Капитан Оливер Локер-Лэмпсон был человеком острым во всех смыслах: с острым умом, одетый с иголочки, с выступающими скулами и орлиным носом. Он мог быть исключительно обаятелен, когда хотел, но у него случались частые перепады настроения. Капитан был известен как “один из тех людей, которые знают, где достать денег”[322]. Когда Локер-Лэмпсон впервые встретился с Эйнштейном в Оксфорде в 1933 году, ему было пятьдесят три и он находился на пике своей долгой карьеры депутата-консерватора, впервые избранного в парламент в 1910 году.
Он был и адвокатом, и журналистом, и военным, и в его послужном списке имелось несколько невероятных историй о службе в армии в годы Первой мировой войны. Локер-Лэмпсон служил командиром автоброневого дивизиона в составе военно-воздушных частей британского военно-морского флота, и в 1915 году он со своим дивизионом был отправлен в Россию – на службу в царской армии. На Восточном фронте он подружился с русскими аристократами, спас жизнь раненной в шею княгине, а в 1917 году принял участие в неудавшемся военном перевороте, направленном на свержение Временного правительства. Позже Локер-Лэмпсон утверждал, что его просили убить Распутина и помочь бежать Николаю II после отречения от престола.
Как можно догадаться, капитан не разделял социалистических идей и даже одно время занимал крайне правые позиции. После войны он организовывал митинги под лозунгом “Долой красных!” и восхищался зарубежными фашистами. В статье на страницах “Дейли Миррор”, опубликованной в сентябре 1930 года, Локер-Лэмпсон назвал Гитлера “легендарным героем”[323]. А в 1932 году отправил в подарок Муссолини эмалевые запонки и пластинку с записью гимна.
Однако к 1933 году его взгляды резко изменились. После прихода Гитлера к власти он одним из первых стал призывать готовиться к войне против нацистов и направил свои силы на помощь евреям, искавшим убежище, даже давал деньги из собственного кармана многим простым людям, а кроме того, помогал именитым изгнанникам, таким как Зигмунд Фрейд и император Эфиопии Хайле Селассие.
Локер-Лэмпсон любил приглашать к себе интересных и знаменитых людей. После того как Эйнштейн вернулся в Бельгию, Локер-Лэмпсон написал ему, хотя практически не был с ним знаком, и пригласил приехать. К кому бы Эйнштейн ни приходил в гости, он всюду вел себя удивительно непринужденно; он с удовольствием принимал приглашения и столь же охотно принимал гостей у себя. Он остался так доволен своей поездкой в Великобританию (после Оксфорда он съездил еще в Глазго), что решил принять приглашение Локер-Лэмпсона и еще раз приехал в Англию в 1933 году, всего через месяц после своего предыдущего визита.
Стремясь принять своего знаменитого гостя по высшему разряду, Локер-Лэмпсон устроил ему встречи с несколькими видными политиками, которые, правда, в тот момент активно не участвовали в политической жизни страны: бывшим министром иностранных дел Остином Чемберленом, бывшим премьер-министром Дэвидом Ллойд Джорджем и бывшим канцлером Уинстоном Черчиллем. Локер-Лэмпсон был особенно дружен с Черчиллем и смог устроить так, чтобы тот пригласил их с Эйнштейном на субботний обед в свою родовую усадьбу Чартвелл. Сохранилась фотография, где Эйнштейн с Черчиллем, улыбаясь, прогуливаются по дорожке в саду Чартвелла. Эйнштейн в белом льняном костюме выглядел как профессор на летней прогулке, тогда как Черчилль в своей огромной шляпе, укрывавшей его от солнца, и комбинезоне был похож скорее на садовника.
Во время визита Альберт поднял тему приема в британские университеты еврейских ученых, бежавших из Германии, а затем предупредил Черчилля, что Гитлер одержим идеей войны и уже тайно готовится к ней. Со свойственной ему уверенностью Черчилль ответил, что Великобритания и Америка наверняка смогут контролировать процесс перевооружения Германии. Эйнштейна он успокоил. Позже тот написал Эльзе: “Черчилль – мудрейший человек”[324]. Видимо, Эйнштейн очень уж хотел поверить Черчиллю и поэтому добавил каплю ложного оптимизма: “Мне стало ясно, что эти люди примут необходимые меры предосторожности и будут действовать решительно и быстро”.
Кроме того, Эйнштейн присутствовал на заседании парламента и с мест для публики наблюдал, как Локер-Лэмпсон зачитывал законопроект о предоставлении гражданства евреям, спасающимся от преследований. В своем выступлении Локер-Лэмпсон рассказал, как Эйнштейн написал в гостевой книге в доме Ллойда Джорджа, что у него нет гражданства. “Германия, – продолжал Локер-Лэмпсон, – изгнала своего самого знаменитого гражданина – Эйнштейна. С моей стороны излишне восхвалять человека такого высокого ранга. Все выдающиеся люди в мире признают, что он самый выдающийся. Но речь идет не просто об известности профессора Эйнштейна, а о гораздо большем – о том, что выше любых достижений в области науки. Эйнштейн являет нам высший пример самоотверженного интеллектуала. И сейчас у Эйнштейна нет дома”[325].
Законопроект так и не превратился в закон, но Локер-Лэмпсон определенно завоевал симпатии своего гостя.