— Старый знакомый, который, как выяснилось, был карточным шулером, — добавил Холмс, его взгляд был прикован к лицу Ивана Петровича. — И вы, господин Смирнов, утверждаете, что ваша запонка, найденная в руке убитого, не была вами потеряна.

— Именно так, — подтвердил Смирнов. — Я уверен, что её кто-то подбросил.

— Но кто и зачем? — поинтересовался Джон Ватсон, не спуская глаз с графа.

Иван Петрович снова замолчал, его взгляд блуждал по купе, словно ища ответы в стенах. Анна Ивановна, напротив, смотрела прямо на Шерлока Холмса, в её глазах читалась смесь страха и решимости, а Григорий Орлов снова присел на лавку и отвернулся. Но смотрел он не в тёмное окно, а на трость графа.

— Яков Шлиман был должен мне крупную сумму денег, — через несколько секунд произнёс Иван Петрович, его голос стал тише. — Очень крупную. И он всячески избегал встречи со мной. Сегодня я решил, что больше ждать не могу. Мы встретились в его купе, чтобы обсудить возврат долга. Нет, это была не случайная встреча, а...

— И как прошло обсуждение? — перебил графа Холмс, его голос был спокоен, но в нём чувствовалось напряжение и раздражённость.

— Оно не успело начаться, — ответила Анна Ивановна, взглянув на Холмса, её голос дрожал, как осенний лист на ветру. — Мы только сели за столик, и тут всё и произошло.

— Что именно произошло? — спросил Холмс.

— Поезд резко дёрнулся, и все в купе потеряли равновесие. Когда движение прекратилось, в воздухе повисла напряжённая тишина, — произнесла Анна Ивановна.

— Что произошло дальше? — поинтересовался доктор Ватсон, внимательно слушая, о чём рассказывала дочь графа Смирнова.

— Яков Шлиман упал, — прошептала Анна Ивановна, её лицо стало бледным как полотно. — Он упал на пол, и больше не шевелился.

— Вы не видели, кто стрелял? — вновь поинтересовался доктор Ватсон, не спуская с девушки взгляда.

— Нет, — ответила Анна Ивановна. — Я ничего не видела. Только услышала глухой удар. А потом вы вошли.

— Удар или выстрел? — опередил с вопросом Ватсона Холмс.

— Не знаю, — пожимая плечами, ответила девушка.

— Значит, вы утверждаете, что убийцу не видели? — Холмс скользнул взглядом по каждому из присутствующих в купе.

— Нет! — за всех ответил Иван Петрович Смирнов. — Мы даже Якова не стали поднимать с пола, просто покинули купе, закрыв за собой дверь.

— Вы кого-нибудь видели в коридоре вагона? — задал вопрос доктор Ватсон, переведя взгляд с девушки на графа.

— Нет! — произнёс Иван Петрович.

— В коридоре находился проводник, — заговорила Анна Ивановна. — К нему мы и обратились, чтобы он переселил нас в другое купе.

— Вы объяснили проводнику, зачем вам понадобилось другое купе? — задал вопрос Джон Ватсон.

— Проводник не стал интересоваться, а мы объяснять не стали, — ответил за дочь Иван Петрович.

Шерлок Холмс и доктор Ватсон переглянулись.

— Ладно, с этим разобрались, — заговорил Холмс. — Тогда кто, по вашему мнению, мог усадить Якова Шлимана в кресло?

— Это не мы, — повернув голову к Холмсу, процедил сквозь зубы отставной капитан. — Когда мы покинули купе, он лежал на полу.

— Вы же военный человек, — заговорил Джон Ватсон. — Почему не проверили, жив Шлиман или нет?

— Мы испугались, — с хрипотцой в горле произнесла Анна Петровна, — что нас обвинят в убийстве Якова. Про запонку мы узнали уже в купе.

— Испугались, говорите? — Холмс задумчиво погладил подбородок. — Испугались, но не покинули место преступления, а лишь перешли в соседнее купе. Весьма любопытная реакция. А запонка, господин Смирнов, она действительно ваша? Вы уверены, что не могли её потерять в пылу карточной игры, пусть даже и не столь напряжённой, как вы пытаетесь здесь представить?

— Я уверен. Это моя любимая запонка, подарок покойной жены. Я заметил её отсутствие, только когда мы перешли в это купе, — ответил Иван Петрович Смирнов, стиснув губы до посинения.

— А вы, господин Орлов, — Холмс повернулся к капитану, — вы утверждаете, что не имеете отношения к делам Шлимана. Но почему тогда вы оказались в его купе? И почему так нервничаете?

Григорий Орлов нервно поправил воротник.

— Я просто проходил мимо. Услышал шум в купе и заглянул. Но, увидев, что там происходит что-то неладное, сразу же вышел, не желая вмешиваться в чужие дела.

— "Чужие дела", которые закончились убийством, — произнёс Шерлок Холмс, его взгляд стал острым, как клинок. — А вы, господин Орлов, не заметили ничего подозрительного, когда проходили мимо купе? Ни звуков борьбы, ни криков, ни выстрела?

— Я ничего не слышал, — буркнул Орлов, избегая прямого взгляда. — Поезд шумел.

— Поезд шумел, — повторил Холмс, словно пробуя слова на вкус. — Но вы же отставной капитан. Ваши уши должны быть натренированы на распознавание звуков, даже в шуме. И всё же, вы утверждаете, что не видели, кто именно находился в купе Шлимана, когда вы туда заглянули?

— Я видел только их, — Орлов кивнул в сторону Смирновых. — Они сидели за столом.

— Вы ушли, — задумчиво произнес Холмс. — А когда вы, господин Смирнов, покинули купе Шлимана?

— Сразу после того, как Яков упал, — ответил Иван Петрович. — Мы испугались, как я уже говорил. И вышли.

— Испугались, но не позвали на помощь, — заметил Ватсон. — И не проверили, жив ли человек.

— Мы были в шоке, — тихо сказала Анна Ивановна. — Всё произошло так внезапно. Мы не знали, что делать.

— Не знали, что делать, но знали, что нужно уйти, — Холмс пристально посмотрел на неё. — И при этом, господин Смирнов, вы утверждаете, что ваша запонка была подброшена. Это значит, что кто-то хотел вас подставить. Кто, по вашему мнению, мог желать вам зла, господин Смирнов? И кто мог желать зла Якову Шлиману?

Иван Петрович побледнел ещё больше.

— Я не знаю, — пробормотал граф. — У меня много конкурентов по бизнесу. И у Якова тоже были враги. Он занимался рискованными делами.

— "Рискованными делами", — эхом отозвался Холмс. — Иными словами, он был карточным шулером. И вы, зная это, играли с ним в карты?

— Мы надеялись вернуть свои деньги, — вмешалась Анна Ивановна. — Он обещал их отдать, если мы сыграем с ним ещё раз.

— И вы поверили? — Холмс поднял бровь. — Весьма наивно, учитывая его репутацию. А вы, господин Орлов, что скажете? Вы знали о "рискованных делах" Шлимана?

Орлов, молча, уставился в пол.

— Отвечайте, господин Орлов, — настаивал Холмс. — Ваше молчание лишь усугубляет положение.

— Я слышал кое-что, — неохотно признался отставной капитан. — Слухи ходили. Но я в них не вникал.

— Слухи о том, что Шлиман обманывал людей, вымогал деньги, возможно, даже занимался шантажом? — Холмс перечислял факты, словно зачитывая обвинительное заключение.

Григорий Орлов передёрнул плечами.

— Я не знаю наверняка, — произнёс он. — Я просто слышал разговоры.

— Разговоры, которые могли привести к тому, что кто-то решил заставить Шлимана замолчать навсегда, — закончил Холмс. — И этот кто-то, возможно, находится в этом купе.

— Вы подозреваете нас? — взглянула на Холмса Анна Ивановна.

— Я подозреваю всех, кто находится в этом вагоне, — ответил Шерлок Холмс.

— Тогда почему вы допрашиваете именно нас?

— Это вы были в купе, где произошло убийство! — произнёс Холмс.

Внимательно окинув взглядом присутствующих, он продолжил:

— Граф Смирнов, которому Яков Шлиман задолжал значительную сумму. Его дочь Анна Ивановна утверждающая, как Шлиман упал, но убийцу она не видела. И отставной капитан Орлов, пытающийся убедить нас, что он случайно оказался в купе и ничего не заметил. Однако почему в купе, где было найдено тело карточного шулера, обнаружено четыре бокала? Ситуация становится всё более запутанной. Но, как известно, в сложных делах дьявол кроется в деталях, и я намерен их найти. А теперь я прошу вас мне не мешать.

— Мешать в чём? — поинтересовалась Анна Ивановна, подозрительно взглянув на Шерлока Холмса.

— Произвести в вашем купе осмотр, — ответил Холмс и извлёк из кармана лупу.

Он внимательно стал осматривать пол, стены, мебель, не упуская ни единой детали. Ватсон с интересом наблюдал за ним, зная, что его друг способен заметить то, что ускользнёт от внимания других полицейских. В это время ему вспомнился инспектор Лестрейд, и он улыбнулся.

Эта улыбка не ускользнула от дочери графа.

— Вы считаете, что происходящее здесь — смешно? — спросила девушка, устремив свой взгляд на сыщика.

— Ни в коем случае! — с серьёзным выражением лица ответил Ватсон и отвернулся.

Через некоторое время Холмс, не отрываясь от своих наблюдений, произнёс:

— Ватсон, обратите внимание на этот ковёр. На нём есть следы крови, и я уверен, что это кровь Якова Шлимана.

Ватсон присмотрелся и действительно заметил едва заметные пятна под столом.

— Эти пятна свежие, — вновь заговорил Холмс. — Это означает, что кровь была перенесена сюда с ног убийцы.

Ватсон склонился ближе, его лицо выразило удивление:

— Холмс, вы правы. Но как это возможно? Если Шлимана никто из здесь присутствующих не трогал и не переносил в кресло, как они утверждают, то откуда здесь кровь?

Шерлок Холмс выпрямился, его глаза загорелись от возбуждения, словно у охотника, почувствовавшего добычу.

— Элементарно, мой дорогой Ватсон. Тело Шлимана перемещали. Убийца — или убийцы — не оставили его на полу, где оно упало во время происшествия, а усадили в кресло, чтобы создать видимость естественной смерти или самоубийства. А эти следы на ковре — свидетельство их спешки. Кровь с подошв ботинок или туфель была перенесена из купе, где произошло убийство, сюда.

Смирнов резко поднял голову, его лицо исказилось от ужаса.

— Перемещено? Но это означает, что кто-то из нас убийца. Нет, это невозможно! Мы вышли из купе, когда он ещё дышал!

Анна Ивановна прижала руку к груди. Её дыхание стало быстрым и прерывистым.

— Господин Холмс, мы бы никогда не стали его трогать! Мы просто убежали.

Орлов, до этого стоявший в тени, сделал шаг вперёд. Его кулаки сжались.

— Это абсурд! Если тело перенесли, то это сделал кто-то другой, который после нас вошёл в купе. Может, это сделал проводник? Или другой пассажир? Я ведь только заглянул и сразу ушёл!

— Вы опять лжёте, капитан! — выпалил Холмс, строго взглянув на Орлова. — Вы не просто заглянули в купе, вы там были!

— Нет, это лишь ваши предположения, господа сыщики! — воскликнул Орлов, нервно дёрнув плечами. — Меня не было в купе!

— Не морочьте нам голову, капитан, — произнёс доктор Ватсон, опуская руку и делая вид, что собирается достать пистолет.

Холмс медленно повернулся к нему:

— Не стоит, мой друг, господа будут вести себя прилично, не правда ли?

Граф Смирнов, его дочь Анна Ивановна и капитан Григорий Орлов, молча, кивнули, подтверждая понимание.

Шерлок Холмс продолжил:

— Вариантов много, но факты сужают круг поиска. Господин Смирнов, те ботинки, что были на вас в купе, где произошло убийство, использовались для игры в карты? Позвольте их осмотреть. И вы, капитан Орлов, покажите свои сапоги — они тоже могли быть там. А вы, мадам, покажите свои туфли.

Девушка наклонилась, подняла подол и начала снимать туфли, но Холмс, направив лупу на едва заметное пятно на её подоле, воскликнул:

— Взгляните, Ватсон!

Девушка тихо ахнула и опустила глаза, её лицо залилось румянцем.

— Это может быть чем угодно! Например, пятно от вина, пролитое во время игры, — процедила Анна Ивановна сквозь зубы.

— Вино не оставляет таких следов! — резко возразил Холмс. — Оно не сворачивается, как кровь. Хотя, вероятно, вы это не знаете. Итак, мы имеем дело с весьма запутанной ситуацией, где каждый из вас может оказаться как жертвой, так и подозреваемым в убийстве Якова Шлимана.

Отступив на шаг, Шерлок Холмс стал тщательно взвешивать все детали. Он понимал, что в таких сложных делах важно не только собрать доказательства, но и проникнуть в мотивы каждого участника.

— Господин Смирнов, — через несколько секунд продолжил Холмс, — вы говорили, что у вас много конкурентов и врагов. Но и вы сами могли избавиться от Шлимана, который не хотел отдавать вам долг?

Лицо Ивана Петровича побледнело, но он быстро взял себя в руки.

— Это ложь! Шлиман был моим близким другом и партнёром! Да, между нами возникали разногласия, но я бы никогда не решился на убийство! У меня есть алиби! Мы просто играли в карты! Моя дочь это подтвердит!

Холмс кивнул, продолжая пристально смотреть на Смирнова:

— Алиби, которое легко разрушить, если все вы сговорились. Капитан Орлов, вы утверждаете, что только заглянули в купе. Почему? Что заставило вас прервать своё путешествие и навестить Шлимана?

Орлов выпрямился, его лицо стало жестким.

— Я хотел узнать, как он себя чувствует. Он жаловался на головную боль, и я предложил ему аспирин. Но он отказался, — произнёс он, нервно задёргав плечами.

— Аспирин? — Холмс прищурился. — Какой именно?

— Самый обычный. Он всегда у меня с собой, — ответил Орлов, бросив косой взгляд на сыщика.

— Аспирин, — задумчиво произнёс Холмс. — А что скажете вы, мадам? Почему вы так нервничаете? Ваша связь со Шлиманом была исключительно деловой?

Девушка закрыла лицо руками и стала всхлипывать.

— Я его любила, но он не отвечал мне взаимностью. Карты для него были важнее всего. Я же была для него лишь развлечением, игрушкой, дамой треф.

— Любовь и разочарование, — задумчиво пробормотал Холмс. — Сильные мотивы. Но пока это только слова.

— Какие вам ещё нужны доказательства? — вспылила Анна Ивановна, раздражённо посмотрев на сыщиков.

— Доказательства вашей невиновности в убийстве Якова Шлимана, милая барышня, — спокойно ответил Джон Ватсон, внимательно глядя на девушку.

— Хорошо, будут вам доказательства! — резко поднялась из-за стола Анна Ивановна.

Не понимая, о каком доказательстве говорит дочь, граф поднялся вслед за ней. Обняв её за плечи, он спросил: