Герой фильма «Новобрачные на Эйфелевой башне» режиссера Оливье Тремоле немного растерянно повторял: «Поскольку эти тайны выше моего разумения, притворимся, что я сам их вдохновитель». Подобно ему, Лорен в середине 70-х годов полагает, что поскольку, благодаря своей счастливой звезде, он оказался выброшенным в мир rich & famous (богатых и знаменитых), то обязательно должен поддерживать иллюзию, иначе его чары рассеются.

И в первую очередь нужно создать империю недвижимости. Вспомним, что в фильме «Сабрина» успех семьи Лэрраби, до того как зритель узнает об их заводах, офисном здании и коллекции машин, олицетворяется их главной резиденцией. В окружении Лорена, в среде, где он встречает новых миллионеров, живущих на самом верху стеклянной башни, где они получают все, что считается шикарным и претендующим на изысканность в Нью-Йорке, таких примеров хватает. Но Лорен не для того анализировал, препарировал вкусы старых богатых семейств и наблюдал за ними, чтобы внезапно поддаться очарованию модернистского городского дома, как случилось в 1974 г. с его собратом Холстоном!²¹

В 1974 г., когда вышел фильм «Энни Холл», супруги Лорен осматривают квартиру в Верхнем Ист-Сайде. Речь идет о двухэтажной квартире с идеальным расположением на углу 5-й авеню и 92-й улицы, откуда открывается панорамный вид на искусственное озеро – самое обширное водное пространство в Центральном парке. В квартире, состоящей из десятка комнат, легко можно устраивать приемы, а козырем, которым, по мнению молодого дизайнера, не стоит пренебрегать, является то, что она находится в жилом доме постройки 1925 г., известном в истории архитектуры тем, что в нем располагался самый первый пентхаус в Нью-Йорке.

Забывая о том, что еще несколько месяцев назад его империя чуть было не рухнула из-за недостаточной ликвидности, Лорен требует от финансового директора фирмы Polo Fashions еще раз сотворить чудо и найти деньги. После долгих расчетов и переговоров супружеской паре удается приобрести эту квартиру, стоимость которой значительно превосходит имеющиеся в их распоряжении средства. Но мечта не имеет цены, не так ли?

Через два года упорного труда сорокалетний стилист становится владельцем недвижимости и переезжает туда вместе с женой и детьми. Обосновавшись в доме № 1107 на 5-й авеню, Лорен не только переходит в статус поселившегося там руководителя фирмы – он становится частью долгой истории добившихся потрясающего успеха боссов, недвижимое имущество которых на Манхэттене является составляющей связанного с ними мифа.

Так, легендой издателя Конде Наста мы сегодня обязаны не только таким изданиям, как Vogue, Vanity Fair и другие, но и его месту жительства в доме № 1040 на Парк-авеню (в восьми минутах ходьбы от двухуровневой квартиры Лорена), где начиная с 1925 г. ежемесячно устраивались чудесные вечеринки, роскошь и размах которых якобы вдохновили Фицджеральда на написание «Великого Гэтсби».

Обладать важно, но также важно говорить об этом, если хочешь утвердиться на ниве успеха. Так, в 1980 г. чета Лоренов открывает двери своего дома для редакций журналов Architectural Digest и The New York Times Magazine для «частного» визита в квартиру, которую недавно преобразил любимый декоратор звезд Анджело Донгиа ²².

Из других внешних признаков богатства Ральфу Лорену оставалось выбрать автомобиль, достойный его нового положения и способный представлять его наилучшим образом. Интерес к машинам пробудился в нем задолго до его головокружительного взлета. Вспомним, что молодой человек в те времена, когда был коммивояжером и продавал галстуки фирмы Rivetz and Co., разъезжал на кабриолете Morgan кремового цвета.

В 1971 г., заработав первые большие деньги, Лорен поделился со своими сотрудниками желанием купить машину, соответствующую его пока не устоявшемуся, но многообещающему успеху. Вопреки всем ожиданиям, он прежде всего подумал о «Роллс-Ройсе». После долгих споров его озадаченным приближенным удалось уговорить его купить кабриолет «Мерседес» 250 SL, который, как они полагали, принимая во внимание возраст босса, будет меньше бросаться в глаза… Однако, если хорошенько подумать, первоначальный выбор Лорена не кажется странным.

Именно на роллс-ройсе, прибывшем вместе с Сабриной и ее отцом из Англии, героиня, должно быть, въехала в решетчатые ворота поместья Лэрраби. То есть можно предположить, что, по крайней мере, символически Лорену хотелось таким образом закрепить свой доступ в мир богачей. Через некоторое время после того, как он стал владельцем двухэтажной квартиры в Верхнем Ист-Сайде, Лорен исполняет свою мечту о высоком статусе и покупает Lamborghini.

Позднее его страсть к приобретению будет соответствовать неудержимости его карьеры. И если семья владела восемью автомобилями, то у самого Лорена будет 60 культовых моделей. В 2017 г. его коллекция, начало которой положил Mercedes Gullwing 1955 г., оценивалась в 350 миллионов долларов и демонстрировалась по всему миру. В 2005 г. была опубликована книга под названием Speed, Style, and Beauty: Cars from the Ralph Lauren Collection («Скорость, стиль и красота: машины из коллекции Ральфа Лорена»), которая продавалась почти во всех странах мира. А в 2011 г. из его коллекции были выбраны 17 болидов для экспозиции в парижском Музее декоративного искусства. Среди сокровищ, собранных Лореном за многие годы, можно увидеть Bugatti Type 57 SC Atlantic 1938 г., считающуюся одной из самых редких и дорогих машин в мире. Она была выпущена всего в четырех экземплярах, а ее цена сегодня превышает 60 миллионов долларов.

В коллекции также есть более современные автомобили, как, например, Ferrari 250 GTO начала 60-х годов, приобретенная в 1983 г. за 300 000 долларов, притом что в 2013 г. аналогичная модель была продана за астрономическую цену в 52 миллиона долларов. Само собой разумеется, что каждая машина, проезжающая через ворота гаража Лорена, подвергается полной реставрации с привлечением лучших в мире механиков, специалистов и мастеров.

И точно так же, как Этторе Бугатти, страстно увлеченный, как и Лорен, миром лошадей, не терпел ни малейшего масляного пятна на полу своей мастерской в Мольсхайме, в сокровищнице, где хранится коллекция дизайнера, вы не найдете ни малейшего следа пыли или смазки. Либо ты перфекционист, либо нет.

Начало 80-х годов отмечено для него дебютом новой коллекции: коллекции резиденций. Как и некоторые обеспеченные семейные пары, Ральф и Рики, как только у них появилась возможность, обратили свой взор на Лонг-Айленд, поближе к океану, где можно было бы безмятежно проводить уик-энды в кругу семьи. Пожив в арендованных домах в Саутгемптоне, Амангасетте и Ист-Хэмптоне, супруги Лорен в конце концов в 1981 г. покупают резиденцию в Монтоке, на самой оконечности острова.

Вилла, построенная на береговой линии в период 1941–1942 гг. чешским архитектором Антонином Раймондом, когда-то работавшим вместе с Фрэнком Ллойдом Райтом над несколькими проектами в Японии, по мнению нового владельца, «немного напоминает корабль в японском стиле»²³. Подобно вдохновившей ее стране, она действительно отличается от окружающих зданий своими нависающими крышами, удивительной простотой и немного суровой сдержанностью.

Словом, «она не впечатляет» – словно извиняется Лорен в интервью 1986 г.²⁴ Не по причине ли этой строгости в первый и последний раз в истории приобретенных Лореном домов вы не найдете в прессе ни одного фоторепортажа, посвященного этому жилищу? Дело в том, что супруги искали здесь, кроме дома подальше от нью-йоркской суеты, где можно проводить каникулы и уик-энды, жилище в отдалении от соседей. А имея угодья в 22 гектара, Лорену не приходилось завидовать Лэрраби. Тем более что по прошествии нескольких лет дизайнер приобрел прилегающие участки, в результате чего сегодня его поместье на берегу моря простирается на 40 гектаров ²⁵.

О чем мечтают, имея двухэтажную квартиру на Манхэттене и виллу на Лонг-Айленде? Об экзотике, хором ответит семейство Лорен! В 1982 г. супруги становятся также владельцами дома на Ямайке. Расположенная в бухте Монтего вилла High Rock в колониальном стиле притулилась на вершине холма Раунд-Хилл с северо-восточной стороны острова, особенно полюбившейся богатым американцам в 50-е годы. У некоторых обитателей этих мест сохранились фотографии бывавших здесь Кларка Гейбла, Грейс Келли, Альфреда Хичкока и Юла Бриннера. Что было еще важнее в глазах Лорена, так это то, что курорт Раунд-Хилл был местом, где супруги Кеннеди в 1953 г. провели свой медовый месяц. С учетом того что дизайнер недавно купил частный девятиместный самолет за 6,5 миллиона долларов, можно было без труда летать из Нью-Йорка на Ямайку и обратно. Как и в Монтоке, чета Лорен расширит свои владения в Раунд-Хилл.

В 1996 г. «в поисках дополнительного пространства» Ральф и Рики решают купить вторую виллу, на этот раз на берегу в нескольких шагах от первой, если спускаться по холму. Это жилище под названием «Коттедж 26» было построено для очень известной в деловом мире фигуры: Уильяма Пейли, основателя CBS, гигантской телекоммуникационной компании. Как и в случае со своей двухуровневой квартирой в Нью-Йорке, расположенной в старинном доме, Ральф Лорен отчасти приобщается к престижу Пейли, покупая его дом в Раунд-Хилл. На этот раз не может быть и речи, чтобы захлопнуть двери перед носом у журналистов. На страницах Architectural Digest (AD для посвященных), эталонного журнала в области декора и интерьера, публикуется подготовленный в надлежащей форме фоторепортаж ²⁶.

Вспомним, что в середине 80-х годов на вопрос «Кто для вас служит образцом для подражания?» дизайнер после недолгого колебания и упоминания Джона Кеннеди ответил, что в конечном счете он равняется на себя самого. Поэтому не удивительно, что Раунд-Хилл, престижность которого отчасти связана с его прежним кумиром, недолго удовлетворял хозяина Polo Fashions.

И вот через несколько месяцев после инвестиций на Ямайке Лорен находит четкий ответ на свои сомнения. Он не получит идеального жилища, достойного его положения, купив дом, построенный учеником Фрэнка Ллойда Райта или переоборудовав виллу бывшего большого босса: ему придется создать его.

В Соединенных Штатах, возможно как ни в одной другой стране в мире, непомерно сильны традиции землевладения и любовь к нему. Название местечка Сан-Симеон, где медиамагнат Уильям Рэндольф Херст устроил свое поместье, известно каждому американцу так же хорошо, как поместье Элвиса Пресли Graceland или Neverland Майкла Джексона.

В 1982 г. Ральф Лорен идет на приступ собственной легенды и начинает скупать земли на юго-востоке штата Колорадо у подножия гор Сан-Хуан. В целом владение – самое обширное в этом районе Скалистых гор – простирается на 52 квадратных километра. Его дикие прерии, откуда открывается вид на заснеженные вершины, покрыты осинами, дубами, кедрами, ивами, тополями, желтыми соснами, можжевельником, они испещрены реками, в них обитают олени, вапити, рябчики, орлы и птицы, живущие в долинах. И на этот раз Лорен дает поместью имя по собственному выбору: свое имя. Это будет RRL (произносится как Double RL), что означает Ральф и Рики Лорен.

В центре этого пейзажа, от которого захватывает дух – поместье много раз служило фоном для рекламных кампаний марки Marlboro, – возвышается крытый загон, которому больше ста лет, предназначенный для защиты скота от снега, поскольку зимы здесь очень суровые. Лорен принимает решение сохранить этот призрак прошлого и отреставрировать его, не нарушая его аутентичности и налета времени. Тот же подход, сочетающий в себе сохранение и модернизацию, побуждает его демонтировать, переместить и сложить заново бревенчатую хижину, построенную в 90-х годах XIX века, чтобы она лучше смотрелась на месте, которое он находит более подходящим. Это деревянное строение, более старое, чем само владение, послужит моделью для построек в характерном исключительно для Запада США стиле, которые возведет супружеская пара и где разместятся члены семьи, расположатся кабинеты, кухни, гостевые комнаты; найдётся место и для скота.

Действительно, ранчо рассчитано на то, чтобы принять 700 голов скота, что, возможно, является одним из самых больших предметов гордости дизайнера. Подражание не ограничивается внешним обликом зданий. Например, проникая в The Lodge, главное шале, посетитель попадает в обстановку, словно привнесенную прямо из фильмов с Джоном Уэйном, Генри Фондой или Гэри Купером.

Ковры в стиле индейцев навахо, вдохновленные теми, что ткали в начале XX века, оленьи рога на стене[51], стол из отремонтированной двери и деревянных хомутов для бычьих упряжек, плетеные стулья и повсюду – вещи из коллекции для дома Ralph Lauren Home, выпущенной в 1983 г. На улице – достоверная имитация вигвамов, которые могут служить подсобными помещениями.

В 1985 г. редакция журнала Women’s Wear Daily предлагает снять полноценный фоторепортаж о поместье. За ним в 1998 г. последуют журналы Vanity Fair, Architectural Digest (в 2002 и 2016 г.), O, the Oprah Magazine, Elle Décoration, House & Garden (в 2002 и 2019 г.), не считая снятых о владении интервью. Последнее слово скажет сам Ральф Лорен в новом репортаже, опубликованном на этот раз в журнале своего бренда RL Mag. Говоря о своем ранчо, он заявляет: «Это место, созданное для того, чтобы прийти в себя».

Когда глядишь на многочисленные фотографии, сделанные в поместье, часто сеющие сомнения в душе читателя, словно листающего каталог коллекции Ralph Lauren Home, создается впечатление, что ты смотришь на американский Диснейленд. Подобно тому как он препарировал стиль преппи Новой Англии, слегка старомодную элегантность 20-х годов прошлого века, типично британскую надменность колониальной эпохи, Ральф Лорен взялся за новый миф, миф Дальнего Запада, и переосмыслил его. Было ли это талантливо? Безусловно. Искренне? Очевидно. Но нашел ли себя в этой затее человек, родившийся в Бронксе? Сомнительно. Во всяком случае, на этом пути он встретился со своими согражданами. Его признание в любви к дикой Америке, к образу жизни первопроходцев, к корням своей страны тронуло сердца миллионов американцев, так же как и он, мечтающих хотя бы минутку поиграть в ковбоев и их подруг.

В сущности, ситуация не отличается от ситуации Кокто в 1917 г., когда ему после долгих усилий удается уговорить Сергея Дягилева на постановку балета «Парад»[52]. Андре Жид в своих «Страницах из дневника» насмешливо сообщает: «Кокто прогуливается в кулисах, где я вижу его. Ему известно, что костюмы нарисовал Пикассо, музыку написал Сати, но он сомневается, не являются ли Пикассо и Сати частью его самого».

Пусть Ральф Лорен не создал ковбойскую шляпу, джинсы, кожаный ремень с выпуклой пряжкой, куртки с бахромой, а также сапоги на кубинском каблуке с высоким голенищем, но в глубине души он будто не совсем уверен в том, что не он придумал ковбоев.

Для завершения своей коллекции домов дизайнер делает в 1988 г. последнее приобретение, которое потребует серьезных работ (растянувшихся почти на три года), а также колоссальных вложений (около 64 миллионов долларов[53]). Особняк в Бедфорде, внушительное строение в английском стиле площадью 1500 квадратных метров, расположенное в штате Нью-Йорк в часе езды от Манхэттена, стоит посреди леса на участке в 100 гектаров. Купив поместье в Бедфорде, Лорен возобновляет прежние попытки присвоить себе часть истории своей страны, уроженцами которой его предки не являлись, а также престиж прежних владельцев.

Дом строился начиная с 1919 г. архитектурным бюро Delani & Aldrich, тем самым, которое стояло у истоков легендарного пентхауса Конде Наста в доме № 1040 на Парк-авеню. Эта преемственность не могла не соблазнить жаждущего признания дизайнера. По окончании работ супруги, верные традиции, устраивают презентацию для прессы. Каков сан, таков и почет, и вновь первенство отдано журналу Architectural Digest – изданию холдинга Конде Наста . На 24 страницах, посвященных поместью, читатели, несомненно восхищенные идеальным сочетанием стилей и эпох, могут увидеть на стене, как будто посвященной семье Лоренов, вперемешку со снимками, на которых они узнают Эндрю, Дэвида и Дилан[54], менее ожидаемые портреты Кэри Гранта, Гэри Купера, («друга») Синатры, Хамфри Богарта, Кэтрин Хепберн, Марлона Брандо, Джеймса Дина, Стива Маккуина, Джина Келли, Джона, Джеки и Роберта Кеннеди.

Ральф Лорен, сфотографированный в 1977 г. в Ист-Хэмптоне

Последним штрихом в попытке отождествить себя с семейством Лэрраби станет великолепный офис, оборудованный в башне на Мэдисон-авеню в доме № 650 между 59-й и 60-й улицами. Штаб-квартира бренда, общей площадью превышающая 18 500 квадратных метров, занимает около половины из 27 этажей здания, расположенного в двух шагах от легендарного отеля Pierre или от не менее знаменитого отеля Plaza. Но у этой мечты о славе и влиянии есть цена: больше 30 миллионов долларов[55] в год . Срок аренды истек в 2024 г. Будет ли он продлен? Теперь, когда Ральф Лорен уже не президент компании, можно сомневаться в том, что новая команда управленцев заплатит за мечту дизайнера ту же цену.