Тея отбросила все мысли о Хоторне и поспешила обратно в спальню. Чтобы избежать неловкости утром, она сразу переоделась в чистые рубашку и брюки. Шли минуты, а она снова собиралась с духом. Тея решила, что, несмотря на издевательства, она докажет этим ублюдкам, что они не правы. Она собиралась стать лучшим щитоносцем, которого они когда-либо видели, а однажды добьется большего, великого.

Когда после встречи с Хоторном она прокралась в спальню, ее пробирал ужас. Если кто-то из комнаты хоть немного походил на Себа, то ее ожидали неприятности.

В комнате еще горела одинокая свеча – тот парень, который назвал ее «милая», читал. Когда она по темноте шла к своей кровати, его взгляд блуждал по ней, и от этого по ее коже побежали мурашки. Ее переполняла радость оттого, что она была одета в рубашку и брюки, а не в ночную сорочку.

В ее голове звучали его слова: «Тебе здесь не место. Тебе здесь не место».

Нарастающая тревога подсказывала ей, что за ней наблюдает не одна пара глаз, и вся та решимость и мужество, которые она ощущала всего несколько мгновений назад, бесследно исчезли. Она смирилась с тем, что ее ожидает бессонная ночь, и жалела, что у нее больше нет кинжала. Сердце билось с неистовой скоростью. Она подошла к кровати, откинула одеяло и осмотрела простыни на предмет каких-либо проделок от щитоносцев.

Она ничего не обнаружила. Однако это не значило, что ей ничего не грозит. По напряжению, витавшему в воздухе, она понимала, что некоторые не прочь ей навредить.

Стараясь двигаться ровно и уверенно, Тея засунула свои вещи под кровать и скользнула под одеяло. Она едва не вскрикнула от холода простыней и поежилась.

Одинокая свеча погасла.

Комнату окутала непроглядная тьма, и сердце Теи едва ли не выскочило из груди.

Они будут ждать, пока она заснет? Какие ужасы они подготовили? Они просто издевались? Или ее ожидало что-то серьезное?

Тея насторожилась, услышав, как заскрипели пружины матраса, а затем чьи-то босые ноги зашаркали по полу.

Значит, они решили не ждать. Кто-то шел к ней. Она сжала кулаки в готовности нанести удар и поклялась, что если переживет эту ночь, то украдет какой-нибудь клинок из оружейной или хотя бы нож с утренней трапезы. Она слышала приближающиеся шаги.

Вдруг раздался угрожающий рык.

Тея резко села.

– Что за… – проворчал щитоносец, а затем в ужасе закричал. Кто-то выругался из-за шума и зажег свечу.

В центре комнаты стоял Дакс, пес Малика. Своей огромной лапой он прижимал к полу голову щитоносца – казалось, он вот-вот раздавит ее.

– Ладно, ладно! – завопил щитоносец, назвавший Тею «милой». – Отзови своего зверя, девчонка. Я не собирался ничего делать.

Сердце Теи все еще бешено ударялось о грудную клетку, и, переведя дыхание, она подошла к потенциальному нападавшему. Он обливался потом под весом Дакса.

– Пожалуйста, – взмолился он.

По комнате разнесся еще один низкий рык, сквозивший предупреждением.

Тея смерила парня мрачным взглядом:

– Ты ведь не повторишь этого снова, да?

– Я не… я не собирался!..

Дакс обнажил клыки, и слюна закапала парню на лицо.

Тея равнодушно наблюдала за происходящим. Ей очень хотелось позволить Даксу растерзать ублюдка, но вряд ли это положительно скажется на ее пути щитоносца.

– Дакс, ко мне, – наконец скомандовала она.

Дакс убрал свою гигантскую лапу с парня, и тот заскулил. Пес бросился к кровати Теи.

Щитоносец же поспешил прочь.

Тея мысленно улыбнулась, забираясь под одеяло. Огромный пес трижды покрутился вокруг себя, устраиваясь у нее в ногах. Своими желтыми глазами он принялся наблюдать за спальней.

Впервые после возвращения в Тезмарр Тея смогла расслабиться.

Она почесала гигантского зверя за ушами.

– Хороший мальчик, – похвалила она его.

Под охраной Дакса она свернулась калачиком на своей узкой кровати и проспала всю ночь без сновидений.

* * *

Было еще темно, когда Тея проснулась из-за ворчания щитоносцев. Все они натягивали на себя одежду и проклинали холод, не обращая на нее никакого внимания. Наверное, было еще слишком рано, и они не до конца проснулись, чтобы думать о ней.

Тея их понимала. Она вылезла из-под теплого одеяла и ощутила, как холод воздуха и пола пронизывает ее ноющее тело. Окоченевшими пальцами она натянула на ноги шерстяные носки.

Дакса нигде не было, но место у нее в ногах, где он лежал, свернувшись калачиком, было еще теплым.

«Боги, спасибо за эту собаку», – подумала она про себя, после чего зашнуровала ботинки и натянула плащ.

Не имея и малейшего представления о том, что будет происходить дальше, Тея сидела на краю кровати и ждала, пока остальные закончат одеваться. Она размышляла, как бы ей сообщить Рен, что с ней все в порядке.

– Смотрю, ты пережила эту ночь, – произнес Кэл вместо приветствия.

– Как видишь.

– Кипп обрадуется. Он, кстати, действительно верит, что вчера победил тебя в спарринге.

– Так и есть.

– Тебе когда-нибудь говорили, что ты не умеешь врать? Более того, даже те из нас, кто любит Киппа, знают, что он не владеет мечом. – Кэл потянул ее за руку. – Пойдем, а то всю еду съедят.

Тея проследовала за своим новым другом в Главный зал. Остальные жители крепости еще спали, поэтому щитоносцы расселись по разным столам. Так Тее нравилось больше. Она могла взять все, что хотела, с главного стола, а затем пойти за свой.

Кипп радостно помахал им рукой. Перед ним лежал сборник карт.

– Ты жива!

Тея и Кэл переглянулись.

– Ты во мне сомневался? – спросила она, когда они подошли к Киппу.

– Ни на секунду, – ответил тот, засовывая в рот огромный кусок хлеба.

– Это хорошо, – произнесла Тея, грея руки о кружку с чаем. – Потому что я здесь надолго.

– Я знаю. Поэтому я поставил на тебя три серебряных.

Тея опешила:

– Ты тоже сделал ставку?

Тея и сама не понимала, почему так удивилась. Она знала Киппа и Кэллахана всего полдня, они ничего ей не должны.

– Конечно, – гордо заявил Кипп. – Я поспорил с Лачином на три серебряных, что ты блестяще пройдешь испытание на посвящение.

Кэл легонько толкнул ее локтем:

– Кипп ставит против остальных. Он говорит, что ты выиграешь.

Тея не знала, то ли от холода, то ли от голода ее мозг отказывался соображать. Наконец их слова сложились в единое целое.

– Ой. Что ж, я постараюсь тебя обогатить.

Кипп выглядел довольным:

– Когда я получу деньги Лачина, мы с вами отправимся в Харент. До смерти хочу вновь посетить «Веселого лиса» и выпить кислой медовухи.

– «Веселый лис»?

– По всей видимости, любимая таверна этого шута в Харенте, – предположил Кэл, качая головой. – Хотя я подозреваю, что его нога не ступала ни в одну таверну…

– Я бывал много где.

Тея полила кашу медом и отправила в рот ложку, задумываясь о том, что не знает, когда они поедят в следующий раз.

– Не знала, что щитоносцы могут покидать территорию…

– В свободное время – нет, – усмехнулся Кэл. – Нас часто посылают по поручениям Мастера Гильдии, командиров и Боевых Мечей. Например, доставить сообщение, забрать товары и припасы для крепости и тому подобное.

– Иногда на пути мы совершенно случайно натыкаемся на какую-нибудь таверну… – добавил Кипп.

Кэл закатил глаза:

– Одна таверна. Один раз. И то не факт. А ты только об этом и треплешься без конца.

– Нет, не…

Тея спокойно ела свой завтрак, пока парни препирались. Глядя на них, она с нежностью поняла, что они напоминают ей Сам и Иду, а также ее и Рен. Она поклялась себе не слишком зависеть от них. Эти парни любезно приняли ее под свое крыло, но кто знает, как долго это продлится? Ей нужно стать независимой и найти способ заставить остальных щитоносцев уважать ее, а еще лучше – бояться.

Пока Тея размышляла об этом, ее сверлили взгляды из-за соседних столов. Она не сомневалась, что Себ начал подготавливать почву для заговора против нее. Если в Тезмарре и был хоть один мужчина, чья мужественность растворялась от одного лишь присутствия женщины, то это был Себ.

– Чей пес спал у тебя на кровати ночью? – спросил Кэл. – Я уже несколько лет вижу его в крепости, но никогда не замечал, чтобы он вел себя с кем-либо так, как с тобой.

– Друга.

– Понятно, – игриво протянул Кэл.

– Ты не так понял, – быстро возразила Тея, но, услышав намек в его голосе, мысленно вернулась к моменту, как Хоторн разглядывал ее обнаженное тело.

Кэл вскинул руки, показывая, что сдается.

– Не осуждаю.

Над их столом нависла тень.

– Давайте все наплюем на тренировки, соберемся у костра и будем делиться историями, – заскрежетал голос Эсиллта.

Все трое подскочили.

– Во внутренний двор! Сейчас же!

Видимо, Мастер Оружия уже был в дурном настроении.

Они чуть ли не повалились с ног, пока бежали к дверям.

Кто-то сзади грубо толкнул Тею, и она растянулась на каменном полу. Руки жгло от боли.

– Смотри, куда идешь, беспризорная, – прорычал Себ и изо всех сил постарался наступить на нее, пока она пыталась встать.

Кипп поднял ее. Тея удивилась тому, что его худощавое тело оказалось достаточно сильным.

Себ шел вперед, расталкивая людей на своем пути. Он крикнул в ответ:

– Слышал, ты даже спишь с собаками, беспризорная. Скоро тебя вышвырнут отсюда вместе с остальными бездомными животными.

Тея отряхнулась, кивком поблагодарила Киппа и приложила ладони ко рту рупором.

– Как там с сыпью, Себ? – прокричала она. – Девочки говорят, что ты ходил красный целую неделю.

Впереди послышалось яростное возмущение, но Себу не удалось вернуться к Тее, потому что узкий проход заполонила толпа щитоносцев.

Кэл и Кипп смотрели на нее, не веря своим ушам. Она одарила их самодовольной улыбкой.

– Благодаря моей сестре несколько недель назад он и его свита отправились в лазарет…

У Киппа отвисла челюсть.

– Я должен с ней познакомиться. Немедленно.

Тея рассмеялась:

– Если ты подскажешь мне, как лучше всего передать ей сообщение, то, может быть, я ей представлю тебя.

– А я и не нуждаюсь в представлении, – заявил Кэл, выпятив грудь и положив на нее руку.

Тея подавила смешок, думая, что бы Рен сказала об этих двух щитоносцах. Но все мысли вылетели из ее головы, как только они оказались в холодном дворе.

Перед воротами крепости стоял Осирис, Мастер Гильдии, смиряя всех холодным и суровым взглядом. Справа от него стоял Эсиллт, а по бокам – три Боевых Меча Тезмарра. Включая Хоторна. Взгляд Теи сразу же метнулся к нему, по телу разлилось тепло. Он был одет во все черное, за спиной два меча, его руки покоились на рукоятях острых сабель, висевших у него на поясе. Он, как всегда, выглядел непоколебимым. Никакого затуманенного взгляда и раскрытых губ, что она видела вчера. Ее сердце замерло.

Она надеялась встретиться с ним глазами, но Хоторн не смотрел на нее. Он просто окидывал щитоносцев и своих товарищей презрительным взглядом. Даже Тордж, которого Тея считала самым спокойным, был напряжен до предела.

– Что происходит? – прошептал Кипп.

– У них объявление, – кто-то тихо ответил ему.

– А нельзя было сделать его в зале, где тепло? – пробурчал Кипп.

– Заткнись, – рявкнул другой щитоносец.

Осирис поднял руку, и толпа щитоносцев замолчала. По двору разнесся его голос:

– У нас для вас новость, новобранцы, – начал он. – В последние годы наши Боевые Мечи много путешествовали, защищая Срединные Королевства. Хоть их число сократилось, именно благодаря им три наших королевства целы, а магия их правителей сохранилась. Короли и королевы решили, что наши лучшие воины должны быть с нами и что мы нуждаемся в их мудрости и опыте, дабы взращивать воинов будущего…

От волнения у Теи перехватило дыхание.

Вздохнув, Осирис продолжил:

– С тех пор как мы обрели последнего Боевого Меча, прошло уже более десяти лет… Отныне щитоносцам будет уделяться больше внимания, чем когда-либо.

В воздухе витало нетерпение и предвкушение. Тея посмотрела на Киппа и Кэла, их взгляды были прикованы к Мастеру Гильдии.

– Джентльмены, внимательно посмотрите на наших славных Боевых Мечей. Задумайтесь, кому из них вы бы хотели с гордостью служить. После испытания на посвящение каждый Боевой Меч выберет себе ученика.