Сутки спустя, командный центр на Сирме-Нова

Проведенные в космосе месяцы сказывались — оберкапитан Эсми Фар-Галан почти забыл, что означает ночевать на планете, зато привык к мерному шуму, фильтрованному воздуху и отрегулированному полусумраку кораблей. На планете все выглядело и ощущалось иначе. Неплотно прикрытая створка окна на верхнем этаже командного центра пропускала свежий ветер с каньона, слишком яркое солнце сияло на стекле и металле аскетичного интерьера. Снаружи, с огромной пустоши, доносился лязг металла, и перекличка рабочих.

Мирные звуки напоминали капитану навсегда потерянный дом — фермы, террасы на пологих холмах, бесконечные трубы ирригационных систем. Ничего этого на Сирме-Нова пока не было, но схожей был некая неуловимая суть. Родство между обретенной и уничтоженной планетой одновременно утешало и ранило. Причина слишком сложных эмоций скрывалась где-то глубоко — возможно, в грубо разорванной связи с кланом. «Я не знаю, где моя мать, — думал Фар-Галан, рассматривая дымку над каньоном. — Отец погиб на старой Сирме, корабль брата сбили, сестру сожгли криттеры, и я никого не похоронил...».

Сейчас, спустя месяцы, после десятка кровавых сражений в космосе и на грунте, капитан понемногу успокоился, но в первые недели после утраты приступы ярости, генетическое наследие сирмийцев, почти сводили его с ума. Эсми понимал, что поддавшись безумию, он ничего не исправит, но спасало его не знание, а лишь исключительная плотность графика операций республиканского флота…

«В помощники мне навязали терранина, — размышлял Фар-Галан, продолжая рассматривать панораму космопорта. — Этого Фрэнка Брауна, который к тому же супервиро. Браун не последний, будут и другие наблюдатели. Без терран нам не справиться, признаю, но вдруг их цель — подмять Республику под себя?».

Фар-Галан доел завтрак и уже собирался связался с помощником, когда пришел срочный вызов от полковника Си-Миуры.

Миура во флоте не служил, он занимал непубличную, однако весомую должность шефа контрразведки Сирмийской Республики.

— Капитан Фар-Галан, срочно пройдите в закрытую зону, — голос в микронаушнике на этот раз звучал устало хрипло. — Знаю, допуска у вас нет, но его дадут сразу на входе.

После такого приглашения отказ выглядел не только невозможным, но крайне неприличным. Пришлось застегнуть парадный китель и оставить бластер в сейфе. Перспектива встречи с контрразведчиком вызвала в памяти недавнюю стычку, мертвого техника и ледяные глаза имперского шпиона.

— Вот дерьмо, — выругался Эсми, уже шагая к двери лифта.

* * *

Закрытая зона располагалась на самом нижнем подземном ярусе, наиболее защищенном от ударов с орбиты. Бронированные стены здесь выглядели недавно построенными, а установки силового поля — совершенно новыми. Молчаливый солдат, проверив документы Эсперо, уважительно отступил в сторону. Бронированная дверь сдвинулась, открывая узкий коридор с рядами других безликих дверей.

— Пять, — подсказал кто-то номер комнаты по внутренней связи.

Сразу за порогом в лицо Каю ударила поток холодного воздуха. В квадратной камере вовсю работала вентиляция. Единственной мебелью оказалась прочная стальная кушетка. Пристегнутый к ней за за руки и ноги мужчина лежал неподвижно и внимательно разглядывал потолок. Несмотря на холод, он был раздет по пояс, на груби алел грубый, как после ожога шрам.

Рядом с кушеткой стояли Си-Миура, шеф здешней контрразведки и капитан Фар-Галан, причем, состояние Фар-Галана грозило обернуться неудержимым приступом злости.

— Подойдите поближе, капитан Браун, посмотрите на арестованного, — предложил полковник, как только все трое обменялись приветствиями по-сирмийски. — Кто он, с вашей точки зрения?

Эсперо склонился над пленным, повернул его голову к себе, не церемонясь, задрал веко и рассмотрел радужку.

— Судя по зрачку и третьему веку — ваш земляк, — заключил он. — Судя по некоторым другим признакам — возможно, супервиро. Разве такое здесь бывает?

— Вопрос с неоднозначным ответом.

— Как давно его ранили?

— Вчера. И по нашим обычным меркам — ранили смертельно. Сейчас этот человек почти в порядке, а шарм, наверное, сгладится, и парень будет как новенький.

— Его допросили?

— О, да, но без результата. Молчит, травм и ран не боится. Вы сами супервиро, капитан Браун. Подскажите, какие меры стоит применить?

— Физические — не помогут. Могу связаться с Космофлотом Земли, возможно, они пришлют вам псионика.

— Заманчиво, но, пожалуй, не надо. На Сирме не любят телепатов.

— Он хотя бы назвал свое имя?

— Не назвал, но мы взломали репозиторий Империи и поискали это приметное лицо. Итак, арестованного зовут Кассий Тр-Аэн. Прежде оберкапитан имперского Космофлота. Теперешний послужной список невероятно богат — диверсии, саботаж, минирование республиканский объектов в космосе...

— Приятно слышать! — внезапно вмешался Тр-Аэн, повернув голову, нетипичные для сирмийца ледяные глаза сверкнули.

Эсперо эту реплику проигнорировал. Его занимал совсем другой вопрос — способ модификации странного супервиро. «Сирмийцы уже давно не меняют свой геном, а Шеффер мертв. Доктор Раст тоже мертв. Прошло уже сто лет, их работы нигде не всплыли. Однако, Эмиссар сказал правду, сирмийские супервиро существуют. Интересно, знает ли Тр-Аэн про нексус?»

Кай немного сожалел, что отказался от воскрешения Чанды. Она могла исследовать кровь сирмийца, определить тип наноботов, но Чанда взбунтовалась, погибла еще Тилии, и с тех пор жила в форме Риск ее воскрешения мог перевесить всё остальное.

— Зачем он убил техника на перевале? — заговорил капитан Фар-Галан, которого интересовало совсем другое.

— А вот это самое интересное, — отозвался Си-Миура, — правильнее сказать — Тр-Аэн убил незнакомца в одежде техника, но его жертва не значится в списке граждан Сирмы-Нова и никем не опознана. Формально такого сирмийца попросту нет.

— Убитый, надеюсь, не супервиро? — вмешался в разговор Эсперо.

— О, нет. — у Си-Миуры напряглись жесткие скулы. — Вы в курсе насчет пси-проектора?

— Нет, не очень.

— Это наша, сирмийская попытка технически заменить телепата. Грубая, но иногда помогает. Мы использовали прибор, дошли до третьего и даже четвертого уровня мощности, но пришлось остановиться. Мысли об инциденте в горах упрятаны подозрительно глубоко. Если продолжить в том же духе — пленный сойдет с ума. Мне, в общем-то все равно, но ваш Альянс попросил отдать им Тр-Аэна более-менее целым. Да что попросил… потребовал.

— Кто потребовал — наш Космофлот?

— Нет, гражданские власти, представители Лиги.

Кассий Тр-Аэн впервые за все время разговора заметно лишился выдержки, захваты впились в напряженные мускулы рук, злая гримаса исказила лицо.

— Убийца из Консеквенсы, кажется, возражает, — обращаясь к полковнику, заметил Эсми, а Си-Миура сухо улыбнулся.

— Не удивлен. Республика открыто судит врагов и предпочитает гуманный расстрел. Но ваши терране, Браун... Их представления о милосердии сильно отличаются от наших. Они не казнят негодяев и тем самым обрекают их на невыносимый позор.

— Всякое бывает, — хладнокровно отозвался Эсперо. — Самым отъявленным обычно стирают личность.

— Стирают… Да, что-то такое слышал. Теперь, когда вы, оберкапитан, и вы, союзник, видели сирмийца-супервиро, я обязан сказать, что пригласил вас по делу. Нужно переправить арестованного на объект семь-тридцать семь. Он не принадлежит Республике, это закрытая территория Альянса. Ваш «Фениксо» сейчас не занят, так что выполняйте приказ. Учитывая ранг пленного и его особые качества, его могут отбить, и этого допустить нельзя…

Стоя рядом с Фар-Галаном, Кай выслушал инструктаж до конца, попрощался с полковником принятым у сирмийцев жестом и вышел, больше не оглядываясь.

* * *

Пространство вокруг Сирмы-Нова полностью занимали корабли боевого республиканского флота — округлые «тарелки», резко очерченные «соколы» покрупнее, массивные крейсеры, пара-тройка странного вида союзных фрегатов, и также бесчисленное множество вертких челноков. Все эти посудины окружали планету будто птицы свое гнездовье, но, в отличие от настоящих птиц, их космические копии не двигались, а неподвижно висели в пустоте. Удивляло разнообразие оттенков этой стаи — от густо-черного до насыщенно-зеленого и ярко-белого.

Пока «Фениксо» маневрировал, занимая выделенный ему коридор, Эсми пару раз откликнулся на вызовы знакомых капитанов. Все разговоры оказались короткими и не принесли никаких новостей, если не читать скудных сведений о невиданных грабежах и мародерстве на «серых» территориях.

— Готовы к прыжку, оберкапитан, — предупредил Эсперо.

— Приготовились. Старт!

Фрегат дрогнул, чернота вакуума с яркими точками звезд на миг побелела, светила слились в один сияющий поток, но затем космический пейзаж на экране переменился, и Кай заметил, как Эсми Фар-Галан облегченно вдохнул.

— У нас варп-ядро на пределе, — как бы вскользь объяснил он. — До следующей точки прыжка идем на субсветовой. На мостике остается вахтенный. Остальные — вольно.

* * *

За пределами мостика, на главном жилом ярусе, в приятной полутьме корабля светился проем оранжереи. Размешенный неподалеку лазарет пустовал. Кай прикинул, не оценить ли отсек энергоядра, но в конце концов решил оставить техников в покое. Вместо этого он он отправился в кают-компанию, и занял там прочное, удобное для супервиро кресло в углу.

«Эмиссар ошибся, сделав ставку на меня, — размышлял Кай, рассматривая в иллюминатор звезды. — Выжидать — не мой профиль. Нет конкретной задачи, не за что зацепиться».

Молодая сирмийка с нашивками сублейтенанта, которую, как он знал, звали Сарита, тоже устроившись возле иллюминатора, задумчиво пробовала коктейль.

— Вы удручены, уважаемый союзник, или мне показалось? — поинтересовалась девушка по-сирмийски, точно подбирая слова и ловко соблюдая баланс между дружелюбием и отстраненностью.

— Скорее, я в недоумении, — охотно отозвался Эсперо. Вот например, наш новый «пассажир» — очень странный тип...

— О, не берите в голову. Он, конечно, супервиро, но ведь и вы… — добавила Сарита лукаво.

— Сирмийцы — тоже своего рода супервиро.

— Нет. Нас модифицировали ради жизни на Сирме и с тех пор не меняли. Мы посильнее терран, видим в сумерках, живем дольше, но от тяжелых ран, увы, умираем. Стать супервиро — моя детская мечта.

— Пуская ваша мечта мечтой и остается, — Эсперо улыбнулся и постарался, чтобы улыбка не вышла кривой. — Поверь те мне, сеньорита, сверхспособности ведут к сверхобязанностям. К тому же всего одна пулька, начиненная мальсупреном, сводит нашу регенерацию на нет. Существуют и нановирусы, созданные против супервиро…

— Какой кошмар. Этого я не знала. И все-таки… Участь уязвимой смертной тяжелее.

— То есть, возможная судьба супервиро все же привлекает сирмийцев?

— Не то, чтобы всех привлекает, однако… Ходили слухи, что самые богатые семьи Империи иногда обращались к терранским биологам.

— Зачем?

— Ради спасения генетически слабых детей. Вы, наверное, в курсе — чтобы пройти инициацию, каждый молодой сирмийский аристократ должен драться на арене. Слабые там гибли, но, если подправить их искусственно…

— Черт!

— Вот именно что «черт».

— Ваши друзья-республиканцы тоже дерутся между насмерть?

— Ксанте Ке-орн отменил это правило. Знаете, он был женат на терранке и немного перенял вещи обычаи.

— На терранке? Точно. Я забыл ее имя.

— Не удивительно, что забыли. У людей с Земли короткая жизнь, и эта женщина давно умерла.

— И что там с Ке-орном?

— У него есть старший сын от сирмийки и младшая дочь от терранки. Обе ветви семьи терпеть друг друга не могут. Из-за неравного брака в молодости Ке-Орн лишился карьеры в политике и остался простым капитаном. Возможно, тогда он замыслил восстание.

— Это была так давно, а мне всего тридцать три, — непринужденно соврал Кай. — К тому же я пять лет был далеко за фронтиром и многое пропустил.

— О-о-о! Потрясающе, — Сарита сильно оживилась, радуясь свежему собеседнику. — Слушайте внимательно, я вам всё расскажу по порядку. Когда криттеры атаковали Сирму, планетарная оборона не справилась. Эвакуацию не объявили и большая часть столицы сгорела. Полное уничтожение планеты сорвал флот вашего Альянса. Он пришел на помощь и сделал все, что мог, но но наши триумвиры уже погибли.

— И как императрица Тарла пришла к власти?

— Ну… она фактически назначила сама себя. Многие возмутились, плебеи вышли из подчинения, флот раскололся. Колонии, не признавшие императрицу, расстреливали корабли Консеквенсы. В конце концов, ее противники провозгласили республику и создали новую столицу на Сирме-Нова. Когда империя раскололась, Ке-орн встал на сторону повстанцев, а республика приобрела хорошего лидера. Ксанте вообще очень умен. Некоторые аристократы вслед за ним перешли к нам. Чем казнить шпиона из Консеквенсы и огорчать этих людей, он лучше подкинет Тр-Аэна терранам. Кушайте и не обляпайтесь, дорогие союзники. Ха-ха.

— А вы тоже весьма умны, — намеренно польстил Кай, и лукавой Сарите это понравилось.

— Я очень сочувствую обер-капитану Фар-Галану, — продолжила откровенничать она. — Он потерял всю семью и сам пострадал. Наша ненависть к приспешникам императрицы полностью оправдана…

— Я понимаю. Вы много воевали с криттерами?

— Да.

— И как?

— Очень тяжело. Их большие корабли лучше. Правда, пилоты малых истребителей лучше у нас.

Еще поговорив с Саритой, Эсперо вежливо распрощался, вернулся к лифту и спустился на два яруса ниже — на внутреннюю палубу фрегата. Здесь было пусто, тьму едва разгоняли красноватые лампы. Бронированная дверь, реагируя на сигнал с браслета, с шипением отворилась. Открывшееся помещении выглядело как двухъярусный зал с пультом управления на галерее и множеством изолированных ячеек внизу. Все эти камеры, кроме одной, пустовали, а одну занимал Кассий Тр-Аэн. Пленник не спал, он сидел на полке, привалившись плечом к стене. Он заметно отличался от Фар-Галана и других республиканцев — стригся по-имперски, с короткой челкой, и держался с гордым высокомерием. Расстегнутая на груди рубашка открывала торс, шрама на котором уже не осталось.

— Привет, тер, — насмешливо поприветствовал он внезапно появившегося Кая.

— Привет, и тебе, суп.

Услышав этот ответ, Тр-Аэн расхохотался.

— А ты догадлив, землянин. Хорошо знаешь наш язык. Понимаешь, когда тебя оскорбляют, умеешь ответить.

— Стараюсь.

— Может, скажешь, куда летим?

— Сам знаешь, куда. К объекту семь — тридцать семь.

— Понятно, с ту самую тюрьму. Смешно. Идет война с криттерами, а республиканцы гоняют туда-сюда фрегат, причем, ради меня. Зачем?

— Ты супервиро. Это само по себе интересно.

— Не очень.

— Тебя модифицировала Империя?

— Точно.

— Ложь. Детектор в моем браслете показывает, что ты заврался. Твой «создатель» работал где-нибудь на фронтире и наверняка это был землянин.

— Даже если так — что с того? Что сделано, то сделано. Остается пользоваться тем, что есть.

— Капитан Фар-Галан очень на тебя зол. Говорят, Консеквенса зачищала колонии — там убивали там всех подряд, безоружных в первую очередь.

Вероятно, и ты отметился.

— Как же он выжил, наш бедолага-капитан? — спросил Тр-Аэн с явной и оскорбительной иронией.

— Я слышал, улетел на челноке, с теми, кого успел забрать.

— То есть, с активными вооруженными мятежниками, с дружками Ке-орна. С теми, кто не подчинился императрице.

— Многие считают Тарлу самозванкой.

— А разве Ке-орн — не самозванец? Он ваш агент, давний дружок отряда Кси. Думаешь, я не понимаю, что ты тоже связан с Кси?

Тр-Аэн внезапно встал, подошел к решетке, прижался к ней головой и уставился на Эсперо в упор.

— Я тут сижу, запертый, без доступа к досье, но тебя, ублюдок, вижу насквозь. Ты понимаешь, насколько бесчестны терране, но все равно служишь им как собака за кость. Давай, вали отсюда, разговор окончен.

— Ну и как прошла беседа? — поинтересовалась Сарита, отставив уже допитый коктейль.

— Никак. Мы обменялись упреками, оскорблениями, и у него получилось лучше. Жаль, что этого типа не вызывать на поединок — я бы ему шею свернул. Теперь понимаю, отчего полковник с такой охотой сплавил Тр-Аэна нашей Лиге.

— Не надо слушать офицеров Консеквенсы, они мастера промывки мозгов.

— Вы правы, Сарита, но это ненадолго. Очень скоро мы от него избавимся.

* * *

Вечерняя вахта на корабле выпала на долю Эсперо. Фар-Галан снял биометрическую защиту, супервиро занял капитанское кресло и остался на опустевшем мостике. В эти долгие, почти ничем не заполненные часы Кай получил возможность разобраться в воспоминаниях.

Он помнил, как решился на атаку. Помнил, как на орбите Тилии вклинился в армаду криттеров под сильным огнем. Помнил, как пробил оболочку двигателя и протолкнул в отверстие активированный телепорт.

Миг взрыва перед гибелью армады ксеносов Кай хорошо запомнил, но дальше в памяти зияла дыра.

«Я очнулся внутри станции Ро. Вокруг — тьма и пустота, металлические стены. В ушах искусственный голос, остатки боли в мышцах. Эмиссар говорит, что искин Первичных за миллисекунду до гибели телепортировал меня в безопасное место, но что если Эмиссар лжет? Меня могли воссоздать по геному, так же, как я воссоздавал братьев. Воспоминания можно переписать. Есть вероятность, что сам я сейчас — клон, причем, не единственный».

От этих мыслей Эсперо передернуло. Он машинально нащупал спрятанный под мундиром кулон с запечатанным внутри чипом памяти.

«Чушь. Эта вещица цела. Значит, действительно был телепорт. Или кулон синтезировали заново. Паршиво, что правду я никогда не узнаю».

Он перевел взгляд на на тактический экран корабля. В глубокой черноте космоса что-то шевельнулось, дрогнуло и тут же исчезло..

— Система, сканеры на максимальный радиус.

— Опасные объекты не обнаружены.

— Повторное сканирование.

-.. не обнаружены.

— Сканируй на остаточную радиацию.

— Десять остаточных следов. Динамика — увеличение.

— Включи сканер систем маскировки.

— Тип маскировки?

— Проверяй на любой — Альянс, сирмийцы, гирканцы, криттеры.

Вскоре пространство корабля огласил заунывный сигнал тревоги.

— … Десять гирканских кораблей, — объяснил Кай Фар-Галану, когда оберкапитан спешно прибыл на мостик. — Их флагман пока на связь не выходит.

— Класс?

— «Скопа».

— Понятно. Корабли небольшие, но хотят взять нас числом. После раскола Сирмы гирканцы не уважают границы.

Кай молча встал, уступая кресло Эсми Фар-Галану.

— Связисты, вызов гирканскому капитану на канал приветствия.

— Есть!

Огромная поверхность экрана дрогнула и сложилась в искаженную помехами картину — изрезанное шрамами лицо, низкий лоб и когда-то белесые, а теперь полностью седые волосы пожилого вояка.

— Привет, кошки драные! — голосом автоматического переводчика прохрипел воин. — У вас на борту завалялось кое-что мое, и вот это кое-что я хочу получить прямо сейчас в любом виде. Эй, капитан-задрот! Или опускай щиты и принимай гостей, или сражайся и умри. Меня больше устраивает второе.

— Чего он хочет? Я не могу разобрать, командир.

— Хамит, как все гирканцы. Говорит, что хочет попасть на борт и грабить. Энергию на щиты. Огонь из пушек по готовности.

* * *

«Фениксо» медленно и грозно разворачивался в пустоте. Относительно неповоротливый в сравнении с легкими кораблями противника, он обладал прочной броней и внушительной огневой мощью. Первый выстрелы пришлись в силовые щиты, но не пробили их, отраженная энергия полыхнула пронзительно-алым и густо-фиолетовым. Ответный залп носовых бластеров пришелся в пустоту, но пушки, обладая широки сектором обстрела, автоматически перенацелились, стараясь поймать верткого врага.

— Нас обходят с тыла.

— Вижу, — отозвался Фар-Галан. — Энергию на задний щит. Дополнительную энергию на двигатели.

«Фениксо» повернулся к противнику боком — это позволяло задействовать почти все орудия. Шесть гирканских кораблей из десяти превратились в алые сгустки огня или рассеялись мелкими обломками, но слишком плотный огонь почти исчерпал энергию орудий.

— Лейтенант Эй-Фаво на связи... попытка абордажа на средней палубе. Гирканцы пробурили обшивку и лезут толпой. Нас сильно теснят, есть потери…

Фар-Галан заметно помрачнел.

— Браун, вы — супервиро. Я прошу вас заняться отражением атаки.

— Понял, оберкапитан выполняю.

Фрегат заметно тряхнуло.

— Прямое попадание, левый щит уничтожен, — доложил главный инженер. — Кажется, гирканцы готовы променять свои жизни на наши.

— Задействовать все резервы энергии. Обстреливать противника по готовности...

Уцелевшие вражеские корабли уже перегруппировались для атаки. Они шли строем, явно не собираясь отступать, огромный корпус «Фениксо» вибрировал под градом ударов.

— Торпедное попадание в нижнюю палубу. Частичная разгерметизация. Удар силовым полем, щиты на половинной мощности.

— Прекратить пушечный огонь. Подцепите лучом их флагман, как только щиты противника ослабеют — торпедный залп.

— Слушаюсь, командир.

— Если гирканские бластеры разнесут нашу гауптвахту, свой живой груз мы уже не довезем, — добавил Эсми Фар-Галан без особого злорадства, но и без сочувствия.

Через минуту торпедный залп завершившего маневр «Фениксо» ударил по короткой цепочке гирканских кораблей, превращая их в чистую плазму, и сирмиец облегченно выдохнул.

— Что там с абордажной атакой, Эй-Фаво?

— Атака отбита, и наш терранский союзник — настоящий дьявол.

— В смысле?

— Супервиро убивал их в ближнем бою и, похоже, в нашей помощи не нуждался.

— Пленные есть?

— Никого. Все гирканцы дрались до последнего, даже когда поняли, что их кораблей больше нет.

— Понял. Позаботься, чтобы наших раненых отправили в лазарет.

— Прислать терранина к вам?

— Нет. Скажи, что я очень благодарен за помощь. Передай — пусть личный проверит инженерный отсек.

* * *

Сапоги Кая липли к мокрой палубе. Кровь сирмийцев и гирканцев смешалась на ней в одну обширную лужу. Мертвых и раненых членов экипажа уже забрали, но обожженные гирканцы с застывшими гримасами ярости на лицах лежали там, где их настигла смерть.

— Мы всех обыскали, осмотрели, на регулярный флот не похоже, скорее, просто рейдеры. От некоторых тел остались только фрагменты не осталось, — словно бы извиняясь добавил Эй-Фаво. — Великий Космос! Когда они взялись за свои клинки, а я впервые понял, что такое настоящая резня.

— Грабить боевой фрегат — странный у них выбор.

— Очень странный, камарадо союзник, но гирканцы недалеко ушли от зверей.

— Вообще-то, они тоже союзники Земного Альянса. По крайней мере в войне с криттерами.

— В одном секторе — союзники, в другом — мародеры, и одно другому не мешает.

Эсперо ухмыльнулся. Юмор лейтенанта его забавлял.

— Оберкапитан что-нибудь передал?

— Вам — свою личную благодарность. Просил проверить варп-ядро.

— Проверю, а что касается стычки — не стоит благодарности. Кстати… Нужно убрать с палубы кровь. Липнут подошвы и остаются следы.

— Я уже распорядился, но вымоют не сразу. У нас двадцать семь раненых десантников и пять техников из торпедного отсека.

Кай молча кивнул. Эй-Фаво держался чуть скованно, не понимая места супервиро в иерархии корабля, кроме того, лейтенант едва владел собой, и это была чисто сирмийская вспышка гнева.

— А еще у нас одиннадцать убитых, — глухим голосом добавил он. — Во имя Космоса! И все это — ради доставки терранам пленника, которого проще расстрелять на месте.

— Сочувствую. Решение принимал не я. Так распорядился ваш штаб на Сирме-Нова.

Эсперо повернулся и зашагал в сторону инженерного отсека, с досадой отметив, что кровавые следы и вправду остаются на металлической решетке настила.

Близ варп-установки терранина-супервиро техник, уже пожилой, гладко выбритый сирмиец с траурной татуировкой на лбу.

— У нас множественные мелкие пробоины на оружейной палубе, — доложил он. — Поверхностные повреждения корпуса, выбита внешняя часть сканера, повреждения питания дефлекторов. Самое скверное — последствия перегрузки ядра. Корабль не выдержит еще один бой. Для восстановления понадобится космический док и около пяти суток — это при условии посменной работы без перерыва.

— Трое суток, — Бесстрастно отозвался Эсперо. — Не спорьте, оберлейтенант. Я был когда-то разработчиком кораблей,

— Хорошо, трое суток, но дока все равно нет.

— Ремонт можно сделать и на грунте. Поблизости обитаемая планета.

— Чья?

— Альянса.

— У крестьян-колонистов нет верфи. Наверняка там ни одного толкового инженера.

— Не важно. Там твердая почва, которая выдержит нашу посадку. С ремонтом я помогу.

Сирмиец махнул рукой, проворчал что-то насчет наглых землян и сообщил, что обсудит варианты с капитаном, а Эсперо отправился в свою каюту, смыл кровь с рук, сменил одежду, стащил сапоги и бросил их в утилизатор.