– Что ж, тогда аннигилирую вместе с вашими артефактами, – усмехнулся я. – Не самая худшая смерть. Бах – и ты без боли и страданий оказываешься в Краю вечной войны. Хотя, если честно, я туда не очень тороплюсь. Потому расскажите на всякий случай, как выглядит ваш «тоннель».

…Тан лишь посмотрел на стену – и на ней немедленно возникло трехмерное, медленно вращающееся изображение артефакта.

С виду он был похож на обрезок водопроводной трубы. Вообще ничего особенного. Увидел бы такой в Зоне – мимо прошел. Не исключаю, что сталкеры и проходили, не обращая на него внимания – мало ли мусора в Зоне валяется? Ну, разве что чуть поблескивали еле заметными искрами края «срезов» той трубы, но, если не приглядываться, фиг заметишь такую особенность.

– Пользоваться им просто, – сказал Тан. – Нужно лишь ударить обо что-то твердое правильным концом, а потом направить его на нужную точку пространства, где и возникнет портал.

– А как понять, что конец правильный? – поинтересовался я. – С виду они одинаковые.

«Мусорщик» пожал плечами.

– Это загадка, над которой бились многие наши ученые, но так толком ничего и не выяснили. Одним концом ударишь – из «тоннеля» вырывается луч, который через пару секунд прожигает тоннель в пространстве, и перед тем, как шагнуть в него, нужно лишь хорошо представить себе конечную точку перемещения. Другим ударишь – «тоннель» просто взорвется. Хорошо, если только руки оторвет, а может и голову снести заодно.

– Второй вариант меня устраивает больше, – сказал я. – Ибо голова без рук мне совершенно ни к чему.

– Значит, выбирай «тоннель» покрупнее, – на полном серьезе посоветовал Тан. – Тогда точно верхнюю часть туловища на куски разнесет. Кстати, даже если ударишь правильно, под луч «тоннеля» голову лучше не подставлять, сгорит моментально. Только сначала не забудь активировать аннигилятор. Тут все просто: здесь нужно сорвать пломбу, а потом нажать кнопку. И все, примерно через десять секунд произойдет взрыв – вполне достаточное время, чтобы активировать «тоннель» и покинуть наш мир.

Я усмехнулся про себя.

Вроде б уже пора привыкнуть, что как только моей вселенной грозит какой-нибудь фатальный трындец, Провидение немедленно посылает меня его устранять. Причем с неиллюзорным риском отбросить коньки в процессе того устранения.

Иной раз возникает у меня в голове вопрос: почему именно я? И не пора ли уже тому Провидению отправить меня на заслуженный отдых, выделив для этого лесной домик возле речки и в благодарность за все хорошее огородив то место пятиметровым забором от тварей и разных сволочей, пытающихся трепать мою измотанную нервную систему.

Но нет.

Видимо, отдых – это не про меня. Вот опять, как нарочно: заготовили подлые «мусорщики» глобальный сброс артов в мой мир – и немедленно обстоятельства складываются так, что воспрепятствовать тому сбросу должен именно я. Разумеется, рискуя собственной жизнью.

– Мы тебя прикроем, – сказал Тан. – Как только ты проникнешь на склад, у тебя наверняка не останется сил мысленно держать стрелки на нуле – это очень энергозатратная и болезненная процедура. И ты себя раскроешь, после чего немедленно сработает сигнализация. Стражи ринутся внутрь, но мы их задержим – на тебе будут закреплены маяки, которые притянут наши пространственные пузыри, так что один ты на складе не останешься…

– Но погоди, – перебил я Тана. – Допустим, я активизирую правильный конец «тоннеля», и он не превратит меня в таз на ножках. Я уйду в свой мир, а вы останетесь погибать на том складе?

– У нас будет возможность уйти в пространственные пузыри перед взрывом, – сказал «мусорщик». – Если, конечно, их с ходу не уничтожат стражи. Ну и потом, в этой акции у каждого своя задача. Твоя – доставить аннигилятор на место и активировать. А наша – прикрыть тебя и его, чтобы стражи не превратили вас в пыль прежде, чем дело будет сделано.

Судя по тому, что говорил Тан, мы все шли на смерть. Найти на огромном складе «тоннель», в то время как со всех сторон валят стражи… Как-то мне даже на стадии описания процесса все это напоминало утопию. Ну и с командой Тана была куча всяких «если», прямо указывающих на то, что вряд ли мы вернемся живыми с этой акции.

А с другой стороны, мне впервой, что ли, участвовать в безумных предприятиях с крайне призрачной перспективой остаться в живых?

Потому я не спеша достал магазин из АК, проверил его на наличие патронов, то же самое не спеша проделал с магазинами «стечкиных» и просто спросил:

– Когда приступаем?

– Прямо сейчас, – сказал Тан. – Может, «смерть-лампу» возьмешь? Там заруба обещает быть жесткая, лишний ствол не помешает.

– Не-а, – отозвался я. – Ваши «лампы» штуки, конечно, мощные. Но медленные. А я предпочитаю, чтобы оружие работало пошустрее. В случае, если та заруба начнется, я буду работать по головам противников, чтоб их шокировать и притормозить, а вы добивайте.

– Принято, – кивнул Тан. – Ну что, друзья, начинаем.

Он вновь взглянул на стену – и она внезапно раскрылась наподобие ворот, из которых выбежали существа, а может, и роботы, напоминающие столы на куче мохнатых паучьих ножек длиною примерно с мой автомат.

На этих столах лежали «смерть-лампы» ружейного и пистолетного типов, а также поблескивающие синевой полные «пустышки», заменяющие тем «лампам» магазины. Всего «столов» было восемь, каждый из которых подбежал к одному из нас и неподвижно замер.

Кстати, помимо «смерть-ламп» и магазинов к ним, лежало на тех столах и еще кое-что, ранее мною не виданное. А именно – приплюснутые шары с синевой внутри, формой и размерами немного напоминающие наши эргэдэшки.

– Гранаты? – поинтересовался я.

– Они, – кивнул Тан. – Возьмешь парочку?

– Не откажусь, – сказал я, забирая со своего «стола» две штуки. – А как ими пользоваться?

– Видишь у них сбоку черенок шевелится, похожий на червяка? Его отрываешь и кидаешь. Время осознания потери у «желудя» примерно три секунды, после чего он от огорчения взрывается. Кстати, в отличие от техногенного мусора, это живой плод, произрастающий в земле. И черенок – это его единственная связь с внешним миром, лишившись которой он больше не представляет себе смысла существования и самоуничтожается посредством взрыва.

– Ишь ты, какая ранимая граната, – усмехнулся я. – А как у нее с убойной силой?

– Тебе понравится, – отозвался Тан. – Главное, черенок рви посильнее и кидай подальше. Ну что, друзья, пора в путь!

На «столах», помимо оружия, еще лежали слабо шевелящиеся и переливающиеся синевой предметы, похожие на наши двустворчатые раковины. Тан взял свою и показал мне на короткий отросток, высовывающийся между створками.

– Это хранители наших порталов, а это их язык, стимулирующий выплеск концентрированной энергии – нужно лишь нажать на него. Главное, не стой на пути этого выплеска, а то в концентрированном виде он тебя просто разорвет. Хранители уже настроены каждый на свою волну. Твой перенесет тебя ко входу на склад, наши – непосредственно внутрь него, но немного позже. У тебя будет примерно десять ваших минут, чтобы свести стрелки восприятия в ноль и пройти мимо охраны. Не удивляйся, вид стражей ворот может показаться тебе странным – даже моя кровь не сможет так изменить твое ви́дение, чтобы их внешность показалась тебе более-менее знакомой. Но рассматривать их тебе не нужно. Главное, попади внутрь склада!

Тан прицепил мне на бронекостюм пару каких-то шевелящихся кнопок.

– Это маяки, которые притянут наши пространственные пузыри, когда ты окажешься на складе.

– Ага, понял, – сказал я, беря раковину.

После чего отвел ее в сторону, подальше от себя – и нажал на отросток.

«Моллюск» рявкнул неожиданным басом, выплюнув из себя комок прозрачной слюны, которая на мгновение повисла в воздухе – и вдруг с хлопком раскрылась, превратившись в подобие мыльного пузыря двухметрового диаметра.

В который я и шагнул, мысленно пытаясь свести воображаемые стрелки на воображаемом нуле своих воображаемых часов…

* * *

Бывает такое: живешь ты, никого не трогаешь, законы соблюдаешь, в урны плюешь… А ляжешь спать, и начинает тебе сниться настолько лютая бредятина, что просыпаешься – и диву даешься, откуда что взялось. Нет бы мозгу спокойно отдохнуть от дневных впечатлений, так нет. Вместо отдыха он начинает себя развлекать, генерируя настолько несусветную чушь, что, проснувшись, понимаешь – насмотревшись таких снов, ты не отдохнул, а устал еще больше…

Вот и сейчас я вывалился из пространственного пузыря во что-то, сильное похожее на бред мозга, соскучившегося по сильным впечатлениям.

Я был внутри периметра, огороженного забором… из пятиметровых толстых червей, торчащих вертикально и, видимо, воткнутых хвостами в землю. У тварей не было голов, лишь широченные пасти на концах туловищ, которыми они периодически щелкали вхолостую, то склоняясь чуть не до земли, то вновь взмывая вверх, к темно-красному небу.

Внутри периметра находилось здание, изрядно похожее на гигантскую кучу дерьма с несколькими отверстиями возле основания – видимо, входами.

А возле входов паслись стражи.

Это были совершенно жуткие создания метра два в высоту, похожие на противотанковые ежи. Из мясистого основания у них во все стороны торчали черви, похожие на тех, из которых была составлена ограда, только размером поменьше. Передвигались стражи по принципу перекати-поля – просто катались туда-сюда по охраняемой территории, пощелкивая зубастыми пастями.

На мой выход из мгновенно исчезнувшего пузыря твари отреагировали вяло – вероятно, потому, что я мысленно очень старался свести в ноль воображаемые стрелки. И хотя это у меня вроде как получилось, от такого мозгового упражнения у меня резко начала болеть голова – причем боль нарастала с каждой секундой. Отчего сразу стало понятно: терять эти секунды мне никак нельзя.

Я бегом бросился к ближайшему входу в здание, которое едва заметно шевелилось, приподнимаясь и опадая, словно дышало. Бежал я на цыпочках, стараясь не шуметь – но один из стражей все-таки отреагировал, резко покатившись в мою сторону.

Вот же паскуда червивая!

Пришлось остановиться и замереть. Если эта пакость меня вычислит, остальные тоже бросятся, и тогда не спасут меня ни «калаш», ни «стечкины». Одного или даже двух я б, наверно, уделал, стреляя в мясистую середину. Но стражей по территории шароёхалось штук десять, и, заметь они меня, это была бы верная смерть.

Металлический рюкзак вкупе с автоматом изрядно оттягивали плечи, головная боль потихоньку переходила из категории «нестерпимая» в «адскую», но я продолжал стоять не дыша, пока «противотанковый еж», остановившись в полуметре от меня, общелкивал своими вонючими пастями пространство моей личной зоны.

Неприятно это, конечно, когда тебе в лицо летят вязкие слюни из ротовой полости твари, которая если приснится в кошмаре, то есть реальный риск не проснуться, окочурившись от шокового инфаркта. Но сталкерская выдержка не подвела меня и на этот раз.

Не найдя ничего интересного рядом с моей мордой лица, страж покатился обратно. Я же на цыпочках продолжил свой бег на полусогнутых, едва не теряя сознание от головной боли…

И я все-таки добежал до цели, нырнув в дыру возле основания живой кучи дерьма – то есть склада отходов, угрожающих моей вселенной.

И отходов этих на том складе было немало.

А точнее, до фигища их там было…

Много я чего повидал в различных вселенных Розы Миров, но такое количество артефактов я видел впервые…

Возможно, на самом деле арты лежали на стеллажах – но в режиме «двух нулей» для меня они были невидимы. Потому, когда я вбежал внутрь живого склада, передо мной предстала следующая картина.

Высоко под потолком, метрах в десяти над моей головой степенно плавали большие шары, излучающие свет, – потому внутренность склада просматривалась очень хорошо.

И везде, куда ни кинь взор, в воздухе висели артефакты…

Их здесь были сотни, тысячи, может, десятки тысяч. Большинство из них я не видел никогда, хотя некоторые были хорошо знакомы.

Ряды «браслетов», часто встречающихся в Зоне, стимулирующих жизненные процессы человека, улучшающих настроение, придающих сил и бодрости – и, как недавно было доказано, довольно быстро уменьшающих при этом время жизни.

Сотни редчайших «глаз Выброса» с золотистым «зрачком» внутри, восстанавливающих поврежденные ткани организма до их оптимального состояния, являющихся источником колоссальной энергии – и при долгом ношении с собой даже в контейнере провоцирующих внезапную остановку сердца.

Десятки уникальных «проводников», прокладывающих разрывы в аномальных полях, а также помогающих восстановить в человеческой памяти необходимые воспоминания, при этом незаметно стирая другие, вплоть до полной потери личности…

И еще многие, многие другие…

При этом практически любой артефакт из тех, что лежали здесь на невидимых полках, был приманкой для людей, думающих лишь об их положительных свойствах и забывающих об отрицательных. Таково уж свойство человеческой натуры: стараться не думать о плохом, надеясь на хорошее. Вот только в случае с артефактами этого мира данное свойство было смертельно опасным.

И сейчас «мусорщики» решили сбросить в мою вселенную огромное количество подобной гадости, чтобы гарантированно превратить планету Земля в огромную свалку отходов.

Ну уж нет!

Не бывать этому!

…Я чувствовал, что вот-вот рухну от нестерпимой головной боли. Казалось, немыслимое давление изнутри сейчас попросту разорвет мою голову на части, словно воздушный шарик, перекачанный воздухом…

Но я все-таки нашел в себе силы сбросить с плеч металлический рюкзак, активировать его, как учил Тан, и забросить подальше от входа, чтобы он затерялся в рядах артефактов…

И лишь после этого я позволил себе мысленно отпустить воображаемые стрелки, которые немедленно, словно сами собой, съехали вниз и замерли где-то в районе условных «семерки» и «пятерки»…