— В смысле завалена? — спросил Иван. — Это как еще?

— В прямом, — ответил татарин.

— Заблокируйте входную. Веревкой перевяжите за ручки, — сказал я. — Отойди.

Подошел к двери, толкнул, и она действительно не поддалась. Тогда я размахнулся и ударил в нее еще раз, уже сильнее. Проем между створкой и косяком стал больше. А после второго удара что-то с грохотом рухнуло. Дверь распахнулась, и я увидел, что она была подперта шкафом. Пустым.

Я включил подствольный фонарь и осветил пространство перед собой. Магазин, самый обычный. Вот только ощущение такое, что тут кто-то побывал до нас. Но ведь это странно как-то… Дверь закрыта изнутри. Наверняка есть второй вход, но…

В помещении пахло тухлятиной, как и в любом магазине. Мясо, заморозка, овощи — все это сгнило к хуям за полтора месяца без электричества. Ничего удивительного. Но к этому запаху примешивалось что-то еще. А точнее — запах человеческих испражнений.

А вот уксусом, как должно вонять от зомби, не пахло. Совершенно. Так что тварей тут, как я подозреваю, нет.

— Тут кто-то жил, — пробормотал на английском Роджер, который вошел за мной.

— Или живет, — мрачно ответил я.

Мы двинулись через зал между полками, остальные пошли за нами. Проходя мимо стеллажей с газировкой и соками, я заметил, что там практически ничего нет. Вода есть — но ее немного совсем, и большей частью это минералка. «Ессентуки», «Нагутская», «Нарзан». То, что по идее горьким должно быть, но при этом, типа, полезным.

Я старался шагать бесшумно, смотря под ноги. А заметил, что у следующего стеллажа валялись пустые упаковки из-под чипсов. Да, на стеллаже с ними тоже ничего нет. И у следующего с печеньем, мало что осталось.

Это кто тут такой сидел? Да еще и чтобы вместо того чтобы нормальную еду есть, питался чипсами с конфетами, да запивал все это соком и сладкой газировкой. Кстати, вон холодильник с пивом, полный. Только нескольких банок не хватает. Ага, и открытая одна лежит на полу. Похоже, что этот самый решил попробовать пиво, да только оно ему на вкус не понравилось.

И когда я прошел мимо следующего стеллажа, мне на плечи вдруг легла тяжесть, а шею обхватили чьи-то руки. Цепко, но не очень-то сильно. А еще меня обдало вонью человеческого тела.

Я рванулся назад и врезался спиной в стену. Послышался вскрик боли, я ударил еще раз, и тяжесть исчезла. Резко развернувшись, вскинул автомат, и увидел тень, которая исчезла за углом. Тень слишком маленькая для того, чтобы принадлежать взрослому человеку.

— Стой! — крикнул я Роджеру, который уже собирался выстрелить вслед беглецу. На русском, но он понял, такие простые команды уже выучил. — Это ребенок!

На секунду мне это показалось безумием, но картина складывалась. Получается, что здесь полтора месяца просидел какой-то ребенок. Ел то, что ему нравилось, запивал чем попало. А вот пиво ему по вкусу не пришлось, поэтому он больше к холодильнику не прикасался.

— Роджер за мной, остальные по сторонам смотреть! — крикнул я и рванулся следом, в подсобку.

Забежал внутрь, и подствольный фонарь высветил какое-то барахло, сваленное на поддон. Журналы, упаковки, прочий хлам, но похоже, что кто-то пытался сделать что-то вроде постели.

— В углу! — крикнул Роджер.

Я повернулся, и увидел, что в указанном месте, обхватив колени руками сидела девочка. Судя по росту, примерно одних лет с Наташей, но при этом худая совсем, и… Черт, какая же она грязная.

Я тут же развернулся на хлопок металлической двери.

— Роджер, смотри за ней, не отпускай! — приказал я.

Теперь-то я прекрасно понимал, что тут происходит. Каким-то образом в магазине смогли запереться девочка и еще один ребенок, который сейчас убежал на улицу. Реакция у них кардинально отличалась: одна сжалась в углу в ожидании своей судьбы, а вот второй сперва дрался, а потом попытался сбежать.

Только вот, блин, на улице полно зомби, которые просто разорвут его на куски. И я, заранее проклиная себя за то, что лезу в залупу, побежал наружу, выскочил через дверь и оказался во дворе нескольких двухэтажных домов. И заметил мальчишку, который бежит прочь. Тоже грязный, обросший весь, но при этом двигался он достаточно резво.

— Стой, дурак! — крикнул я, срываясь с места. — Убьют же!

Зомби, которые бродили по двору, тоже обратили на него внимания. А потом и на мой крик, так что двинулись в нашу сторону. Но эти были достаточно медленными, похоже, что мяса на их долю не досталось.

Я двинулся следом за этим малолетним беглецом, по пути вскидывая автомат. Сшиб одну тварь, вторую, потом прицелился в ту, что вот-вот должна была схватить паренька. Нажал на спуск, и зомби рухнул. Только вот просвистевшая над головой пуля, похоже, только придала мальчишке мотивации к бегству.

Мне не оставалось ничего другого, кроме как перейти на бег. Да только вот, когда я оказался на середине двора, паренек уже выскочил наружу, на дорогу, и скрылся за углом.

И оттуда сразу же послышался крик, полный ужаса. Я в несколько больших скачков перебежал через детскую площадку, поднырнул под перекладиной, которая тут висела, наверное, еще с советских времен, и использовали ее для выбивания ковров. Сшиб еще двоих зомби одиночными, отметив, что с разных сторон двора ко мне идут еще не меньше полудесятка.

Выбежал на улицу, и увидел, что паренек вляпался. На него навалился зомби, придавил к земле, а рядом было еще несколько, и они вот-вот должны были присоединиться к трапезе. И я открыл огонь.

Мальчишка уже не просто кричал, он визжал. Я понимал, что все напрасно, но оставить паренька на растерзание тварям не мог.

Автомат часто захлопал, гильзы со звоном вылетали и отскакивали от асфальта, а упокоенные мертвецы падали один за другим. Первым же я всадил пулю в того, который схватил мальчишку. Потом выстрел, еще выстрел, и так пока все зомби поблизости не оказались добиты.

В несколько больших шагов я преодолел расстояние до паренька, схватил зомби левой рукой за воротник и оттолкнул его в сторону. Только теперь я смог толком разглядеть беглеца. Цыганистый такой паренек, смуглый, с черными кучерявыми волосами, сейчас полностью сальными. Он продолжал визжать от боли, зажимая рану на шее, а из-под пальцев у него толчками вытекала кровь.

Меня охватила злость. На него, на себя, на весь этот сраный мир. На зомби, которые не сдохли до конца. На то, что приходится быть вот этим — мясником, санитаром, палачом. На то, что это всё почему-то моя задача — решать, кто жив, кто нет. Почему, блядь, я? Хотя, а кто еще?

С другой стороны: хули ли еще мы могли сделать? Понятное дело, что пацан испугался, увидев нас — вооруженных головорезов. Да и что еще у него могло твориться в голове, если он полтора месяца в магазине сидел, когда за окном зомби бродили?

Но нахуя? Зачем так-то, зачем убегать? Мы ведь ничего ему не сделали, он сам первым бросился. И что он в городе собирался делать?

А с другой стороны, как бы я поступил на его месте?

И что я должен сделать на своем месте? Головой понимаю, что он визжит, и других зомби привлекает. А еще с такой кровопотерей долго не живут. Да и даже если я его перевяжу — сутки и обратится. Взрослый мужик-то больше двух суток не вытягивает, а этот.

Тьфу ты, блядь.

Я вскинул автомат, увидел расширившиеся от ужаса глаза, и нажал на спуск. Хлопнул выстрел, мальчик запрокинул голову, да так и остался лежать. А меня никак не отпускало, я по-прежнему злился.

Развернувшись, двинулся обратно в сторону магазина. Те шестеро зомби, что были во дворе, уже успели подтянуться к выходу. Я перебил всех, испытывая при этом какое-то мрачное удовлетворение. И только потом, убедившись, что во дворе больше никого нет, вошел обратно в подсобку магазина.

Здесь уже была почти вся команда. А над девчонкой склонилась Алия, и что-то ей говорила. Роджер повернулся ко мне, и я увидел его в глазах вопрос, но только покачал головой. Нет мол, больше мальчишки. Он понял и вслух спрашивать не стал.

А я перемотал ручки двери, через которую только что прошел. Так, вроде мы в относительной безопасности. Если только с верхнего этажа кто-нибудь спустится.

— Отче, подежурь в коридоре, — попросил я. — Мало ли, кто попытается зайти.

Мы все-таки нашумели.

Снова повернулся к ребенку. А у этой, похоже, мозг работал лучше. Или страх оказался сильнее, вот и отнялись все конечности. Забилась в угол, да ждала, что дальше будет.

— Всё хорошо, — сказала Алия тихо, почти шепотом. — Мы не враги. Мы просто искали еду, а нашли тебя.

Та продолжала молчать, во взгляде никакой осмысленности особой не было. В голове промелькнула мысль: может быть, и ее туда же? Или просто забрать то, что нам надо и уйти? Иначе, что нам с ней делать-то? На базу тащить, а потом в деревню? Хотя там, наверное, ей могли бы помочь…

Не, ну на хрен. В пизду такие мысли, я себя потом простить не смогу. Да и думаю, что мне просто пулю в спину всадят, если я это предложу.

Алия сняла с пояса флягу, отвернула крышку и поставила на пол. Так, чтобы не спугнуть, очевидно, к ней она не тянулась.

— Хочешь пить — попей. Не бойся.

Девочка не шелохнулась, только уставилась на емкость, которая перед ней. Как зверёк, который не знает, ловушка это или подарок.

— Мы заберем тебя отсюда. Там, где мы живём, безопасно. Есть вода. Кровати. Люди. Там безопасно. Безопасно, понимаешь?

Голос у Алии чуть дрогнул на последнем слове, и она прикусила губу. Но держалась. Похоже, что и нашу железную леди прорвало. Надо же, сильная такая была, а встретили этих полудиких найденышей и вроде обычная женщина. Забавно.

— Ты не одна, — добавила она после паузы. — Я знаю, как это — остаться одной. И когда кажется, что всё, никого больше нет. Но мы есть.Мы здесь.

Она опустила голову чуть ниже, чтобы встретиться с ней взглядом.

— Ты ведь сильная. Очень сильная, раз продержалась здесь. Я бы, может, не смогла. Но теперь можно чуть-чуть отдохнуть. Просто немного. Позволить нам побеспокоиться о тебе.

Девочка не ответила. Но пальцы на её руках чуть дрогнули, а взгляд стал не таким стеклянным. Она перевела глаза на флягу, потом — на лицо Алии. Ещё не доверяла, но уже начала слушать.

Алия медленно поднялась, шагнула в сторону. Повернулась ко мне и едва заметно кивнула.

— С ней можно будет поговорить, — сказала она. — Чуть позже. Она просто боится вас. Идите, делайте свое дело, а потом вернетесь.

— Пошли, — решил я. — Пусть наедине побудут.

У женщин с детьми реально как-то получше строится. Так что может и приведет ее в чувство.

Ну и надо сказать, что она и отреагировала на все это первой. Остальные, кстати, будто в трансе каком-то были. Всех прищемила, похоже, эта встреча.

Ну а кто мог такого ожидать? Выживших за все время сколько раз мы встречали в городе? Два. А того, что дети вдруг выживут, да еще и додумаются в магазине запереться, точно никто представить не мог. А тут.

Мы вышли в торговый зал, и я осмотрелся. В общем-то подъесть они успели много, но в основном — сладости, да то, чего готовить не нужно. В первую очередь съели, я так подозреваю. Прошел мимо полок, посмотрел, что там вообще осталось. Алкоголь крепкий, так вообще весь. А его, кстати, немало, пусть и большая часть — дешевая.

Повернулся в сторону кассы. Ага, элитный там стоит. Ну, его забираем весь, это штука нужная. И себе, и в качестве дани.

Зато полки с крупами и макаронами нетронутые. Мука опять же, сахар, соль, сода. Последнее тоже немаловажно — она в выпечке используется, с ее помощью можно посуду мыть, да и самим, если что, мыться. А еще мало ли, мыло варить придется.

— Пиздец какой-то, — пробормотал Ильяс. Похоже, что и его проняло.

— Да уж, — согласился с ним Иван. — Полный.

— Работаем по плану, — решил я. — Тащите тележки, будем грузиться. Больше трех мы все равно не унесем, так что оттащим их на базу. Там и оставим, а потом налегке вернемся и с собой еще возьмем. А потом в другой магазин.

— А ребенка куда? — спросил татарин, посмотрев на меня.

— Ребенка на базе оставим, с ней Алия посидит, — пожал я плечами. — У тебя там есть где воды нагреть, помоется, пусть бы и из тазика. Нужно ее в порядок привести, прежде чем в деревню поведем.

— Воды-то тут почти нет, — хмыкнул Ильяс. — Где мы ее возьмем, чтобы мыться?

— Пусть в минералке помоется, — пожал я плечами. — Может быть, даже полезнее будет. Тем более, куда нам ее сейчас. Давайте собираться, время дорого. Солнце еще до конца не встало, может быть, успеем туда-обратно метнуться до того, как оно окончательно поднимется.

Я подошел к тележкам, которые стояли у входа и были вложены одна в другую, дернул одну, и она отцепилась от остальных. И пошел к полкам с бакалеей. Вот это все надо собирать в первую очередь. Из муки как минимум можно хлеб испечь, а он для нажористости — в самый раз.

Принялся складывать, причем аккуратно, чтобы уместить как можно больше в минимальный объем. Ну тут, благо, ничего не побьется, не разломается, можно прямо поверх грузить.

В тележку полетели упаковки крупы, муки, сахара. И так, пока я полностью не опустошил полку. Потом перешел к следующей, где лежала всякая фигня для выпечки. Скидал весь яичный порошок — это нам в первую очередь нужно. Хороший источник белка. Сверху уже ванилин, ванильный же сахар, разрыхлитель и другие приколы. Не так чтобы необходимо, но пакетики весят немного совсем, и места практически не занимают.

Ильяс тем временем складывал в свою тележку упаковки бульонных кубиков, моментальных каш и супов быстрого приготовления. Причем, как я заметил, упаковки с кашами он разрывал, пересыпая пакетики в большой полиэтиленовый пакет. Ну да, это хороший способ, чтобы с собой не таскать. Мюсли туда же и остальное подобное. Хотя готовых завтраков тоже почти не осталось — шоколадные шарики и медовые звездочки дети за эти полтора месяца сточили полностью.

Отец и Иван отправились к полкам с алкоголем, и тоже стали грузить тележку. Причем, выбирали — дешевое оставляли. Ну это на дань или отпраздновать что-то. На свадьбу тоже нужно будет оставить, кстати, если уж гулять будем.

— В рюкзаки грузите, — сказал я остальным. — Тележки — одно дело, а так можно будет с собой еще взять.

Продублировал команду на английском, и Роджер принялся загружать к себе в рюкзак банки консервов. Они тут россыпью стояли, не в ящиках. Остальное в той самой подсобке лежит, на складе, но немного совсем. Похоже, что магазин таким не торговал. Маленький слишком, да и спроса особого, наверное, не имелось. А свежатина: овощи, мясо — этого всего уже не осталось. Сгнило к хуям.

Алия вышла, взяла со стеллажа бутылку с вином, разорвала упаковку одноразовых стаканчиков. Зыркнула на меня, но говорить ничего не стала. Бутылку вскрыла — там была откручивающаяся пробка вместо обычной, которую без штопора не вытащить. Налила в бокал и опрокинула в себя.

— Чего? — спросила она.

— Ничего, — я как-то вдруг не нашелся, что ответить.

Женщина налила в стаканчик еще вина и двинулась обратно в подсобку. Ну, кстати, вином девчонку напоить — это вариант. Может быть, действительно попустит. Ну а что поделать, корвалола у нас как-то в наличии не имеется. Так что алкоголь действительно может сработать.

Скоро я заполнил тележку доверху, потащил ее к выходу из магазина. За мной потащил свою Ильяс.

Тяжелая… Ладно, как-нибудь покатим, тем более, что путь мы уже зачистили, и на нем только если случайные зомби будут, небольшими группами. Просто отстреляем их с безопасной дистанции.

— Вернуться придется, — сказал Ильяс. — Хорошо если половину вывезли. Вроде магазин небольшой, а тут много всего.

— Вернемся, — кивнул я.