Сквозь боковой иллюминатор Эсперо видел изъеденную за долгие метеорными потоками, словно мелкой сыпью оболочку базы, мертвые, уже неспособные стрелять циклопические оружия продолжали целиться звезды. нексус исчез вместе с окрестностями транспортного отсека, скорее всего, он распался еще до варп-прыжка и стал вспышкой чистой энергии.

— Лучше переключи пилотирование на себя, — вдруг прохрипел Тр-Аэн.

— Что случилось?

— Ничего. Хочу выстрелить сам.

«Он больше не может пилотировать, — понял Эсперо, который хорошо видел измученное состояние Кэсси — из-за декомпрессии и облучения руки дрожат».

— Ладно, я беру штурвал, а ты отправь их в задницу, — произнес он вслух.

Эфир ненадолго ожил. Капитан второго транспорта, сирмийка с простецким «колониальным» акцентом, говорила быстро и сбивчиво, но ее слова тонули в потоке помех. Ударные корабли криттеров, на время оставив обреченных в покое, почти окружили крошечный по сравнению с ними челнок.

— Эй, Малыш… Давай энергию на щиты. Они прощупывают нас, пытаются выдернуть лучом…

Перегруженная энергоустановка тихо звенела. «Малейшая неосторожность, и мы взорвемся сами по себе, даже без эксплозия».

— Пора, Кэсси…

— Нет. Маневрируй… еще чуть-чуть подожди.

Адреналин тек по венам Кая. Корявый корпус-остов базы находился совсем рядом.

— Теперь разворот на месте и форсаж.

Эсперо действовал так быстро, что корпус челнока содрогнулся. В тот же миг чужой луч потерял цель, а малый корабль стремительно сорвался с места, нацелившись в брешь вражеского строя. Кай не стрелял, предоставив это Тр-Аэну, он сосредоточился на маневрировании, уклоняясь от огня криттеров. Один из выстрелов задел борт, второй — почти затронул лобовой иллюминатор. Ненужная в бою искусственная гравитация отключилась — в этом мире без верха и низа, Эсперо ориентировался по лучам чужих пушек.

… Первого совершенного Кэсси выстрела он не заметил, но, повернув голову, увидел коричневые клубы эксплозия, вытекающие в невесомость из пробитых цистерн.

Эти клубы быстро заполняли пространство, окружая хищные силуэты вражеских кораблей

— Даю полный форсаж.

Ускорение вдавило Кая в кресло. Крейсер криттеров завис совсем рядом — опасность представлял уже не его огонь, а в основном прямое механическое столкновение. Враг понял это и предпринял разворот для тарана, но по угловой скорости слишком отставал от юркого челнока. Все враги оставались теперь за кормой. Впереди чернело утыканное холодными звездами небо.

— За Сирму, — сказал Тр-Аэн в момент выстрела.

— За братьев, — в тот же самый миг произнес Эсперо.

Плазменная торпеда, обогнув по дуге повисшего «на хвосте» преследователя, ударила в облако эксплозия…

* * *

В вакууме не бывает ни звука, ни ударной волны, зато вспышка получилась такой силы, что с нею не справились светофильтры челнока. Кабину разогрело, раскаленный воздух ворвался в легкие, и Эсперо закашлялся.

— Готово! Мы сделали это.

Кэсси молчал. Он уронил голову на грудь, повис на ремнях кресла и не подавал признаков жизни. Судя по показаниям последнего уцелевшего сенсора, два корабля криттеров до сих пор висели на хвосте. Эти жалкие остатки флотилии не могли повредить госпитальным баржам, но легко расстреляли бы челнок, и Кай гнал судно вперед, выжимая из поврежденного двигателя все, что можно. Он не испытывал ни радости, ни страха, ни даже гордости за то, что сделал — только пустоту, и продолжал уклоняться от выстрелов, которые, впрочем, становились все реже… Один из кораблей криттеров внезапно замедлил ход, потом развернулся ушел в варп, на месте второго в тот же миг расцвел багровый цветок взрыва.

— Чистая работа. К нам летят ребята с Сирмы-Нова.

Фрегаты Республики, сверкая новой обшивкой, одна за другой выходили из варпа. Эсперо разглядел шесть штук.

Он снова чувствовал и жил, вдыхал горячий воздух кабины, ощущал в как чешется от регенерации опаленная кожа. Передатчик сломался, треснувший по диагонали экран оставался тусклым и слепым, но голосовой приемник все еще сработал на частоте приветствия.

— Доброго дня. На связи оберлейтенант Сен-Ютера, командир десанта на крейсере «Клинок возмездия», — голос без изображения звучал невероятно отчетливо. — Челнок, ваша система «свой-чужой» неисправна. Назовите себя, иначе высадим абордажную группу…

— Капитан Фрэнк Браун, старший помощник на крейсере «Гароло», представитель союзного Космофлота Земли, — пробормотал Эсперо, хотя и знал, что его не услышат…

Он отстегнул ремни и рывком встал. Гравитация вернулась. Обмякший в кресле Кэсси внезапно зашевелился и открыл глаза. Он был жив, дышал и находился в сознании, но встать не пытался. Кай достал из аптечки челнока стимулятор и ввел сирмийцу в шею.

— Мы их прикончили? — спросил Кэсси, как только окончательно пришел в себя.

— Двое сбежали, остальные сделались дерьмом.

— Хорошо.

— К нам вот-вот заявятся десантники.

— Чьи?

— Республиканцы адмирала Кер-Салимара.

— Понятно. Найди бутылку с водой. Я хочу пить.

Эсперо отошел в сторону и попытался отыскать воду среди раскиданных вещей, вывалившихся из искореженных ниш. Свою ошибку он осознал слишком поздно.

Агент Консеквенсы действовал очень быстро. Его нож легко вышел из ножен на бедре. капитан „Гароло“ ожидал клинка в лицо, но вместо этого Тр-Аэн расстегнул свой собственный скафандр.

— Кэсси, стой!

Прыжком сократив расстояние, Кай вцепился в руку сирмийца, стараясь не дать ему порезать себя. Он пытался, но не мог выкрутить стальное запястье Тр-Аэна.

— Кошак, не дури. Ты супервиро, все равно регенерируешь.

— И вправду, — пробормотал Тр-Аэн и обмяк.

Через миг горячий воздух полыхнул зеленым огнем телепортации. Солдаты в тяжелой броне материализовались в тесноте кабины и замерли, не сразу оценив происходящее.

— Сдавайтесь! — закричал оберлейтенант.

Эсперо не отреагировал, но отпустил запястье Кэсси, и через миг его самого грубо толкнули в сторону.

Драка между абордажной группой и раненым Кэсси оказалась хоть и жесткой, но короткой. Нож валялся на полу, а на сбитого на пол агента Консеквенсы посыпался град ударов.

— Хватит! — закричал капитан Кай, но на его попытку вмешаться никто не обращал внимания.

— Отставить! Это мой пленный!

Эсперо схватил пару десантников и отшвырнул их как котят, а потом обернулся в оберлейтенанту, который неверной рукой пытался нацелить на супервиро бластер.

Полыхнул выстрел, удар пришелся в грудь и прожег скафандр, но Кай лишь чуть пошатнулся.

— Отставить! — снова рявкнул он. — Я тут старший по званию. У ваших людей нет дисциплины, Сен-Ютера.

— Что за черт? Бессмертный? Знаете мое имя? — выдавил пораженный сирмиец.

— Разуйте глаза, включите сканер…. Я — супервиро. Я капитан Фрэнк Браун, представитель Космофлота Альянса.

* * *

— Приношу всяческие извинений, — чуть позже оправдывался Сен-Ютера, — Мне жаль, но ничьей вину тут нет, система «свой-чужой» не работала.

— Ладно, забудем.

— Согласен, но все-так дослушайте до конца… Нас подвела путаница в приказах. Судя по по ориентировкам контрразведки, вас взяли в плен агенты Консеквенсы. Сутки назад «Клинку возмездия» поручили вас спасти. В штабе мне и сказали — найти и освободить любой ценой.

— Так эта сумятица из-за меня? Операция ради одного офицера?

— Я сам удивился, но, говорят, некие мутные земляне надавили на самого президента. В общем, мы вас искали почти наугад, пока не приняли сигнал бедствия от госпитальных кораблей.

— Корабли спасены, криттеры больше не проблема, кроме двух сбежавших рейдеров. Передайте все это вашему оберкапитану и попросите его от моего имени помочь раненым.

— Будет сделано, капитан. Еще раз извините за инцидент. Мои ребята не сразу сориентировались, кого бить, — Сен-Ютера махнул рукой с торону Кэсси. — Этот парень в розыске, он нужен командованию живым, иначе за нож в руке я бы его пристрелил.

— Полегче. Тр-Аэну ранен, но он супервиро. Нужна еда для регенерации и усиленные наручники, но без лишнего насилия.

— Офицер Консеквенсы? Понимаю.

Эсперо промолчал, а оберлейтенант, отойдя немного в сторону, активировал браслет и обменялся со своим командиром набором коротких фраз.

— Все устроилось наилучшим образом, — сообщил он, вернувшись к Каю. — «Клинок Возмездия» задание выполнил и идет на соединение с союзной эскадрой. Ваш челнок слишком поврежден, его придется бросить. Вы, я и мои ребята переходим на катер и летим автономно до точки рандеву с «Гароло». Будет немного тесно, но чувствуйте себя как дома.

— Пленник полетит на «Гароло»?

— Конечно, нет. Приказано сдать его службе безопасности и везти на их фрегате, в специальном защищенном отсеке.

…Перепачканный собственной кровью Кэсси оставался в сознании. Он лежал навзничь и смотрел мимо Кая, в сторону республиканцев, причем так, будто эти крепкие высокие солдаты сплошь состояли из прозрачного стекла. Оберлейтенант плечами раздвинул своих десантников и шагнул к агенту Консеквенсы.

— Капитан Кассий Тр-Аэн, именем Республики вы арестованы и предстанете на пред судом в Сирме-Нова.

* * *

На борту катера, три часа спустя

Суденышка и впрямь оказался очень перегруженным, и кресле на всех не хватало. Закованный в наручники, перевязанный и накачанный лекарствами Кэсси сидел вместе с солдатами на полу. Заметив приближение Эсперо, он перевел на него потухший взгляд.

— Зачем ты так со мной поступил?

— Ты о чем? Тебя побили? Ну, прости, что не сразу остановил — сам знаешь, сирмийцы — ребята взрывные.

— Да черт с ними, что мне десяток тумаков. Ты меня спас — вот это настоящее дерьмо. Испортил красивый конец.

— Чушь. Ты обязан жить дальше.

— Серьезно? Я ничего тебе не обязан. Куда меня отправят — снова в тюрьму с голограммами?

— Нет, сначала на Сирму-Нова.

— Ясно — чтобы устроить судебный фарс.

— Ну, почему фарс… Тебе дадут адвоката, будет шанс оправдаться.

— Да ты дурак, Малыш Кай, самый настоящий дурак. Ладно, принеси хотя бы воды, и то дело…

Эсперо ушел, вернулся с бутылкой воды, помог Кэсси напиться и перебрался в другой конец катера. Здесь находился Сен-Ютера, который коротал время за чисткой бластера, аккуратно раскладывая детали на куске брезента.

— Великолепно, капитан Браун, — первым заговорил сирмиец. — В эфире только и разговоров, что о вашей блестящей операции. Кстати, «Гароло» уже на подходе.

— Не хотите погостить на борту? Оберкапитан Фар-Галан будет рад.

— Хочу, но, жаль, не получится — приказано срочно отконвоировать пленника.

— Что ж, логично, но почему такая спешка? Есть новости из столицы?

Центурион помедлил в нерешительности, а потом коротко кивнул.

— Я проверял ваш уровень допуска, он выше моего, так что можно говорить прямо. Ке-орна пытались убить.

— Кто?

— Говорят, полковник Си-Миура из контрразведки, и это ему почти удалось.

— Си-Миура? Нелоялен? Верится с трудом.

— Там не все так просто, как кажется. Говорят, полковник явился к президенту в офис ни с того, ни с чего схватился за бластер. Потом, уже подстреленный, он отрыгнул ментального паразита — это такой хитрый червь, который выползает у мертвого изо рта…

— Ого! Жестко.

— Понимаю, паразиты отвратительны, но вам беспокоиться не о чем. Весь персонал штаба после этого проверили лекари. Меня и моих парней тоже.

Эсперо не ответил. Он вспоминал гордое лицо Си-Миуры, его педантичную аккуратность в делах и безусловную преданность Республике.

«Тим Резник был прав — ситуация сложная. Нас предали и ударили исподтишка. Ментальный паразит — самое худшее, что может случиться с разумным существом. Он отнимает все, но в первую очередь — душу».

— Спасибо за информацию, оберлейтенант, — произнес Кай вслух. — Я, пожалуй, немного отдохну. Даже супервиро иногда устают.

… Путешествие до точки встречи длилось сутки, и в тесном пространстве катера сгрудились пятнадцать десантников, пленник и сам Эсперо. Ночью, в бедном кислородом воздухе ему привиделась лейтенант Ито. Девушка не уходила, но и не становилась ближе, а ее облик оставался незавершенным, словно быстро нарисованный художником силуэт. «Без портрета Сакуру я запомню только события, но постепенно забуду лицо». Эта мысль вызывала горечь.

Встреча с «Гароло» состоялась в полдень по корабельному времени. Эсперо отсалютовал экипажу, прижав кулак к груди, а потом шел вдоль строя ликующих офицеров, окруженный почти осязаемый атмосферой уважения и любви. Он улыбался и отвечал на приветствия, искал глазами знакомые лица и находил их, но под ребами — там, где должно колотится сердце, он ощущал ледяной холод.

За дни без помощника Фар-Галан заметно осунулся. Глаза Сариты блестели, словно в них стояли невыплаканные слезы. «Мы были уверены, что потеряли вас, капитан Браун», — коротко сказал Эй-Фаво. История о нексусе и госпитальных баржах, вероятно, рассказанная десантниками, уже обрастала фантастическими подробностями. Любопытных находилось много, но Эсперо в основном отмалчивался и целый час провел с Тони Шандором в баре.