Ночной воздух Санкт-Петербурга, пропитанный легкой прохладой и обещанием грядущей московской суеты, проникал сквозь приоткрытое окно купе "Красной стрелы". Доктор Ватсон сидел за столиком, погружённый в свои мысли, и рассеянно перебирал бумаги. Внезапно тишину нарушил приглушенный стон, а затем — резкий, отчаянный крик.
— Что такое? — встревожено спросил Ватсон, отрываясь от своих записей.
Дверь соседнего купе распахнулась, и проводник, бледный как полотно, выбежал на коридор.
— Убийство! Убийство в третьем купе! — завопил проводник на весь вагон.
Сердце Ватсона сжалось. Он, как врач, понимал, что его помощь может понадобиться.
Выскочив в коридор вагона, Ватсон и Холмс подошли к проводнику.
— Что случилось? — сохраняя хладнокровное спокойствие, поинтересовался Шерлок Холмс.
— В третьем купе произошло убийство, — испуганно озираясь на вышедших из своих купе пассажиров, ответил проводник.
— Покажите нам место убийства, — заговорил Холмс. Я Шерлок Холмс, а это мой компаньон доктор Ватсон, мы английские детективы.
— Доктор уже не понадобится, — хлопая глазами, выдавил проводник — мужчина пятидесяти лет с чёрными как смоль волосами.
— Господа, — обратился Шерлок Холмс к пассажирам, — покиньте коридор и займите свои места в купе, здесь не выставка прикладного искусства, а убийство.
Ворча и бросая на Холмса косые взгляды, пассажиры стали покидать коридор и занимать свои места в купе.
Когда коридор опустел, Шерлок обратился к проводнику:
— А теперь покажите нам место, где произошло убийство.
— Прошу, господа, — произнёс проводник и, поправив свою форму, побрёл к третьему купе.
Вслед за проводником Шерлок Холмс и доктор Ватсон отправились к купе.
— Боже мой... - выдохнул Ватсон, входя вслед за проводником и Холмсом в купе.
Картина, представшая перед ними, была ужасающей. В кресле, полускрюченное, лежало тело мужчины. На его лице застыла гримаса боли и удивления. Глаза, стеклянные и безжизненные, смотрели в никуда.
Поезд, казалось, замедлил ход, или это было лишь ощущение, вызванное шоком. Шерлок Холмс начал внимательно осматривать тело. Его знаменитый взгляд, острый и проницательный, словно сканировал каждую деталь.
— Яков Шлиман, — произнёс Холмс, не поднимая глаз. — Известный карточный игрок. И, как мне подсказывает интуиция, нечистоплотный.
— Откуда вы знаете? — поинтересовался Ватсон, приступил к осмотру тела. Он осторожно попытался разжать пальцы убитого. Они были сжаты так сильно, что казалось, в них что-то застряло.
— Мы с ним уже встречались, — ответил Шерлок Холмс, продолжая внимательно осматривать купе. — Но близко знакомы не были.
После некоторого усилия Ватсону, наконец, удалось разжать руку и высвободить из мертвой хватки золотую запонку. Она была изящной работы, с выгравированным гербом, который Ватсон не смог сразу опознать.
— Смотрите, Холмс, — произнёс Ватсон, показывая Шерлоку запонку.
— Золотая запонка, — произнес Холмс, внимательно изучая вещицу, которую передал ему доктор Ватсон. — Интересно. Очень интересно.
Ватсон, продолжил свои медицинские наблюдения и через несколько секунд произнёс:
— Пулевое ранение в грудь. Вероятно, прямое попадание. Но...
Произнеся эти слова, доктор замялся.
— Но что, мой дорогой Ватсон? — подстегнул его Холмс.
— Но нет крови вокруг раны. Только небольшое пятно на рубашке. Как будто его убили не здесь. Или... - продолжил Ватсон и вновь замолчал.
— Или оружие было приложено вплотную, — закончил за Ватсоном Холмс. — И убийца был очень точен. Или очень удачлив. Но удача — не лучший союзник для преступника, как известно.
Шерлок Холмс внимательно стал оглядывать купе. Оно было небольшим, но обстановка говорила о том, что здесь находились люди. На столе лежала колода карт, несколько фишек и пустые бокалы.
— Четверо, — задумчиво произнес Холмс. — Трое мужчин и одна женщина. Они играли в карты. И один из них — Яков Шлиман.
Проводник, топчась у дверей, помалкивал, временами поглядывая на сыщиков.
— Откуда вы знаете, что здесь находились четыре человека: трое мужчин и женщина? — поинтересовался Ватсон, взглянув на Холмса.
— На столике четыре пустых бокала, — ответил Холмс, указывая рукой на столик. — Внимательно приглядитесь, Ватсон, на одном из бокалов след губной помады.
— Но кто из них мог его убить? И зачем? — обратился с вопросом к Холмсу доктор Ватсон. — И как запонка оказалась в его руке?"
— Именно эти вопросы нам и предстоит решить, Ватсон, — Холмс прищурился. — У нас есть всего несколько часов до прибытия в Москву. Время — наш главный противник, а истина — наш единственный компас.
Холмс подошёл к окну, за которым проносились тёмные силуэты деревьев, освещаемые редкими огнями станций. Его взгляд скользнул по пыльным стёклам, словно пытаясь уловить отголоски произошедшего.
— Запонка, Ватсон, — продолжил он, не отрывая взгляда от пейзажа, — это не просто украшение. Это может быть ключ. Ключ к личности, к привычкам, а возможно, и к мотиву. Яков Шлиман, как мы знаем, был человеком весьма состоятельным и, как следствие, имел определённый круг знакомств. И, судя по всему, не всегда честных.
Шерлок повернулся к Ватсону, в его глазах горел огонёк предвкушения.
— Следы на столе, Ватсон, говорят о том, что игра была напряженной. Фишки, разбросанные в некотором беспорядке, пустые бокалы, свидетельствующие о продолжительном времяпрепровождении. Но что-то нарушило эту идиллию. Что-то, что привело к трагедии. И это "что-то", я полагаю, связано с содержимым этого бокала, на котором остался след помады.
Отойдя от окна, Холмс подошёл к столику и осторожно взял один из бокалов, рассматривая его под светом лампы.
— Женщина, Ватсон, — произнёс он, — была здесь. И, скорее всего, она была не просто участницей игры. Её присутствие, её эмоции, её, возможно, роковое решение — всё это могло стать катализатором. А запонка могла быть потеряна в пылу борьбы. Или, что более вероятно, оставлена как намёк. Или, быть может, как предупреждение.
Поставив бокал на место, Холмс обвёл взглядом купе, словно пытаясь увидеть невидимые нити, связывающие прошлое с настоящим.
— Нам нужно выяснить, кто эта женщина. И что связывало её с Яковом Шлиманом. И, конечно, кто из мужчин был настолько близок к ней, чтобы оказаться втянутым в эту историю. Проводник, — обратился Холмс к мужчине, который всё это время стоял у двери, — расскажите нам, кто ехал в этом купе? Любая, даже самая незначительная деталь, может оказаться решающей в нашем расследовании.
— В этом купе ехали четверо: пожилой господин с тростью, молодая женщина, — продолжая топтаться на месте, стал рассказывать проводник. — Мужчина в деловом костюме, — указывая на убитого рукой. — И ещё один, невзрачного вида мужчина средних лет, чьё лицо я не запомнил.
— Пожилой господин с тростью, — пробормотал Холмс. — Молодая женщина. И мужчина средних лет. Где они сейчас?
Проводник указал на соседние купе.
— Я определил их в соседнее купе. Они были чем-то расстроены и попросили, чтобы их не беспокоили.
— Расстроены? — с лёгкой усмешкой переспросил Холмс. — Или испуганы? Вы не спросили у них причину беспокойства?
— Нет, — произнёс проводник.
— Когда это было?
— Перед тем, как я зашёл в третье купе и увидел там убитого мужчину, — ответил проводник.
— Ватсон, нам нужно немедленно с ними поговорить, — повернулся к Джону Шерлок. — Проводите нас к ним.
Выйдя в коридор, Шерлок Холмс и доктор Ватсон последовали за проводником к купе, где находились три человека, которых сыщики в первую очередь подозревали в убийстве карточного шулера.
— Мы войдём, а вы оставайтесь здесь! — бросил проводнику Холмс.
— Но... - начал проводник, потянувшись к ручке, чтобы открыть дверь в купе.
— Это не обсуждается! — перебил мужчину Холмс. — В купе мы войдём одни, а вы отправляйтесь по своим делам.
Войдя, Холмс внимательно окинул взглядом небольшое купе.
Пожилой господин и девушка сидели за столиком, напротив друг друга и о чём-то увлечённо беседовали, а невзрачного вида мужчина, как описал его проводник, спал, отвернувшись к стене.
Как только Холмс и Ватсон вошли в купе, разговор пожилого господина и девушки резко оборвался.
Бросив на вошедших мужчин косой взгляд, пожилой господин поинтересовался:
— Что вам угодно, господа?
— Нам нужно с вами поговорить, — заговорил Шерлок Холмс.
— О чём? — вновь спросил пожилой мужчина.
— Об убийстве, которое произошло в соседнем купе, — опередил Холмса доктор Ватсон.
— Мы не причастны, ни к какому убийству, — нервно ответила девушка.
— Тогда почему вы так нервничаете? — поинтересовался Холмс, переводя взгляд с пожилого мужчины на молодую женщину.
— Это вас не касается! — резко ответила девушка и отвернулась к окну.
— Касается! — строго бросил Шерлок Холмс. — Мы английские детективы!
— Тем более, — не отрывая глаз от окна, произнесла девушка. — Здесь вам не старая Англия, где вы можете вмешиваться в чужие дела, а Россия.
— Вы правы, — заговорил Холмс. — Нам интересно, какое отношение вы имеете к...
— Я вам уже ответила, мы не имеем никакого отношения к этому делу, — перебила Холмса девушка, теперь уже более твёрдо. — Мы просто возвращаемся в Москву.
— Все мы едем в Москву, мадам, — мягко возразил Холмс. — Но обстоятельства складываются так, что нам приходится заниматься этим странным делом. И, признаться, ваше поведение вызывает у меня больше вопросов, чем ответов. Вы утверждаете, что не причастны, но при этом нервничаете и пытаетесь отгородиться от нас. Это несколько противоречиво, вы не находите?
Ватсон, наблюдавший за перепалкой, заметил, как пожилой господин незаметно коснулся своей трости, словно ища в ней опору. Мужчина средних лет, до этого мирно спавший, теперь приоткрыл один глаз, наблюдая за происходящим с явным интересом.
— Что вы можете сказать о запонке, которую мы нашли в руке убитого? — внезапно спросил Ватсон, решив взять инициативу в свои руки. — Вы случайно не знаете, чья она?
Девушка вздрогнула, но тут же взяла себя в руки.
— Я не знаю никаких запонок! — отрезала она. — И не имею никакого отношения к этому мужчине.
— Но вы были в его купе, — настаивал на своём Шерлок Холмс. — И играли в карты. Судя по следам на бокале, которые остались стоять на столике, вы пили вино.
— Это неправда! — воскликнула девушка, и в её голосе прозвучала нотка отчаяния. — Мы просто случайно оказались в том купе.
— Случайно оказались в купе, — повторил Холмс, задумчиво глядя на нее. — И это привело к тому, что один из вас оказался мёртв. Интересная закономерность. Скажите, мадам, а вы случайно не знаете, почему Яков Шлиман держал в руке запонку, которая, как я полагаю, принадлежит одному из ваших спутников?
— Я не знаю никакого Шлямина! — нервно выкрикнула девушка.
— Шлимана, — поправил молодую женщину доктор Ватсон. — По вашим ответам я понял, вы были очень хорошо знакомы с этим каталой.
— С кем? — уставилась удивлёнными глазами на Ватсона девушка.
— Яков Шлиман — карточный шулер, а проще — катала, — ответил за доктора Ватсона Шерлок Холмс и перевел взгляд на пожилого господина, который теперь смотрел на него с явным вызовом.
— Это моя запонка, — медленно произнёс пожилой господин, — Но я не терял её.
— Но она была в руке убитого, — напомнил Ватсон.
— Это не значит, что я её потерял, — возразил пожилой мужчина. — Возможно, её подбросили.
— Подбросили? — Холмс приподнял бровь. — И кто же, по вашему мнению, мог это сделать? И с какой целью?
Пожилой господин замолчал, его взгляд становился всё более напряженным и задумчивым.
Девушка отвернулась к окну, и, казалось, готова была расплакаться.
— Мы хотим знать правду, господа, — заговорил Шерлок Холмс твёрдым голосом. — И мы её узнаем. Даже если для этого придётся перевернуть весь этот поезд. А теперь, я бы хотел услышать вашу версию событий. И прошу вас говорить только правду. Потому что ложь, как известно, имеет очень короткие ноги. Особенно в замкнутом пространстве поезда, где от нас с вами не ускользнет ни одна деталь.
— Какую правду? — процедил сквозь сжатые зубы, неприятного вида мужчина, поднявшись с лавки.
— Сначала мы хотим узнать ваши имена, господа и милая дама? — поинтересовался доктор Ватсон, взглянув на Холмса, словно этот вопрос прозвучал от него.
— Да! — подтвердил слова доктора Холмс. — Сначала вы, уважаемый, — Шерлок бросил взгляд на пожилого господина. — Потом я хочу узнать ваше имя, милая барышня, а потом вы, — Холмс перевёл взгляд на мужчину с неприятной наружностью.
— Я — граф Иван Петрович Смирнов, совладелец фабрики "Бумажная мельница на Пахре". Фабрика находится в селе Зелёная Слобода Бронницкой волости, в 32 километрах от Москвы, — с достоинством в голосе произнёс пожилой господин. — А это моя дочь, Анна Ивановна, двадцати пяти лет.
Девушка, бросила на Холмса быстрый, полный неприязни взгляд, но промолчала.
— А я — Григорий Николаевич Орлов, отставной капитан инженерных войск, — представился мужчина с неприятной наружностью, его голос звучал хрипло и грубо. — И я не имею никакого отношения к тому, что произошло в соседнем купе.
— Это мы ещё посмотрим, господин Орлов, — проговорил Холмс, его глаза сверкнули. — А теперь, господа, я бы хотел услышать вашу версию событий, касающихся Якова Шлимана, убитого в соседнем купе. И прошу вас быть предельно откровенными. Ведь, как известно, в поезде, где каждый шаг на виду, утаить правду практически невозможно.
Иван Петрович Смирнов тяжело вздохнул и взглянул на дочь, которую била лёгкая дрожь.
— Мы действительно были в купе Шлимана, — начал граф, его голос звучал устало. — Мы играли в карты. Анна Ивановна, как вы верно заметили, пила красное вино, а мы с Яковом — водку. Да это не случайное знакомство. Мы знаем Якова. Он наш старый знакомый.