Со смертью жнеца тень и мрак, опустившиеся на Кровавые леса, развеялись, обнажая залитую солнцем листву и привычную тишину леса.

Тяжело дыша, Уайлдер бросил мечи в листву и бросился к Тее. Он нежно обхватил ее руками и притянул к себе, рассматривая девушку. В серебристых глазах бушевал страх, взгляд скользил по бесчисленным брызгам крови на ее разодранной одежде, а затем упал на кровавую массу в ее руках – сердце тенетворца.

– Ты сильно ранена? – тихо спросил он.

Он выглядел так же плохо, как и она. Одежда местами порвалась, кровь и грязь покрывали тело с головы до ног, а на коже появились несколько ужасных синяков и порезов.

– Нормально, переживу, – наконец ответила Теа хриплым голосом.

Однако когда Хоторн отвернул ее рубашку, в глазах его появился ужас. Вокруг неровной раны под ключицами проступала паутинка черных вен.

Тея тоже уставилась на порез. Казалось, что кожа гноится.

Уайлдер вложил что-то ей в руку.

– Пей.

Его пузырек с родниковой водой из Авеума.

– Я не могу, он твой…

– Тея, прошу тебя.

Он откупорил пузырек и поднес горлышко к ее рту.

Тея оглядела место сражения в поисках своей сумки.

– У меня есть листья ирусида, они помогут не отключиться, пока я добираюсь до…

– Тея… Ирусид ничего не сделает. Эта рана – не обычная. Я знал людей, отмеченных тьмой… Они частично стали тенетворцами. Такой жизни я не пожелал бы никому, особенно тебе. Все это время я хранил пузырек для подобной раны.

– Но…

– Черт возьми, просто выпей.

Он уже подносил пузырек к ее губам.

Языка коснулась струйка воды, она оказалась сладкой, холодной и освежающей. Под воздействием магических чар все тело Теи начало покалывать.

Самые глубокие раны затянулись, оставляя после себя лишь бледно-розовые шрамы. Сетка черных вен на коже посветлела, а через считаные мгновения полностью исчезла.

– Слава богам, – выдохнул Уайлдер, завороженно проводя пальцами по исцеленной коже. – Я видел, что может сотворить прикосновение жнеца. Однако вода сработала, ты… Ты осталась самой собой.

Тея потрясенно смотрела на Уайлдера.

– Ты потратил свой пузырек на меня.

– Я уже говорил тебе, я его берег.

– Спасибо, – прохрипела она, в горле застрял ком. Дрожащей рукой она потянулась к нему, желая убедиться, что он в порядке. – А как же ты?

Он наклонился к ней и прижался своим лбом к ее, на мгновение закрывая глаза.

– Переживу.

– Хорошо, – выдавила Тея.

Уайлдер улыбнулся ее ответу.

– Рад, что ты так считаешь.

Тея встала на колени, обвила рукой шею Боевого Меча и утянула его в глубокий поцелуй. Ей было необходимо успокоиться, она нуждалась в его тепле, которое прогнало пронизывавший ее холод.

– Мы выжили, – прошептала она в его губы.

– Благодаря тебе. – Он отстранился и с трепетом взглянул на нее. – Молния…

Тея моргнула, вспоминая о том, как сквозь ее тело прошел разряд тока. От этих мыслей она вздрогнула.

– Это была я… – неуверенно произнесла она, чувствуя покалывание на своей коже. – Я…

– Ты обладаешь магией, – закончил он за нее.

У Теи закружилась голова, она вдруг почувствовала себя маленькой девочкой.

– Не понимаю, как это возможно, – дрожащим голосом произнесла она.

– Я тоже. – Уайлдер притянул ее к себе. – Но мы разберемся с этим. Вместе.

Плечи ее поникли, и она позволила себе на мгновение прижаться к нему, вдохнуть его силу и насладиться тем, что даже сейчас ее тело трепетало от его близости. Однако уже темнело.

– Магии придется подождать, – произнесла она и с сожалением, но решительно прервала чувственные объятия. – Мне нужно попасть в крепость до захода солнца.

Вдруг Тея вспомнила, что кое-что уронила на залитую кровью землю. Спустя минуту поисков она протянула Уайлдеру кинжал из наарванской стали.

– Возьми.

Боевой Меч покачал головой:

– Он твой.

Они молча шли по Кровавым лесам. Тея то и дело ловила на себе восхищенные взгляды Уайлдера и отвечала ему такими же. Она никак не могла осознать все, что с ней произошло, но каждый раз, когда она смотрела на мужчину, в ее голове настойчиво звучала одна мысль.

Это были слова Рен, которые та сказала ей давным-давно: «Настоящий мужчина поможет заточить меч, прикроет твою спину и будет сражаться вместе с тобой перед лицом даже самой кромешной тьмы».

По пути они не увидели ни следов Кэла и Киппа, ни следов борьбы, ни свидетельств того, что здесь были другие жнецы или обычные тенетворцы. Хрупкое сознание Теи терзали вопросы, но она отбросила их. «Позже», – пообещала она себе, завидев ворота и клонившееся к горизонту солнце.

Они наконец добрались до Главного зала. Уайлдер распахнул двери, которые громким ударом о стены напугали всех находившихся внутри.

Тея и ее Боевой Меч вошли внутрь, и на них устремились взгляды ошеломленной толпы. Они шли к главному столу в гробовой тишине, и все, что слышала Тея, – как с черного сердца, что она все еще сжимала в руке, капает кровь.

Мастер Гильдии вскочил на ноги, переводя безумный взгляд с Теи на Уайлдера, в выражении его лица читалось ошеломление. Сидевший рядом Король Артос, Боевые Мечи и командиры выглядели не менее пораженными.

– Сегодня днем в Кровавые леса каким-то образом пробрался регульдский жнец, – разнесся низкий голос Уайлдера по всему залу.

Мастер Гильдии оперся о стол костяшками пальцев и, несмотря на их говорящий внешний вид, произнес:

– Невозможно.

В зале вновь воцарилась оглушительная тишина. И вдруг Тея нарушила ее – бросила черное сердце к ногам Осириса, на каменный пол брызнула кровь.

– Этого доказательства мало?

Все молчали. Мерцающий свет факелов осветил запекшуюся кровь на вырезанном сердце.

– По дороге в крепость я оторвалась от своих друзей, – объяснила Тея. – И тот монстр напал на меня в Кровавых лесах.

Следующим заговорил король Артос:

– Во имя всех королевств, как жнец попал в Тезмарр? – требовательно спросил он. – Не говоря уже о Срединных Королевствах в целом?

Он задавал вопросы столь резко, как если бы метнул в Мастера Гильдии клинок. Осирис побледнел.

– Мы оповещали всех правителей о том, что в руинах Дельмиры один из монстров сбежал.

Тею охватило странное ощущение, словно тревожный звоночек. Перед глазами появилось то видение с маленькой девочкой на выжженном дворе. Ания – та самая девочка, что навлекла большие перемены на Тезмарр. Почему во тьме тенетворца Тея увидела ее?

– Я правильно понимаю, что ситуация не была урегулирована? – спросил король. – Жители Срединных Королевств доверяют свою безопасность стражам. Хотите сказать, что Гильдия не справилась со своей задачей?

– Ваше величество, уверяю вас…

Артос поднял руку:

– Кажется, Тезмарр и все Срединные Королевства в большом долгу перед мисс Золтейр.

Осирис покраснел, переводя взгляд на Тею, а затем на Уайлдера.

– Хочешь сказать, что жнеца убила девчонка?

Напряжение от Боевого Меча исходило волнами.

– Да. Именно Алтея вырезала его сердце.

Осирис замер:

– Простой щитоносец?

Тея расправила плечи и показала тотем.

– Я больше не щитоносец. Я страж Срединных Королевств.

Король Артос похлопал Осириса по плечу.

– Тогда, Мастер Гильдии, если в Тезмарре вы готовите именно таких воинов, то у нас нет никаких проблем.

Осирис продолжил буравить Тею взглядом, но в итоге все же кивнул.

– Прекрасно. Поздравляю, мисс Золтейр. Мы, безусловно, обсудим эту ситуацию позже, а сейчас нам пора продолжить церемонию посвящения в стражи, а затем объявить учеников Боевых Мечей.

От этих слов душа Теи затрепетала, и она позволила Уайлдеру отвести себя в другой конец зала, чтобы не мешать. Ошеломленная, она наблюдала, как Мастер Гильдии проверяет тотемы ее товарищей.

Сердце радостно запрыгало у нее в груди при виде Кэла и Киппа, которые приближались к столу. Напряжение отпустило ее, сменяясь облегчением.

– С ними все в порядке, – прошептала Тея Уайлдеру. – Не понимаю, как…

– Я думаю, жнец выжидал тебя, – тихо ответил он, наблюдая, как ее друзья жмут руку Осирису. – Его не интересовали Сноуден и Уитлок. Он жаждал твоей силы.

По спине Теи пробежал холодок, и ее ноги едва не подкосились. Однако разговор прервал Осирис, который закончил поздравлять новоиспеченных стражей и принимать их в ряды воинов Тезмарра.

– А теперь то, чего все мы так ждали… Объявление учеников Боевых Мечей. Ваше величество, окажете ли честь?

Лучезарно улыбаясь, король Артос хлопнул в ладоши.

– С удовольствием, Мастер Гильдии. Добрые жители Тезмарра, – начал он. – От имени Харента, Авеума и Твера хочу поздравить всех, кто прошел испытание на посвящение. Срединные Королевства приветствуют вас и возлагают на вас надежды.

Тея чувствовала всеобщее беспокойство. Всюду разносилось шарканье ног, возня столовыми приборами и едва слышный нетерпеливый шепот.

– Учениками Боевых Мечей становятся… – Король Артос выдержал долгую, напряженную паузу. – Ученик Вернича Уорнера – Себастос Барлоу.

Кровь застыла в жилах Теи.

– Нет… – вырвался у нее прерывистый шепот.

Позади нее раздались слабые аплодисменты, но она не осмелилась обернуться. Не осмелилась встретиться взглядами с Кэлом и Киппом, чьей мести она не позволила осуществиться. Теперь всем им пришлось столкнуться с ужасной реальностью.

Себ с перевязанным плечом и мокрым от пота лицом вышел вперед.

Однако король не давал времени подумать, продолжая оглашать список.

– Учеником Торджа Элдерброка становится… – громко объявил Артос, перекрикивая шум.

Сердце Теи замерло. Наконец-то. Вот он момент, к которому она готовилась все эти месяцы. Ладони вспотели, она представила, как король произносит ее имя, и…

– Кэллахан Уитлок.

Тея не знала, куда смотреть. Уж точно не на Кэла, который сейчас гордо шагал к Боевому Мечу с вытянутой рукой.

Она заставила себя поднять ладони и захлопать вместе с остальными, хотя на щеках ее выступил румянец унижения. Аплодисменты Кэлу были гораздо более громкими, чем Себу.

Тордж Элдерброк выбрал Кэла.

И, к своему большому огорчению, Тея понимала почему. Однако ей все равно было больно, и она ощущала укол зависти, понимая, что следующим объявят ученика Уайлдера.

Наконец она подняла глаза к главному столу, обнаруживая, что на нее во все глаза смотрит Осирис и во взгляде его закипает ярость. Он вскинул руку.

– Ваше величество, подождите! – почти вскрикнул он и, громко скрипнув креслом, встал из-за стола и направился к Тее.

Тея поборола желание отступить назад. «Ну что еще?»

– Скажи мне, что это не то, о чем я думаю, – подойдя к ней, прорычал Осирис и указал на ее бедро.

Нахмурившись, Тея опустила глаза.

У нее на поясе висел кинжал Малика.

– Скажи мне, что это не наарванская сталь, что это не тот кинжал, из-за которого все началось, – требовал Мастер Гильдии.

Сердце сильно билось о грудную клетку, и Тея вздрогнула, но не сделала и шага назад.

– Не могу, сэр…

Слюна собралась в уголках его рта, ноздри раздулись.

– Когда в последний раз женщина прикоснулась к священному оружию, на Тезмарр обрушился хаос, – возбужденно говорил Осирис. – Наарванская сталь в руках женщины призывает тьму. Откуда нам знать, что это не ты выманила тенетворца из-за Завесы?

Уайлдер шагнул вперед.

– Я отдал ей кинжал, – прорычал он. – Я видел, как она вырезала сердце гребаного монстра.

– В таком случае теперь она – твоя забота, Хоторн. Ты – Боевой Меч, вложивший оружие из наарванской стали в руку женщины. «Она занесет меч и предопределит течение судеб». Только ты будешь нести за это ответственность.

– Да будет так, – ответил Уайлдер. – Я за нее ручаюсь.

На лице Мастера Гильдии появилось победное выражение.

– Хорошо, – произнес он. – Тогда настоящим я объявляю, что учеником Уайлдера Хоторна становится Алтея Золтейр.

Уайлдер Хоторн

Он потянул ее к выходу из Главного зала, отчаянно пытаясь найти место, где можно было бы поговорить наедине. Уайлдер завел Тею в чулан, в котором нашел ее несколько недель назад истекающей кровью. С содроганием он обнаружил, что ее кровь все еще капает на каменный пол.

– Уайлдер? – Тея в замешательстве смотрела за тем, как он закрывает за ними дверь.

Мужчина вел себя безрассудно, вот так уводя ее, но ему нужно было поговорить с ней. Если они смогут прийти к общему решению, то справятся со всем – с магией, наставничеством.

Не обращая внимания на запах сырости, Уайлдер нежно обхватил ее руки.

– Если мы оба откажемся от наставничества, они ничего не смогут с этим сделать, – сказал он, чувствуя, как сильно бьется его сердце.

В ее присутствии, казалось, все его чувства обострялись, тело трепетало. Они смогут быть вместе, у них все может получиться, но только если они не будут мастером и учеником. Те чувства, что он к ней испытывал, не позволят ему стать хорошим мастером.

Мысли его затуманились, когда Уайлдер увидел выражение ее лица. Глаза Теи опустились, темные брови нахмурились, в пальцах она сжимала кусочек нефрита, висевший на ее шее.

– В чем дело? – спросил он.

– Я не хочу отказываться.

Он уставился на нее, чувствуя, как земля начинает уходить из-под ног.

– Что?

– Это мой последний шанс, – произнесла она с нотками мольбы в голосе. – Стать Боевым Мечом. Ты – мой шанс.

– Но мы договаривались…

– Что я буду просить о назначении моим наставником Торджа, и я это сделала. Но теперь… Либо ты, либо никто. У меня осталось всего три года, чтобы оставить след в этом мире. Меньше.

Уайлдер выпустил Тею из рук.

– Три года? О чем ты говоришь?

Ее нижняя губа задрожала, Тея положила нефритовый камень судьбы ему на ладонь.

– О нем.

Уайлдер уставился на минерал. Когда он впервые его увидел, его охватил неподдельный страх, но когда он спросил…

– Ты сказала мне, что он не твой… – медленно произнес он, перекатывая камень между пальцами.

«Двадцать семь» – гласила надпись на камне, заставляя мурашки побежать по коже, покрытой холодным потом.

– Я соврала.

Взгляд замер на ней, пульс участился.

– Соврала?

Тея кивнула, ее глаза наполнились слезами.

– Я не хотела, чтобы ты меня жалел… Не хотела, чтобы считал, что учить меня – пустая трата времени.

Уайлдер вздрогнул и отпустил камень. Он приземлился между ее грудей, свисая на кожаном шнурке, тем самым дразня его. Тея действительно считала его настолько холодным?

В глазах у него защипало, дыхание перехватило. Он не мог набраться смелости и задать вопрос, вертевшийся на языке.

«Двадцать семь», – без остановки отдавалось в его голове.

Тея все равно ответила ему мягким голосом:

– В этом возрасте я умру.

Внезапно чулан стал слишком маленьким, Уайлдер начал задыхаться. Грудь тяжело вздымалась, сердце болезненно сжалось. В двадцать семь лет Тея умрет. Через три года… Неожиданно для него самого перед глазами пролетели картинки совместного счастливого будущего, которому теперь не суждено сбыться.

Тея, его Тея, хотела большего от той недолгой жизни, что ей оставалась. И Уайлдер знал, что не сможет помочь ей достичь этой цели, если будет одновременно и любовником и наставником. То короткое время, что они были вместе, повлияло на него так сильно, что это пугало его. Он уже не мог думать ни о чем, кроме нее, и он знал – если они будут вместе, он не сможет учить ее, тренировать… Хоторн понимал: если они будут вместе, он не сможет гонять ее так сильно, как требуется, потому что она хотела стать Боевым Мечом, а Боевого Меча нужно закалять до предела.

– Пожалуйста, Уайлдер… – Она задыхалась. – Я хочу этого. Больше всего на свете.

«Больше всего на свете… Больше, чем тебя».

– Значит, ты настаиваешь на решении Мастера Гильдии? – спросил он.

Ему хотелось кричать, хотелось выплеснуть ярость на самих Фурий за подарок судьбы, который оказался таким недолговечным.

Тея взглянула ему в глаза своими покрасневшими, но полными решимости.

– Да.

Он и Тея… В Кровавых лесах и задолго до того они дали начало чему-то хрупкому, но это… Это все меняло. Однако это ее жизнь и ее выбор. А ее Уайлдер всегда будет ставить на первое место. Раз она собиралась пройти Великий Обряд, значит, он, черт возьми, сделает все, что может, чтобы ее подготовить. Значит, он станет Боевым Мечом Хоторном, ее наставником и мастером, а не Уайлдером, ее любовником. Не место колебаниям, альтернативам. Он должен был поставить точку. Чувства не позволят ему оставаться с Теей и привести ее к цели. Он добьется этого, только если станет самым суровым и жестоким наставником, которого когда-либо знали Срединные Королевства.

Спрятав дрожащие руки в карманы, он смерил ее холодным, жестоким взглядом.

– Ты соврала мне.

Тея потянулась к нему.

– Прости меня, я…

– Не волнуйся. Это все упрощает, – отрезал Хоторн и убрал ее руки, ощущая, как что-то глубоко внутри него надломилось.

– Уайлдер…

– Раз ты настаиваешь на этом проклятом назначении, так тому и быть. Теперь мы наставник и ученик, не более того.

Глаза ее округлились.

– А как же…

Он выпрямился в полный рост и потянулся к ручке двери, лицо его выражало неподдельный гнев.

– То, что произошло в Кровавых лесах, было ошибкой. И больше этого никогда не повторится, алхимик.

Он больше не мог выносить растущего давления в груди.

Уайлдер вылетел из чулана, оставляя крепость и своего нового ученика позади.