Баня оказалась неплохой — жар, полки, камни, на которые можно лить воду или даже пиво, и веники. К тому же в середине дня никто кроме меня мыться не собирался, так что затопили ее специально, пришлось, правда, подождать. И отдать все оставшиеся после покупки белья деньги.

Но я помылся. И не только помылся, но и одежду постирал, прямо там же. После чего решил, что хватит слоняться по городу и отправился обратно в комнату.

Никто меня не навещал, никто не заходил, а на ужин я сам вышел в столовую. Оружия и снаряжения, чтобы заняться ими, не было. Так что промаялся я до вечера, после чего попросту улегся спать, на чем все и закончилось.

Зато проснулся не просто до рассвета, а по ощущениям, после полуночи не так уж много времени прошло. Встал и вышел на улицу. И встретил там группу пацанов примерно моего возраста. Ну точнее, двое из троих были таковыми, а последний — пацан, лет восемнадцати.

Не при оружия. Пацан к моему удивлению ожесточенно курил, втягивая в себя дым сигареты. Причем, как мне показалось, делал он это жестом, подсмотренным в каком-нибудь гангстерском кино. Именно там криминальные деятели перехватывали сигареты таким хватом и тянули, как не в себя.

— В Феодосию, пацаны? — спросил я.

Воздух был бы свежий, если бы не дым. И прохладно. Осень, приближается осень. Да она на самом деле уже наступила. А потом зима будет. А до весны доживут не все. Вот далеко не все. И я для этого сделаю все от себя зависящее.

— Ага, — кивнул один из мужиков. — Рано пришли, не спится.

— Меня Серегой зовут, — я протянул руку тому, что ответил.

— Тихон, — ответил он, и пожал ладонь. — Это Славян, младший — Богдан.

По очереди я поздоровался со всеми. Ну вот, это команда, с которой мне предстоит решать вопросы. Нет, скорее всего, не все тут. Как минимум пару десятков человек туда отправят, иначе и смысла никакого нет.

— Чего, парень, волнуешься? — обратился я к Богдану.

— А ты нет что ли? — он тут же посмотрел на меня. Голос его прозвучал как-то враждебно.

— Ну есть немного, — я пожал плечами. — Зомби — те еще твари. А уж про морфов вообще молчу. А они там есть, более чем уверен, что в наличии имеются.

— Да зомби хрен с ними, — ответил Славян. — Нам сперва доехать бы туда. Я так понял, мы малым составом двинем, без прикрытия техники. У самих ее нет.

— Откуда знаешь? — посмотрел я на него.

— Так видел, как машины готовили. «Тигр», УАЗ и автобус для всех остальных. Так и поедем… А ты как, Серега, дело с зомби уже имел?

Поссыкивают они на самом деле этих самых зомби. Но вообще им плюсик в репутацию, а мне — нет. Нам доехать еще нужно, а здесь этим самые партизаны. И валить меня они будут точно так же, как остальных.

Ладно, техники у нас вроде как нет, а «Тигр»… Он сам по себе — сила, особенно новые. Модифицированная броня, пулемет, проходимость высокая. Я, правда, иначе действовал бы — «Тигра» вперед, на разведку, а автобус с УАЗом уже позже, по следам. Ну и по рации связь держать, естественно.

В голову пришла мысль: а нет ли у партизанов здесь людей, которые доложат в случае чего о наших перемещениях? Потом отбросил ее как неконструктивную. Нет, нету. Если были бы, то они действовали б совсем иначе. Не просто в полях и на дорогах торчали бы, случайных путников обстреливая. А ловили бы конкретно «Воронов», били бы наверняка.

Связаться бы с ними все-таки. Хотя… Кто я такой, чтобы они меня послушались? Без пизды, если бы я их действия координировал, то добились бы мы куда большего. Но ведь не станут они моим приказам следовать. Я для них никто. Даже для тех, кого мы в Земляничном встретили. А уж теперь.

— Да, зомби я убивал, — кивнул я. — На самом деле ничего страшного в них нет, если подумать. А вот отожравшихся я боюсь. Даже не морфов, а просто отъевшихся.

— Мы Керчь грабили, — сказал Тихон. — Помогали в этом точнее. Так вот, там такие встречались, двухметровые, в броне как будто из кости.

— Знаю о чем ты, — кивнул я. — И тоже убивал. Но это все хуйня, по сравнению с крысиным королем. Вот кто тварь из тварей. Но ничего, пацаны, не ссыте. Прорвемся. Против человека со стволом, если он знает с какой стороны за него держаться, зомби ничего сделать не сможет. Вообще ни хрена.

— Да, понимаю, — солидно кивнул за всех Тихон, а потом с горечью в голосе добавил. — Но у меня они всю семью сожрали, тем не менее.

— И у меня, бля, — проговорил Богдан.

Славян промолчал. Некоторое время мы просто молчали, только пацан вытащил еще одну сигарету и закурил. Он так и долбил одну за другой.

— Кошмар это все ебаный, — проговорил Тихон.

— Кошмар, — я кивнул и неожиданно для самого себя улыбнулся. Пришло в голову, как можно разрядить обстановку. — Наша жизнь это, считайте, фильм ужасов. А знаете, чем хороший фильм ужасов отличается от хуевого?

— Ну? — повернулся Богдан.

— И те, и другие нас пугают. Только в плохом фильме ужасов там кровища, расчлененка, зомби выпрыгивают внезапно. Дым, темнота, крики.

— А в хорошем? — заинтересовался вдруг Славян.

— А в хорошем в кадр медленно вползает, скажем, маленький ежик. И уже от этого можно обосраться.

Все прыснули. На удивление мне удалось разрядить обстановку.

— А ты, Серега, как сюда попал, откуда?

Я и принялся рассказывать свою легенду, особо без подробностей, чтобы было меньше шансов лишний раз проколоться. А потом перешел на то, как мы якобы грабили мертвые деревни. Добавил несколько случаев из того, что действительно со мной происходило.

И через несколько минут понял, что уже сошел за своего. Не до конца, но уже близко к этому. Они тоже стали рассказывать о себе. Как выяснилось, сами они все были из Керчи, где и работали долгое время по той же специальности. При этом к бандитам в общем-то никак не относились. Славян и Тихон раньше были автослесарями, а Богдан только успел закончить медицинское училище.

В голову пришла мысль, что из нас получилась бы неплохая команда. Слесари — люди умелые, свой санитар так вообще всегда пригодиться может. Но только вот увы, не перевербовать мне их, не станут они работать против «Воронов». Но ладно, и так полезными должны оказаться.

Потом подтянулось еще трое мужиков. Потом еще четверо. Толпа постепенно собиралась. На самом деле было видно, что большинство из них тертые жизнью. Ну так уже сколько прошло с начала локального конца света? То-то и оно, другие не выжили. Так что мне и самому спокойнее стало. С такими не пропадем, если что.

Другое дело, что до нас не донесли информации о том, что в Феодосии творится. А разведку какую-то «Вороны» наверняка провести успели, не с кондачка же они решили группу отправить? Ну ладно, надо будет, расскажут.

Команда добытчиков в одну кучу не объединилась, так и стояли группками, разговаривали. А я в очередной раз подумал о том, что не спросил, сколько денег мне положено за работу там. Вот так вот. Бабки меня интересовать, похоже, совсем перестали, потому что отвык я от их ценности. Да и в целом в найме не работал, за идею только.

Странно как-то для бывшего ЧВКшника, верно? Ну ладно, я ними ненадолго все равно. Да и хрен ли мне с их денег?

Хотя такие блага цивилизации, как свежий шашлык и жаркая банька — это, конечно, круто. Наверное, это именно та причина, по которой дикие северные варвары-викинги, шли наниматься в варанги к византийским императорам. Ну не считая огромной кучи серебра.

Прошло еще минут пять, когда двери администрации открылись, и наружу вышел мужик, тот самый военный, что меня допрашивать приходил. Он, конечно, большую часть времени только молчал и колкие комментарии отпускал, но все равно.

А еще он держал в руках кое-что. И этим кое-чем был мой рюкзак. Тот самый, с которым я приперся. Конечно, в нем ничего кроме смены белья, да кое-какой еды и совсем малости патронов не было, но уже неплохо. Если распотрошить не успели.

— Держи, — протянул он мне сумку и почему-то виновато добавил. — Пацаны покопались там, забрали что-то. Не обижайся.

— Не уважаете вы союзников, — ответил я.

Он промолчал. Посмотрел на нас, после чего сказал:

— Пошли, пацаны, оружие получать.

Повернулся и двинулся обратно. Мы же как-то сами собой построились в очередь, причем я оказался третьим в ней. Как раз среди компании мужиков, с которыми разговорился в самом начале.

Мы поднялись на второй этаж, а потом прошлись по коридору. Я по зданию администрации особо не погулял, не до того было, да и не думаю, что к этому нормально отнеслись бы, но там все было заставлено деревянными ящиками, по-военному покрашенными в цвет хаки. Да, арсенал уже похоже здесь.

На самом деле вчера вместо того чтобы отдыхать, надо было разведку провести, посмотреть, где и что находится. Но я пока что здесь на птичьих правах. Сперва закрепимся, а потом посмотрим, что и где уже.

Правда это означает только то, что миссию в Феодосии нужно выполнить успешно. И помочь «Воронам» забрать то, что им надо, из заброшенных военных частей. Само по себе это непросто, но ничего, справимся, ладно.

Военный постучался в одну из дверей, и через несколько секунд из нее вышел полный круглолицый и лысоватый мужик. Прапорщик, очевидно. Да, именно такими их и показывали в сериалах и кино. Интересно, он такой же жадный, как там, или нормальный, и нам не придется снаряжение с боем отбивать?

— Все подготовил? — спросил военный.

— Да, Гранц, — кивнул тот. — На всех, заранее.

— Ну тогда выноси, — пожал он плечами.

Тот обошел нас, ящики военные, вошел в одну из комнат, и через несколько секунд вернулся сразу с тремя автоматами. Ну, сразу видно мастера по прапорскому многоборью. Раз уж в лапы сразу три «калаша» смог схватить, значит и напиздить при случае сможет много.

Соответственно первые автоматы достались Тихону, Славяну и мне. АК-74М, с пластиковой фурнитурой. Причем, я отметил, что тот, что у Тихона, вообще разболтанный, приклад аж трясется. Как бы он не сложился сам по себе в самый важный момент.

Но на «двенадцатые» я не рассчитывал, лишь бы работало все. Мой вроде нормальный с виду.

Я встал чуть в стороне, отомкнул магазин, дернул затвор. И мне не понравилось, как он пошел — как-то слишком туго. Не бывает такого в норме. Нажал на спусковой крючок, снял крышку ствольной коробки, заглянул и увидел, что пружина проржавела.

Прапор тем временем ушел обратно и через несколько секунд вернулся с брезентовыми подсумками. Причем даже не относительно современными, камуфляжными, которые по штату к «двенадцатому» шли, а реально старыми, советскими еще.

Я вынул возвратную пружину, которая была со всех сторон покрыта рыжим налетом, поднял ее и показал прапору и Гранцу.

— Это еще что за хуйня, бля? — только и оставалось спросить мне.

Военный вопросительно уставился на прапора, тот сделал невинное лицо и проговорил:

— Да ладно тебе, смажет, почистит, будет работать.

Нет, в армии тоже такое бывало. Когда на задачи раздавали АК, хранившиеся в какой-нибудь пизде. И да, смазать и почистить их и они будут даже стрелять какое-то время. Только вот вероятность клина или задержки гораздо больше.

— Блядь, да ты охуел? — только и оставалось спросить мне.

Нет, серьезно. Если уж мы подписываемся лезть в город, полный зомби, то снарядить нас должны нормально. По крайней мере, по моему разумению. А с ржавыми стволами пусть партизан ловят, если им так хочется. Их дело, ничего не скажу.

— Егоров, это что за хуйня? — повторил за мной Гранц.

Несколько секунд ничего не происходило, но я заметил, как наглое самодовольное выражение лица сползает с прапорщика. Прошло еще несколько секунд, и военный толкнул его к стене, схватил за воротник и заорал в лицо, брызжа слюной:

— Еб твою мать, тебе сколько раз говорить? Ты, блядь, ответственный за материальное имущество! Почему не следишь за тем, что хранится? Почему пацаны, которые на задачу едут, должны сами стволы пидорасить? У тебя людей мало что ли?

Ну все, попал мужик. Не знаю, какие там правила у «Воронов», но я не удивлюсь, если его прямо сейчас выведут на улицу и расстреляют на хуй. Ну вот совсем не удивлюсь.

— Тебе того случая, когда ты пацанам гранаты с укороченными запалами выдал, не хватило? — снова заорал военный. — Тебе повезло тогда, что не подорвался никто, очень, блядь! Если бы вовремя не заметили, полетела бы твоя голова!

Гранаты с укороченными запалами? Те, что под растяжки идут? Да уж, действительно повезло. Если кто-нибудь подорвался бы, то подозреваю, что сослуживцы этого прапора точно по голове не погладили. А может быть и самого на Луну в виде ошметков отправили бы. С помощью как раз вот такой вот гранаты с укороченным запалом.

— Заменить, блядь! — заорал он. — Живо заменить на исправное. До трех считаю! Раз!

Он отпустил прапора, и тот резко метнулся обратно в комнату. Я ожидал от этой тыловой крысы чего угодно, но он вдруг вернулся с еще тремя автоматами. И сунул их нам. И на этот раз мне достался другой автомат — АК-105, укороченный.

Штука сомнительная, но однозначно лучше, чем АКСу. Отдача поменьше, подбрасывает не так сильно. Но дареному коню в зубы не смотрят, лишь бы все исправно работало.

Я отомкнул магазин и поигрался с затвором, погонял его туда-сюда. Ходит нормально. Снял крышку ствольной коробки. Ну, вот, теперь все нормально, масла полно, аж блестит. Я бы даже сказал, что лишнее счистить надо было.

Сложил-разложил приклад, фиксировался он нормально, не болтался.

— Вот, — сказал я. — Сразу бы так. А бронежилеты-то будут?

— А не положены вам броники, — ответил прапор, как-то боязливо посмотрев на меня. — Вы же с зомби воевать идете, а не с людьми.

— Гранц, это реально так или он зажать хочет? — повернулся я к военному.

— Так реально, зачем они вам? — спросил он. — У зомби привычки стрелять нет.

— А партизаны? — только и оставалось спросить мне.

— Так их еще встретить надо, — проговорил военный, после чего подумал немного и снова злобно посмотрел на прапора. — Выдай им броники.

— И разгрузку нормальную вместо этого убожества, — я уже решил доить их до последнего.

— Обойдешься, — ответил уже военный.

— Блядь, Гранц, — сказал я ему. — Ты же в курсе, что я по зомби спец? Я же рассказывал.

— Ну, спец ты или нет, еще проверить предстоит. А потом уже я решу, верить тебе или нет.

— Да, только спецом быть не надо, чтобы понимать, что патронов против зомби нужно много. Они как бы в городах толпами ходят. Двадцать голов, тридцать — еще нормально. А если сотня соберется? А у нас, получается, по сто пятьдесят патронов на каждого.

Он явно думал. А мне нужно было выбить себе нормальное снаряжение, без этого никак. Да, в первые дни после пробуждения я как-то справлялся топором да карабином, в котором еще и магазины были на десять патронов, огрызки такие. Но мы тогда не планировали в замертвяченный город лезть. Наоборот, валили.

— Или ты как сибирским егерям предложишь бить, что ни патрон, то зомби? Сам же понимаешь, что это нереально. Они — не мишени.

— Уел, — неожиданно спокойно проговорил военный. — Ладно. Егоров, выдай им и разгрузки нормальные. А этому красноречивому дай еще второй ствол, дробовик, если ему лишнюю тяжесть таскать не лень. Посмотрим, какой он там великий специалист.

Егоров посмотрел на меня злобно. Вот ведь странное дело. Зачем ему что-то зажимать? Налево продать нормальные стволы? Так ведь вариантов особо вроде как не предвидится, покупателей нет, да и спалят легко. Патрон вот, например — другое дело, он сам может как валюта использоваться вместо этих их фантиков на газетной бумаге напечатанных.

Если бы не строгое ограничение на владение оружием. От старых законов Мансур решил не отказываться, более того, наоборот, запретил оружие у гражданских полностью.

— Кривой, Лысый! — крикнул Егоров, повернувшись назад.

Чего это, группу поддержки решил позвать? И чего у них прозвища такие? Хотя, чисто мужская компания: один кривой, второй хромой, третий вообще, блядь, космонавт, хуй знает, откуда мы его взяли.

Из помещения в самом конце коридора вышел один, действительно лысый. Ну, точнее с «озером в лесу». Посмотрел на нас сонным взглядом. Потом второй появился у него за спиной. Оба глаза были на месте, так что не представляю, за что его так погнали. Да и побоку мне, честно говоря.

— Давайте броники таскайте на всех, где взять знаете. Ну, быстрее! И разгрузки.

И началось. В действительности, скоро этот самый Лысый принес бронежилет, старый, еще из комплекта «Ратник». Я не удивился, если бы внутри плит не оказалось, но взвесил — тяжелый. Залез в кармашек, достал плиту. Четвертый класс, баллистическая сталь. И РПС-ка. Ну расположение подсумков так себе, но их перевесить можно в любой момент. Так и сделаю.

Натянул на себя все, застегнул, закрепил.

Следующим прапор притащил ящик с магазинами и даже изобразил что-то вроде щедрого жеста, мол, разбирайте. Ну я и взял сразу восемь. Но все пустые, отметил, что он, похоже, считал, что магазины снаряженными хранить нельзя. На самом деле предположение безосновательное. Нет, может быть, если десять лет полежит, то да, пружину убьет, но за полгода-год, ничего не станет.

Потом выволок по полу еще один ящик, в котором лежали большие пачки из промасленной бумаги. Патроны, по сто двадцать в каждом пакете. Думаю, никто возмущаться не будет, если я лишнюю пачку дерну. Патроны в любой ситуации пригодиться могут, боезапаса много не бывает. С ним две ситуации: мало, либо больше не унесу.

— И держи, бля, умник, — проговорил Егоров, протягивая мне какую-то штуку, в которой я с огромным трудом признал охотничье ружье.

Да, когда-то она была охотничьим ружьем. Но кто-то установил укороченный ствол и наоборот удлиненный магазин. А вместо приклада — пистолетную рукоять с планкой сверху. И даже на планке прицел был — самый дешевый, что-то вроде ПК-06 от Беломо. Хотя почему «вроде», он это и есть. Мутный прицел, но картечью херачить — в самый раз.

— И на, вот, — он же передал мне две пачки патронов.

В каждой по десять штук, судя по маркировке — картечь. Ну ладно, уже ничего. На самом деле против быстрых зомби это неплохое оружие. Но не против морфов. У тех костяная броня, и вот она-то картечину может не удержать.

— Спасибо, — вполне искренне ответил я.

Остальные снаряжались, а я все, что мне полагалось, уже получил. Так что ждать не стал, двинулся наружу. Вышел на улицу, где никого больше не было, уселся на лавочку, которая стояла перед входом в общежитие и которую после переоборудование оного в здание администрации убирать не стали.

Вытащил из рюкзака пачку патронов, вскрыл и принялся набивать магазины один за другим. Так уж вышло, что из-за того, что я выебнулся, то и снаряжение получил первым. За мной уже вышли Богдан, Тихон и Славян, хотя двое из них в очереди передо мной стояли.

Решили последовать моему примеру, тоже сели набиваться. Богдану места на лавочке не нашлось, так что он уселся на корточки.

— А ты хорош, — проговорил Тихон. — Этого уебка так опустить. И стволы нормальные дали, и броники. Нам тебя благодарить впору.

— Да на здоровье, — ответил я. — А хули. Мы на задачу идем, снарядиться надо нормально. А дали бы этой крысе волю, так она нас погнала бы с одной винтовкой на троих.

— Да, а теперь нормальные стволы, — кивнул он.

— А тебе еще и агрегат этот дали, — заметил Славян, кивнув на ружье, которое я положил рядом.

— Это МР-133, — ответил я. — Обычное охотничье ружье, таких, как говна. Просто кастомная.

— А выглядит как бластер какой-то инопланетный. Как у спецназа.

Но вообще заметно, что перепалкой с прапором я свой авторитет приподнял. Уже неплохо само по себе. А то, что снаряжение получше выбил — так это вообще нормально. Повезло, можно сказать.

— Но все равно страшно, — заметил Богдан.

— Со мной рядом держитесь, — сказал я. Сам не знаю, почему так решил. — Тогда все нормально будет.

Ответить мне никто не успел, послышался звук мотора. Я повернул голову и увидел, как в нашу сторону едет ПАЗ. Древний совсем, старый, и судя по цветам, раньше его использовали в качестве катафалка. Ну и по наклейке бюро ритуальных услуг.

— Совсем ебанулись что ли? — пробормотал Тихон, сплюнул на землю и постучал по дереву лавочки. — Тьфу-тьфу-тьфу.

— Да, согласен, — меланхолично ответил я, загоняя очередной патрон в магазин. — Ничего новее не нашли. Мы ебанемся в нем до Феодосии ехать, растрясет всех.

— Да я не о том, — ответил мужик. — Это ж катафалк, бля.

— Ну и что, — пожал я плечами. — Машина как машина, ничего страшного. Хуже было бы, если бы мы пешком тащились.

Закинул полупустую пачку в рюкзак, закрыл молнию. Поднялся на ноги и двинулся в сторону труповозки.

— Пошли, пацаны, пока лучшие места не заняли.