Следующий день по корабельному времени

Сарита устроилась за столом в общем обеденном зале, увидев Кая, она приветствовала его по форме, но взглядом дала понять, что не против доверительного разговора.

— Лейтенант Ито вернулась, — сказала она с легким, едва заметным оттенком иронии, — Кажется, она… не склонна уважать субординацию.

— Проблема субординации в нашем случае — не главное.

— Вот как…

— Не волнуйтесь, с лейтенантом Ито все в порядке.

— Наверное… Но она смотрит на вас… очень странно.

— Может быть, но полеты на «Скорпионах» опасны. Если ради спокойствия пилота надо быть обходительным, я так и поступлю.

— Умеете вы, капитан Браун, подбирать слова, — заметила Сарита с веселым сарказмом.

* * *

Вскоре офицеры уже шли на брифинг по и темным, не вполне привычным еще коридорам чужого корабля. Его ксено-колорит пока не исчез, он даже не стал привычным. Комната для брифингов представляла собой изогнутое помещение с панорамным иллюминатором и длинным, таким же изогнутым столом. В этот час здесь, кроме оберкапитана и старшего помощника капитана Брауна, собрались командир десантников, начальник медицинского службы, старший инженер, а также безымянный гость в плаше с откинутым на спину капюшоном.

Фар-Галан занял кресло командира и обвел взглядом напряженные лица офицеров.

— Мы собрались здесь, чтобы выслушать камарадо Тима Резника, нашего союзника, представителя отряда Кси, — заговорил он.

— Раз встрече, — сказал Эсперо, который лучше остальных изображал спокойствие.

— А меня уверяли, что отряда Кси не существует… — пробормотал командир десантников Эй-Фаво.

Резник, казалось, проигнорировал замечание. Лицо лазутчика Альянса сохраняло замкнутое выражение.

— Я буду краток, — заговорил он низким глубоким голосом. — Все здесь собравшиеся осведомлены, что проникновения кораблей криттеров через пространственно-временную аномалию участились. На орбите Тилии они потерпели неудачу, но сейчас прибывают пополнения. По донесениям наших разведчиков, близ сингулярности концентрируется не просто флот, а большая армада кораблей.

— Когда начнется вторжение?

— Скоро, но точная дата пока не известна.

— Тогда у меня еще один вопрос — чтобы увидеть их армаду, нужно пройти сквозь пространственно-временную аномалию и вернуться назад. Это не просто сложно, а практически невозможно без особых технологий. Каким образом вы получили все эти сведения? Насколько мы можем им доверять?

Напористая манера командира десантников Эй-Фаво изрядно не нравилась Каю, сирмиец, определенно, был слишком догадливым. Резник, впрочем, ничуть не смутился. Недоверие казалось, не волновало его, словно все эмоции оставались лишь каплями дождя, стекающими по броне.

— Я понимаю вашу тревогу, — бесстрастным голосом продолжил он, — Объясняю — все сведения, касающиеся намерений криттеров, я получил от самого себя, из будущего.

— Как?

— Моя собственная копия связалась со мной через прибор под названием нексус.

— Значит, этот странный артефакт все-таки существует?

— В будущем — бесспорно, но я вынужден не разглашать подробности. В любой случае здесь, и сейчас нексуса у меня нет, а принцип его работы отряду Кси не известен.

— Давайте, позволим нашему союзнику продолжать, — вмешался Фар-Галан.

— Благодарю вас, капитан, я продолжу. Ученые Альянса в короткий срок разработали взрывное устройство. Если привести его в действие близ сингулярности, она исчезнет. Вторжение криттеров от этого не прекратится, но его масштаб, бесспорно, уменьшится.

— Какое отношение ваши разработки имеют к Сирме-Нова?

— Капитан Браун уже знает, что адмирал Кер-Салимар санкционировал наше сотрудничество, но отряд Кси вынужден воздерживаться от прямых акций. Осуществить операцию поручено крейсеру «Гароло», технические подробности вам сообщит капитан.

— Благодарю, союзник, — сказал Фар-Галан, облокотившись о стол и подавшись вперед. — Вы правы, сингулярность нужно закрыть, иначе проблемы будут в первую очередь у Республики… Хочу добавить еще кое-что… Я уже потерял один боевой корабль и не хочу, чтобы в сингулярность затянуло другой, поэтому бомбу к аномалии мы доставим на челноке в сопровождении звена «Скорпионов», а крейсер прикроет атаку на расстоянии. Челнок поведет капитан Браун, в напарники понадобится доброволец.

— Полечу я, — предложил Эй-Фаво.

— Нет, вы командир десанта и обязаны остаться на «Гароло».

— Возьмите меня, — раздался хрипловатый голос.

Эта реплика прозвучала настолько неожиданно, что высшие офицеры разом обернулись, а некоторые потянулись к оружию.

— Ну-ну… — недовольно протянул Шандор, — что вы так напряглись, камарады. Здесь же все свои, и я тоже.

— Как вы очутились на брифинге, камарадо?

— Пришел с устройством невидимости, оберкапитан.

— У вас нет доступа на секретные совещания, и дела сирмийской Республики вас не касаются. По правилам безопасности за такую выходку следует отправить под арест.

— Как пожелаете, но только какой в этом прок? — Шандор дернул плечом и небрежно вытянулся в кресле. — Я не шпион, у меня нет друзей среди ваших врагов. Я побывал в стольких изоляторах и тюрьмах, что ваша гауптвахта меня не напугает. Наконец, если бы я хотел доставить проблемы, я бы их уже доставил.

— Тогда чего вы хотите?

— Сначала хотел удовлетворить свое любопытство. Теперь хочу стать напарником капитана Брауна на операции.

— Зачем вам заведомый риск?

— Зачем? Я отличный пилот. Я меткий стрелок. Я желаю развлечься. — Шандор жестко усмехнулся. — Меня создали для войны, это факт, — продолжил он. — Без риска и насилия мне нестерпимо скучно. К тому же в силу некоторого генетического изменения, или, как некоторые думают, дефекта, я равнодушен к смерти.

— Равнодушны?

— Ну, почти… Не страх, а инстинкт выживания. Да, как у зверей, если вы про про них подумали, оберкапитан.

— Черт! Жаль, я не знал, кого брал на борт.

— Предложение этого парня логично, — вмешался Эсперо.

— Ну не знаю… Он формально гражданский инженер.

— Нужно дать Шандору шанс. К тому же Кер-Салимар намекал, что сотрудничество с нами, землянам нужно расширять.

— Разве что поэтому, — один из офицеров скроил гримасу, означавшую насмешку.

— Вы все еще хотите участвовать в наших делах, камарадо Шандор? — поинтересовался Фар-Галан.

— Теперь даже больше, — отрезал полусупервиро.

Оберкапитан, казалось, задумался, но всего на пару секунд.

— Хорошо, — сказал он. — Вы станете напарником Брауна на операции. Однако, вы сдадите свое устройство невидимости и не попытаетесь изготовить другое.

— Согласен.

— Поскольку дисциплина на корабле едина для всех, после операции вы отправитесь на гауптвахту. За сегодняшнее нарушение регламента безопасности. На три дня.

— Мне все равно, где спать. Три дня — годный срок для отдыха.

— Принято.

— Очень хорошо, если люди выбраны, я распоряжусь, чтобы бомбу с фрегата «Диана» передали вам, — невозмутимо продолжил Тим Резник. — следует учесть некоторые детали…

Резник говорил, его слушали, но с точки зрения Кая ситуация приобретала совсем другие смыслы. «Фрегат отряда Кси мог закрыть сингулярность сам, так зачем передавать бомбу на «Гароло»? Или в деле есть скрытые риски, или так нужно чертову Эмиссару, который прочитал и прошлое, и будущее».

* * *

Боевой варп-челнок внешне походил на потерянный «Фениксо», но с одной существенной разницей: «Фениксо» создавался как большой фрегат, челнок же обладал скромными размерами. Небольшой варп-двигатель отнимал большую часть и так тесного внутреннего пространства. Кай Эсперо прошел по узкому трапу, устроился в кресле первого пилота, дождался Шандора и заблокировал дверь кабины.

— Корабли криттеров могут появиться в любой момент, поэтому действовать следует быстро. Перед тобой, Тони, стоит простая задача — дублировать командира экипажа. Если я буду ранен, убит или потеряю сознание, ты должен сначала сбросить бомбу, а потом возвращаться на «Гароло».

— Так точно, — отозвался полусупервиро.

Огромные створки челночной палубы раздвинулись, открывая кусок космического пейзажа, двигатель заработал и бросил суденышко вперед. Юркий, похожий на искру челнок стремительно летел во тьму. Мутное пятно сингулярности на этот раз словно бы съежилось. Ее притяжение действовало на челнок, но мощности двигателя хватало и машина пока слушалась.

— Ты доверяешь Тиму Резнику, капитан? — внезапно спросил Шандор.

— Да, — спокойно, но вовсе не правдиво отозвался Кай.

— Но ведь терки между Сирмой и псиониками всем известны.

— Да ну? Псиоников не жалуют на Сирме, но всем плевать, что их жалуют на Земле. К тому же я раньше встречался с Тимом Резником, он вежливый парень.

Шандор выслушал отмазку и замолчал. Звено «Скорпионов» пристроилось рядом — по три истребителя справа и слева по борту. Сингулярность придвинулась. Теперь она закрывала половину обзора и походила на воронку, сотканную из тумана. Шандор хмыкнул и проверил системы скафандра, хотя шлем надевать не стал. «Скорпионы» перестроились и сбросили скорость, манипулируя тягой и «танцуя» на краю опасной зоны.

— Что внутри бомбы, капитан? Крепитий?

— Я ты знаешь о крепитии? Откуда?

— От отца. А он слышал от старого друга, что есть такая штука.

— Хм. Ну да, возможно, в бомбе крепитий.

— А нас не зацепит?

— Мы будем удирать на максимальной скорости.

Эсперо стараться отвечать покороче, из-за назойливого Шандора начиная злиться.

— Почти готово. Я делаю разворот, — проворчал он. — Ты по команде жмешь кнопку сброса, мы оставляем «груз» и уходим на форсаже… Внимание, всем истребителям сопровождения! Развернуться и приготовиться к возвращению на «Гароло». Действовать по моему приказу, подтвердить готовность.

— Есть!

— Есть! — отозвался еще один пилот.

«Есть» повторилось пятикратно, шестой оказалась Сакура:

— Подтверждаю, капитан.

«Скорпионы» проворно поменяли построение, обратившись кормой в сторону сингулярности. Семь малых кораблей теперь походили на птичий клин с челноком во главе.

— Сброс! — приказал Эсперо.

— Есть, командир.

Сброшенный контейнер остался за кормой — заметный на экране сканера, но невидимый глазу. Впрочем, оставался он там недолго. Челнок сорвался с места, уходя от границы сингулярности. В космосе не бывает настоящей взрывной волны, и Эсперо не ощутил точка, но приборы словно обезумели, фиксируя спектр излучений. Хотя силовое поле и стенки корпуса защищали пилотов, через минуту внешние датчики ослепли, а система навигации отключилась.

— Что ж, к этому мы готовы, — буркнул Шандор, на этот раз вполне серьезно. — Послушай, Браун, переключи управление на меня.

— Зачем?

— Ты свои эмоции получил, а меня сделали для риска.

Кай нехотя согласился, понимая, что недоверие Шандору не понравится, а сам Тони, казалось, погрузился в полет, пользуясь лишь собственным зрением и широким лобовым иллюминатором. Делал он это исключительно искусно, позволяя Эсперо сосредоточиться на командовании.

— Внимание, всем истребителям! Доложите ситуацию.

Помехи заглушили канал связи. Через пару минут сквозь эти странные звуки пробился сильно искаженный голос командира звена «Скорпионов».

— Корабли криттеров справа по курсу на расстоянии визуального контакта. Фрегат, два звена поддержки. Ожидаю ваших приказаний.

— Во встречный бой не вступать, продолжаем отход к «Гароло». Огонь из кормовых пушек по готовности.

— Хочешь заманить чужих парней поближе к орудиям крейсера, капитан? — с коротким смешком поинтересовался Шандор. — Мои поздравления, всецело одобряю. Во только очень интересно, откуда взялись эти криттеры, если сингулярность захлопнулась.

— Все просто. Они разведчики. Скрывались на другой стороне Калибана, а теперь отрезаны от своих.

— Загнанные в угол твари опасны. С нашим крейсером связи нет, скорее всего, их сенсоры тоже «ослепли». Что будем делать, капитан?

— Уклоняйся, — приказал Эсперо и переключил на себя управление кормовым оружием челнока.

«Как я без приборов пойму, что кто-то висит на хвосте? Пока не будет попаданий — никак».

— Ты же можешь делать в уме расчеты и ориентироватьсяпо вспышкам, — буркнул Шандор, и Эсперо коснулось тревожное предчувствие, касающееся пси-способностей полукровки.

«Или он угадывает мои мысли, или действительно слегка телепат».

— Враг на хвосте, начинаю огонь.

Самонаводящаяся торпеда из хвостового аппарата ушла во тьму, Эсперо не видел результата, пока не полыхнула вспышка.

— Попадание. Шандор, не снижай скорость.

— Есть, капитан, сейчас начнутся маневры…

Семь сирмийских малых кораблей и двенадцать кораблей криттеров смешались в круговерти боя. Отсутствие настоящей гравитации причудливо спутало верх и низ. Челнок уклонялся от чужих выстрелов, огрызаясь огнем.

— Что там с «Гароло»?

— Время подлета — примерно пять минут, — отозвался Шандор.

— «Скорпионы», что у вас?

— Сбито три чужих истребителя, капитан. У нас тоже потери… две машины из шести. — голос командира звена звучал хрипло. — Мы прикроем, хотя один из вражеских фрегатов на подходе, и с ним ничего не поделать.

— Приказывают прекратить сопровождение челнока. Отступайте. Вся энергия — на двигатели.

— Но, командир…

— Выполняйте приказ, — отрезал Эсперо, разрывая связь.

— Ты же нас сейчас приговорил, — коротко всхохотнул Шандор.

— Я не пожертвую четырьмя пилотами ради спасения нас двоих.

— Согласен. Но бы хоть у меня спросил…

Челнок вильнул в сторону, космос в иллюминаторе полыхнул алым и зеленым, когда выстрел чужого оружия, сбив щиты, вскользь зацепил обшивку.

— Лучше пристегнуть шлемы, капитан. Атмосфера уходит Держись крепче, начнутся перегрузки.

Эсперо молча надел шлем, щелкнул кномкой, подключая кислород. Шандор сделал то же самое, и снова взялся за управление. Он действовал с невероятной, немыслимой скоростью и полным хладнокровием, очень при этом напоминая отца. Челнок бешено крутился, уходя от огня чужих истребителей. Одна из торпед снова прошла очень близко, но, кораблик повернулся, и заряд ударил в корпус преследователя на хвосте.

— У них «амико файро», — всхохотнул явно довольный полукровка. [Огонь по своим, дружеский огонь (эсперанто)]

Перегрузка вдавила Кая в кресло. Более прочные, чем у людей, кости супервиро все равно трещали, перед глазами стоял красноватый туман.

Шандор в азарте боя что-то орал на непонятном языке. С уничтоженными сенсорами, обреченный, казалось, челнок продолжал жить и, хоть не напрямую, но продвигаться туда, где по мнению Шандора находился «Гароло». Еще один сбитый истребитель криттеров огненным комком покатился во тьму.

«У нас еще остается шанс», — подумал Эсперо, в момент виража переключаясь на носовую пушку и отправляя в пространство зеленый луч.

Спустя мгновение черное небо дрогнуло, часть звезд исчезла, заслоненная силуэтом вражеского фрегата.

— Черт! — буркнул раздосадованный полукровка. — У них слишком много пушек, капитан, талант пилота тут не поможет, они ударят по площади и нас сметут.

— Прекрати бесполезную стрельбу. Всю энергию пополам — на задний щит и на двигатель. Курс на «Гароло», полный форсаж.

Челнок бросило вперед и сильно тряхнуло. Неестественный звук перегруженного двигателя, несмотря на уже разреженный воздух, проник сквозь шлем.

— От фрегата отрываемся, но истребители мы не сбросили. Мне отстреливаться и уклоняться?

— Только вперед. Нельзя замедлять ход, фрегат догоняет.

— Как скажешь, капитан.

«Сейчас все решает удача, — размышлял Кай, рассматривая полыхающий под лучами космос. — Одно прямое попадание, и нам конец, и моя регенерация не факт, что спасет».

Следующее попадание и впрямь оказалось почти прямым, но все же не убило челнок окончательно. Эсперо видел, как оторванные куски металла, крутясь, полетели в пустоту. Машину сильно тряхнуло, двигатель замолк, и Шандор грязно выругался на смеси языков.

— Управление отказало, — объяснил он.

Эсперо промолчал. Истребители криттеров уже разворачивались для последней атаки. Сквозь лобовой иллюминатор он видел вдали их миниатюрные блестящие силуэты. Положив руки на пульт, Кай выжидал, когда противник приблизятся.

— За братство!

Зеленый луч ударил в первого врага, и тот расцвел алой вспышкой взрыва. Ответ пришел мгновенно и потряс челнок до основания. Прочная обшивка раскололась, кабину «вывернуло», и Кай, выброшенный наружу, завис с пустоте, намертво пристегнутый к креслу.

Ощущение верха и низа исчезло окончательно. Шандор, вероятно, находился где-то рядом, но Эсперо не видел напарника — он видел лишь яркую искру еще одного «Скорпиона», который на полной скорости заходил в тыл истребителям криттеров.

— Капитан Браун, Фрэнк, Кай, как там тебя… прием… вы меня слышите? — ожил динамик шлема.

— Слышу тебя, Сакура Ито, но мне не нравится, что мои пилоты вернулись и нарушили приказ.

— Не беспокойся, приказ нарушила только я одна. За Землю!

Использовав широкий угол наведения, Сакура выстрелила одновременно из носовой пушки и кормового торпедного аппарата, и этот залп отвлек истребители от самого Эсперо. Фигура в скафандре, слишком мелкая для правильного прицеливания, ушла из поля зрения вражеский кораблей. Кай продолжал крутиться в мире без верха и низа, время от времени наблюдая пронзающие мрак лучи.

— Сакура! Ты меня слышишь, Сакура! Дело сделано. Быстро возвращайся. Сейчас прибудет «Гароло».

Рация скафандра безжизненно молчала, наверное, перегорела. Эсперо попытался развернуться в пустоте вместе с креслом, но не сумел, и вместо этого столкнулся с таким же беспомощным Шандором. Неравная схватка истребителей продолжалась, юркий «Скорпион» почти скрылся в стае врагов.

— Ну и какого черта она творит?

Кай видел, как луч ударил по истребителю Сакуры и вспорол легкую обшивку. Добивающий выстрел, впрочем, не последовал, и Эсперо перевел дыхание.

Громадный силуэт «Гароло» выходил из тьмы откуда-то слева и «сверху».

Через миг полыхнуло, беззвучный в космосе взрыв перемолол большую часть малых вражеских кораблей. Оба фрегата, и флагман, и ведомый, попытались перестроиться для атаки, однако новый удар электромагнитной волны уже сорвал их силовые щиты.

Эсперо не разглядел, как его «Гароло» добивает врага. Подхваченный на расстоянии телепортом, он через миг рухнул на решетчатую палубу и покатился по ней, наблюдая мелькание пола, стен и потолка. Шандор вынырнул из зеленого вихря следом, сгруппировался, тоже перекатился, сел и с удовольствием стащил шлем. Сарита и главный лекарь уже мчались к ним по коридору, гремя по металлу ботинками.

— Докладывайте, лейтенант, — приказал Эсперо приблизившейся к нему Сарите.

— Вражеская флотилия полностью уничтожена.

— Отлично. Я на мостик, к Фар-Галану.

— Вы, возможно, ранены, дайте закончить сканирование, — проворчал в ответ сирмийский врач.

— Не нужно. Я цел.

Эсперо легко встал на ноги.

— Что с лейтенантом Ито? Я видел, ее истребитель зацепило.

— Лейтенант уже эвакуирована, она в лазарете.

Несмотря на удачное спасение Брауна, сирмийский медик выглядел угрюмым, его широкие плечи поникли.

Кай уже освоился с гравитацией, глаза адаптировались к тусклому свету корабля. Он сделал шаг, потом другой и почти побежал в сторону лифта.

* * *

Госпиталь крейсера "Гароло"

Операционная, отделенная непрозрачной переборкой, оставалась невидимой.

Эсперо устроился в кресле, наблюдая за сменой выражений на широком и грубом лице сирмийского врача. Хирург явно нервничал и смотрел в сторону, так, что Кай видел лишь его скулу.

— Так что же с лейтенантом Ито? Я должен знать, докладывайте.

— Правую руку и одну ступню можно только ампутировать. Есть внутренние повреждения, в целом большая кровопотеря.

— Понимаю, кровь сирмийцев для переливания не подходит. Используйте синтетику.

— Приходил наш второй землянин, предлагал свою кровь.

— И как?

— Они несовместимы.

— А я?

— Вы тоже не подходите по группе.

— Можно выделить из крови наноботы, ввести их лейтенанту, усилить регенерацию.

— Понимаете… — хирург нахмурился, он явно испытывал неловкость. — Я могу сделать нечто подобное, но это не поможет. Мозг этой женщины умирает. Сказалось кислородное голодание.

— То есть, всё?

— Да, всё. Мы прекращаем бороться.

— Погодите… тело можно клонировать. Воспоминания — записать.

— Да нечего уже записывать! — врач почти сорвался на крик. — Простите, камарадо, но хватит иллюзий. Странно, что она до сих пор жива.

…Сакура лежала на узкой кровати, очень бледная, с полуоткрытыми темными глазами. Кокон скрывал тело от шеи и до пят, левая, уцелевшая рука свисала с ложа и казалась совсем бесплотной. Кай взял в свои ладони эту тонкую, почти невесомую руку, и в тот же миг запоздалая ментальная связь опалила его ледяным огнем. Тоска близкой разлуки. Радость встречи. Боль. Глубокая нежность.

— Она — псионик?

Врач кивнул.

— Латентный, — добавил он.

— Сакура…

По щекам девушки внезапно покатились слезы — крупные и чистые, будто бусины. Она пыталась что-то бормотать, но в словах уже не осталось смысла. Ментальная связь на миг принесла ощущение ласкового солнца и морской соли на губах, а потом исчезла, сменилась тусклой пустотой. Ослабевшие пальцы разжались.

— Клиническая смерть, — сообщил сирмийский врач. — Запустить дафибрилляцию еще раз?

— Шансы есть?

— Я же сказал — никаких.

— Тогда не мучайте ее зря.

— Капитан… Разожмите кулаки. У вас спазм мышц. Успокоительное хотите?

— Не надо.

— А зря отказываетесь.

— Я же сказал — не надо.

* * *

«Как холодно, — подумал Кай, покидая медицински отсек — Пробирает до костей, будто тогда в горах».

Он еще полчаса бесцельно бродил по коридорам, то наблюдая за аппаратурой на инженерной палубе, то разглядывая в иллюминаторы звезды, пока не очутился у стойки бара под громадной гербом Республики. Шандор тоже проводил время здесь — цедил из стакана какое-то сирмийской пойло.

— Привет, Фрэнк.

— Привет, Тони. Почему ты не под арестом?

— Разве? А ведь точно! Был, кажется, приказ Фар-Галана, но про него все забыли, а я… не стал напоминать. Как говорят у нас на Земле, победителей не судят.

— Сомнительное высказывание, — буркнул Кай, вспомнив собственный процесс в Йоханнесбурге.

— Да ладно… Мертвым — лучший мир, выжившим — новая бойня. Да напейся же ты как следует, капитан! Бармен, двойную порцию нам обоим!

Эсперо устроился на высоком стуле и принял в ладонь стакан. Прочное стекло вдруг само собой треснуло в кулаке, темная жидкость потекла по обшлагу рукава, смешиваясь с из кровью из порезов.

— Бармен, чистую салфетку нашему славному капитану! — снова как ни в чем ни бывало орал Шандор.

Кай принял у бармена салфетку, вытер ладонь, а потом скомкал испачканную ткань.

— Извините. Переборщил — сжал слишком крепко.

— Тебе простительно, ты же супервиро, высшая ступень эволюции, — полупьяный Тони снова расхохотался. — Отходняк у нас, — уже более серьезно объяснил он бармену.

* * *

… Следующим утром по корабельному времени Эсперо проснулся у себя в каюте, принял душ, надел чистый мундир, потом сел за стол и опустил голову на скрещенные руки.

«Вот и все, — подумал Кай. — Временная линия восстановилась, и Сакуры больше нет. Ее тело пропитают бальзамом, положат в ящик, накроют флагом Альянса, отправят на Землю, там будут красивые речи и прощальный салют. Скажут, что она погибла за Землю… Но я-то знаю — Сакура умерла за-за меня, к тому же, второй раз».

Он встал и вышел в коридор, чтобы, как обычно, отправиться на мостик.