Но прежде всего было решено «повесить всех собак» на максимально абстрактного врага. Уже через несколько часов после убийства было официально заявлено, что Киров стал жертвой заговорщиков — врагов народа.

В первом правительственном заявлении утверждалось, что убийца Кирова — один из белогвардейских террористов, которые якобы проникают в СССР из Финляндии, Латвии и Польши. Через несколько дней советские газеты сообщили, что органами НКВД поймано и расстреляно 104 террориста-белогвардейца. Газетами была начата бурная кампания против «окопавшихся на Западе» белогвардейских организаций, в первую очередь Русского общевоинского союза. Однако на шестнадцатый день после убийства как по мановению волшебной палочки картина полностью изменилась. Новая версия, появившаяся в тех же самых газетах, обвиняла в убийстве Кирова троцкистско-зиновьевскую оппозицию. Тут же последовала ожесточенная кампания против лидеров этой, казалось бы, ушедшей в прошлое оппозиции. 16 декабря были арестованы Каменев и Зиновьев.

Близкий в те дни к Сталину Карл Радек писал в «Известиях»: «Каждый коммунист знает, что теперь партия раздавит железной рукой остатки этой банды... Они будут разгромлены, уничтожены и стерты с лица земли» (28, 17–18).

Образец «правильного понимания линии партии» продемонстрировал упоминавшийся нами в самом начале Лаврентий Павлович Берия — бывший Какаберия.

В начале 1934 года на XVII съезде ВКП(б) Берия — первый секретарь Закавказского крайкома — был впервые избран членом ЦК. Не желая оставаться в долгу перед двигавшим его по карьерной лестнице Кировым, Лаврентий Павлович организовал выпуск сборника «Сергей Миронович Киров в борьбе за нефть». Но книга вышла в Баку лишь в начале 1935 года. И это обстоятельство диктовало необходимость правильно указать виновников гибели Кирова.

И тут Берия блеснул: в сборнике было указано, что Сергей Миронович был сражен «предательской пулей убийцы из подонков белогвардейской зиновьевско-троцкистской банды» (35, 112).

Как видим, Лаврентию Павловичу удалось объединить обе «рабочие» версии следствия: и белогвардейцев, и троцкистов-зиновьевцев. На фоне столь безошибочной трактовки произошедшего «товарищ» Сталин не стал придавать большого значения запоздавшему славословию в адрес убиенного Кирова и не стал препятствовать карьере Берии.

Тут надо сказать, что никакая из перечисленных «официальных» версий не смогла скрыть для рядовых граждан суть произошедшего. Доказательством тому служит версия «народная»: «Ой, огурчики, помидорчики, Сталин Кирова пришил в коридорчике!»

А судебный процесс по убийству Кирова все-таки состоялся — закрытый. Вот документ:

Совершенно секретно

Записка по прямому проводу

из Ленинграда

Москва, народному комиссару внутренних дел СССР т. Ягоде

Сегодня, 29 декабря 1934 года, в 5 часов 45 минут выездной сессией Военной коллегии Верховного суда СССР за организацию и осуществление убийства тов. Кирова приговорены к расстрелу: Николаев Леонид, Антонов, Звездов, Юскин, Соколов, Котолынов, Шатский, Толмазов, Мясников, Ханик, Левин, Сосицкий, Румянцев и Мандельштам.

В 6 часов 45 минут приговор приведен в исполнение.

Зам. народного комиссара внутренних дел Союза ССР Агранов» (37, 47).

Согласно рассказу одного из участников процесса, выслушав приговор, Леонид Николаев выкрикнул: «Обманули!»

Хрущев прокомментировал это таким образом: «Конечно, не лично Сталин поручал дело Николаеву. Для этого Николаев был слишком мал. Но у меня нет сомнений, что по поручению Сталина кто-то его подготовил. Это убийство было организовано сверху. Я считаю, что оно было подготовлено руководителем ОГПУ Ягодой, который в свою очередь мог действовать только по секретному поручению Сталина, данному, как говорится, с глазу на глаз. Если принять именно такую схему рассуждений, то Николаев, наверное, надеялся на какое-то снисхождение. Но по-настоящему рассчитывать на это было слишком наивно. Не такой уж большой человек этот Николаев: он выполнил поручение и думал, что ему будет дарована жизнь. Просто глупец. Как раз после исполнения такого поручения для сохранения тайны требовалось уничтожить исполнителя. И Николаев был уничтожен» (43, 95).

Жена Николаева Мильда Драуле, брат Петр Николаев, старшая сестра Екатерина Рогачева, а также родственники жены — сестра Ольга Драуле и ее муж Роман Кулишер — были расстреляны. Мать Леонида Николаева выслана из Ленинграда, младшая сестра и ее муж осуждены на 5 лет, отправлены в трудовой лагерь.

Вслед за этим начались массовые репрессии. Всего в 1935 году из Ленинграда и Ленинградской области было выслано 39 660 человек, что получило в народе название «кировский поток». 24 374 человека были приговорены к различным наказаниям.

Анна Ахматова в 1935 году пишет:

Это было, когда улыбался

Только мертвый, спокойствию рад.

И ненужным привеском болтался

Возле тюрем своих Ленинград.

И когда, обезумев от муки,

Шли уже осужденных полки,

И короткую песню разлуки

Паровозные пели гудки,

Звезды смерти стояли над нами,

И безвинная корчилась Русь

Под кровавыми сапогами

И под шинами черных марусь...

Всего, согласно докладу Г.Г. Ягоды Сталину и Молотову, в 1935 году в ходе операции по «очистке городов» решениями троек местных управлений НКВД и тройки Главного управления милиции было осуждено с утверждением Особым совещанием 122 726 человек (42, 237).

Для справки: В Гулаге на 1 января 1934 года числилось 510 300 заключенных. А к исходу декабря того же года — 725 000 (5, 202).

После убийства Кирова был вызван в Москву и арестован Медведь. После его ареста уже московские чекисты распространяли новую версию анекдота: «Чем отличается лес от ГПУ? В лесу медведь ест ягоду, а в ГПУ Ягода съел Медведя».

Ну а пресловутый Медведь 9 января 1935 года был исключен из партии, 23 января осужден на 3 года за «преступно халатное отношение к своим обязанностям» и отправлен в Дальстрой. В конце 1935 года освобожден досрочно. До мая 1937 года — начальник Южного горнопромышленного управления Главного управления строительства Дальнего Севера (Дальстрой) НКВД СССР. Повторно арестован 7 сентября 1937 года, осужден в «особом порядке». 27 ноября 1937 года расстрелян (вместе с бывшим руководителем НКВД УССР В.А. Балицким).

Жена, Раиса Михайловна (урожденная Левитт), расстреляна 20 января 1938 года.

Братья жены: Е.М. Левитт расстрелян 28 августа 1938 года; П.М. Левитт расстрелян 28 июля 1941 года.

Иван Запорожец в связи с убийством Кирова был осужден на 3 года лишения свободы, но наказания не отбывал. По указанию одного из основателей ГУЛАГа и первого директора гостреста Дальстрой, входящего в указанную систему, Э.Берзина Запорожец был назначен заместителем начальника управления дорожного строительства Дальстроя, а с ноября того же года — начальником управления.

А.Орлов: «Вскоре после приезда в Москву меня пригласил в гости начальник Транспортного управления НКВД Александр Шанин, близкий друг Ягоды и один из помощников члена Политбюро Кагановича... После обеда хозяин дома предложил послушать пластинки. Шанин был большим любителем старинных русских песен, а тут еще несколько рюмок ликера сделали его особенно сентиментальным. Показав два альбома пластинок, Шанин сказал, что специально отложил их, чтобы послать Ване Запорожцу в его Лензолото. “Ох, Ваня, Ваня, — вздохнул он, — что за человек был! Пострадал ни за что...” Шанин добавил, что Паукер, начальник личной охраны Сталина, только что послал Запорожцу в подарок импортный радиоприемник» (28, 23–24).

Отметим здесь, что оба перечисленных дарителя, и Шанин, и Паукер, не могли не знать, что любое проявление симпатии к осужденному «товарищ» Сталин легко мог расценить как демонстрацию враждебных намерений. А поскольку никто из этой парочки не может быть заподозрен в суицидальных наклонностях, можно сделать вывод, что и Шанин, и Паукер прекрасно знали, что Запорожец не впал в немилость и посылка ему подарков их не компрометирует. Во всяком случае, на тот момент.

Однако, как мы уже отмечали, спустя почти три года, 1 мая 1937 года, Запорожец был вновь арестован, доставлен в Москву, осужден «в особом порядке» и 14 августа 1937 года расстрелян.

Его жена, Роза Давидовна (в разводе с 1931 года), арестована в декабре 1937 года по обвинению в том, что «состояла в организации жен врагов народа, планировавшей заговор против советского государства». По приговору Особого совещания при НКВД СССР — 5 лет ИТЛ — отправлена в Карагандинский лагерь. Освобождена в 1946 году по отбытии срока.

Дочь, Наталия Ивановна Запорожец (1923–2008), медсестра на фронте, контужена, окончила МГУ, историк, арестована в 1949 году, приговорена к 5 годам ссылки. Освобождена в 1953 году.

Сын, Феликс Иванович Запорожец (1926–2013), впервые арестован в 1943 году, приговор — 2 года ИТЛ. В 1949 году арестован повторно, приговор — 10 лет ИТЛ. Реабилитирован 8 сентября 1956 года.

Кстати, комиссары госбезопасности 2-го ранга А.М. Шанин и К.В. Паукер были расстреляны в один день с Запорожцем — 14 августа 1937 года — в числе 25 сотрудников НКВД и членов их семей.

Свидетели убийства Кирова, так сказать, «с близкого расстояния» — И.Ф. Кодацкий и М.С. Чудов были расстреляны 30 октября 1937 года. Позднее была репрессирована, а затем расстреляна жена Чудова — Л.К. Шапошникова.

Э.П. Берзин, «приютивший» Медведя и Запорожца в своем Дальстрое, арестован 4 декабря 1937 года как руководитель «Колымской антисоветской, шпионской, повстанческо-террористической, вредительской организации». Расстрелян 1 августа 1938 года.

В тот же день, 1 августа 1938 года, был расстрелян и начальник следствия по «делу Кирова» Я.С. Агранов.

Были привлечены к суду и арестованные в декабре 1934-го Зиновьев и Каменев.

А.Орлов: «На закрытом судебном процессе, состоявшемся 15 января 1935 года, не удалось выдвинуть никаких доказательств соучастия Зиновьева и Каменева в этом преступлении. Тем не менее под давлением членов военного трибунала и в результате неотступных домогательств Ягоды, на которого в свою очередь давил Сталин, Зиновьев и Каменев согласились, что несут “политическую и моральную ответственность” за убийство, в то же время отрицая какую-либо причастность к нему. На этом шатком основании им вынесли обвинительный приговор и осудили обоих на пять лет лагерей» (28, 38).

А самым первым, кто понял, какова истинная цена выстрела в Смольном, был Бухарин.

Его мрачная реплика «Ну, теперь Коба со всеми нами разделается» оказалась поистине пророческой.

14. Куйбышев

Валериан Владимирович Куйбышев (1888–1935) родился в Омске, в дворянской семье. Член РСДРП с 1904 года, участник революции 1905–1907 годов, несколько лет провел в ссылке. В марте 1917 года приехал в Самару, а 9 апреля избран в Самарский губком РСДРП(б). В октябре 1917-го участвовал в установлении власти большевиков в Самаре. Активный участник Гражданской войны, занимал должности политического комиссара в различных формированиях РККА. С 14 октября 1919 года по 20 сентября 1920 года член Реввоенсовета и начальник политуправления Туркестанского фронта. С 8 сентября по декабрь 1920 года — полномочный представитель РСФСР в Бухарской Народной Советской Республике.

После Гражданской войны работал на руководящей профсоюзной и хозяйственной работе. Председатель ВСНХ (5 августа 1926 — 10 ноября 1930), председатель Государственной плановой комиссии при СНК СССР (10 ноября 1930 — 25 апреля 1934), председатель Комиссии советского контроля при СНК СССР (11 февраля 1934 — 25 января 1935), член Политбюро ЦК ВКП(б) (19 декабря 1927 — 25 января 1935).

1 декабря 1934 года в Ленинграде при крайне подозрительных обстоятельствах безработным коммунистом Л.В. Николаевым, сумевшим проникнуть в тщательно охраняемый Смольный, был убит первый секретарь Ленинградского обкома ВКП(б) С.М. Киров.

Это убийство послужило поводом для начала массовых репрессий в СССР. В тот же день, 1 декабря, выходит как будто подготовленное заранее постановление Президиума ЦИК СССР, которым предписывалось дела по обвинению в государственных преступлениях рассматривать в ускоренном порядке, без адвокатов, ходатайства о помиловании не принимать, смертные приговоры приводить в исполнение немедленно после вынесения.

28 декабря 1934 года состоялся судебный процесс по убийству Кирова. Николаев и еще 13 арестованных по сфабрикованному обвинению были расстреляны уже 29 декабря. Но это было только начало.

«Всего, согласно докладу Г.Г. Ягоды Сталину и Молотову, в 1935 году в ходе операции по “очистке городов” решениями троек местных управлений НКВД и тройки Главного управления милиции было осуждено с утверждением Особым совещанием 122 726 человек» (42, 237).

Как видим, 1935-й был годом настоящего террора. Но начался тот год с очередного «загадочного события».

25 января 1935 года в своем кабинете скоропостижно скончался близкий друг недавно убитого Кирова — В.В. Куйбышев.

Кстати, в годы Гражданской войны Куйбышев был политическим комиссаром и членом реввоенсовета 1-й армии, которой командовал Тухачевский. Политкома и командарма связывала крепкая личная дружба. Такая же дружба связывала Куйбышева с Кировым и Орджоникидзе (о нем ниже)...

Смерть Куйбышева вначале была подана как естественная, однако подробности произошедшего заставляют в этом усомниться.

С утра 25 января 1935 года Куйбышев провел ряд совещаний. Около двух часов дня у Валериана Владимировича в его кабинете в СНК начался сильный сердечный припадок. Видя смертельно бледного Куйбышева, его секретарь В.А. Максимов, вместо того чтобы уложить его здесь же, в кабинете, и вызвать скорую медицинскую помощь, отпустил его одного домой. Валериан Владимирович был очень тепло одет. Для сердца была большая нагрузка пройти по всему кремлевскому двору, подняться на третий этаж. А Максимов послал порученца искать доктора Л.Г. Левина, несмотря на то что на первом этаже дома, где жил Куйбышев, в том же подъезде находилась амбулатория, где всегда дежурили врач и медсестра.