На дворе 870 год. Верховный король Аэд Финдлиат в 868 году одержал историческую победу над королём Флайнном из Бреги, королевства, граничащего с Дублином на севере. Всё указывает на то, что после победы Аэд сделал королём Бреги одного из своих людей — Маэлсехнайлла мак Нейлла.[350] Таким образом, Аэд поставил своего человека на границе с Дублином. Кроме того, Аэд убил сына Олава.

Распри между Дублином и соседним королевством на севере (Брега) не были чем-то особенным в 870 году.[351] Но именно в 870 году месть казалась слаще, чем мёд, и Дублину очень хотелось избавиться от короля Бреги. Жажда мести Олава безгранична.

Или же это просто-напросто страх?

Лидер, которому угрожают, постоянно должен играть мускулами?

Между владыками Дублина происходит раскол.[352] Ивар убыл, и никто не мог сказать, когда он вернётся. Все союзы распались. Олав Белый остался в одиночестве. Он пытается рассуждать трезво. Нападение на Брегу может дорого ему обойтись. Верховный король, Кьярвал и многие другие способны выставить против него объединённое войско. Он может потерять всё. В такой ситуации Олаву Белому приходит в голову одна идея. Он вспоминает об охотниках, которые поставляют товары на верфь Эйвинда с востока, ведь когда всё трещит по швам, надо пересчитать своих друзей. Олав задаётся вопросом: на какой стороне находятся этот косоглазый Ульв и тот чёрный викинг? Ведь Ульв женат на женщине из семьи Кьярвала, этого бесчестного пса, который теперь лижет ноги верховному королю Аэду. Не попытаются ли и эти люди нанести ему удар в спину?

Возможно, именно в неопределённости заключается сила? Ульву и Гейрмунду благоволит Кьярвал. Никто не может с точностью сказать, какую сторону они выберут!

А это предоставляет широкие возможности.

Олав Белый живёт во времена, когда предательство и тайное убийство вполне обыденны.[353] Принимая это во внимание, понятна следующая идея Олава: зять с востока легко может выдать себя за друга и союзника Кьярвала и Аэда, а значит, он способен подобраться вплотную к королю Бреги и убить его. Людям надо дать задание, и после его выполнения ни у кого не останется сомнений в том, какую сторону они выбрали.

Анналы рассказывают, что Маэлсехнайлл был убит из-за измены или предательства (per dolum). Его убил мужчина по имени Ульв, имевший связи с Дублином.[354] Мы просто обязаны попытаться представить себе это судьбоносное происшествие:

Олав вызывает к себе Ульва Хёгнасона. У нас есть основания полагать, что побратим Ульва Косого стоял с ним плечом к плечу во время этих испытаний. Юношам надлежит навестить короля Бреги и сделать вид, что они готовы подсказать ему, как одолеть дублинское королевство. Ульв Косой должен сослаться на свои связи с семьями Эйвинда с востока и Кьярвала — вполне вероятно, ирландцы в Бреге о них знали.

Однажды вечером косоглазый и чёрный седлают коней и скачут на север, в Брегу. С ними едет переводчик из Дублина. Они отправляют переводчика вперёд, чтобы он вызвал короля Маэла. Юноши хотят говорить с королём наедине лишь в присутствии переводчика. Встреча должна быть совершенно секретной. Охрана Маэла обыскивает их, но им удаётся пронести с собой маленький нож. Один из них быстрым движением перерезает королю горло.

В Бреге смеркается. Ульв Косой и Гейрмунд прощаются с охранниками.

Они стремглав мчатся обратно в Дублин.

* * *

Вероятно, Ульву и Гейрмунду не оставили выбора: они находились в экономической зависимости от дублинских королей и должны были выказывать лояльность. Описанное происшествие также знаменует разрыв между братьями Хамундом и Гейрмундом: с той поры Хамунд больше не принимает участие в освоении Исландии вместе с Гейрмундом. Прядь о Гейрмунде рассказывает, что Хомунд принял сторону своего побратима Хельги Тощего, когда Харальд захватил власть в Норвегии (после 872-го). Скорее всего, это недалеко от истины. Хельги Тощий находится под защитой деда, Кьярвала. Кьярвал умирает в 888 году, после его смерти побратимам приходится покинуть Ирландию. Хельги Тощий и Хомунд довольно поздно перебираются в Исландию. Говорят, что, когда эти двое обосновались во фьорде Эйяфьёрд на севере Исландии, большая часть земель на острове уже была занята. По времени это совпадает с датой смерти Кьярвала.

На основе ирландских анналов удаётся чётко идентифицировать лишь немногих скандинавов. Если то, к чему мы пришли, верно, то оно имеет ряд последствий.[355] Мы вплотную приблизились к теме, о которой уже давно спорят исследователи: идентификация викингов, которых ирландцы называют Finngaill и Dubgail, то есть светлые и тёмные чужаки. Некоторые учёные считают, что эти термины обозначают, соответственно, норвежцев и данов. Исходя из контекста, Ульв был посланцем Дублина, поскольку другие скандинавские центры власти вряд ли интересовал захват Бреги. В двух рассказах этого Ульва называют также Dubgall, то есть чёрный чужак (мн. ч. Dubgaill), а в третьем его называют даном. Последнее может основываться на том, что король Ивар был из данов, поэтому всех его сторонников в Дублине вполне могли называть данами. Авторы анналов часто путают данов и норвежцев, и приходится сильно сомневаться, что ирландцы в IX веке умели их чётко различать.

В войсках Дублинского королевства должны были служить и норвежцы, и даны. Это подтверждает предположение, что термины Finngaill и Dubgail, скорее, относятся к определённым политическим кругам викингов, а не к различным этническим группам, иными словами, термин определяет, к какому центру власти относится тот или иной человек. В таком случае, Dubh-gall был человеком, подчинявшимся Dubh-linn.[356]

Во-вторых, в случае нашей правоты мы получаем подтверждение местоположения базы Ульва Косого и Гейрмунда Чёрная Кожа в Ирландии и, соответственно, того, что первые экспедиции в Исландию были профинансированы дублинскими королями.

Какое место в этом раскладе занимал Эйвинд с востока, остаётся большой загадкой. Мог ли он демонстрировать преданность Кьярвалу и одновременно строить корабли для Олава и Ивара? Возможно, он занимался своей наиважнейшей работой на некой нейтральной полосе между центрами власти, и его труд представлялся обеим сторонам настолько важным, что ни одна из них не решалась поставить вопрос о лояльности от страха, что он выберет противоположную сторону?