Нед появился поздней ночью. Сквозь поверхностный сон, сморивший меня, я слышала, как он вошел в номер. Подошел к кровати и долго стоял рядом, вздыхая. Затем мягко погладил меня по волосам и заботливо укрыл. Сердце защемило от нежности, что исходила от него волнами.

Нед вышел, и я слышала, как он включил воду в ванне. Он говорил, что после концертов любит полежать и расслабиться в горячей воде. Я оставалась в комнате еще какое–то время. Затем встала и вошла в ванную.

Нед лежал в большой чаше, откинув голову на сложенное полотенце. Свет был приглушен. Я стояла в дверном проеме, не в силах ни выйти, ни войти. Сердце и тело тянулись к нему, а разум убеждал, что на хрен мне не упали все эти трудности. Не для того я несколько лет выбиралась из последствий развода.

Но все эти дни с Недом оказались сильнее разума. Я сделала несколько шагов и присела на край ванны. Провела пальцем по его плечам, возвышавшимся над водой. Он приоткрыл глаза и выпрямился. Обхватил мою талию ладонями и прижался щекой к моему животу.

– Присоединишься? – попросил он.

Я молча разделась и погрузилась в ванну, прижавшись к Неду спиной. Я ощущала, как между нами залегла трещина. Она меня пугала, из нее сочилась тоска. Ощущение тела Неда немного отодвинуло это чувство, но я знала, что ненадолго.

Большие сильные руки обхватили меня, ограждая от плохого. Нед уткнулся носом в мой затылок и жадно вдохнул запах.

– Ты как будто далеко… – прошептал он.

Я лишь вздохнула. С ответом не нашлась. Не хотела быть той, кто поднимет непростую тему. До появления девушки Неда было легко игнорировать ее призрак, забывать о факте ее существования. Она казалась мне чем–то выдуманным, абстрактным, нереальным. Но реальность не любит, когда ее игнорируют, она напоминает о себе звонкими пощечинами. И сегодня я всей душой ощущала эту пощечину. Теперь эта женщина обрела плоть, голос, тяжелый взгляд и колкие слова, которые безошибочно вонзила мне в сердце.

– Мы с ней расстались. Официально. Сделали заявление. Завтра сможешь увидеть в новостях. Она сказала, что ей важна карьера. Я сказал, что влюблен. Мы идем дальше разными дорогами и не мешаем друг другу.

Я натянуто улыбнулась, хотя Нед не видел моего лица.

– Твое молчание меня пугает, – прошептал он.

– Меня тоже, – призналась я.

– Поделись, о чем думаешь.

– Это слишком сложно даже для меня самой. Какой–то чудовищный клубок из противоречий.

– Но почему?

Я повела плечом. Говорить не хотелось. Не хотелось обсуждать, давать этому всему места и времени, которых у нас и так было слишком мало. Но я прекрасно понимала, что иначе не получится.

Я задумчиво водила ладонью по водной глади.

– Жалко, что здесь нет моря, правда?

– Мы поедем с тобой к морю. И проведем там столько времени, сколько захочешь.

Я кивнула, толком не разобрав его слов за шумом в своей голове. Нед тихо позвал меня по имени.

– Мне кажется, я тебя теряю. И от этого очень страшно. И больно.

– Расскажи об изменах, – попросила я.

Нед застыл.

– Только скажи правду. Не оскорбляй меня ложью, пожалуйста. Я сейчас очень узко мыслю. Есть ты, есть все эти волшебные дни, что мы провели вместе. Есть целая куча воспоминаний, которые я сохраню навсегда, что бы ни было дальше. Есть чувства между нами, понимание, восхитительный секс. Но прежде, чем я зайду дальше и позволю себе нырнуть еще глубже, я хочу понимать, что там на глубине. Рано или поздно придется вести себя как взрослые, решать серьезные вопросы, сталкиваться с недостатками друг друга и принимать их. Я имею право знать, что меня ждет.

Нед погрузил руку в воду и обтер лицо.

– Я понимаю, что ты очень устал. Но я хотела бы поговорить сейчас.

– Конечно. Ты заслуживаешь правды. Но, боюсь, она тебя оттолкнет.

Эти слова уже сами по себе были ответом. Но в вопросе чувств я бываю упряма, как ослица.

– Позволь мне самой решать.

– Всем своим партнершам я изменял.

Я шумно выдохнула. Идеальный образ, выстроенный за несколько дней, чуть треснул и покрылся тонкой паутинкой из нескольких трещин.

– И жене. И девушкам. Это все были случайные связи, короткие. Ничего не значащие. Я скучал по дому, по ним. Искал тепла. Знаю, звучит по–идиотски, но мне нужно постоянно ощущать присутствие того, кого я люблю. И кто любит меня.

Слова его девушки, пусть теперь и бывшей, заиграли новыми красками.

– Неужели случайные связи дают это? – скрыть жесткую иронию в вопросе мне, конечно, не удалось

– Нет. Но они затыкают эту дыру. Хоть и ненадолго.

– И как ты потом смотрел им в глаза?

– Это ведь ничего не значило… – Нед запнулся. – Конечно, я ненавидел себя. Но недолго. Если честно, очень недолго. Если всплывало, тогда чувствовал себя негодяем. Я никому не хотел причинить боль.

– А ей ты изменял? Ну, до меня.

Нед шумно сглотнул.

– Да, – ответил хрипло.

Следующий вопрос терзал меня куда сильнее остальных. По сути, только он и интересовал меня. Но теперь я одновременно и боялась услышать ответ.

– Ты хочешь знать, была ли ты очередной случайной связью?

От того, что Нед так легко читал мои мысли, стало невыносимо больно. Как можно потерять такое взаимопонимание. Я тут же одернула себя. О каком взаимопонимании могла идти речь, если я совершенно не понимала его сейчас?

Сил хватило лишь на слабый неуверенный кивок.

– Когда я тебя встретил, я хотел найти кого–то, чтобы провести время. Не переспать, а просто посмотреть вместе Стамбул, пообщаться. Чтобы на меня не смотрели как на суперзвезду, источая при этом послушание и восхищение. Чтобы я побыл кем–то обычным, кто может просто понравиться. Но с тобой все по–настоящему получилось, понимаешь? Я тебя увидел и пропал. Решил, что не могу уйти, не попытавшись познакомиться. А когда мы познакомились, я хотел только одного. Чтобы ты была рядом. И с того дня ничего не изменилось. Ты мне нужна. Не как временная замена кому–то. Именно ты.

Нед повернул меня к себе и посмотрел в глаза. Его собственные влажно блестели в полумраке ванной комнаты. Голос дрожал. Руки, охватившие мои плечи, тоже. Будто ему было страшно.

– Поверь мне, пожалуйста.

– Но когда я не буду рядом все время? Когда я месяцами буду отсутствовать?

– Почему ты будешь отсутствовать месяцами? – его удивление удивило меня.

– Потому что у меня есть дела. Мне нужно заниматься книгой, продвижением, продажами. У меня в России близкие, дом

Нед молчал.

– Тебе снова понадобится кто–то рядом. А мне это не нужно, Нед. Есть либо я и никто другой. Либо без меня.

Он схватил меня за руки и прижал к груди.

– Не будет никого. Кроме тебя никто не нужен.

Я грустно улыбнулась.

– Уверена, что в начале каждых отношений ты был уверен, что третьего человека не будет.

– Да. Но… С тобой все иначе.

– Больше всего на свете мне хочется в это верить

– Коварные вопросы. Правильного ответа не было. Такого, чтобы не оттолкнуть тебя. Правда отвратительна. Ложь отвратительна еще больше.

Я отодвинулась к другому краю ванны. Она была большой, но, конечно, не настолько, чтобы хотя бы не касаться Неда. Нужно было встать, одеться. Воссоздать хоть какое–то подобие ограды. Но я продолжала сидеть в остывающей воде, ощущая, как остывают еще утром полыхавщие чувства. Я сидела рядом с ним обнаженная во всех смыслах. И думала о том, как хотелось бы вернуть время на несколько часов назад. Туда, где выдуманная мною сказка не разбилась.

Я подтянула к себе колени и обхватила их руками.

– Дай мне шанс? Я не подведу…

– А если подведешь? Просто пойдешь дальше? А я снова буду собирать сердце по кусочкам? Я еще эти не до конца склеила.

– Почему ты позволяешь ей все испортить?

Я приподняла брови.

– Это не она все портит. Она просто напомнила, что я – третья лишняя. Я не должна здесь быть.

– Должна! Слышишь, должна… – Нед подался вперед, обхватил мои колени руками и поцеловал. – Только ты и должна здесь быть. И никто другой.

– Я схожу прогуляюсь, ладно? Мне нужно подышать

Нед молча глядел, как я выбираюсь из его объятий и покидаю ванну. Пока я натягивала первую попавшуюся одежду, он вышел в комнату, обмотав бедра полотенцем. Если бы не все это, я бы набросилась на него, откинув эту дразнящую тряпку. Но на душе у меня кошки самозабвенно драли мягкую обивку.

– Сейчас глубокая ночь. Не ходи одна.

– Я недолго и недалеко. Мне правда нужно побыть одной.

Когда я проходила мимо Неда, он протянул ко мне руку, но я отодвинулась, боясь прикосновения. Стоило ему коснуться меня, и я бы поплыла.