохие воспоминания, — сказала она успокаивающим тоном.

— Причина не в тебе, а в этом месте.

Девушка держала руку на его предплечье.

— Сочувствую.

Антуан не ответил, и Шери произнесла:

— Я приберусь на кухне.

Он всмотрелся в ее глаза:

— Не обязательно начинать прямо сейчас. Отдохни!

— Я не хочу сидеть сложа руки. Я буду еще больше расстраиваться из-за того, что не помню своего прошлого. Кажется, у нас с тобой противоположные проблемы.

— Как так?

— Ты хочешь забыть свое прошлое, а я отчаянно хочу вспомнить свое.

— Прости. Твои проблемы намного серьезнее моих. Я верю, что память к тебе вернется.

Он уставился на ее розовые губы, которые хотелось поцеловать.

Антуан не знал, чувствует ли она то же самое. Но от ее пристального взгляда его сердце забилось быстрее. Словно прочитав его мысли, она наклонилась вперед. И коснулась губами его рта. У него перехватило дыхание.

Антуан обнял Шери за талию и притянул к себе. Когда поцелуй стал настойчивее, она обвила руками его шею. Ее ноготки царапали кожу его головы, и он, задрожав, простонал. Он ни разу не чувствовал себя так ни с одной женщиной. В Шери было что-то особенное — то, что заставило его желать, чтобы к ней никогда не вернулась память.

Поняв направление своих мыслей, Антуан отстранился от Шери. Нельзя так думать. Это несправедливо по отношению к ней. У нее была семья, и ей нужно ее найти.

Хотя она не носила кольца, у нее мог быть парень. От этой мысли молодой человек приуныл. Ему не следовало целовать ее в ответ, даже если это было приятно. Так приятно, что ему захотелось поцеловать ее снова.

Он мысленно встряхнулся, надеясь образумиться:

— Прости. Не надо было этого делать.

Глядя на него с желанием, она произнесла:

— Тебе не за что извиняться.

И все же ему было совестно. Лучше всего установить между ними дистанцию, пока он не сделал какую-нибудь глупость. Он не хотел, чтобы она уходила. Она должна остаться, потому что ей некуда идти.

— Мне пора в поле. — Антуан повернулся и пошел к двери.

Чувствуя спиной взгляд Шери, он торопливо уходил, не оглядываясь. Он считал себя бесстрашным человеком, но его напугало цунами эмоций, которые Шери в нем разбудила.