Итак, вопрос лояльности с Дублином решён. Переговоры продолжаются. В ходе переговорного процесса, растянувшегося со второй половины 860-х годов до 873 года, корабли Гейрмунда и его людей курсировали между Ирландией и Исландией. Переговоры с Эйвиндом с востока и его господами, Олавом Белым и Иваром, велись во время пребывания в Ирландии. Многое свидетельствует в пользу того, что наши герои продолжали торговать с их преемниками, поскольку те располагали большими флотилиями. Поговорка гласит, что королю нужна слава, а не долгая жизнь. Править Дублином тяжело, пощады нет никому: Бард (ум. 881), Сигфред (ум. 888), Сигтригг (ум. 896), Глуниарнн (ум. 896). У Гейрмунда и его людей хватало товаров, и они поставляли их до падения Дублина в 902 году. Проще говоря, обмен товарами заключался в том, что Гейрмунд и его люди поставляли сырьё и переработанные товары для морской культуры на побережье Ирландского моря, а в обмен получали самый дорогой товар, имевшийся в распоряжении Дублина.

Рабство представляло собой экономический институт.[357] Оно поддерживалось соотношением таких факторов, как наличие земли, рабочей силы и капитала. Если ресурсов достаточно, количество земли неограниченно, а расходы относительно низки, то работники будут стараться работать на себя, и рабочей силы не будет хватать.[358] Именно так дело обстояло в Исландии во время заселения острова. Таким образом, стоимость рабочей силы возрастает, поэтому использование принудительного труда, то есть рабства, служило единственным выходом для людей вроде Гейрмунда Чёрная Кожа.

В топонимических документах XX века указано, что судоходный путь ко всем островам, которые принадлежали главной усадьбе Гейрмунда, Скарду, составлял 80 километров в одну сторону (níu vikur sjávar). Это упоминается в связи с расчётами необходимой рабочей силы для сбора гагачьего пуха на этих островах.[359] Здесь речь идёт лишь о ближайших к главной усадьбе Гейрмунда территориях, а не об огромных землях у мыса Дагвердарнес, на Бардастрёнде и в Северо-Западной Исландии.

Учёные уже давно поняли, что центрам поселенцев на первых порах наверняка требовалось много рабочей силы. Один исследователь, к примеру, ссылается на то, что в более поздние времена исландские священники жаловались на нехватку людей для возделывания принадлежащих церкви земель.[360] Это произошло из-за того, что церковь с удовольствием брала на себя управление главными усадьбами, а также принадлежавшими им землями, однако уже в XII веке рабство в Исландии пришло в упадок.[361] Там уже недостаёт работников, чтобы поддерживать хозяйства первопоселенцев на прежнем уровне.

Говорили, что раб не может владеть никаким имуществом, наследовать имущество или оставлять имущество после себя[362].[363] В Исландии это верно лишь наполовину. Поскольку первые писцы не горели большим желанием рассказывать о рабстве прежних времён, то представленные Агнаром Хельгасоном в 2000-х годах результаты генетических исследований нельзя назвать иначе, чем небольшой сенсацией. Оказалось, что рабы могли оставить после себя по крайней мере одну вещь, а именно свои гены. Изучение ДНК показало, что около 80 процентов мужчин-первопоселенцев имели скандинавское происхождение, а вот больше половины женщин-первопоселенцев (62,5 процента) прибыли с Британских островов. Их родиной, скорее всего, были Ирландия и Шотландия, заселённые кельтскими народами.[364]

Эти выводы радуют нас прежде всего тем, что они прекрасно сочетаются с историей, которую мы пытаемся раскопать.