Мы гуляли до позднего вечера, держась за руки. Когда стемнело, засели со стаканчиками кофе и коробкой свежайшего лукума недалеко от маяка. Положив Неду голову на плечо, я задумчиво ела сладости и наблюдала за тем, как вращается лампа. Нед обнимал меня одной рукой, другой подавал сладкие кубики.

– Когда мы возвращаемся в Стамбул?

– Есть самолет на утренний рейс. Еще целый день сможем погулять там. Есть пожелания, куда пойти?

Я пожала плечами.

– Айя–Софию еще не видела. Дворец султана. Цветные улицы.

– Все, к сожалению, не успеем, – грустно вздохнул Нед. – Но что–то точно посмотрим!

Он старался подбодрить меня, чувствуя и видя, как меня топила неуправляемая меланхолия.

– Я неправа. Неправильно делаю, что начинаю скучать по тебе уже сейчас. Может, завтра на Землю рухнет метеорит, и расставаться нам не придется. Сейчас ты еще здесь. А я уже скучаю.

Нед повернул меня к себе. Провел по моим волосам своими длинными музыкальными пальцами. Легонько коснулся кончика носа, затем поцеловал.

– Я бы очень многое отдал, чтобы не уезжать от тебя.

Я обхватила его лицо руками, и Нед прикрыл глаза от удовольствия. Он уткнулся носом в мою ладонь и втянул запах.

– Ты так вкусно пахнешь.

– Ты тоже, – слабо прошептала я, приблизившись к его губам своими, но не касаясь.

Я поцеловала Неда в одну щетинистую щеку. Затем в другую. В лоб. В нос. В крепкий подбородок. Снова в лоб. Провела по бороздкам морщин подушечкой пальца. Нед замер, наслаждаясь моей лаской. Я поцеловала висок, ощутив, как сильно пульсирует венка. В бровь. Под глаз. Снова в лоб. Потерлась своим носом о нос Неда. Уткнулась в его лоб своим.

Нед подался вперед совсем чуть–чуть, сократил минимальное расстояние, что нас разделяло. Поцелуй был нежным, чувственным, с легким привкусом морской соли и печали. Пальцы Неда вплелись в мои волосы, сдвинув их назад. Ладонь легла на мое плечо. Стянула рубашку и забралась под лямку майки, добравшись до теплой кожи.

Нежность таяла от нарастающего жара. Переплавлялась, приобретая иную форму, более крепкую, жгучую, острую.

Нед опомнился первым. Приложив нечеловеческое усилие воли, он разомкнул поцелуй.

– Вернемся в отель? – задыхаясь, попросил он.

Мы поднялись с песка. Я обернулась на маяк, помахала ему рукой и послала воздушный поцелуй.

Едва зайдя в номер, мы с Недом набросились друг на друга. Он подхватил меня на руки, я обхватила его пояс ногами. На пол полетели пакеты с покупками, а следом наши одинаковые рубашки и белые майки.

Всю ночь мы не сомкнули глаз. Часы пролетели в поцелуях по всему телу, в объятиях, сладких стонах, нежных нашептываниях, игривых прикусываниях, чувственных касаниях. Щетина Неда легонько царапала нежную кожу на внутренней стороне бедер, сильные руки мягко сжимали мою грудь, оглаживали ягодицы. Его сильное рельефное тело красиво двигалось, освещенное светом луны и слабыми отсветами ночного города.

Чем дольше мы занимались этим, тем больше мне хотелось. В коротком перерыве я даже успела подумать, как было бы здорово, если бы Турцию накрыла чудовищная буря. Чтобы в небо не мог поднятья ни один самолет. Чтобы на улицу выходить было опасно. Или даже запрещено. Чтобы мы застряли в этом отеле, в этой кровати.

Мы снова встречали рассвет на балконе, укутавшись в одно одеяло. Стоять я не могла, колени дрожали, все тело сладко ныло. Я сидела на коленях у Неда, прижавшись к его груди, вдыхая аромат нашей ночи, пропитавшей каждую нашу клеточку, каждую нить простыней, каждую молекулу воздуха. Мне просто не хотелось покидать кокон его объятий. Он зарывался носом в мои волосы, поцеловывал затылок, оголенные плечи.

– Если хочешь, я останусь, – выдохнул он, прижавшись губами к моей щеке.

– Я хочу этого больше всего на свете, – честно призналась я. – Но не позволю тебе так поступить.

– Мне кажется, если бы ты сейчас согласилась, вся магия разрушилась бы. Ты слишком хорошо меня понимаешь. Это держит меня. И немного пугает. Но я безумно, безумно хочу, чтобы это не прекращалось. Но… нам пора. Скоро самолет.

Мы наскоро приняли душ, собрали вещи. Выселяться из номера, ставшего нашим убежищем, тоже было грустно.

Отчасти мое эгоистичное желание сбылось. Наш рейс задержали на несколько часов. Мы с Недом все это время провели, бродя по магазинам аэропорта и уничтожая кофейные запасы зала ожидания бизнес–класса.

Глядя на застывшее табло, Нед корил себя за то, что не повез нас на машине. Мы снова могли бы наслаждаться прекрасными видами и делать остановки на поцелуи и еще что–нибудь интересное. Но мне было все равно. Какая разница, если он был рядом?

Полтора часа полета я спала на плече Неда. Когда мы приземлились в Стамбуле, до рейса Неда оставалось всего три часа. Глупо было ехать в город, погулять все равно не успели бы. Нед предложил мне уехать, не провожать его. Но я решила остаться.

Мы целый час провели в парфюмерном магазине. Нам обоим понравился один чудесный аромат. Он пах черным перцем, цитрусами и пряностями. Нед купил флакон и подарил мне.

Мы уселись в зале ожидания, я изучала упаковку. Аромат оказался унисекс.

– Везет нам на такие штуки, – задумчиво подметила я.

Я сняла пленку, открыла коробку и втянула аромат из флакона. Пшикнула на шею. Помотала головой, окружая себя облаком раскрывающихся нот. Попросила Неда послушать. Он признал, что аромат просто восхитительно мне идет. Подумав секунду, я пшикнула на Неда. От неожиданности он рассмеялся.

– Ну, что скажешь? – спросил он, наклоняясь ко мне.

– Тебе идет. Теперь буду пользоваться и думать о тебе. – Голос предательски дрогнул.

– Всего три дня, милая, – постарался утешить Нед.

Подушкой пальца он смахнул мою слезинку.

– Думаешь, зря мы это все затеяли? – невпопад вдруг спросила я.

– Нет! Нет! – искренне изумился Нед. – Совсем не зря.

Когда в аэропорту появились остальные члены группы и команда, вокруг воцарился хаос. Девушки посходили с ума. В зал ожидания они попасть не могли, но все равно я ощутила укол ревности. Нед представил меня ребятам, и они устроили мне теплый прием. Гитарист и барабанщик смотрели с любопытством, но были приветливы.

Перед посадкой Нед подошел ко мне и крепко обнял, уткнувшись носом в плечо. Набросил мне на плечи свое худи, которое брал на пикник. Долго не отпускал меня. Я изо всех сил старалась не расплакаться. Но не вышло.

Нед целовал мои влажные от слез щеки и обещал, что будет скучать и очень ждать. Попросил стамбульского менеджера отвезти меня в город. Я смотрела ему в след, сколько это было возможно. Перед тем, как войти в гейт, он обернулся и помахал мне. Приложил руку к груди, и я сделала то же самое.

Пока такси везло меня, растерянную в Стамбул, на телефон пришли сообщения. Нед перед самым взлетом отправил наши совместные фотки. Следом пришел скриншот экрана. На обоях стояла моя фотография, сделанная Недом на маяке. Я стояла на балкончике и смотрела на панорамные окна комнаты лампы. «Так ты будешь со мной. И еще твой запах».