– Что ж, в этом есть и свои плюсы, – нарушила наконец молчание Джина. – Если они последовали за нами, значит, наш план все-таки удался.

– Хм, а ведь, скорее всего, этот корабль далеко не единственный, – отметила Тесс. – Так может, это просто другой?

– Даже думать об этом не хочу.

– Лео, спускаемся! – скомандовал капитан по радиосвязи. – Затеряться на планете будет существенно проще.

– Уже готовлю движки, вы бы вернулись для начала.

– Мы уже у шлюза.

– Понял.

Буквально через несколько минут Рэй и Картер, оставив скафандры в грузовом отсеке, были уже на мостике.

– Какая же дура огромная! – воскликнула Саманта.

– При всем при том, что они находятся на расстоянии в несколько сотен километров от планеты, – заметил пилот. – К нашему счастью.

– А кажется, что вот прям рядом. Надеюсь, ближе они подходить не будут.

В этот же момент на черном теле корабля сверкнула яркая вспышка. Учитывая расстояние, со Странника она казалась совсем маленькой, особенно на фоне инопланетной махины. Экипаж даже ничего не успел сообразить, как уже спустя секунду эта вспышка с бешеной скоростью врезалась в атмосферу планеты. Открыли огонь? По планете? За эту секунду в головах команды Странника промелькнули самые разные мысли. Но выстрел был направлен определенно не на них. Инопланетный корабль бил прямо в планету.

– Кажется, Джина была права, – сказала Саманта. – Пришельцам удалось каким-то образом увести эти корабли от планеты так, чтобы они не нашли дорогу назад.

– А мы как раз поспособствовали их возвращению, – закончил ее мысль Майк, опустив голову.

– Такое чувство, что снаряды, которыми они стреляют, не имеют массы, – отметил Рэй. – Они летят по прямой, минуя законы гравитации. Стало быть, это оружие энергетическое. А еще…, – он сделал небольшую паузу. – Эти вспышки очень похожи на те, которые образовывали зоны на Земле.

– Стало быть все сводится к тому, что это тот самый корабль, – окинула взглядом команду Саманта.

– Нам от этого не легче. А вот вы гляньте-ка.

Раздался еще один выстрел, и еще один световой пучок, размером значительно больше Странника, врезался в атмосферу планеты. Казалось бы, он должен был разрезать ее, как горячий нож масло, и врезаться прямо в землю, или же взорваться в воздухе, как это было на Земле, образуя смертоносный, сжигающий все ураган и выпадая на поверхность в виде невидимых осадков, способствуя возникновению зараженных зон. Однако здесь этого не произошло. И как только пучок света столкнулся с атмосферой, он словно врезался в невидимый пузырь чего-то вязкого и равномерно распространился прямо по воздушной сфере, заставив ее светиться насыщенным сиреневым светом. Это было похоже на то, как смертоносные солнечные лучи высоких энергий огибают Землю, сталкиваясь с ее магнитным полем. Только здесь все происходило в оптическом диапазоне.

– Похоже, пришельцы оказались более подготовленными к атакам этого чудища, – сказал Майк.

– Что-то вроде силового поля? – предположила Джина.

– Ну если это действительно какое-то энергетическое оружие, то почему бы и нет.

– Лео, какого хрена мы еще здесь?! – воскликнул капитан.

– Чешем!

Пилот определенно был заворожен переливающимися от выстрела фиолетовыми всполохами света, напоминающими полярное сияние. Слова капитана вернули его с небес на землю, и Лео тут же принялся выстраивать маршрут корабль. Не прошло и нескольких минут, как Странник уже входил в верхние слои атмосферы, стараясь уйти из зоны видимости корабля инопланетных машин.

Рэй не исключал, что этот корабль, возможно, потерял интерес к Страннику, сосредоточившись на каких-то других целях, но тот факт, что именно Странник привел его сюда, у капитана сомнений не вызывал. Это был тот же корабль, Рэй просто чувствовал это.

Только когда Странник начал снижаться, выпустив крылья для полета в атмосфере, и темный космос вновь сменился голубым небом с белыми облаками, экипаж почувствовал себя немного спокойнее, как бы парадоксально это ни звучало в условиях чужой планеты.

– Что будем делать, кэп? – спросил пилот. – Я так понимаю, дочинить опоры мы не успели.

Рэй взглянул на Саманту.

– В принципе, основное я все сделала, и опоры должны работать. Но вероятность того, что они могут не открыться или сложиться при посадке, все же велика. А сажать на пузо многотонный корабль… ну как бы не очень.

– Да тут не надо объяснять, все и так понятно. Раз сядешь, больше не встанешь.

– Кэп, два неопознанных объекта на радаре! – сказал Лео, когда Странник, сойдя с орбиты, уже летел на высоте нескольких десятков километров над слоями облаков.

– Ну хоть что-то на радаре отображается.

Рэй подошел к креслу пилота и облокотился на спинку.

– Четко сели на хвост.

– Местные жужи, что ль? – спокойно среагировала Валькирия.

– Вряд ли все настолько банально. Смотри на траекторию. Вообще игнорируют законы аэродинамики. Вопрос вот только, это местные типа тех дисков? Или с корабля за нами уже послали? Лео, можешь картинку вывести?

– Легко.

Пилот нажал пару иконок на сенсорном экране, и на мониторе высветилось изображение, полученное внешними камерами корабля. На экране команда увидела два летающих аппарата. Они стремительно приближались, рассекая воздух, но при этом не оставляя после себя конденсированный след водяного пара, что уже вызывало вопросы о двигательных системах этих аппаратов. Они представляли собой плоские диски, но, в отличие от уже виденных командой, эти были черного цвета и значительно тоньше. Диски казались монолитными, никаких щелей, швов и видимых устройств на них видно не было. Они стремительно приближались, и было ясно, что мощностей корабля не хватит, чтобы оторваться от преследователей.

– Наконец-то я могу пострелять! – с воодушевлением воскликнула пиратка и размяла руки, хрустнув костяшками пальцев.

Диски становились все ближе. Лео особо не мудрил с маневрами, понимая, что от преследования им не уйти, тем более что диски более комфортно себя чувствовали в воздухе, и тяжелый Странник физически не мог потягаться с ними. Валькирия выпустила турели и настроила их на уничтожение целей. Выдвинувшиеся пушки сейчас внимательно следили за приближающимися летающими объектами, стволами четко следуя движению своих мишеней. Они также фиксировали расстояние и должны были автоматически открыть огонь, когда объекты подойдут на установленную дистанцию. Экипаж сидел по своим местам, пристегнувшись ремнями. Странник же на большой скорости летел над просторами океана, которые покрывали эту планету немногим меньше, чем на Земле. Диски все приближались, но огонь не открывали. Было непонятно, установлено ли на них вообще какое-то оружие и какую цель они преследовали. Пока они просто сопровождали корабль, все больше сокращая дистанцию. Ясно было одно – любое техническое средство на этой планете представляло опасность, и орудия Странника были готовы открыть огонь.

Так и произошло. Раздавшиеся снаружи выстрелы импульсных пушек засвидетельствовали приближение неприятеля. Диски, однако, с ловкостью увернулись от устремившихся к ним импульсов заряженных частиц, закрутившись в воздухе. Стало понятно, что сбить их просто так не удастся. Пушки не прекращали огонь, следуя за неуловимыми дисками, но светящиеся энергетические сгустки лишь проносились мимо.

– Ах так! – обозлилась Валькирия. – Ну нет еще такой жестянки, которая была бы умнее меня.

– Внеси поправки на перемещение, – посоветовал ей Майк.

– Не тебе меня учить! – рявкнула пиратка и намеренно внесла ошибку в систему прицеливания орудий.

Пушки начали стрелять весьма хаотично, как могло показаться на первый взгляд. Выстрелы проносились со всех сторон сильно приблизившегося диска, так что очередная попытка увернуться закончилась для него провалом. Летящий на бешеной скорости шар угодил в самый центр инопланетного объекта. Раздался громкий взрыв, и диск разлетелся на множество осколков, оставив после себя лишь столб черного дыма.

– На чем же они работают, если так взрываются? – удивился Майк.

– Вот так, жирдяй! – обрадовалась Тесс. – А ты говоришь поправки. Поправка – это алгоритм. И такая умная машина раскусит твою программу как не фиг делать. Машины боятся хаоса, и я создам им хаос!

– Второго не вижу, – сказал тем временем Лео.

– Может, тоже жахнулся?

– Точно нет, первый так взорвался, что взрыв второго я бы точно зафиксировал. И пушки перестали вести огонь.

– Какое-нибудь стелс-устройство? – предположил капитан.

– А чего они его тогда раньше не включили?

Развить мысль Валькирия не успела. На корабле произошел скачок напряжении. По экранам дисплеев прошла рябь, свет начал моргать.

– Перехожу на полностью ручное управление, – быстро сориентировался пилот.

– Говно эта ваша электроника, – выпалила Тесс. – Тумблеры рулят.

– Сэм, что у тебя? – спросил капитан.

– Скачок по всему контуру. Похоже на внешнее воздействие, что-то вроде электромагнитного удара.

– Нда уж, физика везде одинакова. Где-то этот второй чертеныш спрятался, похоже.

Вслед за скачком напряжения на корабле полностью погас свет и выключилась вся электроника. А что было самое удивительное, полностью перестал быть слышен гул двигателей, что не могло не напугать экипаж.

– Лео? – встревожился Рэй.

– Не первый раз, кэп, но, да, планируем.

– Это вообще реально?

– Нет, но когда нас это останавливало?

– Мы еще вроде не падали на этом корабле. И не забывай, другая атмосфера, другая плотность.

– Пофиг, аэродинамика та же.

– Кстати, заметьте, мы вообще еще не падали на другой планете, – улыбнулся Майк.

– И ты это так спокойно говоришь?! – удивилась Саманта.

– Майк настолько стар, что пережил падение метеорита, от которого вымерли динозавры, его уже ничем не напугаешь.

– Я испугаюсь, если только ты мне во сне приснишься, Тесс.

– Специально нагряну. Ссаными тряпками не отмахаешься!

– Народ, держимся крепче! – скомандовал Рэй. – Лео, ты как?

– Держу штурвал, кэп. Под нами океан, дотянуть бы до берега. Как будем садиться, понятия не имею. Не дай бог, если в скалы.

Несмотря на все способности пилота, Странник начал стремительно терять высоту. Лео пытался выжать из него по максимуму, ловя воздушные потоки, благо в этом помогала более плотная атмосфера планеты, но все же корабль был слишком тяжел и не предназначен для подобных полетов. Попытки запустить двигатели ни к чему не привели. Работало только рулевое управление – механика не подводила никогда.

– Вижу землю! – воскликнул Лео, когда корабль был уже в нескольких метрах от поверхности. – Похоже, песчаный пляж и что-то вроде джунглей. Если дотянем, шмякнемся в деревья.

– Я уже шмякался в деревья, мне не понравилось, – заявил капитан. – Давай штурвал вниз, Лео.

– Кэп, ты серьезно? Я не знаю, какая тут глубина, потонем к чертовой матери.

– Приподними немного нос, а баки слегка опусти в воду.

– Черт возьми, аквапланирование! Будем как на серфинге, форма дна как раз подходит. Кэп, ты гений! Мне это в голову не пришло!

– Только вот не знаем мы, что там за состав у здешней воды. Будем надеяться, у нее плотность не выше, чем на Земле. Не то расшибемся к чертям.

Корабль все больше приближался к поверхности океана. Скорость падала сильнее, чем рассчитывал пилот – сказывалась более плотная атмосфера. Команда вжалась в свои кресла, предполагая самое худшее, что могло произойти от столкновения с поверхностью.

До берега оставались какие-то несколько километров, когда экипаж почувствовал удар. Лео поднял нос корабля, насколько это было возможно. Только ремни безопасности помогли удержаться в креслах, иначе команда просто повылетала бы со своих мест. Странник на какое-то время превратился в настоящую яхту. Лео грамотно выровнял корабль таким образом, что корабль вошел в воду в скользящем полете. Летя по инерции, Странник рассекал водную гладь, поднимая гигантские столбы воды и пара. Снаружи раздалось шипение. Сила трения была настолько высока, что в месте соприкосновения вода просто закипала. Корабль еще несколько секунд несся по водной глади, но пилот все же не совсем точно рассчитал сопротивление, да и не была до конца понятна глубина океана в этих местах, так что Странник не долетел до берега всего каких-то несколько сотен метров и, чиркнув корпусом по дну, остановился, зарывшись в песок.

Первые несколько секунд команда молча сидела на своих местах, осознавая, живы ли они и точно ли приземлились. Системы корабля по-прежнему не работали.

Капитан окинул взглядом кабину и посмотрел на свою команду. Навскидку, все были в порядке, только пока еще не пришли в себя после жесткой посадки.

– Лео молодца! – нарушил, наконец, молчание капитан, удостоверившись, что руки-ноги целы. – Честно, сомневался, удастся ли тебе сохранить нужный угол входа, иначе бы мы уже кормили местных рыб.

– Хорошо тебе, кэп, спихнул всю ответственность на пилота, – заметила Валькирия. – Знаешь ведь, что я б его убила, если б мы умерли.

– Вообще я убеждаюсь в том, что, чем меньше ты знаешь законы физики, тем проще быть пилотом.

Команда отстегнула ремни и встала со своих мест, вслед за капитаном удостоверяясь в отсутствии ран – уж очень корабль тряхануло при падении.

– С нами-то ничего не сделается, – спокойно сказала Валькирия. – Как бы корабль не разнесло при таком ударе.

– Дыры заварим, – пытаясь включить дисплеи, произнесла Саманта.

– На металл можно пустить каюту Валькирии, – хмыкнул Лео.

– Слышь, ты дыру свою завари, не то тебя самого на металл пущу!

– Я в инженерный, – озадаченно сказала Сэм. – Странно, что резервные системы не запустились. Электромагнитная атака не должна была так вот вывести из строя вообще все.

– Хорошо. Тесс, пойдем прогуляемся.

– Я не против, кэп.

– Я с вами, ребят, – вызвалась Джина. – Очень хочется размяться после такой посадки.

– Да как мы только уже не садились, вспомни, Джи, – усмехнулся Майк. – И куда только. Сэм, тебе помощь нужна?

– Пошли полазим.

– Так, тогда в первую очередь необходимо восстановить питание и осмотреть корабль на почву повреждений. А то не только с этой планеты не улетим, а и вообще в воздух не поднимемся, – резюмировал Рэй.

* * *

Надев скафандры, Алекс, Валькирия и Джина открыли рампу и вышли в шлюз. Корабль оказался больше чем на метр в воде, так что рампа опустилась с характерным всплеском, уйдя под воду и упершись в песчаное дно.

Вся троица вышла на рампу и осмотрелась.

– Плохая идея лезть в воду, где неизвестно кто живет, – заметила Джина.

Она подошла к кромке воды и просканировала ее коммуникатором.

– Обычная вода. Соленая. С примесью кучи всего, но вполне жизнепригодная. Ее даже можно пить при желании, предварительно опреснив и вскипятив.

– Эту честь я оставляю тебе, – сказала Валькирия и смело прошла мимо Джины, войдя в воду. Рэй последовал за ней.

Глубина оказалась примерно по пояс, никаких признаков жизни в воде навскидку замечено не было. Сквозь водную глядь хорошо проглядывалось песчаное дно, хотя шаги кэпа и Тесс очень быстро взбаламутили воду, подняв вверх песок.

– Как у вас дела, кэп? – прозвучал голос Сэм по радио.

– Нормально, купаемся.

Рэй обошел корабль по периметру, с трудом пробираясь через воду и вязкое дно, и посмотрел вдаль. До берега было метров сто. Побережье напоминало вполне обычный земной пляж, а дальше вглубь начинались густые заросли красноватых деревьев, колышущихся на ветру.

– Красиво, черт возьми, – отметил Рэй. – При других обстоятельствах я бы тут позагорал.

– Учитывая температуру далеко за тридцать градусов особенно.

– Черт, кэп, Майки, вы опять спокойны, как удавы! – не переставала удивляться Саманта.

– Сэм, должна тебе признаться, все тут переволновались не на шутку, – призналась Джина. – Я слишком хорошо знаю этих двух гавриков. И когда они начинают нести всякую чушь, когда мы находимся на грани жизни и смерти, это лишь говорит о том, что они до смерти напуганы.

– А ты, наоборот, обычно молчишь, как в рот воды набрала, в такие моменты, – отметил Майк.

– Признаю, я перепугалась до смерти.

– Короче, все обосрались, – подытожила Тесс.

– Сэм, Майки, а вы там что?

– Пока разбираемся.

– Лекс, а глянь-ка туда.

Джина, подойдя к капитану, указала куда-то на верх корабля, где в задней части, в районе двигателей можно было заметить сильные царапины на обшивке, как будто по корпусу кто-то полз.

– Это что-то новенькое, – произнес капитан.

– Я проверю.

Валькирия тут же сорвалась с места и подбежала к корпусу корабля. Конструкцией были предусмотрены специальные выступы на корпусе, по которым можно было забраться на самый верх для выполнения различных ремонтных работ в любых условиях или банальной чистки солнечных батарей. И все же Рэй не ожидал, что Валькирия настолько ловко взберется наверх. В пусть и модернизированном, но все же скафандре, при повышенной гравитации планеты она, как пушинка, в несколько прыжков буквально вспорхнула на самую крышу, Алекс даже не успел крикнуть ей, чтобы она взяла с собой оружие.

Тесс же, вскарабкавшись наверх, быстро огляделась и подошла к задней части корабля, ближе к соплам двигателей.

– Тесс, ты очень опрометчиво полезла туда без оружия, не находишь? – сообщил ей Рэй по радио.

– Отстань, зануда, я уже, кажется, нашла причину отключения света на корабле.

– За неуплату? – усмехнулся капитан.

Валькирия увидела, что к задней части крыши корабля прикрепился тот самый второй диск, пропавший с радаров. Он каким-то чудом незаметно смог подлететь к Страннику, сесть ему в прямом смысле на хвост, выпустить шесть механических ног, напоминающих паучьи, а судя по оставленным шрамам на обшивке, еще и вскарабкаться на самый верх во время полета. Он словно искал уязвимое место на корабле, и он его нашел. Прочно вцепившись в корпус своими лапами, диск разместился точно над одной из встроенных панелей с электрикой. Никаких признаков активности он не подавал.

Тесс безо всякой осторожности, громыхая ботинками по крыше, подошла к причине падения корабля и бесцеремонно пнула ее ногой. Диск никак не среагировал на жест агрессии со стороны пиратки и даже никак не шелохнулся.

– Что там, Тесс?

– То самое. Этот железный блин присосался к нашему малышу, как пиявка.

– Осторожней там.

– Вот еще.

– То есть нам можно здесь дальше не копаться? – вставил свое слово Майк. – Сэм тут вся взъерошенная уже, не может ничего понять.

– Тесс, он за солнечной батареей? Прям по центру? – спросила Картер. – Там проходит силовой кабель основного контура. Если он что-то с ним сделал, это не очень хорошо.

– Да, здесь и сидит. Такое чувство, что он сдох вообще. Как бы его спихнуть?

– Тесс, у тебя в рукавицу встроен миниатюрный лазерный резак, можешь им попробовать.

– А я об этом только сейчас узнаю? Я думала, это фонарик еще один.

– Это был эксперимент: получится – не получится поставить. Тебе говорить не стала в целях безопасности.

– Овца ты, Сэм! А я корабль не покоцаю?

– Не, не переживай. Там довольно слабая мощность, а Странник достаточно защищен, корпус корабля даже не поцарапает. Я, честно говоря, не уверена, что и с этой хреновиной он справится.

– А на черта он тогда вообще нужен? Выжигать остатки еды между зубами?

Валькирия присела рядом с прикрепившимся диском и, изучив на перчатке устройство, которое она считала фонариком, запустила его, предварительно направив на одну из механических ног. Сила лазера, конечно, существенно уступала своему оригинальному аналогу, поэтому пришлось очень долго ждать, пока луч разрежет хотя бы одну ногу. Но лазер, тем не менее, медленно, но верно свою задачу выполнил. Тесс удалось отрезать одну, затем другую ногу, после чего металлические куски сваливались вниз, с плеском падая в воду. Сам диск на подобные акты вандализма абсолютно никак не реагировал.

Когда все лапы с одной стороны были отпилены, Валькирия проделала то же самое с другой стороны, после чего поддела руками тяжелый корпус диска и, словно тягая штангу, с трудом приподняла ее кверху, издав при этом звериный рык от натуги. Когда диск оказался в вертикальном положении, она остановилась, чтобы перевести дух, и увидела, что из центральной части днища диска висело большое количество непонятных устройств, которые вскрыли упоминаемый Самантой лючок и изрядно расковыряли электроприборы, находящиеся внутри.

– Эй, королева говна и пара, тебе тут, похоже, работки прибавилось, – сказала Валькирия по связи.

– Что, совсем все плохо?

– Полазить точно придется изрядно. Кто знает, какими технологиями владеют эти железяки. Может, они внутрь напускали наноботов, типа тех, что в свое время пожгли нам стелс.

– Хреново, если так, – Сэм старалась говорить спокойным тоном, но в ее голосе чувствовалась тревога. – А что, если мне не удастся починить?

– Значит, мы тут все сдохнем!

С этими словами Валькирия сильно толкнула диск руками и пнула его ногой, отчего немаленькая и тяжеленная машина рухнула вниз и, пролетев несколько метров, упала в воду рядом с капитаном, окатив его брызгами с головы до ног.

– Эй, курица, осторожней там! – отскочил Рэй в сторону.

– Чего, зашибла тебя?

– Ну почти. Ты, что ль, хочешь, чтобы я сдох еще раньше?

– Почти не считается. А если я захочу, чтобы ты сдох, я не стану прибегать к столь изощренным способам, кэп, ты это знаешь.

Рэй взглянул в воду, в то место, куда упал брошенный диск, который после падения слегка погрузился в песок под водой.

– Хм, он правда, что ль, отключился? – удивился Рэй. – Странно, если машины жертвуют собой же или делают одноразовые модели.

– Ну их технологии все же отличаются от наших, – сказала подошедшая к Алексу Джина. – Может, они не до конца в курсе, как у нас что работает, и его самого сожгло электричеством?

– Его, скорее всего, пожгла система блокировки, – пояснила Саманта. – Я сделала такую на корабле. Хорошая штука, защищает от многих факторов, но небезопасна, поэтому ее редко ставят на корабли. Ну и я так подумала, раз уж мы вообще плевали на технику безопасности… Короче, эта система в данном случае не смогла нас защитить, но благополучно сожгла причину нарушения контура, выпустив напряжение наружу. Машина оказалась сильна, но плохо защищена.

– Короче, я опять не в курсе, – возмутился Рэй.

– Ты в курсе, Лекс, – сказал Майк. – Сэм предложила ее поставить, я согласился. К тебе я тоже подходил с этим вопросом, но, так как ты в этом ничего не понимаешь, ты, похоже, пропустил это мимо ушей.

– Ты просто пользуешь тем, что я тебе доверяю, – признался Рэй.

– Хороший ты капитан, – съязвила Валькирия, стоя на крыше. – Я б всыпала мелкой по первое число, но, думаю, ты и сам прекрасно найдешь способ ее наказать.

– Сэмчик, если нужна будет помощь, говори. Тут уж вся надежда только на тебя. Тесс, слезай давай! Проверим целостность корпуса.

– Твоего корпуса? В легкую!

Валькирия, не переставая удивлять капитана, в несколько ловких прыжков оказалась внизу, приземлившись в воду рядом с Рэем, снова окатив его при этом водой.

– Ребят, хочу обратить внимание, что мы сели в районе терминатора, – отметил Майк. – То есть весьма скоро наступит ночь. Так что лучше нам поторопиться с работами. Как мы поняли, сутки здесь весьма долгие.

– Нда уж, дополнительные энергозатраты на освещение при неработающих солнечных батареях – мало приятного.

– Кэп, у тебя термоядерный реактор на корабле! – воскликнула Тесс.

– Только нам еще домой возвращаться.

– Да ты оптимист. Домой он захотел. Ты еще заставь хоть что-то тут работать. Будем в полной темноте, при свечах, блин.

– Так, давай работай!

Используя фонари на шлемах и сканеры коммуникаторов, Рэй, Валькирия и Джина принялись внимательно изучать корпус корабля. Иногда приходилось погружаться прямо с головой под воду, дабы детально оценить целостность. Благо скафандры Странника были приспособлены и к таким условиям. Майк и Лео тем временем проводили диагностику изнутри. Саманта же, закрывшись в инженерном отсеке, принялась за восстановление энергосистем корабля. Проблема оказалась еще серьезней, чем она думала, ведь инопланетный дрон умудрился вывести из строя как основную, так и резервную системы. И сейчас Сэм почти в полной темноте, с налобным фонариком и чемоданом инструментов, пользуясь только приборами, встроенными в коммуникатор, пыталась возобновить работоспособность корабля.

– Хреново, конечно. Коммы без синхронизации со Странником имеют крайне ограниченный функционал, – разочарованно произнес Лео.

– Работаем с тем, что имеем, – пожал плечами Майк. – Если б все работало, сам Странник продиагностировал бы себя за несколько секунд.

– Лекс, подойти, пожалуйста, – позвала кэпа Джина, заметив что-то на носу корабля.

Рэй, с трудом пробираясь через воду, подошел к девушке и посмотрел в то место, куда был направлен ее взгляд. Здесь, немного сбоку по обшивке шла еле заметная трещина, уходящая под воду. Алекс подошел поближе и провел по ней рукой.

– Ушибся-таки, бедняга, – тихо произнес капитан.

– Думаешь, сильно покорежился? – спросила Джонс.

– Тут все что угодно быть могло. Сканировала?

– Ага, шрам длинный, уходит куда-то в песок. Глубину определить не удается.

– Майк, Лео, кто там из вас ближе к кают-компании? – спросили Рэй по радио.

– Вроде я, – ответил старпом. – В темноте тут хрен разберешь.

– Конечно, жирдяй так всегда поближе к еде, – не преминула съязвить Валькирия.

– Я все ума не приложу, – вклинилась Сэм. – Тесс, конечно, любит всех троллить, но что ж она бедного Майки все жирдяем называет? У него ж форма получше нас всех вместе взятых.

– Наверное, потому же, почему меня она называет красавчиком, – сказал кэп.

– Хех, не прибедняйся. Но логику в словах Валькирии, наверное, правда, искать не стоит.

– Майки, сможешь добраться до нижней части под полом кают-компании? Вскрой там лючок, может, сканер добьет.

– Сейчас, Лекс. Хорошо хоть в кают-компании светло.

Браун с трудом протиснулся за диван и подлез к небольшому лючку в передней части корабля. Такие лючки можно было найти по всему кораблю – они были необходимы для доступа к энергоузлам, разного рода устройствам, скрытым в обшивке корабля, для ремонта и технического обслуживания.

– Есть, Лекс, сканирую.

– Я надеюсь, по крайней мере, эту трещину не видно изнутри?

– Тут ничего не видно изнутри. Так, смотрю. Утечки воздуха нет, целостность корпуса не нарушена.

– Это меньшее из зол. Проверь изоляционную прослойку. Если есть хоть малейшие повреждения или изменение формы, меняем все на фиг, иначе будет крайне жарко при первом же выходе на орбиту.

– Проверю, Лекс, без проблем.

– Рану заваришь потом? Не хочется Сэм напрягать, она и так в мыле.

– Не вопрос. Только ты сказал, часть раны в песке…

– Выкопаемся как-нибудь.

– Сэм, тут, кстати, коммуникации тоже могут быть повреждены, – отметил старпом.

– Дотуда тоже доберусь. Начала пока с генератора.

Через несколько часов мучений старания Сэм дали-таки результат. По инженерному отсеку пронеслось приятное слуху гудение, и на Страннике наконец-то зажегся свет.

Экипаж тут же прибежал к Саманте и, не скрывая радости, принялся Сэм чуть ли не на руках носить, только вот девушка этой радости как-то не разделяла.

– Нечего радоваться, – буркнула она. – Мне всего лишь удалось восстановить резервное питание, которое и не сказать, что было повреждено. Даже наоборот, мне до сих пор непонятно, почему оно вообще вырубилось. Оно же автономное. Я просто действовала наугад, вот и повезло.

– По крайней мере, мы теперь можем ходить по кораблю, не натыкаясь на углы, – обрадовалась Джина.

– Надолго хватит батарей? – спросил Рэй, чувствуя обеспокоенность механика.

– Надолго, – кивнула Сэм. – Но не могу сказать, что мне легче от этого становится.

Работа резервного питания, конечно, сильно облегчила жизнь экипажу. На корабле появился свет и заработала система жизнеобеспечения.

Наступила глубокая ночь. Сэм за все время даже не присела. Наорав на экипаж, чтобы не мешались под ногами, и отправив всех отдыхать, она продолжила лазить по кораблю, пытаясь реанимировать молчащие системы Странника. Вот и сейчас она сидела на крыше, облачившись в скафандр, и под светом фонарей шлема ковырялась в том самом месте, к которому прицепился инопланетный дрон.

– Ну давай же, работай, – ворчала девушка себе под нос.

Подсоединив несколько кабелей к коннектору, Сэм нажала кнопку на устройстве и в очередной раз провела сканером над копной проводов. Сканер не показал ничего. Странник по-прежнему молчал.

– Твою мать! – выругалась девушка, откинулась назад и просто легла на крышу корабля, выключив фонари и всмотревшись в безоблачное ночное небо.

– Все ругаешься? – послышался голос капитана, поднявшегося к ней на крышу.

– У меня вроде была выключена связь, – удивилась девушка, на всякий случай удостоверившись, что радио действительно отключено.

Ей стало не по себе, оттого что экипаж мог слышать весь ее трехэтажный поток негатива, который она выплескивала, занимаясь ремонтом.

– Ты просто так громко выражаешь свои эмоции, что тебя и без связи слышно.

Рэй заметил недоумение Картер и рассмеялся.

– Я просто догадался, Сэм.

Механик выдохнула и снова откинулась на спину.

– Кэп, научи меня сохранять такой же позитивный настрой! Я, конечно, всегда себя оптимистом считала, но тут что-то прям не ладится.

– Ну я же капитан. Мне по статусу положено.

– А Джи говорит, ты сам сильно переживаешь.

– И она права, – кивнул капитан, присев рядом.

– Но по тебе никогда не скажешь.

– А к чему показывать эмоции? Кому от этого легче станет?

– Ну нельзя ж в себе все держать. Ты ж не железный.

– Что, совсем жопа у нас?

Сэм лишь едва заметно кивнула.

– Я не знаю, что делать, кэп. У меня ничего не получается. Я применила уже все свои знания. Резервную систему вообще удалось запустить каким-то чудом, импровизируя. И я до сих пор не уверена в том, сколько она еще проработает, не вырубится ли вот так вот с бухты-барахты. Как будто Странник обиделся на нас за что-то.

– Странник никогда не обижается, – Рэй слегка погладил обшивку корабля рукой в перчатке. – Ему просто нездоровится.

– Сильно же он заболел. Он всегда говорил мне, если его что-то беспокоит. А тут никаких сигналов, никаких намеков.

– Может, мы просто плохо слушаем?

– Уф, – выдохнула девушка и вернула взгляд в небо. – Знаешь, кэп, сколько раз я вот так вот лежала на крыше дома и вглядывалась в ночное небо?

– Я тоже, Сэм, – улыбнулся капитан, взглянув наверх.

– Забавно, я думала, что я одна такая чудная.

– Я всегда, когда иду, спотыкаюсь, потому что взгляд мой направлен наверх. Или глянь на Валькирию. Она в своей каюте глаз не сводит от окна, когда мы в космосе.

– Странно так. Мне кажется, дома я уже наизусть выучила расположение каждой звезды. А тут смотрю, совсем все по-другому, так непривычно. Конечно, это очень здорово, что мы не одиноки во вселенной, и тут есть жизнь, причем, не сказать, что сильно отличающаяся от земной. И все-таки мы здесь чужие. Или тот же океан, вроде бы такой же. Та же вода. А как-то все равно это все отличается от Земли.

– Много мелких деталей сигнализирует нам о том, что мы далеко не на Земле.

– Хорошо, что на Земле есть океаны, – улыбнулась Сэм.

Она присела, опершись на руки, и посмотрела вниз, на водную гладь.

– Когда я слышу шум волн, мне почему-то кажется, что это дыхание планеты, что невольно заставляет задуматься о том, что планета живая.

– Она живая, ведь на ней рождается жизнь. Хотя океаны могут существовать и на совсем безжизненных планетах.

– Невольно задумаешься, а все-таки хорошо ли это или плохо, что на других планетах тоже есть жизнь?

– Для нас пока как-то не очень хорошо, получается. А вселенной, думаю, это как-то по боку.

– Я уже не знаю, что делать, кэп. Почему у столь крутого корабля нет независимого искусственного интеллекта, который бы сам определял проблемы?

– При таком раскладе он бы, наверное, тоже отключился.

– Так я ж и говорю, независимого.

– Ну ответ ты сама прекрасно знаешь. Наши инженеры, очевидно, оказались недостаточно умны, чтобы гиперпривод корректно работал под контролем ИИ.

– Я в отчаянии, кэп. Я сейчас чувствую себя в твоей шкуре. Когда все смотрят на меня и ждут какого-то чуда.

– Не переживай так, – Рэй подвинулся поближе, обнял девушку и прикоснулся шлемом к ее шлему. – Тебе нужно отдохнуть, ты за весь день ни разу не присела. Тебе нужно поспать, отвлечься. Посуди сама, резервное питание восстановлено. Батарей на бытовые нужды хватит на месяц, а то и больше. Припасов у нас в избытке. Корабль, слава богу, цел…

– Майки заварил трещину? – перебила его Саманта.

– Заварил, все нормально.

– Завтра проверю.

– Угомонись. У нас все нормально. Мы со всем справимся.

Рэй пытался говорить максимально спокойным голосом, хотя внутри него сейчас полыхало настоящее пламя. Но нельзя было поддаваться эмоциям. Нужно было быть рассудительным и хладнокровно решать возникшие проблемы. Так что своими словами он одновременно старался успокоить и себя, и Саманту. На девушку же, как ни странно, его слова, похоже, подействовали. Она крепко прижалась к капитану и выдохнула.

– Каким-то чудом, но тебе удается меня успокоить, кэп, – тихо произнесла Сэм, подтвердив мысли кэпа. – Хотя показатели пульса на экране твоего комма говорят о том, что сам ты далеко не спокоен.

– У меня учащается пульс, когда ты рядом.

– Нашел-таки отмазу, – хохотнула девушка. – Вот ты много раз говорил, что не любишь большие города, – вернула девушка взгляд к небу. – Сначала я думала, что это просто из-за шума и суеты. А теперь я действительно понимаю, почему. В городах не видно неба и звезд.

– Саманта Картер разгадала загадку века, – рассмеялся капитан, поаплодировав ей. – Пойдем-ка вниз, тебе нужно отдохнуть. Завтра устроишь себе выходной.

– Я так не могу, кэп.

– Ничего не знаю. Завтра мы с Майки сходим на берег, посмотрим, где мы оказались вообще. А если будешь выпендриваться, я поставлю Валькирию тебя сторожить, ты знаешь ее меры воздействия.

– Меня этой красоткой не запугаешь. У меня с ней тонкая связь. Но в одном ты меня убедил, – она привстала и потянула за собой капитана. – Пойдем вниз, я дико хочу жрать и спать.

Когда они вернулись на корабль, Лекс отправил Саманту в душ, а сам спустился в кают-компанию, позвав на ужин остальную команду.

Когда он вошел в двери, здесь был уже Майк, погрузившийся в готовку.

– Как дела, Лекс? – улыбнулся он. – Ты выглядишь слишком спокойным. Это не к добру.

Рэй лишь отрешенно прошел к столу, сел на диван, потер руками лицо и глубоко вздохнул.

– Давай выкладывай, Рэй, меня ты не проведешь.

– Уф, честно скажу, дружище, устал уже держать все в себе. Приходится сохранять вид спокойствия и того, что все держу под контролем, а положа руку на сердце, я начинаю терять надежду на то, что мы выберемся отсюда. Внутри все уже закипает от того треша, в котором мы оказались. Удивительно, конечно, мы три года мотались по разным концам галактики, но, по-моему, еще не были в состоянии такой безысходности.

– Как ты правильно заметил, привод у нас никогда не ломался. И мы как-то вот были уверены, что всегда сможем вернуться. Или просто были совсем молодые и глупые. В любом случае не держи все в себе, Лекс. Я думаю, ребята сами все прекрасно понимают.

– Сначала у нас сломался привод, а теперь и корабль целиком, и мы не можем понять, как вернуть его в строй.

– Что, совсем жопа?

– Сэм, по-моему, уже в панике. Она перелопатила весь корабль, от генератора до последнего провода. Заменила все, что можно. Странник всегда слушался ее, сейчас же он просто впал в летаргический сон. Не хочется, конечно, думать о самом плохом.

– Безусловно мы понятия не имеем, на что способны эти машины. Как и не до конца понимаем всю ситуацию в целом. Несмотря на многие вполне очевидные вещи, нужно признать, что мы можем просто не понимать очень и очень многого. Мы в другом мире, Лекс. В мире, который так или иначе пошел по совершенно иному пути развития. Тот факт, что эти пришельцы открыли перед нами свою историю – это просто невероятная удача. По логике мы должны были как слепыши слоняться по этой планете, пока орда этих машин не разложила бы нас на биомассу. Всегда нужно было готовым к тому, что мы столкнемся с чем-то из ряда вон.

– Да уж, наша схожая с ними ДНК, с одной стороны, позволила наладить с ними контакт… точнее не с ними, конечно, а с их информатором… Стражем, как я его обозвал. Но, с другой стороны, думаю, это опасное сходство и вызвало агрессию этих механических созданий.

– Эти механические создания могут быть агрессивны ко всем формам жизни, видя в них потенциальную угрозу. По-моему, мы наблюдали классическое восстание машин, когда создания посчитали, что они стоят на ступеньку выше в эволюционном развитии, чем их создатели.

– Ну да, про законы робототехники Азимова им, конечно, никто не рассказал.

Двери кают-компании распахнулись, и внутрь вошли Тесс, Джина и Лео. Рэй и Браун тут же прекратили свой разговор, а Майк, продолжая орудовать на кухне, неожиданно замурлыкал какую-то мелодию.

Валькирия по старой привычке заняла центральную часть дивана, сдвинув Рэя в сторону.

– О чем секретничали, девочки? – взглянула она сначала на одного, потом на другого. – Затихли так театрально. А Майки сроду никогда не пел.

– Просто мы с Лексом друг друга с полуслова понимаем, – улыбнулся Майк. – У нас с ним общие корни.

– Кэп американец? Никогда б не подумала!

– Я говорил про корни, Тесс. А американские корни были только у индейцев, которые, по-моему, увы, остались далеко в прошлом.

– Какие у тебя могут быть корни? Ты инкубаторский цыпленок. Бройлер, блин.

– Это вот сейчас обидно было.

– А фигли ты мне ребусы тут загадываешь? Так кто ж ты такой, кэп, лохматая твоя голова? И я, блин, дура, даже не догадалась карту посмотреть, когда мы к тебе в гости летали. Там были елки, озера, умеренный климат… – она задумалась.

– Ты тоже тайна, покрытая мраком, Тесс, – улыбнулся капитан. – Вот и побудь в моей шкуре.

– Эй, а вот эти двое ведь знают, а я нет! Как-то несправедливо, не находишь? Сэм ты, небось, тоже рассказал. Эй, нубийская красотка, ты ведь в курсе, открой нам тайну!

– Лекс сам расскажет, если сочтет нужным, – лишь улыбнулась Джина.

– И где твоя женская солидарность?

– Не припомню в тебе такой любознательности, – заметил капитан.

– Меня просто бесит, что все знают, а я нет. А я ведь могу и силой добыть информацию, если сочту нужным.

– Да какая разница, Тесс? Сколько лет прошло с образования Федерации, все уже смешались, перемешались, глобализация одна. Я гражданин космоса, устроит тебя такой ответ?

– Говна ты кусок, – фыркнула Валькирия, дав понять, что не желает дальше ломать над этим голову. – Так о чем секретничали, крошки? – вернулась она к изначальному вопросу.

– Да ничего секретного, – Рэй облокотился на стол. – Говорили обо всем том дерьме, в котором мы оказались.

– А чего о нем болтать? С ним разбираться надо.

– В том-то и дело, что мы не знаем, как.

– Поднять в воздух нашу пташку, лететь по координатам, которые может указать шар предсказаний.

– Все у тебя просто.

– По-моему, проще некуда.

– Извините, ребят, я заставила всех ждать.

Саманта, еле шевеля ногами от усталости, и с грустным лицом медленно прошла в кают-компанию и села на боковой стул, положив локти на стол и уставившись в никуда.

– От твоего упаднического настроя, Сэм, повеситься хочется, – съязвил Лео.

Картер же, не отрывая стеклянного взгляда от стола, лишь показала пилоту средний палец.

– Спокойно, мы все измотаны, не нужно поддаваться эмоциям.

– Вот, Сэм, кэп верно говорит. Все-таки корабль ремонтировать – не твой мотороллер крутить, тут мозги нужны.

– Завали свой хлебальник, пожалуйста, – тихо произнесла Картер.

– А чего я сказал? – развел руками пилот.

– Извините, я не голодна.

Девушка резко встала и направилась к выходу.

– Сэм, да прекрати! Я же пошутил! – крикнул ей вслед пилот, разведя руками, но Саманта никак на это не отреагировала, скрывшись в дверном проеме.

– Лео, – с укором взглянул на пилота капитан.

– Чеши давай, извиняйся, хрен ли сидишь!

Валькирия схватила пилота на шиворот и встряхнула так, что он слетел с дивана. Поднявшись на ноги, он увидел лишь кивок Валькирии, направленный в сторону дверей. Взгляды остальной команды сейчас явно разделяли мнение пиратки. Лео ничего не оставалось делать как последовать за Самантой.

– Сэм, конечно, тоже что-то прям на пустом месте вспылила, – почесал нос Майк, когда пилот закрыл за собой двери.

– Оставьте девочку в покое, – вступилась Джина. – Саманта взвалила на свои плечи непосильную ношу. Она просто устала.

– Все просто. Джина, я, Майки – нам не впервой очутиться на совершенно чужой планете, оказавшись по уши в проблемах. Ни Лео, ни Сэм еще ничего подобного не испытывали. Им просто тяжело оказаться так далеко от Солнца. Это просто стресс. Сэм выбилась из сил, а Лео всегда начинает язвить, когда на нервах. Поглядите, он ведь тоже сам не свой.

– А как насчет вот этой зеленоволосой фурии? Она ведь тоже не сталкивалась еще с подобными трудностями. Гляньте на нее, спокойна, как танк.

Валькирия, лишь подтверждая слова Майка, медленно подняла нарочито агрессивный взгляд, облизала зубы языком и слегка причмокнула.

– Я столкнулась с трудностями в тот самый момент, как появилась на свет. А вы меня хотите вывести из себя другой планетой? Да тут даже никто не пытается меня убить каждую минуту. На планете-то особо и нет никого.

– А полчища паукообразных роботов, что попытались нас раздавить? Летающие диски, каракатицы из песка. И в конце концов, вот эта дрянь, что вырубила нам корабль?

– Комары, пауки – они всегда сопровождают нас на отдыхе в дикой природе.

– Мы уже все на нервах, – заключил Рэй. – Майк, сходим завтра с тобой на берег. Надо разведать местность. Жалко, что дрона у нас больше нет.

Минут через пять в кают-компанию вернулся Лео. Он с грустной миной прошел к кухне и прислонился к столешнице.

– Ну и что она тебе сказала? – спросил Майк, хотя по лицу пилота и тому, насколько быстро он вернулся, и так было все понятно.

– Матом… – лишь ответил пилот. – Она сказала много и все матом… Черт, я и сам не могу понять, что на меня нашло, ребят. Сморозил реально какую-то хрень. Обидел Сэм на пустом месте. Я честно попытался извиниться…

– А она в тебя чем-то запустила, – догадалась Тесс. – Ты немного необычно для себя наклонил голову. Попала в лоб, судя по всему.

Лео промолчал, лишь почесав голову точно в том месте, на которое указала пиратка.

– Моя девочка, – с удовлетворением сказала Тесс.

– Сэм обычно поддерживала мои подколы, никогда не обижалась. Да и вообще не помню, чтобы я видел ее такой заведенной.

– Все будет нормально, Лео. Мы просто все устали, – попытался успокоить его капитан. – Итак, всем отдыхать. Нам всем нужен отдых.

После ужина Алекс поднялся в свою каюту. Открыв дверь, он обнаружил здесь Саманту, она лежала на кровати, укутавшись в одеяло, и тихо посапывала, отвернувшись в сторону окна.

Не включая свет, дабы не разбудить девушку, Алекс тихо подошел и присел рядом.

Однако как только он лег в кровать, девушка развернулась и обняла его рукой.

– Кэп… – сквозь сон процедила она, после чего приоткрыла глаза.

– Спи-спи, крошка.

– Уже не хочу.

Все же девушка поплотнее укуталась в одеяло и широко зевнула.

– Знаешь, кэп, меня уже давно мучает один вопрос… – она выдержала паузу, вызвав дополнительный интерес у Алекса. – Как ты думаешь, все-таки, какого цвета у Тесс волосы на самом деле?

– Ты серьезно? – удивился Рэй, ожидая от нее сейчас любой вопрос, но только не этот. – И это единственное, что тебя волнует сейчас? – он рассмеялся.

– Я думаю, она рыжая! Вот как пить дать, рыжая! Нужно будет стырить ее краску для волос.

– Она тогда тебя саму на краски пустит.

– Пусть сначала поймает.

Сэм снова прикрыла глаза и поплотнее прижалась к капитану, будто замерзла.

– Ну мы в довольно ограниченном пространстве, Валькирия в два раза больше тебя и довольно легка на расправу. Тебе не кажется, что преимущество совсем не на твоей стороне? Вот и стоит ли жертвовать своим психологическим, а, главное, физическим здоровьем, чтобы узнать процентное соотношение пигментов в ее волосяном покрове?

Алекс снова улыбнулся и взглянул на девушку. Та снова провалилась в сон, уткнувшись носом капитану в бок.

– Ты совсем выбилась из сил, крошка, – погладил ее капитан. – Но, увы, если тебе не под силу поднять этот корабль, это не под силу сделать никому.

* * *

Проснувшись утром, Рэй не обнаружил Саманты рядом и покачал головой.

«Неужели эта засранка уже умотала дальше работать?» – подумал он.

Алекс поднял шторки окна и с удивлением обнаружил, что за окном глубокая ночь, хотя он спал полные восемь часов.

«Нда, к суткам на этой планете еще предстоит привыкнуть… хотя… лучше не привыкать».

Рэй высунулся из каюты и огляделся. По ощущению, экипаж еще спал, на корабле было тихо.

К бодрствованию на корабле в любое время суток экипажу было не привыкать – в космосе всегда было темно. Капитан прошел мимо закрытых кают – команде нужен был отдых. Сейчас его больше интересовало, куда подевалась мелкая курносая девица, которой он настрого наказал устроить себе выходной.

Подходя к инженерному отсеку, Рэй уже примерно представлял, что он сейчас увидит, и когда он нажал клавишу открытия дверей, его предположения лишь подтвердились. Саманта сидела тут, расположившись на полу и, как всегда, с головой погрузившись в работу. Не замечая капитана, она ковырялась в разобранном роботе, которого Валькирия затащила на борт.

– Сэм, по-моему, я кому-то говорил устроить себе отдых.

Девушка невольно вздрогнула, не ожидая увидеть кого-то в такую рань. Она повернула голову и широко улыбнулась.

– Я же не с кораблем ковыряюсь. Так что это не считается. Я так отдыхаю.

– Вот тебе на месте не сидится, – покачал головой Алекс.

– Да как тут можно усидеть, кэп, когда перед тобой такое?! Я эту штукенцию сейчас по винтикам разберу… хотя тут нет ни одного. Ты только глянь, как оно собрано! Это же верхушка инженерной мысли. Такие способы крепления сегментов обеспечивают максимальную гибкость и подвижность и при этом надежность. Механизм простой, как пять пальцев. Размеры каждого сегмента тоже подогнаны идеально. На Земле еще не придумали технологий подобной сборки. Тут подгонка, блин, на молекулярном уровне. И заметь, это все только снаружи. Что там внутри, можно только гадать. Кстати, я сразу заметила одну вещь. Эта каракатица в техническом плане довольно сильно отличается от летающих дисков. Либо их создатели обладают поистине разнообразными технологиями, либо у них разные создатели.

– Если эти машины научились воспроизводить сами себя, то тут нет ничего удивительного. Часть машин еще создана пришельцами, а часть – творения самих машин.

– А не должны ли машины создавать себе подобных? Так как собрали их самих?

– Страшно, конечно, представить, если они смогли эволюционировать.

Саманта аккуратно разрезала центральную часть корпуса робота и вытащила изнутри блок с блестящим шаром внутри, который при жизни существа светился ярким огнем. Сейчас на сером гладком куске металла можно было разглядеть серебристые линии, напоминающие рисунком дерево. Они разветвлялись в разные стороны, присоединяясь к устройствам поменьше самых разных форм. Были здесь и какие-то закрученные в спираль трубки, и дугообразные ленты, отливающие фиолетовым. В общем, все то, о назначении чего можно было только догадываться. Ничего похожего на земные технологии здесь действительно не было.

– Глянь, кэп.

Рэй присел рядом и всмотрелся в витиеватые узоры «мозга» робота. При тщательном разглядывании он заметил множество совсем крошечных элементов, соединенных между собой серебристыми линиями.

– Могу предположить, что тут прямо-таки нанотехнологии.

– Верно мыслишь, – кивнула девушка. – И мы многого еще не видим. Могу тебя заверить, что этот процессор, если можно так выразиться, способен обрабатывать такое количество данных, что человеческий мозг уже не кажется таким уж прям крутым.

– Хочешь сказать, эти машины разумны?

– Не берусь судить. Мы же не знаем, в каком направлении работают эти мозги. Кстати, а вот это очень похоже на источник энергии, – она ткнула в миниатюрное блестящее устройство в виде кольца с намотанной на него катушкой со множеством шариков внутри – подобное устройство чем-то напоминало обыкновенный подшипник. – Судя по тому, что почти все линии сходятся к нему.

– Он хотя бы не фонит, ты проверяла?

– Конечно, кэп, за кого ты меня держишь? Не удивлюсь, если эти ребята обладают технологией холодного синтеза.

– Ммм, Сэм, можно спросить, уж не хочешь ли ты попытаться приспособить источник энергии этого робота, чтобы запустить Странник?

– Честно признаюсь, такие мысли возникали, – неуверенно ответила девушка, слегка улыбнувшись.

Она взглянула на капитана, пытаясь понять его реакцию.

– Но это, скажем так, на перспективу планировалось, поскольку мне еще нужно было вообще понять принцип работы этого источника энергии.

Рэй скрестил руки на груди и молча продолжал смотреть на девушку. Его реакцию Саманте пока прочитать не удалось.

– Слушай, кэп, я это делаю ни в коем случае не от безысходности. Я трезво стараюсь оценивать ситуацию и, конечно же, не собираюсь рисковать нашими жизнями. Пока просто стараюсь понять принцип работы этих машин, не более того… я знаю, эта идея безумна, но…

– Действуй, – коротко отрезал капитан.

На лице его по-прежнему не дрогнул ни один мускул, и понять его отношение к словам девушки было невозможно.

– Ты серьезно одобряешь? – зато удивление на лице самой Саманты было неподдельным.

– А почему нет? Если это сработает. Насколько я понял, у нас не запускается генератор, так?

– Да не только он. Энергосистема в принципе никак не реагирует ни на что.

– Ну если ее вырубило инопланетное устройство, может быть и запустить сможет инопланетное устройство. Почему нет? Мы смогли освоить гиперпривод, так почему не сможем освоить что-то другое?

– Ты правда странный, кэп, но я тебя обожаю!

Девушка крепко обняла капитана и сильно прижалась к нему.

– Ради этого я бы вообще на что угодно согласился, – рассмеялся капитан, обняв девушку в ответ.

– Эй, подожди-ка, – отстранилась Сэм, с подозрением глянув на капитана. – Ты же согласился на это не из-за того, чтобы получить от меня бонус в постели? Потому что, если ты реально не одобряешь этого, я не собираюсь идти наперекор капитану.

Рэй в ответ лишь рассмеялся.

– Не переживай, Сэм, я одобряю то, что ты придумала. Да и выбирать-то особо тут не приходится… Так, а что там насчет бонуса в постели? – он сделал небольшую паузу.

– Иди на фиг, кэп… Никакого секса, пока я не заведу нашу пташку. Так, в любом случае рано еще, конечно, радоваться. Нужно понять, как эта штука вообще работает.

– Моя помощь пригодится?

– Вполне возможно.

Саманта надела перчатки и аккуратно вытащила то самое устройство, похожее на подшипник, вернув сам блок на место. К устройству было подведено множество тончайших линий, напоминающих паутинки, которые тут же испарились после отсоединения. Она перенесла его на стол и просканировала коммом. Как и следовало ожидать, сканер показал крайне скудную информацию с большим количеством неизвестных.

Рэй тем временем просканировал нутро робота в том месте, где находилось устройство.

– Сэм, кажется, ты права, – сказал он, пытаясь понять хоть что-то в ограниченной информации. – Сканер зафиксировал остаточное магнитное поле. Либо это общий фон, либо эта штукенция и правда имеет отношение к энергосистемам этой сколопендры.

– Общий фон быть не может, – ответила девушка, пытаясь выудить хоть чуточку больше информации из инопланетного устройства. – Сколько уже времени прошло, как эта штука вырубилась. Тем более, судя по тому, что вижу я, эта машина работает на крайне слабых токах. Что, конечно, удивительно. Казалось бы, она должна энергию жрать как не в себя.

– Как мозг человека? – предположил капитан. – Тоже оперирует слабыми токами.

– Ну тут не совсем уместное сравнение.

– Дальше молчу, дабы не показаться глупым.

На следующие несколько минут Рэй затих, завидев, как Саманта надела стереоскопический визор со встроенным электронным микроскопом, собранным ей же самой из подручных средств. Используя различные спектры и увеличение, Сэм погрузилась в тщательное изучение так заинтересовавшего ее устройства, надеясь вооруженными глазами обнаружить то, что не смог сделать сканер.

– Это охренеть, кэп! – воскликнула, наконец, Саманта. – Кажется, мои догадки верны. Ты глянь.

Она сняла очки с визорами и протянула их Алексу.

– Сэм, ты же знаешь, что я в техническом плане не бум-бум.

– Я тебе сейчас все объясню. Видишь сетчатый рисунок перед глазами?

– Так, – сказал Рэй, наблюдая в визоры сложную конструкцию из мелких частиц, объединенных в единую систему.

Единственное, что понял Алекс из этого рисунка, что это не реальное изображение увиденного, а некая модель, созданная на основе проанализированных данных.

– Я сконнектила сканер на комме с моими очками, – пояснила Сэм, заметив замешательство капитана. – Таким образом я смогла объединить данные, собранные визорами и сканером воедино. То, что ты видишь, это атомная структура в сердечнике этого устройства.

– Плотненько они так собрались там.

– То-то и оно. Для того чтобы произошла ядерная реакция, ядра атомов необходимо сблизить на такое расстояние, чтобы между ними возникло сильное взаимодействие. На Солнце это происходит под действием сверхвысоких температур в результате сильного сжатия. Гравитация там, все дела, это ты сам знаешь. В быту же мы используем ускорители, типа того, что установлен в ядре Странника. Но суть в том, что для самого синтеза требуются немалые такие затраты энергии. И в устройстве такого размера реализовать это физически невозможно. Причем устройство это отключено: ни выбросов энергии, ни бешеных температур, ни излучения мы сейчас не регистрируем. То есть ядра удерживаются так близко в пассивном режиме, без какого-либо вмешательства. Короче говоря, это маленький термоядерный реактор! Холодный синтез, о чем я и говорила!

– Но как? – Рэй снял очки и взглянул на девушку. – Гравитационно? Это абсурд. Гравитация – самая слабая из всех взаимодействий, а сильное взаимодействие начинает действовать на безумно малых расстояниях. Каким образом им удалось так сжать эти частицы вместе?

– Похоже, мы еще совсем плохо понимаем квантовую механику, кэп. Мы привыкли оперировать электромагнетизмом для управления частицами. Собственно, наш реактор тому подтверждение.

– А эти товарищи, похоже, как раз-таки хорошо освоили именно гравитацию, учитывая изобретение привода.

– Я даже боюсь в это углубляться, у меня мозгов не хватит. Гиперпространство, подпространство, бррр, слишком много всего. Кстати, учитывая, с какими слабыми токами работают эти машины, и сравнивая это с мощностью такого реактора, я могу сказать, что роботы эти могут жить тысячи и тысячи лет без какой-либо подзарядки.

– Насущный вопрос. Мы как-то сможем это использовать?

– Уфф, я очень попробую, но не сразу, кэп. Во-первых, я не знаю, как эту штуку включить, а во-вторых, включив, как бы не устроить термоядерный взрыв. Дай мне время, я попробую разобраться. Тут ювелирная работа нужна, я же больше привыкла кувалдой стучать.

– Делай то, что считаешь нужным.

Рэй крепко обнял девушку, поцеловав ее в нос.

– А Джина не сможет тебе помочь? – родилась вдруг мысль в голове капитана.

– Черт, кэп, это же гениально! Она же хирург! Препарировать, слава богу, тут никого не надо, но она же на клеточном уровне умеет операции проводить! Я думаю, вдвоем мы сможем выжать из этой коробочки все, что нужно.

– Только я тебя умоляю, дай хоть ей тихо поспать. Ты же сейчас весь корабль на уши поднимешь. И кто-то ослушался мой приказ о выходном!

– Валькирия вообще никогда твоих приказов не слушает, а чем я хуже? Пойду сделаю себе кофе. Ночь обещает быть долгой.

Над последней фразой Рэй не на шутку задумался. Она прозвучала весьма двояко, учитывая, что сутки на планете длились значительно дольше, чем на Земле, и ночь действительно была в самом разгаре.

Пока же Сэм, вооружившись кофе и всем арсеналом инструментов, что у нее были, принялась изучать инопланетное устройство, которое могло стать спасением для Странника, хотя пока Саманта и сама не понимала как, учитывая, что до сих пор не знала причину вывода корабля из строя.

Когда экипаж проснулся, Алекс позвал Джину на помощь. Та сначала была очень удивлена, не понимая, какой толк в работе с техникой, да еще и инопланетной, может быть от хирурга. Но на поверку ее таланты пригодились даже в какой-то степени больше, чем умения Саманты. Ювелирно орудуя инструментами под визорами очков Сэм и под ее четким руководством, ей удалось буквально по кусочкам разобрать неизвестное устройство, дабы Саманта смогла детально понять принцип его работы и сообразить, с какой стороны вообще стоит к нему подойти. У девушек ушло на это несколько часов.

Рэй и Майк же вынуждены были отложить свой поход на берег, поскольку кэп не учел продолжительность ночи на планете, а соваться в незнакомую местность в полной темноте было смерти подобно. Так что остальному экипажу в принципе ничего не оставалось, кроме как прохлаждаться на корабле.

– Удивительно, но техническая мысль пришельцев как будто бы тесно переплетается с законами биологии, – озвучила свои мысли Джонс во время работы.

– Возможно поэтому, я многого и не понимаю в их технологиях.

– Вам не кажется это странным? Учитывая, насколько эта раса машин обособилась от своих создателей и, как мы поняли, даже жаждет их уничтожения, логично было бы предположить, что они вообще постараются никак не связывать себя со своими врагами.

– Они оказались умнее, – предположил капитан. – И вобрали в себя самое лучшее.

– Вы только гляньте. Ведь структура соединений, к которой подводятся… я не знаю, как это назвать в данном случае… провода для передачи энергии, короче… в общем, это очень здорово напоминает схему строения аминокислот. Совпадение? Но по этим схемам я вам могу довольно точно обрисовать принципы передачи энергии. Картинка тут вполне ясная. Никогда бы не подумала, что буду разбираться в технике.

– Симбиоз биологического и технологического, – задумался Рэй. – Где-то мы уже это видели.

– Бальтазар? – посмотрела на Рэя Саманта.

– Да начиная с просто вживления имплантов большинству людей, ну и да, заканчивая этим чудом природы.

– Ну тут все-таки не симбиоз, – продолжая работать, сказала Джонс. – Здесь прям чисто техника, только вот строится она по законам биологии. Такого я еще не видела.

– Хм, вот эти квадратные блоки по периметру, – заметила Сэм, глядя в монитор, на котором отображалось все, что Джина видела в визорах очков. – То, что я приняла за катушки. Эти какие-то микроскопические панели. Как будто бы технология строится на основе электромагнетизма, да вот только электромагнетизма недостаточно, чтобы слить воедино ядра частиц. Блин, я ни черта не понимаю, – девушка схватилась за голову.

– Сэм, а вот обрати внимание, между этими панельками есть как будто ветвистые углубления, вроде желобков. Если бы в них положить какие-нибудь трубочки соответствующего диаметра, получится целая кровеносная система.

– Ух ты, я не заметила! Похоже, это желобки под те самые паутинки, которые соединялись с этим устройством. Я так понимаю, по ним и передается энергия. Так, мне остается сделать какие-то нанопроводки для передачи энергии, из чего неясно.

– Может, просто залить туда проводящее вещество?

– И будет нам короткое замыкание в термоядерном реакторе.

– Плохой из меня советчик.

– Хотя, знаешь, в твоих словах есть смысл. Можно попробовать сгенерить магнитное поле и, управляя им, заложить тонкий проводник в эти желоба. А дав буквально легкий импульс, эта штука, как я понимаю, заведется.

– А не жахнет? – спросил Рэй.

– Не должно.

– С этого обычно и начинаются самые интересные истории, – заключил капитан. – Ну ладно, девчонки, я вас оставлю, все равно пользы от меня никакой.

Поцеловав Саманту в щеку, Рэй вышел из инженерного отсека и отправился вниз, откуда доносились звуки работы на тренажере.

– Ну командуй, Сэм, что еще нужно сделать?

– Для начала я хочу подробней изучить подводку к этому мини-реактору. Мне немного непонятна эта система паутинок в роботе. Точнее, совсем непонятна. Она весьма разветвленная, так еще в придачу паутинки эти имеют свойство испаряться.

– А ну-ка.

Джина взяла реактор со стола, подошла к разобранному роботу и аккуратно вставила устройство на место. Тонкая сеточка паутинок сразу протянулась из нутра робота и соединилась с устройством.

– Тонко, блин! – воскликнула Саманта. – И это при том, что машина не подает никаких признаков жизни. Либо у нее-таки есть какие-то резервные системы, что, я надеюсь, не так, либо какие-то процессы происходят сами по себе, автономно, даже без источников энергии, что мне нравится еще меньше. Так, попробуем-ка отследить связь реактора с так называемым центральным процессором. Если есть какой-то остаточный сигнал. Эх, понять бы принцип передачи энергии.

– Смотри, если действительно системы этого робота имеют под собой биологическую основу, то в мозге это происходит следующим образом, может, это тебе поможет. Между нейронами сигнал передается в особых структурах, которые называются синапсы. Передача сигнала происходит за счет выделения химических веществ, но пока информация остается внутри нервной клетки, передача идет электрическим путем. Как любому двигателю, человеческому организму нужен импульс для начала работы. И служит им изменение заряда внутри нервной клетки. Принимают эти импульсы такие отростки-дендриты, они передают полученную энергию телу нейрона. Посредством своеобразного двоичного кода ток подается через мембрану нервной клетки по аксонам и «шлюзам», ионным каналам, к другим клеткам. По сути, так передаются все наши мысли, чувства, эмоции, движения. Вот как-то так.

– Вот это, блин, да! Ни хрена себе, да мы с тобой коллеги, Джи! Обе работаем с механизмами, правда разной природы. Я, честно, далеко не все поняла из сказанного тобой, но, блин, основная схема мне понятна, попробую отталкиваться от нее. Вообще, это будет удивительно, если инопланетный робот работает по принципу человеческого мозга. Это отвал башки вообще. Тогда у меня такой вопрос. А откуда берется сам заряд?

– Тут довольно просто. Нервные клетки – это своего рода генераторы, хранящие заряд примерно семьдесят милливольт. Такой сгусток связан с накоплением ионов калия. Образуется он в результате разности электрических потенциалов между внутренней и наружной сторонами мембраны, когда клетка находится в состоянии физиологического покоя. Разумеется, сравнивать процессы создания заряда в проводах и нейронах нельзя, хотя бы потому, что при создании электрического тока используется преимущественно движение отрицательных электронов, а все процессы живого организма зависят от движения ионов, прежде всего натрия, калия, хлора и кальция.

– Ни слова больше, Джи. Это офигенная схема. Никогда не углублялась в это, но теперь понимаю, каким образом люди с такой легкостью вживляют себе импланты в тело. Мне это всегда казалось странным. Я всегда хорошо понимала принцип работы любой железяки, но человеческий организм для меня темный лес. Так, попробуем, если подобный принцип действительно имеет место быть в этой машине, тогда я сделаю так…

Саманта принялась выполнять непонятные теперь уже Джине манипуляции, орудуя тонкими инструментами в теле машины. Несколько раз она просила Джину помочь, когда требовалась совсем ювелирная работа, в которой пригодились навыки Джонс, как хирурга. Джина поймала себя на мысли, что ей еще никогда не приходилось делать операцию роботу. У нее, конечно, был опыт вживления имплантов, но она касалась этих вопросов больше с биологической стороны. Настройку же осуществляли соответствующие технические специалисты.

– Ммм, Сэм, кажется, я наблюдаю какую-то активность, – неуверенно произнесла Джина, следящая за показаниями сканера в коммуникаторе, пока Саманта изучала работу центрального процессора. – Может, зря мы вернули реактор на место?

– Твою мать, – только успела произнести Саманта, как заметила, что устройство с витиеватыми узорами, который по ее предположению было мозгом машины, вспыхнуло ярким фиолетовым светом. К несчастью, в этот момент Сэм держалась за него рукой. Девушка тут же отдернула руку, но было уже поздно. По всему корпусу машины прошел разряд, пронесшийся искрящими сгустками по роботу и практически вызвав ионизацию воздуха вокруг него. Раздался хлопок, и по всему инженерному отсеку прошла воздушная волна, заставившая Джину пригнуться. Саманту же, находящуюся вплотную к роботу, невидимым вихрем отнесло к противоположной стене, ударив об одну из стоек с оборудованием. Девушка издала еле слышимый стон и потеряла сознание.

* * *

Холод. Темнота. Нет возможности пошевелить ни руками, ни ногами. Чувство запертости в собственном теле. Работает только мозг. Мыслит, анализирует, испытывает эмоции. Причем, такое чувство, что все сразу: и положительные, и отрицательные. Удивительно, как мозг не взрывается от такого потока данных.

Загорается свет. Или просто удается открыть глаза? Хотя их наличие тоже под вопросом. Создается ощущение, что изображение транслируется сразу в мозг. Цвета искажены, изображение мутное. Глаз пытается сфокусироваться, вылавливая детали картинки перед собой, но каждый раз будто промахивается. Постепенно картинка начинает приобретать очертания. Темно-серые стены из неизвестного, но уже хорошо знакомого инопланетного минерала. Правда в этом помещении он не монолитно гладкий, а стены будто бы сделаны из множества пластин, расположенных внахлест по принципу рыбьей чешуи. Осмотреться не получается, поскольку не удается повернуть голову. В прямой видимости в помещении можно увидеть массивные установки и какое-то оборудование, ни описать которые, ни уж тем более понять их предназначение, невозможно.

Перед глазами промелькнул темный силуэт. Он был бесшумен, хотя никаких звуков вообще не было слышно. Через несколько минут кто-то подошел. Или просто возникло ощущение, что кто-то стоит рядом. И это ощущение подтвердилось спустя мгновение, когда перед глазами появился кто-то. Он оказался практически вплотную, поэтому глаза далеко не сразу смогли сфокусироваться. Это было лицо, закрытое шлемом. Причем шлем был абсолютно глухой, без каких-либо прорезей, отверстий или установленных на нем устройств. Шея смотрящего была закрыта такого же серого цвета костюмом. Целиком рассмотреть стоявшего спереди не получалось, поскольку по-прежнему не удавалось пошевелить ни одной частью тела.

Неизвестный выполнял какие-то манипуляции, но рассмотреть было ничего нельзя.

Вдруг по всему телу пронеслась боль. Острая, режущая, как будто одновременно через все тело полоснули ножом и при этом ударили большим разрядом тока. Боль ощущалась особенно сильно на контрасте с тем, что до этого не чувствовалось вообще ничего. Терпеть такую боль было невыносимо, но при этом невозможно было и как-то от нее убежать, увернуться. Боль без возможности пошевелиться. Она просто сводила с ума. Хотелось кричать, извиваться, но ничего этого сделать было нельзя, тело просто не слушалось.

Еще спустя мгновение, после того как боль немного утихла, стало видно, как существо в шлеме четырехпалой рукой в перчатке держит перед собой маленькое устройство – металлический шарик со множеством витиеватых узоров и светящимся огоньком в центральной части.

Существо какое-то время смотрело на устройство скрытыми шлемом глазами. После этого снова наступила непроглядная тьма.

– Сэм! Сэм, крошка, очнись!

Саманта с трудом разлепила глаза и увидела перед собой встревоженное лицо Джины. Та пыталась привести ее в чувства.

Картер потребовалось несколько минут, чтобы окончательно прийти в сознание. Сначала она просто пыталась сориентироваться, где она и что происходит вокруг. Она обрадовалась, что может нормально шевелить конечностями и что все, что она видела, было не на самом деле, но затем, прокрутив в голове все, что ей сейчас привиделось, она от ужаса прикрыла глаза руками.

– Сэмми, крошка, ты как?

– Это кошмар, что я сейчас видела, – прошептала Картер. – Точнее, чувствовала.

Джина как истинный врач тут же принялась изучать состояние Саманты, отлетевшей к стене и, очевидно, сильно ударившейся головой, если она даже на несколько секунд потеряла сознание. К счастью, первичный осмотр показал, что девушка в норме, возможно лишь легкое сотрясение.

– Я… я вроде норм, Джи, – сказала, наконец, Картер, вытерев слезы и отведя глаза в сторону. Но у меня, кажется, тоже начались видения, как у кэпа. Либо я все-таки очень сильно долбанулась головой.

– Только этого не хватало, – Джина помогла Саманте подняться на ноги. – Давай-ка сделаем перерыв и пойдем тебя осмотрим.

– У нас ничего не взорвалось тут?

– Кроме тебя, нет. Так что пошли в медотсек.

– Подожди, а это что?

Саманта взглянула за спину Джины, где в одном из стенных ящичков она заметила какое-то свечение.

– Черт! А это как… – Джина испуганно посмотрела на Саманту, а потом оглянулась в направлении ее взгляда. – Так, Сэм, только не говори, что в этом ящике у тебя лежит тот инопланетный шар.

– Твою ж… именно он!

Джина и Саманта тут же бросились к ящику, из которого сейчас расходился в разные стороны свет. Саманта открыла ящик и увидела лежащий внутри на поролоновом поддоне шар. Сейчас он не показывал привычные узоры, из которых можно было получить заветные координаты, а просто горел ярким белым светом.

– Что-то не так, – только и смогла произнести Картер. – Так еще не было.

Прошло несколько секунд, как внутри шара сверкнула еще одна яркая вспышка, после чего он просто рассыпался на мельчайшие осколки, оставив после себя практически пыль.

– Нет-нет-нет-нет-нет! – залепетала Саманта, взяв в руку горсть той стеклянной пыли, в которую превратился шар. – Черт! Вашу мать! Да что за хреномантия!

Саманта вскочила на ноги и от злости ударила кулаками в стену.

– Дерьмо! Блин! Долбаное дерьмо! Последняя надежда! Это была, мать вашу, последняя надежда вернуться. Привод же был у нас почти в руках! Какая же я дура!

Саманта села на пол и закрыла лицо руками.

– Да ты причем, Сэмми? – пыталась успокоить ее Джина, присев рядом и слегка приобняв за плечи. – Я так поняла, этот импульс уничтожил шар?

– Это сделала мертвая машина, – Сэм убрала руки от лица и посмотрела на лежащего робота.

Девушка глубоко вздохнула и попыталась взять себя в руки.

– Я должна была раньше догадаться.

– Ты хочешь сказать… – Джи тоже повернула взгляд в сторону машины.

– Да. В этом все и дело. Именно поэтому на Страннике нет искусственного интеллекта. Нужно рассказать кэпу… Хотя пока немного путаются мысли. Этот шар в машине – это не только процессор, но еще и что-то вроде блока памяти. И похоже, у нас действительно много общего, если они смогли сконнектить свой блок памяти с моей башкой. Я кое-что видела сейчас, но значительно больше чувствовала и даже узнала. Когда я прикоснулась к этой штуковине, мне будто закачали данные прямо в мозг. Ощущение жуткое, голова до сих пор трещит. Мысли тоже путаются, но… черт, еще несколько минут, – она снова закрыла глаза руками. – Еще чуть-чуть, сейчас, посижу немного.

– Сэмми, а ну-ка пошли в медотсек. Похоже, тебя не хило так шибануло, пошли срочно тебя проверим. Идти можешь?

– Я… кажется, да.

Взгляд Сэм был немного затуманен, но она все-таки шла, хотя Джина поддерживала ее за руку.

– Ребята! – крикнула Джина, когда они с Самантой спускались по лестнице.

К счастью, в грузовом отсеке оказался весь экипаж. Капитан тут же подбежал и подхватил бедную Саманту, взяв ее на руки. Вопросы он не задавал, сейчас было не до этого. Рэй внес девушку в медотсек и уложил на кровать. Джина принялась обследовать Сэм.

– Что у вас там случилось, Джи? – не выдержал, наконец, капитан.

– Да все нормально, кэп, – улыбнувшись, немного заплетающимся языком сказала Саманта.

– Черт его знает, что случилось, Лекс, – пояснила Джина, снимая показания. – Сэм как током шибануло, аж к стене отлетела. Хм… так, минуту… состояние в целом в норме, – последнюю фразу она произнесла не без доли удивления.

– В норме? Это, по-твоему, в норме?

– Повышена мозговая активность. Как будто мозг перезарядили. Что-то похожее было у тебя, только у тебя в более жесткой форме. Тут же, как остаточная реакция, просто сильное переутомление. Обычно такое состояние идет накопительным путем, тут же будто разом махнули.

– Кэп, кажется, у меня тоже появились видения, – дополнила Саманта, пытаясь заставить себя прийти в чувства.

– Есть у меня определенные подозрения, – в медотсек вошла Валькирия и оперлась о косяк двери. – Что вы оба чем-то надышались, гаврики мои, и пошло у вас помешательство.

– Ты тоже что-то видела? – Рэй присел на корточки рядом с Самантой и взял ее за руку.

– Видела мало и крайне непонятно. Я… как будто была в теле одной из этих машин. Но самое интересное другое. Мне будто прямо в голову вставили блок данных и переписали кучу всего в мозг. Пока тоже каша в голове, не хуже тебя.

– Отдохни, Сэм, ты и так сделала невозможное.

Рэй погладил девушку по голове. После этого Саманта едва прикрыла глаза, как тут же провалилась в сон.

– Да, это хорошая мысль, – кивнула Джонс. – Но по показаниям с ней правда ничего страшного не произошло. Эта планета, конечно, настоящее испытание для наших организмов. Давайте-ка все отсюда, не будем девочке мешать.

Джина заставила всех покинуть медотсек, после чего, подключив к Саманте датчики регистрации состояния и удостоверившись, что девушка просто спит, также вышла, аккуратно прикрыв дверь.

– Ну как она? – с тревогой поинтересовались Майк и Лео, ожидая в грузовом отсеке. – Что случилось-то?

– Все нормально, пусть поспит, – вдохнула Джонс. – Пока мы разбирались с этой машиной наверху, Сэм прикоснулась к его блоку памяти, что ль, как-то так она сказала, и по роботу будто разряд прошел. Сэм отключилась, но быстро пришла в себя, ну и вот последствия. Мы, конечно, играем с огнем, тут уж ничего не поделать. Вообще, Лекс, мы довольно детально изучили внутренности этих машин, и я могу с уверенностью сказать, что они сопоставимы с биологическими организмами. Их внутренние системы хоть и сделаны из синтетических материалов, но функционируют они по биологическим законам. Это, конечно, парадокс, и можно только гадать, почему такими их сделали их создатели. Но меня уже не удивляет тот факт, что Лекс, а теперь еще и Сэм подверглись вот этим телепатическим, мать их, воздействиям. Я точно могу сказать, что это никакая не телепатия, а вполне научная передача информации посредством нейросвязей. Просто здешние обитатели и их создания добились значительно больших высот. На Земле же это все развито на сугубо бытовом уровне, я бы сказала. Ну и наши мозги не очень подготовлены к такому воздействию, почему и Лексу, и Сэм стало плохо после этих сеансов. Но с научной точки зрения тут действительно нет ничего удивительного. Это биофизика, и они довели ее до совершенства. Да, Лекс, кстати говоря, у нас, к сожалению, образовалась еще одна проблема, – продолжила Джина, сделав паузу, чтобы дать экипажу осмыслить все услышанное и глубоко вздохнув. – Тот навигационный шар, который мы нашли… По инженерному отсеку от робота пролетел такой энергетический импульс, что шар просто превратился в пыль.

Она взглянула на Алекса. В глазах ее была неподдельная тревога.

– Доигрались, – тут же ответила за капитана Валькирия.

Тон ее был при этом весьма спокоен, как будто ничего страшного не произошло.

Капитан опустил взгляд, молча, под взгляды остальной команды отошел в сторону и присел на один из контейнеров, прикрыв глаза и начав судорожно тереть лоб пальцами рук.

Остальная команда просто стояла и молчала, глядя на капитана. Сказать было нечего.

– Что ж, если Сэм и правда что-то увидела при контакте с этим блоком памяти, осталось надеяться, что это что-то полезное, – с надеждой выдохнул наконец капитан.

– Не знаю, что она там могла увидеть, – пожала плечами Джина, подойдя к капитану и присев рядом. – Она отключилась-то на несколько секунд.

– Не стоит забывать, что пришельцы могут оперировать совсем другими категориями времени. А информация в подсознании вообще, по-моему, движется быстрее скорости света. Джи, если ты не против, я посижу с Сэм.

– Лекс, с ней все в порядке, не переживай. Ей просто нужно немного поспать. Я бы, наверное, даже лучше оставила ее в покое. В любом случае я подключила Сэм к системе мониторинга, и что бы ни случилось, я сразу об этом узнаю.

– Хорошо, Джи, – вздохнул Алекс. – Можете отдыхать, народ. Все равно пока заняться нам особо нечем. Будем надеяться, что инопланетный корабль не обнаружит нас здесь. Спрятаться мы все равно пока не можем.

Рэй отправился в свою каюту, залез в кровать и выключил свет. Даже не столько в целях экономии энергии, сколько для того, чтобы полюбоваться звездным пейзажем за окном. Вокруг не было никакой искусственной засветки, так что звездное небо раскрывалось во всей красе. Алекс пытался заметить хоть одну известную звездочку, но, увы, все звезды были абсолютно чужими, слишком далекими. Конечно, ему сейчас было не до любования космическими пейзажами, Саманта не выходила из головы. Хотелось броситься к ней, но Рэй очень доверял мнению Джины, и раз она сказала оставить Сэм в покое, значит, так и нужно было сделать.

Тишина. Абсолютная тишина. Никакого шума вокруг, никакого привычного гула работы двигателей. Алекс боялся даже пошевелиться, чтобы не нарушать эту тишину.

За него это сделала Валькирия. Примерно через полчаса дверь каюты открылась, отчего Рэй вздрогнул, и в проеме показался могучий силуэт пиратки с ирокезом.

– Вот тебя я бы хотел сейчас видеть меньше всего, – признался капитан.

– Тем радостнее для меня. Опять в себя ушел?

– Да прокручиваю разные мысли. Может, что дельное в голову придет.

– Не придет.

Пиратка вошла в каюту, закрыв за собой дверь, и устроилась рядом с капитаном, подвинув его ближе к окну. Подобным вещам Рэй уже не удивлялся. Скорее, наоборот, можно было только сидеть и гадать, что учудит амазонка в следующие несколько минут.

– Мне там скучно с ними, а с тобой мы обычно неплохо болтаем под покровом ночи.

– Тут эта ночь длится долго. Но не могу сказать, что у меня сейчас есть настроение.

– Я тебя и не спрашивала, есть ли оно у тебя. Конечно, ты бы лучше со своей конопатой тут шпили-вили и типа того, но уж придется пока делать это со мной. Тут уж ничего не поделаешь. Да ладно, Сэм спит, мы ей ничего не скажем.

– Вот я по-прежнему не научился понимать, когда ты шутишь, а когда говоришь правду. Только мне сейчас не до шуток совсем. А из тебя бы, кстати, получился хороший дипломат.

– Умею я убеждать, да? Хотя чего мне тебя убеждать? Будешь по команде все мои прихоти выполнять.

– Да, госпожа, – улыбнулся Рэй.

– Странное тут небо у них, – переключилась Валькирия, глянув в окно. – Как-то даже некомфортно, что ль, смотреть, в пространстве теряешься сразу.

– Однако оно от этого не менее прекрасно.

– Романтик, кэп. Любуешься красотами, когда жизнь твоя висит на волоске.

– Слушай, Тесс, меня давно волнует один вопрос, – вспомнил Рэй разговор с Самантой. – Какого цвета твои волосы на самом деле?

Рэй ожидал увидеть удивление Валькирии, но на ее лице не дрогнул ни один мускул, выражение оставалось абсолютно каменным.

– Этот вопрос волнует не тебя, а Сэм, – с равнодушным видом отчеканила пиратка. – И я уже говорила, что это, – указала она пальцем на волосы. – Мой натуральный цвет.

– Ты выпила химозу какую? Или ты почему-то стесняешься? Неужели у непобедимой пиратки есть комплексы?

– Мне стоило догадаться, что несмотря на то, что за окном ночь, в голове у тебя день, и ты снова несешь всякую ахинею. Уф, ну если я скажу, что я блондинка, тебя это успокоит?

– Не-а, потому что ты наврешь.

– Вот тебе и ответ. Я могу все что угодно наврать, так толку сотрясать драгоценный воздух?

– Наверное, так и останется загадкой, почему ты осталась с нами на Страннике.

– Где еще посмотришь на цирк уродов?

– Что теперь делать будем? Когда наша единственная зацепочка превратилась в труху.

– Ты капитан, придумывай. Пока наша большезадая чинит эту колымагу, у тебя есть время. Но на всякие там видения, кэп, я все же не рассчитывала бы. Пусть Джина и объяснила это все по-научному, все равно я считаю, что все это бред и глюки.

– А как же тот факт, что я привел нас к комплексу со Стражем?

– Не насилуй мой мозг, не то я тебя самого изнасилую, будешь потом лечить перелом тазовых костей. А из встречи с этим твоим Стражем все равно ничего и не вышло. Нас чуть не затоптали механические пауки, а по итогу шар просрали, корабль бахнулся. И что в итоге имеем? Девочку, через которую пропустили сколько-то там вольт, и дохлого робота. Случилось так, как случилось, и надо как-то из этого выковыриваться. Корабль-то мы поднимем, в талантах нашей Сэм я не сомневаюсь.

– А вот куда его двигать дальше?

– Подальше от этой летающей крепости, я думаю, в первую очередь.

– Что, уже не горишь желанием побывать на борту?

– Твою мать, ты бы меня поменьше слушал, кэп. Пошли, что ль, на кухню, спать все равно столько невозможно, сколько тут эта ночь длится. Пожрем чего-нибудь, я тебе бутер сделаю.

– Ты мне что??? – удивился Рэй.

– Бутер, говорю, мне сделаешь!!! Хрен глухой!

* * *

Когда Джина объявила о том, что Сэм проснулась, Рэй был первым, кто кинулся в медотсек. Сэм же чувствовала себя вполне бодро, как будто с ней ничего не случилось. Ей только безумно хотелось есть, и Джонс подтвердила, что как раз это ей сейчас и необходимо, чтобы окончательно восполнить силы.

В кают-компании Саманту никто старался особо не беспокоить с расспросами, чтобы дать девушке возможность полностью прийти в себя, но, как оказалось, ей самой не терпелось рассказать все увиденное и пережитое. А так как нахлынувший голод не давал покоя, Сэм пришлось делиться своими впечатлениями буквально с набитым ртом.

Она подробно рассказала, как по своим ощущениям оказалась в теле инопланетного робота. И подтвердила, что, несмотря на то что без сознания она лежала всего несколько секунд, видения в ее голове, казалось, длились целую вечность.

Но самое интересное было то, что увиденное было лишь небольшой частью. Больше всего Саманта удивилась тому, что ей в прямом смысле закачали данные в мозг. Это было похоже на процесс запоминания стихов, только в огромных объемах и абсолютно неподконтрольно. По ее предположению, именно поэтому она и отключилась, потому что физически было очень тяжело справиться с таким потоком данных.

– То есть ты предполагаешь, что все это как-то похоже на то, что произошло со мной? – поинтересовался Рэй.

– Я не знаю, кэп. Ты вошел в прямой контакт в инопланетным животным и, похоже, весьма разумным. Я же просто взаимодействовала с какой-то железкой. И утверждать, что между этим есть что-то общее, я, конечно, не могу.

– При этом крайне удивительно, что два человека за относительно короткий промежуток времени подверглись такого рода мозговой атаке, что испытали зрительные галлюцинации, – высказалась Джина.

– А еще очень интересно то, что я… смотрите, то, что мы видели в том комплексе и те видения, которые причудились кэпу, это все было как бы от лица этих инопланетян. Их точка видения. Но то, что видела я… я как будто смотрела глазами самих машин, и те данные, которые закачали мне в мозг – данные из робота. И тут все далеко не так банально, как мы предполагали. Машины обрели разум, посчитали, что они совершеннее своих создателей – все это не совсем так. Да, роботы действительно были созданы и использовались для выполнения определенных работ, но это еще не все. Дело в том, что машины не эволюционировали и не обретали разум. Они были созданы такими изначально и существовали не только на правах рабов, но и были своего рода инкубаторами. Отсюда и причина, почему их, скажем так, части совместимы с биологическими организмами. На Земле люди начали сами усовершенствовать себя с помощью имплантов или генетики, пришельцы же создали целую расу машин в качестве своего рода инструментов, носителей. Эти машины значительно совершеннее, они легко обучаются. А пришельцы, помимо того, что использовали их как рабов, использовали эти их способности. Грубо говоря, вместо того чтобы годами учиться каким-то навыкам и знаниям, они просто создают машину, которая за секунды обучается всему необходимому, а потом они просто перекачивают информацию из мозга этой машины себе в голову.

– И зачем нужно было настолько все усложнять? – удивилась Тесс.

– Система, конечно, замороченная, но она, похоже, работает. Напрямую же, просто закачивать себе информацию в башку у них, может, по каким-то причинам не получалось, ну или я не знаю… И с помощью таких вот машин они еще кучу разного делали, они у них использовались и для выращивания запасных органов, что ль, тут я сама не все понимаю. Моих мозгов не хватает понять. В общем, такое универсальное средство.

– Ты, мать твоя женщина, откуда это все знаешь?!

– Понятия не имею. Вот просто знаю. Говорю ж, мне самой будто это все в голову запихнули. И это еще не все, кстати. Машины использовались для различных экспериментов по совершенствованию генома пришельцев. Насколько я поняла, пришельцами была утеряна часть каких-то знаний о своей биологической природе и, используя эти машины, созданные по своему образу и подобию и способные к развитию, они пытались эти данные восстановить. В общем, история мутная и мне не до конца понятная.

– Да и кто мы такие, чтобы понять замыслы высокоразвитой цивилизации? – задумчиво произнес пилот.

– Пожалуй, да. Определенно наши мозги совсем не подходят для усваивания подобных знаний. Кстати, мы верно предположили. Пришельцам удалось увести машины с планеты, а те, что остались, потеряв связь с центром, как бы одичали или сошли с ума. Но больше всего меня по-настоящему напугало одно… они чувствуют боль, эти машины, – сказала Сэм спустя мгновение. – Я не знаю, зачем нужно было создавать такое, но я сама на мгновение словно очутилась в теле этого робота, и я почувствовала эту боль… это… невыносимо.

Девушка опустила взгляд, с содроганием вспоминая свое видение.

– Если они использовали машины для изучения и воссоздания утерянных данных, то в этом нет ничего удивительного, – пояснила Джина. – Боль является неотъемлемой защитной реакцией живых организмов, и без нее, очевидно, исследования были бы невозможны.

– Понятие гуманности придумано людьми, Сэм, – высказалась Тесс. – Если же перед этими четырехрукими встал вопрос выживания как вида, тут уж не до гуманности будет. Потом, мы не влезали в их большие головы, возможно, им вообще не свойственны понятия сострадания.

– И это в очередной раз доказывает, что ты произошла от них! – воскликнул Лео.

В этот раз Валькирия не стала предпринимать каких-либо попыток осадить язвительного пилота. Но ее взгляда вполне хватило, чтобы пилот притих.

– Блин, я ж совсем забыла!! – воскликнула вдруг Саманта, подняв голову и не успев до конца дожевать бутерброд.

Девушка аж подскочила на диване, напугав Рэя.

– Я же теперь поняла, почему наш гиперпривод, а следовательно, и корабль категорически не работают при попытках поставить на него искусственный интеллект! Кэп, насчет ИИ ты был прав!

– Черт, Сэмчик, да ты гений, – догадался о ходе мыслей механика Майк, не дожидаясь ее объяснений. – Вот так, Лекс. Сколько времени инженеры и ученые бились над этим вопросом. Мы три года летали по звездным системам на ручном управлении при базовой автоматике, а одна мелкая курносая девчонка разгадала секрет инопланетного устройства.

– Просто эти инженеры и ученые не видели всего того, что показали нам, – улыбнулась Картер. – А тут же все очевидно. Кэп правильно заметил, просто не сопоставил одно с другим. Точно так же, как появлялись все эти стены из ниоткуда при малейшем намеке на ИИ, так же как эта комната с существом спокойно впустила нас, но уничтожила наш дрон. Пришельцы создавали свои новые технологии таким образом, чтобы машины не могли их использовать. Минимум искусственного интеллекта, теперь-то все понятно.

– Жалко, – задумчиво произнесла Валькирия. – Был бы у нас ИИ на борту, нам бы на хрен не нужен был пилот.

– Ты же не любишь искусственный интеллект и все, что с ним связано! – язвительно сказал Лео. – Что в очередной раз подтверждает твое родство с местными обитателями, – пилот определенно получал удовольствие от подобных сравнений.

– Зато по автомату стукнул, он заработал сразу. А тебя долби-не долби, все как об стенку горох.

– Короче, каждый разумный вид чудит по-своему, – заключила Джина. – И чем разумнее, тем чуднее.

– И ради чего все это? – сказал Майк. – Условно жить в комфорте и изобилии ценой собственной цивилизации. Многие говорят, что цель оправдывает средства. Я с этим категорически не согласен.

– Я вообще считаю, что процесс важнее результата, – высказалась Тесс. – Потому что жизнь – это процесс. А результат жизни – смерть, такая себе цель, честно говоря.

– А страшно то, что ведь мы сами к этому идем, – покачал головой Майк.

– Ну на наш век хватит, а там трава не расти, – фыркнула Тесс.

– И я, пожалуй, соглашусь с Тесс, – кивнул Рэй. – Я в спасатели мира не записывался. Мне важны жизни близких мне людей, а остальное гори все огнем. Как бы эгоистично это ни звучало.

– Да не, Лекс, тут ты прав. В супергерои я тоже записываться не собираюсь, – поддержал его старпом. – Просто, если человечество екнется, сам понимаешь, нам тоже невесело будет-то.

– Ух, когда уже кончится эта долгая ночь, – вздохнул Рэй, глянув в окно. – Одно дело космос – там темнота – само собой разумеющееся. Но вот длительная темень на планете как-то по-другому воспринимается. Угнетает, я бы сказал. Так, что дальше будем делать, народ? То, что увидела Сэм, конечно, интересно безумно, но нам в этом никакой выгоды особо. Вникать в местные интриги, не могу сказать, что есть какое-то желание.

– У меня работа еще не закончена, – уверенно сказала Саманта. – И я добьюсь того, что сконнектю инопланетный генератор с нашим двигателем.

– Ты думаешь, это реально, Сэм? – спросила Джина. – Мы все-таки убедились в том, что эти машины ближе к биологическим организмам, а Странник все-таки техника.

– Оно все проводит электричество, значит, это можно соединить. Так, ребята, все, я работать!

– Ты с ума сошла, Сэм? – возмутился капитан. – Ты оклемалась только!

– Может, скажешь еще рассвета подождать?

– Зарядилась девочка. Сколько там через тебя электричества-то пропустили? – ухмыльнулась Тесс.

– Сэм, серьезно, так нельзя. Ты вкалываешь за всю команду, тебе нужен отдых! Тем более, что нужно придумать, как обезопасить тебя от подобных инцидентов. Не то тебе просто сжарят мозг.

– Обещаю, что к блоку памяти я больше не притронусь. Меня интересует только генератор, и, кажется, я знаю, как его интегрировать.

– Сэм, я с тобой пойду, – сказала Джина.

– Я думаю, мы все пойдем, чтобы подстраховывать тебя, – высказался Майк.

Как ни пытался Рэй остановить Саманту, она была непреклонна. Работа продолжилась. Рэй понял, что удержать эту девушку на месте невозможно, но в инженерный отсек он отправился вместе с ней, хоть и осознавал, что пользы от него там будет немного. Сэм же в целях безопасности вообще предпочла работать в скафандре. Ей удалось подсоединить инопланетный генератор к ядру Странника и сварить из какого-то металлолома своего рода блок для его размещения. Никто из экипажа, конечно, не до конца понимал, что за манипуляции собирается выполнить механик, чтобы с помощью внеземной технологии реанимировать системы корабля. Но после всего, что Саманта пережила за последние часы, она взялась за работу с еще большим энтузиазмом, как будто точно знала, что делает. Рэй всецело доверял Картер, в отличие от Лео, который с опаской отнесся к подобным экспериментам. При этом даже такой осторожный человек, как Лео, признавал, что других вариантов у них особо нет, так что нужно использовать все имеющиеся варианты.

Удостоверившись, что Саманта безопасно продолжает работу, и ей вроде бы ничего не угрожает, Рэй оставил инженерный и отправился в грузовой отсек помочь Майки проанализировать все имеющиеся у экипажа припасы. Последующие несколько часов Сэм так и не отвлеклась от работы. Капитан лишь несколько раз заглянул к ней, чтобы поинтересоваться, все ли в порядке, и принести еды.

Рэй так же навестил весь экипаж, который позже разбрелся по своим каютам и занимался откровенным ничегонеделанием. Ему важно было понять настрой команды, поскольку ситуация, в которой они оказались, не способствовала позитивным мыслям.

Ближайшими по коридору были каюты Валькирии и Лео, располагавшиеся друг напротив друга. И Рэй первым делом заглянул к пилоту – у Валькирии делать было уже нечего, он и так с ней достаточно поговорил последний раз. Алекс даже немного удивился, увидев Лео в каюте, это было редкостью. У пилота, кстати, всегда царил порядок, конкурировать с которым могла, наверное, только каюта Джины. В этом, конечно, не было ничего удивительного – в своей каюте пилот практически не появлялся. В кабине он чувствовал себя всегда комфортнее. Хотя как-то раз в разговоре с кэпом Лео вспомнил, что первое впечатление о своей каюте у него было не самое приятное, поскольку ему пришлось отмывать в ней собственную кровь, но заверил, что это не является причиной того, что он здесь бывает крайне редко.

– На многих кораблях, которых я летал, кэп, вообще не было кают. И когда я в кабине, мне как-то спокойней, что я контролирую ситуацию. А в каюте я сразу превращаюсь в пассажира, мне так не нравится. Если бы мы были в море, меня б, наверное, укачивать начало. Но сейчас, конечно, в кабине откровенно нечего делать. Питания толком нет, приборы молчат. Корабль спит, и я сплю с ним.

– Поэтически ты изъясняешься, Лео.

– Бывает. А пялиться в черноту ночи – такое себе удовольствие. Как говорится, если долго вглядываться во тьму, тьма начнет вглядываться в тебя. В каюте, конечно, тоже особо заняться нечем.

– Знаешь, вот смотрю сейчас на постеры, которые ты развесил по стенам, и понимаю, что за все время, что мы летаем, я, по-моему, вообще ни разу к тебе в каюту не заходил. Такой себе из меня капитан.

– Это называется – уважать личное пространство, кэп. И я несказанно этому рад. Мне вся эта дисциплина и муштра еще в ВВС выбешивали. И это при том, что я был в испытательном дивизионе, то есть, по сути, к боевым подразделениям-то не относился. Формально даже не был военным. Слушай, ну если эти постеры нарушают какой-нибудь там устав корабля, о котором я не слышал, я сниму, конечно.

– Да ты чего, пфф, я тебя умоляю! Какой, к чертям, устав? Ты на самом раздолбайском корабле во всей вселенной. Ты в каюте Валькирии вообще был?

– Я еще не совсем из ума выжил. Слушай, кэп, можно тебя попросить? – Лео неуверенно почесал затылок. – Можешь, плиз, перед Сэм извиниться за меня? Я иногда такой бред несу, а она почему-то всегда под горячую руку попадает. Мне прям уже неловко перед ней. И так она сейчас одна там вкалывает за всю команду, пока мы лоботрясничаем.

– Ну вот насчет последнего мне самому неловко. Но Сэм сама так решила. Просит помощи только тогда, когда она ей действительно нужна, в противном случае мы просто под ногами путаемся. Только вот ты бы сам к ней лучше подошел.

– Не умею я это, кэп. Буду как дурак.

– Чего ты боишься-то? Это же не Тесс, в конце концов. А Сэм вообще никогда ни на кого не злится, по-моему. Максимум, может наорать.

– Я хорошо помню историю о том, как вы познакомились, кэп, – рассмеялся пилот.

– Это было начало больших отношений. Слушай, Лео, ты из нас самый здравомыслящий, я вот, собственно, хотел поэтому с тобой посоветоваться насчет всей этой истории, в которой мы оказались.

– Я, наверное, не самый лучший кандидат, у кого можно спросить совета. А что касается всей ситуации в целом, я тебе так скажу, кэп, я ни о чем не жалею. Объективно не могу сказать, что я прям уверен, что мы отсюда выберемся, но в моей жизни были моменты, когда я оказывался на грани между жизнью и смертью. Может, после этого я и стал таким осторожным. Моя жизнь никогда не была спокойной и размеренной. Я не хуже тебя всегда находил приключения на свою задницу. И если я боялся бы чего-то такого, наверное, не стал бы пилотом. Так что панического чувства о том, что мы все умрем, у меня, пожалуй, нет. Сидеть сложа руки я, конечно, не собираюсь, но в целом вроде бы спокоен. Впрочем, возможно, просто еще не пришло осознание того, что мы все умрем, – на последней фразе он слегка улыбнулся. – Или я просто впал в спячку вместе с кораблем.

– Вообще, конечно, это моя обязанность успокаивать экипаж, но ты сейчас, по-моему, сделал это как нельзя лучше.

– Я паникую обычно, когда наступают острые фазы. Пока все спокойно, я тоже спокоен.

– Спасибо за откровенность, Лео. Признаюсь, после твоих слов я как-то тоже подуспокоился.

– Я рад, что от меня может быть еще какая-то польза, кроме как за штурвалом. А то иногда правда кажется, что я бесполезный. Рулить кораблем ты мог бы и сам.

– Сначала я тоже так думал. Но должен признать, что ты значительно более крутой пилот, чем я. Пусть это и удар по моему самолюбию, – Рэй рассмеялся. – Да и Майки прав. Когда у тебя болит голова за весь экипаж, трудно сосредоточиться на штурвале. Пойду, кстати, к Майки загляну. Спасибо, Лео, мы с тобой нечасто общаемся тет-а-тет.

– Ну для этих целей тебе больше Валькирия подходит. Вы с ней как-то умудряетесь находить общие темы для беседы. А мы с тобой оба неразговорчивы, нам трудно найти, о чем поболтать.

Выйдя из каюты Лео, капитан обнаружил Майка не у себя, а в кабине корабля. Он сидел в кресле, а рядом стояла Джина и что-то ему вещала. Увидев кэпа, идущего по коридору, девушка пошла ему навстречу. Она положила руку ему на плечо и тихо шепнула:

– Поболтай с Майки. Ты ему сейчас нужен.

– Для этого и шел. Что, даже у Майка упаднические настроения?

– Не совсем, но, думаю, сам поймешь.

«Так, на этом корабле все перевернулось. Лео сидит в каюте и излагает позитивные мысли, в то время как Майк, поддавшись унынию, оказался вдруг на мостике».

– А ты чего? У тебя обычно лучше получается утешать людей.

– Не в этот раз.

– Уф, ладно, попробую.

Джина улыбнулась и похлопала капитана по плечу.

Рэй не совсем понял ее хитрый взгляд. Он прошел в кабину, подошел к креслу Брауна сзади и облокотился на спинку.

– Эй, здоровяк, какими судьбами тебя занесло в кабину? Вы с Лео ролями поменялись, что ль?

– Да так, решил сменить обстановку. На корабле-то особо не разгуляешься.

– С каких это пор тебе стало тесно на Страннике? Ничего, как рассветет, выйдем на улицу, подышим. А от того, что ты тут сидишь, он все равно не взлетит. У тебя все нормально? Ты редко бываешь таким кислым.

– Джина тебя подослала? – улыбнулся старпом. – Да не обращай внимания. Так… от ничегонеделания человеческие эмоции начинают захлестывать разум.

Майк вздохнул и положил на приборную панель планшет, который лежал у него на коленях. Рэй не увидел его сразу за широкой спиной старпома. А перед тем, как на планшете погасло изображение, Алекс краем глаза заметил на нем изображение белокурой девушки в сером комбинезоне.

– Скучаешь? – улыбнулся капитан.

– Знаешь, Лекс, пожалуй, я все же был неправ. Ты бы знал, как я тебе сейчас завидую, что Сэмми рядом с тобой… Я так соскучился по Хеле. Понимаю, это звучит глупо, мы вроде как только-только, но… вот это ощущение недосказанности и тот факт, что мы вообще можем не вернуться…

– В этом-то и беда, Майки. Подумай только, каково мне становится, когда я понимаю, что моя Сэм может не вернуться домой.

– С какой стороны ни глянь, все жопа.

– Вот поэтому мы и должны выжить, Майк. Сука, любой ценой, мы должны вытащить Странник из этой дыры! Честно, мне уже насрать на все это человечество, я сделаю это только ради наших девчонок.

– И Валькирии? – улыбнулся старпом.

– И Валькирии, – кивнул в ответ Рэй. – Дружище, зато у Хелы сейчас все нормально. А у нас есть стимул для того, чтобы вернуться.

– Ну у меня он и без этого, в общем-то, есть, – улыбнулся Браун. – Как там Валькирия-то сказала? «Улечу отсюда при любом раскладе, с вами или без?»

– Да, мне тоже ее настрой понравился.

– Все нормально, Лекс, просто сердце бешено колотится. Вот и накрывает. Сам себе удивляюсь. Наверное, старею.

– Наоборот, одухотворенный ты наш.

– Ха, ты б на себя посмотрел, когда Сэм первый раз зашла на корабль. Чуть из одежды не выпрыгнул, когда на нее смотрел. Глаза сверкали, как сверхновая.

– Ну ты напридумывал! Меня тогда вообще другие вещи заботили.

– Ага, другие. Ты вообще осознаешь, что ты тогда сделал? Ты ж выкрал Сэм у одного из крупнейших марсианских синдикатов!

– Я романтик, да, – рассмеялся Рэй.

– Кого ты обмануть пытаешься, Лекс? Я что, не знаю твой типаж женщин? Курносая, конопатая, жопастая, с короткой стрижкой, – Майк начал загибать пальцы на руке, ведя подсчет. – Мне дальше перечислять?

– Умняшка еще… – задумался Алекс.

– Ага! – воскликнул Майк, загнув следующий палец.

– Ладно-ладно, уговорил. Ты сам-то как воодушевился, доказывая мне тут.

– Потому что ты пытаешься отрицать очевидные вещи.

– Я и не пытался. Зато мне, по-моему, удалось немного поднять тебе настроение.

– Хех, а ведь ты прав. Да просто смотрю на вас двоих, и сердце радуется. Ты, кстати, очень сильно изменился в положительную сторону, когда эта мелкая вскружила тебе голову.

– Да ты тоже цветешь и пахнешь… Ух, мы должны выбраться отсюда, Майк, – сказал Рэй спустя небольшую паузу. – Ради них.

Браун лишь согласно кивнул.

– Я в порядке, Лекс. А ты давай дальше проводи мотивирующие беседы с экипажем, раз уж взялся.

– С Лео уже провел. Хотя, скорее, это вы меня мотивируете, а не я вас. Пойду снова к Сэмми загляну, – похлопал он по плечу старпома.

Выйдя из кабины, Алекс прислонился к стене коридора и вздохнул.

«Ты должен вытащить их отсюда, Рэй, – повторил он свои слова в голове. – Любой ценой!».

Алекс прошел по коридору в сторону инженерного отсека. Открыв двери, он, как всегда, обнаружил здесь Саманту. И она, как всегда, не сидела без дела и с помощью каких-то только ведомых ей устройств продолжала пытаться интегрировать инопланетный генератор с ядром корабля. Она к тому моменту уже сняла скафандр, поскольку выполнять тонкие работы и лазить под всякими устройствами в нем было уже не очень удобно. Саманта, как обычно, не заметила капитана, продолжая увлеченно работать.

– Сэмми, – тихо произнес капитан, боясь отвлечь механика от важной работы.

Девушка слегка подскочила от неожиданности и повернула взгляд, приподняв очки с визорами.

– Ты чего, кэп? – спросила она, сняв очки, и, положив устройство на стол, размяла затекшие плечи. – Все суетишься, все беспокоишься? Да нормально все у меня, не переживай. Принеси лучше чего-нибудь вкусненького.

– Как хорошо, что ты рядом, – Рэй подошел к девушке и обнял ее сзади.

Сэм на мгновение застыла.

– Ты чего это?

– Я вытащу нас отсюда, Сэм, я обещаю, – тихо прошептал он ей на ухо, прижав Картер к себе и вдыхая ее запах. – Черт, я так люблю, как ты пахнешь.

– Ммм, металлом? – неуверенно произнесла Саманта.

– Черт, не порти момент, Сэм, я пытаюсь создать романтику! – рассмеялся Рэй и начал снимать с девушки жилетку.

– Ни фига ты не за романтикой сюда пришел, – улыбнулась Картер, повернувшись к капитану.

Глаза ее с присущей хитринкой блеснули зеленым огоньком.

– Что, прям здесь, сейчас? – ухмыльнулась она. – Мне бы, конечно, в душ, но… а черт с ним, – Саманта нажала пару иконок на коммуникаторе, и со стороны входа раздался звук блокировки дверей.

– Лишние глаза нам тут, думаю, не нужны…

– Иди сюда! – Рэй взял девушку на руки, посадил ее на стол и резко прижал ее к себе, слившись в поцелуе…

* * *

– Я вас по всему кораблю ищу! А Сэм тут скачки устроила! – воскликнула Валькирия, войдя в инженерный отсек.

Рэй и Картер к тому времени уже вернулись к работе и лишь удивленно посмотрели на пиратку.

– И не смотрите на меня так. У вас тут на весь отсек сексом пахнет!

– Любишь ты фантазировать, красотка! – ухмыльнулась Сэм. – Тебя послушай, так кэп меня пытается прижать где-нибудь в углу при любом удобном случае.

– Вот ты сама все и рассказала, жопастая. Или вы можете объяснить, что еще могло заставить вас не отвечать на вызов в комме? – Она слегка приподняла одну бровь. – Короче, там Майки хренотень какую-то обнаружил снаружи, кажется. Сканеры ж не работают ни шиша, мы идем наружу.

– Стоп, во-первых, покидать корабль команды не было!

– Ты это своему старпому объясни. Ну а я-то твоих команд сроду не слушала.

– И как он вообще смог что-то обнаружить, если сканеры не работают?

– Ну он, наверное, сначала вышел наружу, а потом обнаружил.

– Что, блин?!

Рэй тут же сорвался с места и бросился в грузовой отсек, где обнаружил Майка, мирно беседующего с Джиной.

– Майки, какого хрена? Тесс сказала, что ты наружу вылез!

– Без консультации с тобой? Вот так с бухты-барахты?

– Тесс!

– Ну а как тебя еще было с места сдвинуть? – ответила спускающаяся по лестнице Валькирия. – Сидит там, мелкую за задницу жмакает. Катаклизм должен произойти, чтобы тебя от дела оторвать.

Однако Майк все-таки согласовал с Рэем выход наружу, но только для очередной проверки целостности корпуса корабля – уходить далеко в полной темноте Алекс категорически запретил.

Браун спустился по лестнице из переднего шлюза и, включив фонари, начал очередной обход. Он прекрасно понимал, что ни вода, ни песок, в который закопался корабль, не смогут нанести ущерб обшивке корабля, но все же ему было неспокойно. «Корабль должен или лететь, или стоять, но уж никак не лежать, принимая соленые ванны», – как-то высказался старпом.

Включив сканер на коммуникаторе, Майк обошел корабль, пробираясь через воду и осматривая корпус. Особую сложность представляли участки, находящиеся под водой. Визуально оценить повреждения возможности не было. Сканер, конечно, давал вполне исчерпывающую информацию, но, учитывая, как работала электроника последнее время, старпом был бы не против своими глазами убедиться в отсутствии повреждений.

Последнее время заняться на корабле было особо нечем, а Майк не привык сидеть без дела, поэтому пытался занять себя хоть чем-то.

– Вроде все в норме, Лекс, – отрапортовал старпом, потратив добрый час на осмотр корабля.

– Принято, возвращайся.

– Уже двигаюсь. Так… стоп… что-то вижу…

– В чем дело, Майк?

Внезапно откуда-то снаружи раздался протяжный грохот, чем-то напоминающий раскат грома. Можно было бы предположить, что надвигается ураган, если бы корабль вдруг сильно не тряхануло. Так что Рэй, стоявший рядом с креслом пилота, чуть не рухнул на пол, едва удержавшись за спинку.

– Это что, цунами?! – удивленно воскликнул Лео.

– Большие волны маловероятны на планете с высокой гравитацией. Чувство такое, что это что-то твердое. Майк, что у тебя?.. Майк?!

Но ответа не последовало. А следом за грохотом по всему корпусу корабля пронесся громкий противный скрежет, как будто кто-то скреб обшивку гигантским когтем.