Новик с Жуковым в скором времени тоже пришли в себя, и начали отступать, отстреливая мертвяков, но я заметил по их глазам, что кроме паники там ничего особо и не было.

Оглянувшись, я увидел, что раненый Рябцев, опирался на Марину, и прямо сейчас она его тянула по земле под прикрытие какого-то разбитого надгробия. Огневая мощь группы таяла на глазах, а мертвяки, будто почувствовав слабину, начали напирать с новой силой.

«Ещё одна такая ментальная атака, и нас сомнут», — промелькнуло в моей голове с пугающей ясностью, после чего я решил прекратить изображать из себя пассивного зрителя и решил бросить вызов сам себе, но не просто так…

В этот момент Дорофеев наконец подгадал момент, и я услышал ласкающий мою душу звук:

ВЖУУУХ-БАМ!

Запущенный снаряд угодил прямо в основание склепа, отшвырнув каменные глыбы и подняв столб пыли и осколков. Расчёт капитана оправдался, и после такого подарочка босс малость ошалел, в результате чего давящий на нас ментальный гнёт существенно ослаб, позволив выдохнуть куда свободнее.

Не теряя времени понапрасну, я рванулся к капитану Попову, который, пригнувшись за надгробием, короткими очередями укладывал подбегающих упырей.

— Капитан! — крикнул я, падая рядом с ним на колени. — Долго мы такими темпами не продержимся! Нужно убирать мозголома, и делать это прямо сейчас!

Капитан, не отрываясь от прицела, хрипло бросил:

— Если есть идеи — предлагай! Потому что пока у нас есть хоть один «зависший» человек — двигаться дальше мы не можем, и рано или поздно нас сомнут!

— У меня есть план! Я проберусь к нему в логово, в тот склеп, после чего гранатами просто подорву его ко всем чертям! — протараторил я, мысленно надеясь, что Попов не подумает что я сошёл с ума.

Капитан на секунду отвел взгляд от прицела, и посмотрел на меня сузившимися глазами:

— Один? Да это же настоящее самоубийство, Серёг! Если он на расстоянии так бьёт, то прикинь что он сможет сделать у себя в логове!

Я на это покачал головой, и прокричал:

— Марина! Вы дали её в одном из первых данжей амулет от менталки! Пусть она передаст его мне, и тогда у меня будет шанс помочь всей группе!

Попов размышлял всего несколько мгновений. Он посмотрел на наших зажатых бойцов, на неумолимо надвигающуюся стену мертвецов, на бледное лицо Рябцева… Рисковать одним, пусть и полезным человеком, или потерять всю группу? Выбор был очевидным.

— Марина! — рявкнул он. — Отдай свой амулет Сергею, быстро!

Девушка, поддерживавшая Рябцева, удивленно взглянула на нас, но военная дисциплина взяла верх и спорить она не стала. Вместо этого она материализовала из своего пространственного рюкзака небольшой металлический диск на кожаном шнурке и швырнула его мне.

— Держи! Только верни мне его целым! — крикнула она озабоченным голосом, явно не желая расставаться со своей единственной системной вещью.

Я ловко поймал брошенный амулет, который оказался удивительно холодным и тяжелым для своего размера, после чего бросил быстрый взгляд на описание, чтобы освежить в памяти описание его свойств:

«Амулет тусклого взора»

Качество: Обычное.

Эффект: Накопитель. Позволяет владельцу один раз в сутки полностью блокировать одно враждебное ментальное воздействие (доминирование, паника, иллюзия). После использования требует 24 часа для перезарядки.

Это конечно было не совсем идеальное средство защиты, но на безрыбье, как говорится… Я тут же накинул полученный амулет на шею, заправив под форму, после чего сказал:

— Капитан, не будем терять времени! Пока менталист приходит в себя, мне нужно успеть добраться до его логова… Прикройте! Прострелите мне дорогу до склепа!

Попов кивнул, после чего сосредоточился, и вскинув пулемёт, прокричал:

— Всем, кто может держать в руках оружие — организуйте огневой вал по центру! Серёга идет на прорыв! Не подпустите к нему ни одну тварь — это наш единственный шанс!

Военная машина просто прекрасно исполняет приказы, и этот случай не стал исключением. Услышав новую команду, Илюха, Новик, Жуков и сам Попов развернулись и открыли шквальный огонь по плотной массе мертвецов, преграждавшей мне путь к полуразрушенному склепу. Пули злобно свистели прямо над моей головой, сшибая костяные фигуры и разрывая гнилую плоть.

Мне было безумно страшно, но ждать, пока закончится стрельба, было смерти подобно, а потому я пригнулся, и рванул в сторону дымящегося склепа…

Бег по кладбищу под свист пуль и протяжные стоны мертвецов был сюрреалистичным. Ноги сами оббегали кочки и ямы, а тело изгибалось, уворачиваясь от тянущихся костлявых рук. Несколько раз были весьма опасные ситуации, но я не стрелял, благоразумно сохраняя патроны и время. Моя задача была — бежать. Бежать, пока товарищи ценой невероятных усилий прокладывали мне эту дорогу.

Не знаю, сколько времени занял мой забег, но для меня он был бесконечно долгим. Тем не менее всё в нашей жизни имеет свойство заканчиваться, и наконец не сбавляя скорости, я нырнул в черный зев разрушенного входа, споткнувшись о груду обломков и покатился по древним каменным ступеням вниз, в подземелье.

Укреплённое после обретения второго кольца тело позволило мне сохранить сознание, поэтому как только я окончательно приземлился, то сразу же, пусть и с некоторым трудом вскочил на ноги, невольно поразившись царившей здесь тишине…

Тишина была конечно относительной — сверху доносился приглушенный грохот боя, но здесь, в склепе, царило иное царство. Воздух был спертым, пахло сыростью, тленом и чем-то сладковато-приторным, от чего противно першило в горле. Пыль, поднятая взрывом гранатомета, медленно оседала в лучах багроватого света, проникавшего через разрушенный свод, и эти лучи были единственным источником света в этом царстве тьмы.

Я встал на ноги, сжимая в одной руке серп, а другой прижимая к груди полученный от Марины амулет, после чего продолжил спуск вниз, который оказался очень недолгим.

Лестница вывела меня в просторную подземную крипту. Сводчатый потолок, опирающийся на массивные колонны, каменные саркофаги, сдвинутые с постаментов, и в центре… В центре, на невысоком пьедестале, сидел Он.

Это была высохшая, почти мумифицированная фигура в истлевших одеждах, напоминавших рясу монаха. Его длинные и костлявые пальцы лежали на коленях, а голову венчала массивная, темная тиара, испещренная мерцающими рунами. Из-под полуопущенных век монстра струился тусклый, фиолетовый свет, и именно этот монстр был боссом всего данжа.

Некрохом, хранитель костей.

Уровень угрозы: Высокий.

Особенность: Ментальное воздействие, призыв павших.

Как только я переступил порог крипты, его веки медленно приподнялись, и я увидел, как в его пустых глазницах полыхает настоящее фиолетовое пламя.

В следующее мгновение я почувствовал, что амулет на моей груди начал сильно нагреваться, а в висках появился странный, совершенно не типичный стук. Эта тварь не атаковала в лоб, и даже не посылала волну ужаса, как делала это наверху, нет… Вместо этого в мою голову стали пробираться тонкие, ядовитые щупальца, пытающиеся внушить мне предательские мысли:

«Бесполезно… Твои товарищи наверху уже умерли… Ты один… Совсем один…»

Голос был тихим, шипящим, словно шелест высохших листьев. Он будил во мне самые глубинные страхи — страх одиночества, страх потерять тех, кого только начал считать своими…

«Они все погибли из-за тебя… Из-за твоего тщеславия… Ты думаешь, ты герой? Ты — смерть, что пришла за ними…»

Если бы не амулет — понятия бы не имею, чем бы всё закончилось… Но благодаря этому маленькому кругляшку — я прекрасно понимал, что все эти слова не несут за собой совершенно ничего… Монстр просто пытался ввести меня в заблуждение, и у него не получалось.

— Заткнись, — прошипел я сквозь зубы, делая шаг вперед. — Твои сказки мне не интересны.

В ответ Некрохом медленно поднял руку, сразу после чего от саркофагов, расположенных по стенам, отделились три тени, приняв форму полупрозрачных, страшенных призраков. Они устремились ко мне, но к их сожалению мне было, что противопоставить. План, родившийся в голове за долю секунды, был прост и в той же степени гениален…

«Кажется, пришло время использовать свой пушистый козырь» — подумал я, и мысленно сконцентрировался на навыке «Призыв тени», сразу после чего его активировал, не дожидаясь, пока призраки меня окружат.

Как только я это сделал — из тени у подножия лестницы, как из чернильной кляксы, появилась знакомая фигура. Тень волка с каждым разом появлялась всё легче, и как будто бы казалась мне всё более… человечнее? Вот и сейчас, как только она появилась, то сверкнула своими красными глазищами в мою сторону, сразу после чего не дожидаясь от меня никаких команд тень пригнулась на своих лапах, издала низкий рык, и резким движением прыгнула на перехват троицы призраков.

Её клыки, хоть и были нематериальными, тем не менее прекрасно впивались в энергетическую плоть противника, заставив того завизжать от боли и отступить. Это было самое настоящее волевое противостояние, и его, прирученная мной тень, выиграла с оглушительным преимуществом.

Удовлетворённо хмыкнув, я убедился, что мой теневой зверь шикарно справляется со своей задачей отвлечения прислужников Некрохома, и тоже ринулся в атаку, только вот целью своей я выбрал босса.

Серп уже давно был в моих руках, вот только к большому сожалению — как бы я не всматривался в тело босса, так и не видел разноцветных обозначений, а значит встроенный в оружие навык не сработал.

Внезапно босс что-то сделал, и перед моими глазами начали проплывать различные видения. Я снова увидел Илюху, но теперь его не просто убивали, а буквально разрывали на части, при этом он смотрел на меня с немым вопросом: «Почему ты не помог?».

Капитан Попов, прошитый очередью, падал замертво, а его последний взгляд был полон разочарования… А потом я увидел её… свою лису. Она, вся в крови, с разорванным ухом, слабо поскуливала, глядя на меня преданными глазами, а в следующий миг её накрывала большая тень, стирая моего компаньона в кровавое месиво.

Боль при этом была невыносимой. Амулет трещал, не выдерживая нагрузки, и я чувствовал, что ещё немного, и он не выдержит, после чего я снова погружусь в паралич, и на этот раз уже навсегда.

Вот только тварь ошиблась, когда показала мне лису… Не знаю почему, но именно этот вид погибающего животного стал для меня последней каплей, после чего на меня нахлынула просто всепоглощающая ярость, что эта тварь посмела покуситься на ту, кого я уже заслуженно считал частью себя.

— НЕТ! — заревел я, и это был не просто крик, а выплеск всей моей воли, подкрепленной двумя кольцами становления.

Я, словно в замедленной съёмке достал из подсумков две гранаты, после чего выдернул из них чеку, и напрягая все остатки воли отправил их в полёт в сторону надоедливого босса, а сам расслабил свои ноги и мешком свалился прямо на пол, чтобы хоть немного, но уменьшить возможную зону поражения осколками.

Раздавшийся сдвоенный взрыв был лучшей музыкой для моих ушей. После этого взрыва помещение огласил крик боли и непонимания, а всё давление и шёпот окончательно пропали, позволив мне снова здраво рассуждать.

Я схватил выпавший из руки серп, и сделав несколько быстрых шагов что есть сил рубанул по груди Некрохома. Лезвие серпа пронзило истлевшую ткань и вонзилось во что-то твердое, но хрупкое. Раздался звук, похожий на треск ломающегося хрусталя, сразу после чего фиолетовый свет в глазах Некрохома погас, сменившись на мгновение шоком, а затем глубоким удивлением.

Он издал пронзительный, нечеловеческий визг, его тело затряслось в конвульсиях, а призраки, с которыми сражалась тень волка, бесследно растворились в воздухе.

Я выдернул серп из тела босса и отпрыгнул назад, готовясь к новому удару, но он не потребовался. Прямо на моих глаза по телу Некрохома поползли многочисленные трещины, камень пьедестала под ним начал крошиться, и спустя несколько секунд мумифицированное тело рассыпалось в кучу праха и костей, а тиара с погасшими рунами с глухим стуком упала на камни и покатилась к моим ногам.

Я стоял, тяжело дыша, чувствуя, как с меня градом льет пот, а ноги подкашиваются от перенапряжения. Тень волка, утратив цель для атаки, бесшумно подошла ко мне и, получив мысленную команду, растворилась, вернувшись в свою ячейку.

Сверху больше не доносилось ни выстрелов, ни стонов, что меня, в свете недавних слов босса, немного напрягало, однако спустя десяток секунд я услышал голос капитана Попова, донесшийся из пролома в своде, и мне сразу полегчало:

— Серёг! Ты как там? Живой? Уделал мозголома?

Я поднял голову, после чего с некоторым трудом разжимая пересохшие губы произнёс:

— Всё нормально, товарищ капитан… Внизу чисто.

Сверху донесся общий, сдавленный вздох облегчения, а потом и радостные возгласы. Я же тем временем медленно опустился на колено, опираясь на верный серп, и пытался придти в себя после этого невероятного противостояния.

Дотронувшись до амулета на груди, я чуть не вскрикнул от того, насколько сильно он был раскалён. На его поверхности появилась небольшая тонкая трещина, и что-то мне подсказывало, что Марина этому будет ой как не рада…

Поднявшись на ноги, я хотел подойти к груде праха, что осталась от Некрохома, но когда хотел сделать шаг, то услышал какое-то звяканье… Опустив глаза вниз, я увидел хорошо знакомую тиару, надо которой висело описание, от которого у меня перехватило дыхание:

Тиара мертвого шёпота.

Тип предмета: Головной убор (уникальный).

Качество: редкое.

Свойства:

— +10 к ментальной устойчивости.

— Активная способность «Ментальный шип» (перезарядка: 60 сек.).

Желаете осуществить привязку предмета?

ДА/НЕТ.

Прочитав эти строчки у меня не было слов… Одни эмоции. Уникальный предмет с ментальной защитой и собственной атакой… Эта вещь обладала просто невероятной ценностью, и при мысли, что мне придётся кому-то её отдавать просто так — меня аж перекорёжило.

Бережно стряхнув пыль, я, стараясь не думать о последствиях, согласился с полученным предложением и положил тиару в свой инвентарь.

После сегодняшнего данжа я понял одну вещь… Ментальная магия — это очень мерзкая штука, и я сделаю всё возможное, чтобы защититься от неё как можно лучше, а при удаче, может быть, и освоить…

Едва я успел это сделать, как с лестницы послышались осторожные шаги, сразу после чего в проеме капитан Попов с невероятно сосредоточенным взглядом, которым он практически моментально просканировал все помещение на предмет любых скрытых угроз. За ним последовали Илюха, Дорофеев и Марина, а Новик и Жуков остались наверху, прикрывая выход.

— Ну и атмосферка тут у тебя, Серёг, — первым нарушил тишину Илюха, озираясь по сторонам и с отвращением пиная ногой обломок кости. — Прямо как в каком-то паршивеньком готическом романе.

Капитан подошел ко мне, внимательно оглядывая с головы до ног, словно проверяя на целостность, после чего тяжело похлопал по плечу, а я заметил, что в его глазах читалось неподдельное облегчение.

— Отлично сработано, Серёг… Честно скажу — не ожидал. Ты буквально вытащил всю группу из западни. — Его голос был хриплым от усталости, но твердым. — Жаль, конечно, что от босса мало что осталось… — Он бросил взгляд на груду праха, однако я сохранял невозмутимое выражение лица. — Но живые и невредимые бойцы дороже любых трофеев.

Марина, не теряя времени, сразу подошла ко мне, внимательно разглядывая амулет на моей шее.

— Ну что, как он? Работает? — спросила она с неподдельной тревогой, вот только я так и не разобрался — волновалась она за меня или за амулет…

— Работал, — честно ответил я, снимая его с шеи, и протягивая ей. — Но едва справился с давлением босса, из-за чего дал небольшую трещину.

Девушка бережно взяла у меня амулет, осмотрела тонкую паутинку трещины на металле, после чего с облегчением вздохнула:

— Ничего, главное что он помог, и благодаря ему мы все живы, так что я не в обиде… Спасибо тебе, Сергей. Я не забуду твоего смелого поступка.

Капитан тем временем уже отдавал новые распоряжения:

— Так, а что вы все расслабились то, бойцы? Все, кто уверенно стоит на ногах начинаем внимательно осматривать зал! Особое внимание — на эти саркофаги и ниши в стенах. Ищем все, что может иметь хоть какую-то системную ценность — документы, артефакты, кристаллы… У вас один час, товарищи… За работу!