Конь Теи помчался вперед вместе с остальными, и она, затерявшись среди устремившихся навстречу тьме воинов, ощутила, как все мысли улетучиваются.
Копыта двух сотен лошадей с грохотом топтали вереск. На мгновение Тея забыла об иерархии воинов и своей судьбе. Она полной грудью вдыхала смесь страха и гордости. Вот какой он, дух Тезмарра, вот каково быть частью Гильдии, и Тея, бесспорно, теперь была ее частью.
Во главе с тремя могущественными Боевыми Мечами они вихрем скакали к руинам, и крики Теи тонули в возгласах остальных.
По мере того как армия приближалась к врагу, Тея различала не только полосы теней, но теперь и самих существ, которые их порождали…
Ее сердце в ужасе сжалось.
Существ перед ними окутывал темный туман, они явно пришли из другого мира. Возможно, когда-то они были людьми, но теперь… Чудовища были очень высокими – Тея предположила, что они возвышаются над землей на два с половиной – три метра. Телосложение их было очень необычным: худые, но мускулистые, вместо рук у них были когти, а из голов торчали изогнутые рога, напоминавшие оленьи.
– Направо! – прорезался голос Эсиллта сквозь пелену ужаса. – Направо, живо!
Тея и остальная часть ее отряда повиновались. Они отделились от войска и двинулись по окраинам руин, окружая врага.
Распознав отвлекающий маневр, регульдские жнецы зарычали на Боевых Мечей, которые отделились от армии и бросились прямо на них. Было невозможно не заметить вскинутые парные мечи.
Теперь тьма потоком исходила от всех пяти существ. Тея чувствовала ее холод и злобу на расстоянии нескольких метров.
– Стоять! – раздался крик Эсиллта, когда отряды встретились на другой стороне.
Вспотевшими руками Тея натянула поводья, напрягаясь всем телом. Кавалерия Тезмарра окружила руины давным-давно рухнувших стен столицы и наблюдала, как Боевые Мечи спрыгнули с коней и бросились в атаку.
Трое против пятерых.
Жнецы передвигались словно тени. Только что их едва не проткнуло лезвие меча, как в следующее мгновение они оказывались уже где-то вдали, словно их здесь и не было. Тьма их обрушивалась, будто удар хлыста.
Тея чувствовала их неугомонную жажду крови и разрушения.
– Огненосцы! Лучники! – взвыл Эсиллт. – Приготовиться!
Тея внимательно наблюдала, как они наложили горящие стрелы и натянули тетивы своих луков.
– Во имя Фурий, только не попадите по нашим! – ревел Мастер Оружия. – Стреляйте!
Огненные стрелы дождем посыпались на монстров, вырывая из их иссохших глоток яростные вопли и отвлекая внимание от основной атаки.
«Почему же мы просто стоим?!» – отчаянно кричал разум Теи. Ей не хватало воздуха, ребра сдавливали ее легкие, внутри бушевало пламя. Единственное, что она могла, – наблюдать, как Боевые Мечи бросаются на чужеземных существ.
Время замедлилось.
У нее перехватило дыхание, когда Хоторн, размахивая парными мечами, направился к самому большому монстру. В каждом его движении чувствовалось величие Фурий, которые наделили его своими дарами – скоростью, силой и ловкостью. Он бросился в атаку, за движениями его мечей было невозможно уследить – они сливались в серебристый ком на фоне черной силы, обрушившейся на него дождем. Боевой Меч отразил тьму, а затем, подкатившись под существо, нанес удары по задней части его ног.
Жнец завизжал и в ярости бросился на Хоторна.
Однако воин ударил снова – в этот раз он оттолкнулся от выставленного Торджем щита и подпрыгнул в воздух. Он вонзил оба клинка в живот чудовища, и оно взвыло, перекрывая своим криком весь шум.
По воздуху пронесся еще один залп горящих стрел.
Один из тезмаррских отрядов накрыло волной тьмы.
Тея не знала, куда смотреть. Справа от Хоторна Вернич сражался с двумя мерзкими тварями, а слева Тордж еще с одним…
«Тогда… где же пятый?» — подумала Тея и вздрогнула, осматривая руины.
– Боги, – сорвалось с ее губ, когда она заметила, как он крадется по периметру вокруг Боевых Мечей.
Не раздумывая, Тея погнала лошадь вперед, как…
Прямо перед ее грудной клеткой взметнулся чей-то меч.
– Даже не думай, – прорычал Эсиллт.
«Откуда он тут взялся?»
– Мы же не можем бросить их сражаться в одиночку.
– Твоя единственная задача – выполнять мои приказы. Ты подвергаешь их сомнению?
Тея стушевалась:
– Нет, сэр, я…
– Правильный ответ «нет, сэр», и точка.
Мастер Оружия встретился с ней взглядом, отвлекая ее внимание от разворачивавшейся на их глазах битвы. В его взгляде кипела ярость, он смотрел на Тею предостерегающе.
– Мы ничего не можем сделать. Убить подобное существо может только Боевой Меч… Мы делаем все возможное, чтобы помочь.
– Если бы вы сказали нам как, мы бы могли…
– Ни слова больше, – прорычал Эсиллт. – Если ты еще раз поставишь под сомнение мои полномочия, я своими руками повешу тебя, а затем скормлю одному из них. Ты щитоносец. Ты многого не знаешь о Срединных Королевствах. И если ты хочешь выжить и однажды сразиться с тварями сама, то сейчас же заткнешься и будешь выполнять мои приказы.
– Да, сэр, – с трудом выдавила Тея.
Эсиллт снова пошел к передним рядам отряда, а Тея перевела взгляд на Хоторна. Он прижимал жнеца к земле, одним из мечей рассекая ему грудь. Когда лезвие вонзилось в плоть существа, оно издало пронзительный крик, который эхом пронесся по руинам. Хоторн вонзил второй меч в мягкую землю и придавил горло жнеца, заглушая ботинком его вопли. Затем голой рукой он потянулся к его грудной клетке.
Если бы щит Теи не был зафиксирован на ее предплечье, она бы его выронила.
С тошнотворным влажным звуком Хоторн вырвал из грудной клетки сердце.
Послышался странный крик, и кровь у Теи в жилах застыла.
На Хоторна бросился другой жнец.
– Лучники, стреляйте! – разнесся по полю боя приказ Эсиллта.
Однако стрелы едва ли могли повредить грубую и толстую кожу монстров.
Тордж бросился к товарищу, прыгнул перед ним и принял атаку на свой щит.
Кавалеристы хором вздохнули, наблюдая, как Тордж и Хоторн, мечи которого теперь пылали огнем, сражаются с двумя тварями.
В паре метров от них раздался душераздирающий крик.
Вернич с ревом вырвал сердце жнеца и отбросил его, по руке воина стекала черно-красная кровь. Сердце с глухим стуком упало на землю.
Теперь сражались трое против троих.
Тея забыла моргать, и теперь глаза ее слезились. Мертвой хваткой она сжимала поводья, отчего костяшки пальцев побелели. Она была не в силах отвести взгляда. Не могла поверить своим глазам, не могла поверить, что стоит и бездействует.
Подобно богам, Боевые Мечи рассекали тьму своим оружием, оно было словно продолжением их тел. Они побеждали зло.
То, что всего пару мгновений назад казалось невозможным, осуществлялось прямо у них на глазах. Боевые Мечи Тезмарра сразились с повелителями теней и вышли победителями.
Не успела эта мысль промелькнуть в голове Теи, как ситуация начала меняться.
Черные плети регульдских жнецов множились и теперь не только наносили сокрушительные удары по передним рядам войск. Они, точно разъяренные гадюки, обвивались вокруг ног Боевых Мечей, вокруг их запястий…
– Нет, – выдохнула Тея.
Два существа держали в своих когтях трех воинов, пытавшихся отбиться от тьмы, и жестоко игрались с ними. Третий же жнец оценивал армию, окружившую руины. Гигантский жнец возвышался над двумя сотнями воинов, в сравнении с ним воины казались пустым местом.
Пока Боевые Мечи были обездвижены, третий монстр расхаживал по полю, пожирая кавалерию огромными голубыми глазами, затянутыми пеленой. Некоторые бойцы лежали на земле и истекали кровью от предыдущих атак. Остальные дрожали при виде существа. От его длинного тела исходили тени, они извивались, тянулись в сторону щитоносцев и воинов. Сам же монстр странно шипел, и от этого звука волосы Теи вставали дыбом.
Несмотря на всю выучку, лошади начали паниковать, они били копытами и жалобно ржали.
– Всем стоять на местах! – закричал Эсиллт и поднял кулак, когда существо приблизилось к их отряду. – Не сметь, мать вашу, двигаться! Я сказал – всем стоять!
Жнец принюхивался, будто мог учуять в воздухе их страх, будто смаковал его, точно аромат хорошего вина. Он подкрадывался к ним, его тени плясали.
Тея судорожно вздохнула.
Голова существа повернулась прямо к ней, он пронзил ее своим взглядом.
– Стоять! – снова прогремел голос Эсиллта.
Он ждал, что сделают Боевые Мечи. У них, похоже, было полно…
Существо устремилось к отряду.
Кто-то закричал, и Эсиллт полетел с лошади. Его тело с глухим стуком упало на землю.
В панике его лошадь понеслась прочь. За ней последовала дюжина остальных, всадники либо также выпадали из седел, либо едва успевали удержаться, пока лошади убегали из хаоса.
Их строй пал.
Шипение жнеца раздалось ближе.
Он возвышался над ними, размахивал смертоносными когтями, от него исходил черный туман. Он изучал армию своим ужасающим взглядом. Казалось, он искал кого-то. Его глаза вновь остановились на Тее.
Ее тело задрожало, сквозь него прошел поток чего-то могущественного, и она сдавленно вскрикнула.
– Себ, нет! – закричал кто-то.
Себастос Барлоу оказался на земле, он замахнулся мечом на монстра, а рядом с ним был один из его дружков. Молодые люди двинулись на существо, размахивая оружием, но не смогли нанести ни одного удара.
Черная сила ударила по другу Себа, отбрасывая его через все руины. С тошнотворным треском его тело впечаталось в каменные обломки. Жнец повернулся к Себу и, шипя и щелкая своими темными плетьми, направился к нему.
Тея прыгнула в воздух, приземлилась на корточки перед Себом и притянула его к себе, прикрывая щитом.
Удар магии жнеца едва не расколол щит на две части. Дерево задрожало, и дрожь эта отозвалась в костях Теи, воздействие энергии словно пробудило ее. Существо нанесло еще несколько ударов по щиту, за которым укрывались Тея с Себом.
Темная магия отпрянула, готовясь к новой атаке.
– Стена щитов! – словно со стороны услышала Тея свой крик. – Стена щитов!
Она не знала, слышит ли ее кто-то, станет ли вообще кто-либо ее слушать. Происходившее в руинах больше не было подвластно могущественным созданиям и лучшим тезмаррцам, начинался хаос.
Оглушаемая собственным сердцебиением, она подготовилась к очередному удару. Тея не была уверена, что щит выдержит продолжавшуюся атаку.
Однако внезапно ее окружили, и рядом с ней с глухим стуком приземлились щиты.
Раздавшийся вдалеке пронзительный крик подсказал ей, что Боевые Мечи одолели противника.
– Гоните его назад, – проревела Тея. – Гоните его к Боевым Мечам. Они прикончат его. Вырежут его черное сердце!
Плечом к плечу со своими товарищами, перекрывая щиты друг другом, Тея повела строй вперед. Они оттесняли существо назад, из-за укрепленной обороны его атаки ослабевали.
Размахивая сталью, Боевые Мечи наконец вырвались из ядовитых щупалец.
Все больше и больше щитоносцев и воинов присоединялись к стене Теи, выставляя свои щиты. Их сила росла по мере того, как они продвигались сантиметр за сантиметром, оттесняя…
На них обрушились брызги горячей жидкости, и даже в тусклом свете Тея увидела их цвет – красный с черными вкраплениями. Кровь жнеца. Струйка потекла по ее лицу, в ноздри ударил запах жженых волос.
Они продолжали двигаться вперед, и Тея, заглянув в дыру между щитами, увидела, как Тордж яростно ударял своим молотом по голове существа, а Хоторн, весь измазанный кровью, сжал в кулаке влажный ком – еще одно сердце.
– Вперед! – закричала она, налегая на щит всем своим весом.
Вместе они отогнали монстра назад.
Над руинами разнесся победный крик, и что-то с глухим стуком упало на землю, укатившись к ногам Теи. Она медленно опустила щит.
Перед ней лежала голова жнеца. Его затуманенные глаза теперь были пустыми и смотрели в небо.
Остатки тьмы рассеялись, и воины из отряда Теи постепенно разбредались кто куда. Тишину нарушил влажный чавкающий звук – Тордж кинжалом вырезал сердце еще одного монстра.
Поблизости кого-то вырвало на грязную землю.
Утренний свет, который был поглощен созданиями тьмы, медленно возвращался. Он освещал поле битвы, позволяя ясно увидеть леденящие душу последствия.
Тея была так поглощена происходившим с ее отрядом, что не обращала внимания на остальных. Среди руин лежали мужчины, кто-то истекал кровью, у кого-то неестественно торчали конечности. А затем она вспомнила…
– Эсиллт!
Выронив меч и щит, она бросилась туда, где Мастер Оружия упал с лошади. Она бежала к руинам городских стен, чувствуя рядом с собой Киппа. Они нашли Эсиллта среди обломков, он полулежал, прислонившись спиной к частично разрушенной каменной колонне. Его седые волосы были перепачканы кровью. Его собственной.
Тея опустилась на колени рядом с ним.
– Эсиллт, вы меня слышите?
Мастер Оружия простонал, его подбородок неуклюже оторвался от груди.
– Да, к сожалению… – пробормотал он.
Тея с облечением вздохнула и присела на корточки, пока Кипп осматривал рану на его голове.
– Придется наложить несколько швов, сэр.
– Только не ты, мальчишка, – проворчал Эсиллт, морщась от прикосновения Киппа.
– Я бы и не мечтал о таком, сэр. Для вас только самое лучшее.
Эсиллт усмехнулся, и из-за этого из его рта потекла струйка крови.
– Кипп, – позвала друга Тея, внезапно вспомнив. – Найди в моей седельной сумке черную сумку и принеси сюда. У меня должно что-нибудь быть.
Кипп сразу же подскочил на ноги.
– Где Вернич? – прогремел голос Хоторна.
Ожидая Киппа, Тея всматривалась в кровавое месиво, пытаясь найти старшего воина.
– Вон он! – крикнул кто-то через мгновение, указывая на прихрамывающую фигуру, которая приближалась с северных окраин руин.
Когда старший Боевой Меч приблизился, Тея увидела под слоем грязи и крови его бледную кожу. Штанина на левой ноге была разодрана, как и плоть под ней, из раны сочилась свежая кровь.
– Тордж! – закричал Хоторн, бросаясь вперед и подхватывая споткнувшегося Вернича.
– Что случилось? – спросил он, присоединившись к своим товарищам и разглядывая ужасное состояние ноги Вернича.
– Эта дрянь сбежала, – ответил Вернич сквозь стиснутые зубы. – Она изодрала в клочья ногу и… Взорвалась. Я подумал, что он уничтожил сам себя, но… Когда пришел в себя, увидел, как черная тень движется к морю, к Завесе.
Хоторн выругался.
– Тея, держи. – Голос Киппа вернул внимание Теи к несчастному Эсиллту.
Она очень надеялась, что поняла слова Рен правильно…
– Эсиллт, – мягко позвала она. – В наших войсках кто-то владеет боевым целительством? Есть ли у нас целительские припасы?
Мастер Оружия застонал, когда она помогала ему ровно сесть.
– Эсиллт?
– Боевые Мечи, – ответил он. – Но, судя по всему, им нужно позаботиться о своих собственных. Некоторые командиры… – Он поморщился от того, что Тея убрала его спутанные волосы от раны.
Тея посмотрела на Киппа.
– Иди поспрашивай их, узнай, кто умеет оказывать помощь раненым. – Она заглянула в сумку и с облегчением вздохнула. – Скажи, что у меня есть кое-какие припасы.
Он уже подорвался в сторону командиров.
– Кипп! – позвала она, парень мгновенно остановился и повернулся.
– Найдешь Кэла? Убедись, что с ним все в порядке.
– Будет сделано, – ответил он, отдавая честь.
Вместе с парой человек Тея половину утра помогала раненым щитоносцам. Хоть она знала, что ей никогда не стать такой же умелой, как Фарисса и Рен, она была благодарна за те уроки, на которых тогда настояла, и за то, что после всего произошедшего в руинах Дельмиры руки ее все еще были тверды.
Она видела, что многие щитоносцы были шокированы. Фарисса предупреждала ее об этом, и Тея знала, что если бы не была занята делом, то сейчас была бы в таком же состоянии. Она настояла на том, чтобы раздать содержимое сумки Рен лично, так как сестра положила не только целебные средства, но и яды.
«Рен такая Рен…»
Тея с головой погрузилась в работу: перевязывала раны чистыми льняными бинтами, не забывая при этом говорить каждому «пациенту», что она не целитель и по возвращении в Тезмарр им следует сходить в лазарет. Казалось, что эти заявления никого не волновали – все лишь благодарили девушку за лечение, и Тея надеялась, что оно помогло предотвратить возможные инфекции.
– Тея… – мягко позвал Кипп.
Тея резко обернулась.
– Что-то с Кэлом? Ты нашел…
– Кэл в порядке. Пара царапин, воняет, как загаженный ночной горшок, но в порядке.
С души словно упал камень.
– Тогда что такое?
Лицо Киппа помрачнело.
– Лачин.
– Что с ним?
– Я подумал, тебе следует знать. Он… Он умер.
Тея моргнула, до нее не доходил смысл слов.
– Умер?
Кипп кивнул.
Руки Теи упали со щитоносца, раны которого она залечивала. Она осела на сырую землю и прикрыла рот дрожащей рукой.
– Он… – Тея не смогла выразить свои мысли.
– Держи! – Кипп вложил ей в ладони что-то холодное. – Выпей. Ты не останавливалась и на минуту…
Тея машинально поднесла флягу к губам и поняла, что то была не вода, а обжигающая горло жидкость. Этот факт ее порадовал. Она только сейчас осознала, насколько замерзла.
– Как? Как Лачин умер? – наконец выдавила она.
Кипп поморщился:
– Одна из тех тварей чуть не разрезала его на две части…
Тея подавила подступившую тошноту и постаралась не представлять себе их товарища.
– Боги.
Над ними нависла тень Хоторна. Боевой Меч оглядел шеренгу воинов, на которых были следы ее лечения, и протянул ей руку.
– Я думаю, ты сделала все, что могла.
Тея приняла его руку и поднялась на ноги. От прикосновения по телу разлилось тепло.
– Ты не ранена? – мягко спросил он.
– Нет. Не ранена.
Она осмотрела его, отмечая бесчисленные порезы и различные кровоподтеки, выступившие на его коже.
Хоторн проследил за ее взглядом.
– У меня были раны намного хуже, – тихо произнес он.
Тея потянулась к сумке.
– Позволь помочь…
Однако Хоторн покачал головой и обхватил ее руки своими, останавливая.
– Отдохни.
А затем ушел.
Кажется, они вечно уходили друг от друга.
Спустя некоторое время Тея заметила, что к ней с Киппом присоединился Кэл. У него была глубокая рана на ключице, но в целом он не пострадал.
– Мне казалось, ты сказала нам, что у тебя «никого» на горизонте, мм? – спросил Кипп, проследив за ее взглядом, который был устремлен на Хоторна.
Тея не ответила. Она бесцельно бродила по руинам в ожидании приказов, чувствуя, как ею начинает овладевать собственный шок. Она заставила себя глубоко вдохнуть прохладный утренний воздух, игнорируя металлический запах крови. Тея успокаивала себя тем, что ее друзья рядом. В полуденном свете она видела запятнавшую землю кровь – как человеческую, так и тенетворцев.
Боевые Мечи собрались в центре руин.
Нога Вернича была зашита довольно неаккуратно, но он стоял так же прямо, как и остальные. Скрестив руки на груди, он вместе с Торджем и Хоторном разглядывал кровавую кучу у их ног.
– Мы должны их сжечь, – заговорил Тордж.
– А пепел развеять над морем, – согласился Вернич.
Однако Хоторн, измазанный кровью и грязью, покачал головой.
– Мы возьмем сердца с собой, – заявил он. – Отвезем их в Тезмарр.
И вот, с сердцами монстров, пропитывающими мешки кровью, и телами павших товарищей, привязанными к лошадям без наездников, Боевые Мечи оседлали своих жеребцов и повели воинов Тезмарра домой.
На обратном пути Уайлдер оторвался от отряда и ехал впереди. Ему было необходимо оградиться от братьев, командиров, от всех и вся. В том числе и от ужаса, охватившего его, когда жнец увидел Тею.
Регульдский жнец… Существо безграничной тьмы, монстр, который мог «проникнуть в душу человека и наслать на нее то же проклятие, что хранит в себе». И его тянуло именно к ней.
Под броней рубашка Хоторна стала влажной от пота. Тенетворцы и их мастера не обитали в Срединных Королевствах, никогда не обитали. И все же они были здесь, свободно передвигались по королевствам в поиске силы. Ее они жаждали больше всего – больше, чем крови, больше смерти.
Сила. Они могли чувствовать ее, учуять в толпе…
И один нашел ее в Тее.
В разгаре битвы Уайлдер наблюдал, как существо замерло на полпути к цели и его внимание приковалось к ней. Словно кто-то развеял пелену перед его глазами, и оно наконец увидело то, что всегда искало.
С тех пор как Уайлдер узнал об этих монстрах и столкнулся с ними лично, вторжений становилось все больше. Учитывая, что гибель жнеца означала и смерть тех существ, что он породил, встретить сразу пятерых он не ожидал. Уайлдер осознал, что тогда их должно быть больше, чем предполагают. Если для них потеря пятерых – пустяк, значит, их достаточно много. Жнецы становятся всё увереннее в себе. Обе мысли внушают ужас.
Напряжение выбивало воздух из груди, его легкие горели. Уайлдер откинул со лба выбившиеся пряди, потянулся за флягой и сделал глоток столь необходимой обжигающей жидкости.
В письме Дратос сообщил лишь о простых тенетворцах – не о жнецах. Однако пять смогли прорваться… Пять.
«С каждым днем Завеса становится все слабее. Наши рейнджеры докладывают о странных звуках, доносящихся из-за ее туманов, и о подземных толчках, сотрясающих окраины наших земель».
Получается, в Завесе была брешь к югу от Наарвы, а теперь появилась еще одна – к северу от Дельмиры. На королевства одна за другой надвигались угрозы, и ужасам, которые могли обрушиться, не было предела. Трем оставшимся королевствам не хватало Боевых Мечей, чтобы защитить жителей.
Сердца жнецов глухо стучали о его седло, от пропитанных кровью мешков исходил отвратительный запах паленых волос. Уайлдер, как обычно, отдаст их Фариссе, чтобы она попыталась узнать что-нибудь о природе и слабостях этих существ.
Он продолжал ехать, и его кожа между плечом и грудью пылала болью – там была глубокая рана. Не в первый раз он проклинал то, что прошел Великий Обряд слишком поздно, уже после того, как Дельмира пала и все запасы брони для Боевых Мечей иссякли. На нем же была жалкая копия, и она делала его уязвимым – похоже, монстр прилично ударил его.
Хоторн опустил взгляд на рану – она горела и в ней начиналась инфекция. Он неохотно вылил немного напитка на порез и, когда кожу защипало, выругался. Именно на такую рану какой-нибудь воин использовал бы пузырек родниковой воды из Авеума. Эта вода была чистейшей во всех королевствах, она обладала лечебными свойствами, и многие мечтали заполучить себе пузырек. Однако Уайлдер справлялся с ранами и похуже, и поэтому считал, что ни на одну из них тратить свой пузырек не стоит. Он прекрасно со всем справится, как и в предыдущие разы.
Талемир и Малик израсходовали свои пузырьки слишком рано, и когда настал по-настоящему страшный час, у них ничего не осталось. А к тому времени, как Уайлдер до них добрался, воспользоваться собственным было уже поздно. Он не собирался повторять их ошибки. Он будет беречь свой до тех пор, пока перед лицом злой судьбы у него не останется выбора.
Царапина – мелочь. Уайлдер отчаянно жалел о том, что они не прикончили последнюю тварь, что она улизнула к морю. Кто знает, сколько еще тенетворцев погибли бы после смерти своего создателя? Они упустили возможность.
Уайлдер отпил еще огненной настойки и поморщился оттого, что своим движением побеспокоил рану. И ничто не могло избавить его от терзавших мыслей. Регульдский жнец тянулся к Тее, он выделил ее из толпы.
Игнорируя боль, Уайлдер пустил жеребца в галоп. Ему нужно было вернуться в крепость. Ему были нужны ответы.