На то, чтобы вернуться на базу, ушел почти час. Все-таки тележки были тяжелыми, они не рассчитывались на такую нагрузку, а дорожное покрытие достаточно хреновым. Не разгонишься. Проблемы доставляли еще и трупы, которые мы оставили валяться прямо на дороге, их пришлось оттаскивать в стороны.

Потом мы загнали их в подъезд, схватившись по-двое, занесли на первый этаж, да оставили в квартирах. Разгрузим потом. Все равно ведь придется как минимум пару тележек взять, чтобы отвезти их обратно в деревню. Но зато теперь еды хватит всем жителям. Причем, надолго.

Имелась правда неиллюзорная вероятность конфликта с бандитами. Они вполне могут попробовать это отобрать. Скажут, что в счет будущей дани. Но оставалось надеяться на то, что Фред вмешается. Или что он уже поговорил с ними и вправил своим подчиненным мозги. Разное, короче, могло случиться.

С тем, что ей придется остаться на базе, Алия спорить не стала. Понимала, что за найденной нами девчонкой надо присмотреть, одну ее не оставишь. Сбежит. А если сбежит, то все кончится для нее плохо. Так же как для того пацана, который с ней выживал.

Девчонка, хоть и не проговорила ни слова, шла за нами, только покачивалась. Похоже, что татарка влила в нее достаточно вина. Да и вообще она по-прежнему находилась в шоке. Скажешь идти — идет, скажешь остановиться — стоит. И хорошо, что мы не встретили зомби, потому что я не ручался за ее поведение в таком случае. Могла попытаться сдернуть.

Но повезло.

А потом мы двинулись обратно, рассчитывая вынести все остальное.

И возле пробки, где постреляли зомби, остановились. Я замер на секунду, не поверив своим глазам, потом вскинул к плечу автомат, переключил прицел на увеличение. И рассмотрел появившуюся перед нами картину внимательнее.

Потому что тварей, которых мы перебили, жрали. Только вот это были совсем не другие твари. Это были псы.

Десятка два, целая стая. И самые разные, хотя в породах их я совершенно не разбирался. Они сновали туда-сюда, рвали зомби, вырывая из их тел куски, жадно обгладывали кости. Меня даже вдруг затошнило. Собак я люблю на самом деле, тем более, что их до сих пор активно используют в горячих точках, но видеть, как они жрут пусть и бывших, но все-таки людей, мне было непривычно.

— What the fuck… — пробормотал Роджер. — They are eating dead zombies…

И более того, они определенно не были мертвыми. Потому что периодически со стороны стаи было слышно то лай, то поскуливание.

Ага, вот две собаки одновременно вцепились в одну кость, столкнулись и схватились между собой, причем одна, та, что покрупнее, завалила вторую на спину. Та тявкнула.

— Ага, точно, — ответил я ему на русском.

— А они не заразятся? — спросил Отец.

— Я не думаю, — я покачал головой. — Я ни разу не видел зараженного животного.

— Псы — умные твари, — проговорил Ильяс. — Если бы они могли бы заразиться, то жрать не стали бы. Так что, похоже, по барабану им на вирус.

— Подойдем, может быть? — спросил Ваня.

— Зачем? — не понял я.

— Ну так собаки же, — пожал он плечами. — Может быть, получилось бы приручить их, с собой взять. У нас на все село одна осталась. Они ведь полезными могут быть.

— Ну да, их можно на молоко доить, — кивнул Алмаз.

Пошутил что ли так? Или нет? Черт его знает. Алмаз меня вообще порядком напрягал — тихий он, говорит так, что иногда расслышать не получается, но при этом периодически очень странно шутит. И они с Ильясом не разлей вода, и вроде как из одних мест родом, оба — казанские татары. Угрозы в нем я не видел, но он, тем не менее, все равно был очень странным.

— Ну а что? — сказал он, когда мы все уставились на него. — Основателя древнего Рима так-то собака выкормила.

— Так-то, это волчица была, — почесал бритый затылок Отец. — И я не думаю, что в этом какой-то смысл. Молока там мало, и я не думаю, что мы его пить сможем. Не корова же.

— Нет, — я покачал головой. — Подходить не будем. Они людоеды, могут и броситься. И по своему опыту могу сказать, если они бросятся, то отстрелять их мы не успеем. Бегают быстро, словно тени, так что покусать они нас однозначно успеют. Обойдем.

— Пошли тогда, — сказал Ильяс. — Я вообще не любитель живой природы, особенно той, что человечиной питаются.

Он повернулся и двинулся по перпендикулярной улице. Там на перекрестке было несколько зомби, но Роджер отстрелял их, причем без всякой команды. Они даже повернуться в нашу сторону не успели. Морпеху это, похоже, нравилось, он наверняка чувствовал себя, словно в тире. Пара секунд, четыре раза чихнул его автомат, и только трупы на асфальте валяются.

Я подумал, что это, может быть, и неплохо, что собаки жрут зомби. Чем больше они съедят, тем меньше мертвечины достанется другим тварям. А соответственно и материала для перестройки организма. Правда, встречаться с такой стаей мне все равно не хотелось бы.

Прошли в ту сторону, привычно проверили мертвецов на наличие драгоценностей, как теперь делали всегда. Ильяс стащил с одного из них обручальное кольцо, а больше ничего не нашлось. Так что этим весь наш скромный улов и ограничился.

Повернули. До магазина оставалось совсем немного, так что я даже немного расслабился. Нет, реально надо подумать о том, чтобы ловушки расставить на зомби. Волчьих ям накопать, может быть, или еще чего изобрести. А еще мины подошли бы, наверное, но ими лучше окрестности села засеять. Только вот взять их, увы, негде.

Когда мы подошли к супермаркету, я убедился в том, что веревка, которой мы перевязали ручки дверей, оказалась нетронута. Развернул ее, вошли.

— Собирайтесь, — проговорил я. — А я наверху посмотрю, что там взять можно.

— А что там взять можно? — удивился Ильяс. — Там ведь парикмахерская, да сервис-центр.

— Книжный, — ответил я. — У Наташи день рождения скоро, так что думаю ей подарок подобрать.

— А, ладно, — сказал он.

Я взбежал по лестнице, выхватив с креплений на бедре топор. Если кто-нибудь попадется, то лучше я его в рукопашную приласкаю, чем буду стрелять. Так потише.

Вошел на этаж, и услышал чавкающие звуки. И сразу же увидел у одного из трупов зомби, который, схватившись за руку окончательно упокоенного собрата, объедал плоть.

Ага, вышел откуда-то из закоулков. Причем, недавно. Ну, это и хорошо, что сразу не поднялись. И я не думаю, что тут еще зомби есть, иначе они тоже к трапезе присоединились бы.

Я перехватил поудобнее топор и двинулся в его сторону. Обычно они, когда жрут, ни на что внимания не обращают. Так что я его приласкаю, и дело с концом. А потом пойду по своим делам, а он пусть тут дальше лежит и гниет.

Шаг, еще шаг, и тут под ногой что-то хрустнуло. Невольно опустив взгляд, я увидел, что наступил на пустую пластиковую бутылку. А тварь вдруг, резко развернувшись, с низкого старта рванулась ко мне.

И я увидел, что ее лицо уже успело измениться, обретя звериный оскал. И двигалась она быстро. Не так, чтобы перед глазами размазывалась, но разделяющее нас расстояние преодолела за пару секунд. Прыгнула…

И тут же наткнулась на удар ботинком. Я бил так же, как если бы хотел, скажем, вышибить дверь. Весь вес в удар вложил. Тварь отбросило назад, она упала на спину, резко перекувыркнулась, но я уже был рядом.

Придавил ее ногой к полу, а потом резким ударом вбил лезвие топора в лоб, прошибая кость. Хрустнуло, и монстр обмяк.

Я почувствовал, как в груди бешено колотится сердце. Надо же, испугался. И напугала меня именно что внезапная атака. Как же она рванула.

Хотя сам дурак, под ноги надо смотреть.

Из книжного магазина дальше по коридору вдруг вышел еще один зомби. Но он был медленный совсем, вялый. Посмотрел на меня, вдруг развернулся и ушел обратно.

А это еще что происходит, мать его? Куда пошел, мразь?

— Книголюб, блядь, — проговорил я и двинулся следом за ним.

Он далеко отойти не успел, так что я упокоил его сразу же, у входа. И он свалился на полку с бестселлерами, естественно перевернув ее. Книги с грохотом посыпались во все стороны, а я услышал за спиной еще шаги.

— Блядь, да я так с ума сойду, — выругался я, развернулся, покинул книжный и увидел, что из парикмахерской вышел еще один зомби.

Точнее, вышла. Тетка, достаточно дородная, одетая в фартук и с высветленными кудрявыми волосами. Увидев меня, она вытянула руки и двинулась в мою сторону. Я пошел ей навстречу.

На последних шагах зомби ускорилась, и я как-то очень живо представил себе, что будет, если она на меня набросится и уронит на пол. Задавит ведь просто к хуям собачим собственным весом, а его в ней немало.

Но отринув страх, шагнул вперед и вбил топор ей в лоб. Колени тетки подогнулись, и она свалилась на пол, да так и осталась лежать. Лезвие вошло глубоко, чтобы вытащить его, пришлось упереться ногой в грудь.

Так, вроде никого больше нет. А если еще выйдут, да набросятся? Ходят-то они тихо…

— Эй! — крикнул я. — Есть еще кто? Выходите!

Открытая местность и огнестрельное оружие разбаловали меня. А автоматом в тесном помещении пользоваться было не очень-то и удобно. Может быть, надо было все-таки один из травматов забрать у Ильяса? Пистолет нужен, причем срочно. Надо давить на Фреда, чтобы выдали. Пускай и на время.

Нет, тишина. Больше никто не выходит. Постояв в коридоре еще с минуту, я сплюнул на плитку, после чего пошел обратно в книжный. Осторожность. Надо соблюдать осторожность.

Книги — это хорошо. А еще хорошо — это журналы, которые у самой кассы в большом количестве лежат. И все — глянцевые, плотные, что обеспечит неплохую защиту от укусов. В этот раз мы ей пренебрегли, но в следующий, наверное, стоит упаковаться. Руки-ноги защищены, и уже неплохо.

Сложив почти все, что увидел, кроме уж совсем тоненьких газет в рюкзак, я пошел дальше. Ноги сами меня вывели к полкам с детской литературой. А добравшись до них, я завис. Куча книг в цветастый обложках, в большинстве своем — русских, хотя есть и переводная литература.

Вот, например, книжка с плюшевым львенком на обложке. Автор — Юрий Уленгов. И, кажется, я даже помню его. Правда, он раньше писал боевики, а теперь вдруг что, в детскую литературу подался?

Ладно, возьму ее. И еще несколько возьму. «Перси Джексон», например. Тоже какие-то ассоциации вызывает. Если ей Гарри Поттер понравился, то почему это зайти не должно?

Взял всю серию, сложил. Потом накидал еще чуть-чуть, но немного. Потом с Ликой посоветуюсь, что именно дарить.

Вроде все. Вышел в коридор, убедился, что больше зомби тут так и не появилось, и пошел вниз по лестнице. Спустился, открыл дверь, ведущую в магазин, достал веревку и перевязал ее тщательно. Этаж я так и не зачистил, а если кто-нибудь еще спустится и зайдет за спину, то это может стать большой проблемой.

Товарищи мои уже были в задней части помещения, в подсобке. Схватив одну из тележек, я двинулся следом за ними.

Затолкал ее внутрь, и хмыкнул. Тесно тут. И все уже грузятся, у остальных тележки полные. Но это все равно хорошо, что мы их добыли. Это значит, что сможем гораздо больше груза вести, чем в рюкзаках.

А в подсобке в основном были макароны да крупы, ну и консервы. Еще пиво. Его просто огромное количество оказалось в магазине, и все, как и везде по острову с завода «Крым». Честное слово, я на него скоро смотреть не смогу. Тем более, что пить его чаще всего приходится теплым. То еще удовольствие, надо сказать, но лучше уж такое пиво, чем вообще никакого. В отсутствии гербовой приходится использовать туалетную, так сказать.

— Есть что интересное? — повернулся ко мне Ильяс.

— Да я за подарком ходил, — тряхнул я рюкзаком. — У Наташи день рождения скоро.

— Однако, — он ухмыльнулся. — А я-то думал, раз конец света, то все праздники отменили. Может быть, и первое мая праздновать начнем? Или девятое? Чего нет-то?

— До весны дожить еще надо, — заметил Отец, вскрыл одну из упаковок и принялся перекладывать в тележку килограммовые пакеты с крупой.

Гречневая. Самый лучший вариант, кстати говоря. В отличие от пшенки не прогоркает, масла не выделяются. А еще жучки в ней не заводятся. Потому что пахнет она достаточно специфически, а запах этот насекомым совсем не по нраву. Если так продолжится, то весь наш рацион скоро будет состоять из гречки и картошки. А на ней много не проживешь.

Я тоже подошел, принялся грузиться, но уже банками с консервами. И большая часть тут — овощная консервация. Огурцы-помидоры. Но тоже заходит ничего.

Вот поддон целый с горошком зеленым. Это нам надо, это мы берем. Бобы — хороший источник белка, и на какое-то время вполне себе может заменить мясо. И готовить их можно самыми разными способами. Сырым есть, в суп добавлять, в салат, или просто размять и что-то вроде котлеток нажарить. Есть, правда, не очень приятный побочный эффект, но сейчас вообще не до подобных сантиментов.

Я принялся перекладывать банки, благо битых среди них практически не было, и так пока не загрузил всю коробку.

Или вот, маслины. Не знаю, что там насчет источника жирных кислот. Но это тупо вкусно и поможет разнообразить рацион. Пусть и на любителя еда.

А я к ним, кстати, как отношусь? Да я вообще все подряд жру. А вот детям они, наверное, не по нраву были, иначе съели бы.

Я дернул за кольцо одну из банок, поднял ко рту и выпил залпом рассол. Приятный он такой, пряный. Потом пересыпал в рот сами маслины, принялся жевать. Поймал на себе взгляд Ильяса.

— Что? — спросил я, проглотив то, что уже прожевал. — Все равно все не унесем. Так что-то, что тут найдем, можно жрать. От пуза даже наедаться. Не объедим никого.

— Да не, ничего, — он помотал головой. — Я просто их ненавижу с детства. Обожрался как-то, а потом блевал.

Хмыкнув, я высыпал в рот остатки банки, отбросил ее куда-то в угол, благо о чистоте в помещении нам заботиться не надо, и принялся грузить остальное.

Сверху крупы, прямо так, валом. Все, тележка полная. Я чуть прокатил ее назад — тяжелая, даже очень.

— Все сразу в деревню, наверное, не повезем, — проговорил татарин. — Сгрузим в квартиру мою. Искать не придется, по мере необходимости будем потихоньку вывозить.

— Ну да, — кивнул я, укладывая в корзину очередной пакет пшена. — Нужно будет отсортировать все, прихватить в первую очередь то, что портится быстрее.

— Семена надо искать, — проговорил Алмаз, тихо, почти шепотом. — На рынке много чего можно найти, не только цветы. На посевную следующей весной тоже будем выходить все.

— Да чего вы о весне заладили? — удивился Иван. — До нее далеко еще. Что тут будет зимой или осенью, я даже не представляю. И как вы думаете, с этими штормами что-нибудь вообще вырастет?

— Вырастет, — махнул рукой Ильяс. — Теплицы есть. Да и шторма все реже и реже приходят. Может быть, так получится, что их скоро совсем не будет. А вообще, мы, татары, привыкли в будущее с оптимизмом смотреть.

Скоро тележки наполнились. Доверху, разве что не с горкой. Накрыть бы теперь их содержимое чем-нибудь. Брезента нет, так хотя бы полиэтиленовыми пакетами. Не в том плане, чтобы от погоды защитить, а чтобы не высыпалось на крутом повороте.

— Поехали, наверное, — решил я. — Сейчас дотащим, и можно будет в деревню возвращаться.

— Пошли, — кивнул Ильяс. — Хорошо сходили. Быстро разобрались, а еды теперь на пару месяцев хватит. А если растянуть, так и вообще до осени. Нет, какое-то время мы еще на запасах проживем.

— Ага, — кивнул я. — Если не отберут.

Я выкатил тележку обратно в торговый зал и потащил ее в сторону выхода. Дошел до двери, размотал веревки, убедившись, что снаружи нас никто не ждет, вышел.

И тут на улице послышался гулкий выстрел двенадцатого калибра. Потом — короткая автоматная очередь.

Мы переглянулись. Праздник закончился.