– Их ищете?

На узкой тропинке, верхом на своем жеребце, появился Тордж Элдерброк. За собой он вел лошадей Теи и Хоторна.

Оставив Хоторна наедине с его пристальным взглядом, Тея бросилась вперед.

– Слава богам, – с облегчением выдохнула она.

– Хотелось бы услышать что-то приятное и в свой адрес, – заявил Тордж.

Он спрыгнул с жеребца и направился к Хоторну, чтобы забрать у него ледяного Киппа.

– Нужно отвезти их в укрытие, и побыстрее, – произнес он, глядя на Хоторна, который все еще смотрел вниз с края скал. – Что это с ним?

– Без понятия.

Тея пожала плечами и забралась на лошадь.

– Уайлдер! – приказным тоном позвал Тордж, укутывая Киппа в свой плащ и усаживая его в седло перед собой. – Нам надо помочь им. Здесь они долго не продержатся.

От этих слов по спине Теи пробежал холодок.

Хоторн зашевелился, вскочил на своего жеребца, одной рукой удерживая перед собой Кэла, а второй сжимая поводья.

К ужасу Теи, с моря снова надвигались густые черные тучи, где-то вдалеке прогрохотал гром.

– Ко мне домой, Тордж, – приказал Хоторн. – Мы не успеем добраться до крепости до начала очередной бури.

– Понял.

Лошади рванули с места, и Тея крепко сжала поводья. Они ехали по узкой извилистой горной тропе. Она устремила взгляд на спины Боевых Мечей перед ней и вдруг осознала, что жизни друзей висят на волоске.

«Все будет хорошо, – повторяла она про себя. – Все будет хорошо».

Снова разразилась буря. Тучи опять закрыли собой луну и обрушили на землю потоки дождя. В расщелинах гор завывал ветер, а вдалеке раздавались раскаты грома.

Они огибали очередной участок тропы, и Тея смотрела на бушующее море, на невероятную силу, сосредоточенную в нем. Ту самую, что поразила ее, прошла сквозь нее. Если бы не рокот в ее теле, она бы ни за что в это не поверила. Но сейчас было не время размышлять об этом. Она оторвала взгляд от бушующих волн и снова сосредоточилась на дороге.

Наконец они добрались до домика Хоторна. Воины спрыгнули со своих жеребцов и внесли щитоносцев внутрь. Тея быстро разгрузила лошадей и отвела их к еде и воде, а затем бросилась за Боевыми Мечами.

Домик был освещен светом разожженного камина и нескольких свечей, и Тея могла разглядеть, насколько плохо Кэл и Кипп выглядели. Они лежали на огромной кровати, лица их были мертвенно-белыми, а на запястьях виднелись яркие следы от веревок.

– Разденьте их, – словно со стороны услышала она свой голос. – Нужно согреть их как можно скорее.

Она оставила мужчин, а сама отправилась искать одеяла и греть воду на огне. Дрожащими руками делала все, чтобы помочь друзьям, но мысли ее были далеко.

«Выживут ли они? Если выживут, останутся ли самими собой? Успеют ли восстановиться к испытанию? Знают ли они вообще, что до него осталось два дня?» Все то время, что она сидела в теплом зале и слушала речь короля Артоса, они страдали. И это была ее вина. Ведь Себ искренне ненавидел именно ее. Он сделал это, чтобы причинить ей боль.

По этой причине ее друзья могли погибнуть. Из-за нее. Их жизни все еще под угрозой.

Тея сидела рядом с ними, и ей становилось только хуже. В руинах она спасла Себу жизнь, и вот чем это обернулось. Как она могла думать, что сможет стать щитоносцем, а тем более воином Тезмарра или Боевым Мечом? Неудачница – вот кто она.

– О чем бы ты ни думала, – прорычал Хоторн, – остановись.

Боль в груди не утихала.

– Ты не понимаешь…

– Нет, понимаю. Лучше, чем ты думаешь… Я отправил Торджа за целителем. Они выживут.

– Откуда ты знаешь… – Голос Теи дрогнул.

– Они сильные и упрямые. Совсем как ты. А теперь иди и обсушись у огня. Они не проснутся еще долго.

Тея позволила Боевому Мечу отвести ее из спальни в главную комнату. Пока он не подвел ее к креслу у камина, она не осознавала, насколько плохо себя чувствовала. Он осторожно усадил ее на подушки и протянул кружку, от которой исходил пар.

– Выпей.

Тея даже не стала спрашивать, что в кружке. Проще было просто делать что сказали, поэтому она поднесла ее к губам.

Аромат коснулся ее носа, и она осознала. «Мятный чай… Он запомнил…» Тепло разливалось внутри, и Тея осознала, насколько сильно замерзла. Она промокла насквозь, на ней уже несколько часов была сырая одежда…

На ее плечи опустилось тяжелое одеяло.

– Не вини себя, – мягко произнес Хоторн.

Тея плотнее закуталась в одеяло и уставилась на пламя.

– Не могу. Это сделал Себ… Из-за меня.

– Это его поступок, и он за него ответит.

– Я об этом позабочусь, – прошептала девушка, представляя, как пронзит ублюдка мечами.

– Не сомневаюсь.

Тея подняла голову и удивленно посмотрела на Хоторна.

– Почему ты ко мне так добр? Я думала, ты не хотел…

Хоторн вздохнул:

– Я знаю, что такое вина, и никому не пожелаю ее испытывать. Даже безумному щитоносцу, который ищет смерти.

– Я не ищу смерти.

– Разве? Тогда почему всякий раз, что я тебя вижу, ты нарываешься на неприятности? – Он снова вздохнул. – Отдохни немного.

* * *

Спустя какое-то время Тея проснулась. Она бросилась к Кэлу и Киппу, которые все еще спали. К их лицам вернулся румянец, и когда Тея коснулась их щек, то обнаружила, что они теплые.

Охватившее облегчение едва не захлестнуло ее с головой. Тея отступила назад и оставила парней отдыхать. Она нашла Хоторна на крыльце, он прислонился спиной к стене и всматривался в темноту раннего утра. По крыше домика все еще барабанил дождь.

– Торджа не видно? – спросила она.

Хоторн даже не вздрогнул от ее внезапного появления, он буквально почувствовал, что она здесь.

– Нет, но должен скоро вернуться. Потребуется время, чтобы найти нужных людей, лекарства и подготовить новых лошадей.

Тея кивнула.

– Кэл и Кипп выглядят немного лучше, – тихо произнесла она.

Теперь кивнул Хоторн:

– Мне удалось дать немного бульона каждому.

– Они просыпались? Почему ты не?..

– Потому что тебе тоже нужно было отдохнуть. Мне не хватало еще одного щитоносца при смерти.

Тея внутренне сжалась:

– Они что-нибудь сказали?

– Мы почти не говорили.

– Но… Как думаешь, они смогут полностью выздороветь?

– Не мне судить, – произнес Хоторн и, оторвав взгляд от леса, пристально посмотрел на девушку.

– Что? – резко спросила она, внезапно смутившись.

– Обсудим? – тихо уточнил он, полностью поворачиваясь к ней.

– Обсудим что?

– То, что произошло на скалах.

Тея замерла.

– Твою магию, алхимик.

Не веря своим ушам, Тея уставилась на него. Слово пробудило армию мурашек на ее коже, вернуло ее обратно в ту бурю… В голове, точно рой пчел, разнесся оглушительный гул, отдаваясь в каждой клеточке тела.

– Ты обладаешь магией. – Хоторн скрестил руки на груди. – То была магия.

Магия. Тея спрятала дрожащие руки. Она и сама с трудом понимала, что тогда произошло, и уж точно не собиралась обсуждать это с ним. Если Гильдии станет известно, что она обладает хоть толикой силы, ее положение окажется под угрозой, начнутся вопросы, а там и допросы.

Нет, нельзя допускать подобных мыслей, делиться ими с Хоторном, тем более перед самым посвящением.

– Ты серьезно? – Тея усмехнулась. – То были Фурии, и тогда на горе они хотели надрать наши жалкие задницы, и лишь благодаря невероятнейшей удаче им это не удалось.

– Я знаю, что видел, – тихо сказал он.

– Да ты бредишь. Наверное, волны ударили тебя по голове слишком сильно или молния на мгновение ослепила. Там не было ничего такого.

Выпалив эти слова, Тея потянулась к камню судьбы и, как всегда, провела большим пальцем по гравировке. Магия то была или нет – она снова избежала смерти. И не из-за того, что обладала тайными способностями, а потому, что еще не время.

Но Хоторну это знать необязательно.

– Откуда ты, алхимик? – спросил он, удивляя ее сменой темы.

– Из Тезмарра.

Он раздраженно вздохнул:

– Ты не из Тезмарра.

Хоторн все еще стоял, прислонившись к стене и скрестив руки на широкой груди. Он буравил ее таким взглядом, что от напряжения она поджала пальцы ног в промокших ботинках.

Тея вновь ощутила рокотание по своим венам, и он напрягся, словно тоже почувствовав.

– Я знаю, что видел. Знаю, что чувствовал.

– Ты это уже говорил, – она усмехнулась. – Ты серьезно думаешь…

Сощурив глаза, Хоторн оттолкнулся от стены и в один шаг сократил расстояние между ними.

– Хочешь знать, что я думаю? Я думаю… – он глубоко, размеренно вздохнул.

– Что же? – дразнила она, чувствуя, что и сама теряет терпение. – Мне жизненно необходимо знать, какие мудрые мысли кишат в твоей голове. Ну же, расскажи мне.

– Я думаю, что никогда не встречал человека, который бы настолько сильно выводил меня из себя… Человека, из-за которого кровь вскипает так, что хочется одновременно тебя убить и поцеловать.

Тея осознала, насколько близко он стоял, отчего сердце ее замерло, а кожа покрылась мурашками.

– Не сомневаюсь, что ты опять все испортишь, – издевалась она, вспомнив, как после близости он оставлял ее сгорать от желания в одиночестве. – Но давай. Вперед.

Его взгляд потемнел.

– Убить или поцеловать?

Вопреки всякой логике, она приблизилась к нему. Она хотела этого, хотела его, пусть и понимала, что нельзя. Даже если это станет ошибкой. Даже если это поставит под угрозу все, к чему она так стремилась. Даже если это был сам Уайлдер Хоторн и он отверг ее уже дважды.

Тея вздернула подбородок:

– Выбирай, Боевой Меч.

В следующий момент его руки обхватили талию Теи, притянули к себе, и он накрыл ее губы своими. Поцелуй был грубым, таким не похожим на тот, в его доме. Казалось, в этом поцелуе они боролись не друг с другом, а каждый с самим собой. Под его напором она приоткрыла губы, и его жесткая щетина коснулась ее подбородка. На языке Тея ощутила его мятный вкус, а аромат розового дерева и кожи опьянял ее, поглотил все чувства, ноги ее стали ватными.

Она яростно отвечала на его поцелуй, растворяясь в его вкусе и близости, буря в ее груди молила о выходе наружу.

Крепко сжав ее талию, Хоторн развернул ее. Он почти приподнял Тею и прижал к стене, впечатываясь в ее тело своим и окутывая теплом.

Хоторн углубил поцелуй, делая его еще более обжигающим, сокрушительным, требовательным…

Тея выгнула спину и простонала ему в губы, целуя его в ответ так же неистово; она чувствовала, как бешено бьется его сердце. Она провела руками по его мощному торсу, наслаждаясь ощущением его силы и могущества. Затем переместила руки на его грудь – как же давно она мечтала об этом! Его рубашка была все еще влажной от дождя, сквозь мягкую ткань выпирали твердые соски.

Пальцами Хоторн грубо вцепился в ее волосы и завладел ее ртом. Он прикусил ее нижнюю губу, лишая ее кислорода, а затем отстранился и взглянул на нее.

Увидев в его взгляде пожар, Тея схватилась за пуговицы его брюк.

– Что ты со мной делаешь, Тея? – прошептал Хоторн и коснулся своими мягкими губами ее шеи.

Тело девушки пульсировало желанием, ее захлестнула жадная страсть. Она провела коленкой между его ног.

И Хоторн издал горловой звук, который стал для нее началом конца.

Его пальцы прошлись по ее затылку, ключице, по нежной коже яремной впадины, где покоился ее камень судьбы. И она снова поцеловала его, сплетая их языки.

«Еще, – хотелось ее выкрикнуть. – Еще».

И он продолжал. С каждым легким прикосновением ее накрывало новой волной наслаждения, все тело изнывало от жажды. Можно ли умереть от желания?

Он поцеловал бешено пульсирующую венку на ее шее, а его руки нащупали подол ее рубашки и скользнули под него. Его мозолистые пальцы коснулись ее обнаженной кожи, обвели ребра и изгибы груди. Затем они опустились между ее ног, гладя сквозь ткань.

Тея ахнула.

– Вот чего ты хочешь? – спросил Уайлдер, его глубокий голос звучал так многообещающе, так страстно.

– Да, – выдохнула она.

«Мы сделаем это здесь, на крыльце, на улице». Эта глупая мысль раздавалась эхом в ее голове. Глупая, потому что ей было все равно, где она. Единственное, о чем она думала, чего хотела, – чтобы между ними не было слоев одежды, чтобы он касался ее и оказался внутри нее. Тея хотела каждую клеточку его тела. Она наконец расстегнула пуговицы на его брюках, и он судорожно вздохнул.

Сама Тея часто дышала, желание разгоралось точно пожар. Девушка полностью растворилась в нем. И она знала, что они в точке невозврата, знала, что это все изменит.

Руки, что вырывали сердца монстров, теперь скользили по ее коже. Они подбирались опасно близко к ее собственному сердцу. Вырвет ли он его из груди? Да и важно ли это?

– Уайлдер… – прошептала она, его имя – молитва на ее устах.

Внезапно Хоторн отстранился.

– Кто-то идет, – прошептал он и направился к двери, оставляя ее одну со сбитым дыханием.

Спустя мгновение на крыльце послышались шаги, кто-то кашлянул.

К домику приближался Тордж, а за ним следовали Фарисса и Рен.