Место действия: столичная звездная система HD 32752, созвездие «Орион».

Национальное название: «Южный Урал» — сектор контроля Российской Империи.

Нынешний статус: не определен.

Точка пространства: планета Нургуш-4.

Дата: 29 июля 2215 года.

— Так и что же мы скажем моему брату? Что убежали, не заплатив за ужин? — слегка запыхавшись, весело засмеялась Таисия Константиновна, когда мы остановились в одном из безлюдных переулков.

— Завтра с утра, когда мне все же удастся разменять эти проклятые бриллиантовые империалы, я зайду в таверну и рассчитаюсь с этим человеком, — ответил я, поправляя одежду, которая сбилась во время нашего стремительного бегства. — Он хоть и хам, и проныра, который хотел на нас нажиться, но долги возвращать нужно даже таким.

Мы все пятеро беглецов стояли сейчас в паре кварталов от места нашего «преступления» и пытались отдышаться. К счастью, погони за нами, похоже, не было, а может, она просто сильно отстала. Иван Небаба и Бритва держались на почтительном расстоянии от княжны, а Пападакис продолжал сокрушаться об упущенных возможностях.

— Долг — это, конечно, святое, — раздался вдруг хриплый голос из темноты ближайшей подворотни, заставивший меня и остальных мгновенно насторожиться. — Вот, например, появились на Нургуше сегодня чужаки и стали вести себя как им заблагорассудится. Захотели — и в один миг уничтожили чужой корабль, совершенно не заботясь о том, что это чья-то собственность.

Из тени вышла целая группа устрашающего вида людей во главе с худым, словно высушенная палка, человеком с выпученными глазами и кривыми зубами. В отблесках уличных фонарей его фигура производила жутковатое впечатление. За ним маячила женщина с неимоверно большой растрепанной шевелюрой, и еще около двадцати крепких мужиков самого что ни на есть бандитского вида.

— Господин Краб, если я правильно понимаю? — сразу догадался я, вспомнив, что Боб упоминал хозяина уничтоженного корабля именно под этим прозвищем, и действительно, внешность человека чем-то напоминала ракообразное существо.

— Что это за страшилище? — Таисия удивленно посмотрела на меня, отступая на полшага назад.

— Послушай меня, сучка, — взвизгнула дама с необъятной шевелюрой, — может, ты и смазливая, как фарфоровая кукла, но это не дает тебе право оскорблять моего мужчину!

— Это тот самый господин, чей корабль я уничтожил на верфи Боба, — быстро пояснил я княжне, не сводя глаз с потенциальных противников. — И, кажется, ему это не понравилось.

Затем я обратился к бандиту:

— Послушайте, уважаемый, я думал, что между нами не возникнет трений, после того как возместил вам убытки в двойном размере. Разве Боб не передал вам те два бриллиантовых империала, которые предназначались как раз для этой цели?

— Конечно, я забрал эти деньги, — хмыкнул Краб, — я же не дурак…

— Тогда я не понимаю, в чем проблема?

— Проблема в том, что моральный ущерб оказался гораздо больше материального, — оскалился главарь бандитов. — Ты унизил меня перед моими людьми и конкурирующими кланами. Все они видели, как какой-то залетный хлыщ в офицерском мундире вмиг превратил лучший корабль моей флотилии в груду металлолома.

За его спиной расплылась в улыбке пышноволосая дама, явно наслаждаясь происходящим.

— Куда тебе столько денег? — спросил я, понимая, что простым разговором дело не ограничится. — Ты ведь можешь купить на них полдюжины таких же развалюх, подобных той, от которой я очистил эллинг.

— Скажу еще больше, — продолжал Краб, словно не услышав моего комментария, — мне и этих денег мало, слишком велика обида, нанесенная моей чувствительной психике. Поэтому сейчас мы вернемся на твой корабль, войдем туда, и ты отдашь мне все остальные империалы, которых, видимо, у тебя в достатке…

— Ты даже не представляешь, сколько, — усмехнулся я, — но боюсь, что ты их не получишь.

— Это очень скоро станет ясно, — хмыкнул главарь бандитов и дал знак своим людям.

В тот же миг человек пятнадцать из его банды рванулись в нашу сторону. К сожалению, когда мы собирались на прогулку по городу, я предпочел оставить оружие на корабле, чтобы не привлекать лишнего внимания. Теперь об этом решении приходилось горько жалеть.

Мне пришлось встретить нападавших голыми руками. Годы тренировок не прошли даром — первые двое бандитов растянулись на пыльной земле с окровавленными физиономиями. Третьему, подскочившему ко мне, досталось еще больше — я буквально вколотил его нос в лицо ударом головы. Несмотря на отсутствие «ратника», каждый мой удар был настолько мощным и точным, что нападавшие буквально разлетались в разные стороны.

Рядом отчаянно отбивались Иван Небаба и Бритва. Штурмовики, хоть и без привычной защиты бронескафов, демонстрировали отличные навыки уличной драки. Айк Пападакис ползал между ногами дерущихся, визжа и отпинывая тянущиеся к нему руки бандитов.

Таисия Константиновна, которую, похоже, сильно задело обращение к ней волосатой дамы, сбила с ног одного из верзил и, подлетев к подружке Краба, вцепилась той в пышную шевелюру. С силой и яростью, неожиданной для ее статуса, княжна таскала несчастную по пыльной дороге, крича: — Кого ты назвала сучкой? Ты что, змея, не видишь, кто перед тобой стоит⁈

Краб, увидев, как непочтительно обходятся с его избранницей, попытался вступиться за нее, но тут же получил удар кулаком в нос от разъяренной княжны-регента. Таисия прекрасно владела своим телом, и для защиты ей доспехи были не так уж и нужны. Главарь отлетел в сторону с окровавленным лицом, а Тася продолжила таскать за волосы свою обидчицу.

Однако численный перевес был слишком велик. К тому же у бандитов в руках очень скоро появились кастеты и дубинки. Иван Небаба и Бритва стали первыми жертвами нечестной драки — штурмовиков сбили с ног и стали методично избивать. Пападакис попытался сбежать с места схватки, но его коротенькие ножки не позволили развить нужную скорость, и толстяка схватили за шиворот.

Я продолжал отчаянно обороняться, валя на землю одного за другим своих противников. Бандиты уже начали отступать, испугавшись моего натиска, но неожиданно все переменилось. Услышав отчаянный крик Таисии, я обернулся и замер. Краб, оправившись от удара, подобрался к княжне со спины, когда та увлеченно расправлялась с его подругой, и приставил нож к ее горлу.

— Не делай этого, приятель, — произнес я, медленно поднимая руки. — Я все понял и готов отдать тебе деньги, которые хранятся на моем корабле.

— Давно бы так, — оскалился Краб, продолжая держать Таисию Константиновну в качестве заложницы. — Взять его!

Я уже не сопротивлялся, когда бандиты скрутили мне руки за спиной и связали запястья грубой веревкой. В этой дыре даже магнитных наручников не было! То же самое сделали с остальными моими спутниками, затем всех пятерых погрузили в старый обшарпанный флайкар. Вскоре целая кавалькада таких же неприглядного вида транспортных средств, заполненных непонятно откуда взявшимися еще в большем количестве людьми Краба, помчалась прочь из Бекон-сити в направлении старой верфи Боба.

— Сходили, развеялись, — недовольно пробурчал Айк, лежа рядом со мной на металлическом полу флайкара. — Теперь-то мне можно выпить, господин адмирал? Ситуация, кажется, позволяет.

— Ситуация, как раз, требует ясной головы, Пападакис, — ответил я, пытаясь незаметно ослабить веревки на запястьях. — Так что — нет нельзя. Впрочем, у тебя даже такой возможности-то и нет…

— Какой странный договор, где обязанности есть только у меня, — тяжело вздохнул капитан и погрузился в мрачное молчание.

Через полчаса огромный кортеж из наверное двадцати или более флайкаров прибыл в расположение ангаров полуразрушенной верфи. Боб, растерянный и трясущийся от страха перед Крабом и его людьми, встречал нас с натянутой жалкой улыбкой на лице. Главный бандюган тут же наградил мастера пинком, но тот успел приблизиться ко мне и прошептать: — Несмотря на то, что ракообразный запретил мне продолжать работу, я успел кое-что сделать… Многое из того, о чем мы договаривались, не готово, но внешний вид корабля изменен существенно. Вряд ли в вашем корабле кто-либо теперь разглядит боевой крейсер…

— Где моя команда? — быстро спросил я, пока нас не разделили.

— Они заперлись внутри, когда увидели приближающиеся флайкары, — ответил Боб, но его тут же оттолкнул один из бандитов.

— Пошел прочь, нечего вам шептаться!

— Крабик, я желаю взять себе этот крейсер, — жеманно пропищала пассия главаря, с жадностью разглядывая «2525».

— Совсем спятила? — рявкнул Краб.

— Ну, котенок!

— Сколько раз я просил меня так не называть при людях, — прикрикнул на нее Краб. — Насчет корабля, даже не проси. Этот боевой крейсер настолько хорош, пусть и переделан сейчас в обычный грузовик, что я сделаю его флагманом своей флотилии. Имея такой корабль, мы станем настоящими хозяевами этой звездной системы!

Затем он повернулся ко мне и Таисии: — А ну открывайте двери и предупредите своих людей, чтобы были гостеприимными, иначе ваши головы украсят мою с Эллочкой спальню!

— О, Элеонора, прекрасное имя, — неожиданно оживился Айк, пытаясь очаровать подругу сердца Краба. — Как и его обладательница…

— Не Элеонора, а Эльвира, — пропищала кудрявая кокетка, — но все равно, мерси…

Нас с Таисией подвели по мостику к закрытому шлюзу центральной палубы, и тот неожиданно распахнулся сам. Внутри гостей встречали лейтенант Рубан, хмуро смотрящий на бандитов, маленький император Иван Константинович, неожиданно широко и приветливо улыбающийся, и старик Густав Адольфович Гинце, который вообще казался отрешенным от происходящего.

— Я вижу, вы с гостями, — улыбнулся мальчик. — Прошу на борт, господа и дамы!

— Вот, учитесь у молодежи, — хмыкнул Краб, опережая остальных и проходя внутрь. — А то распускаете руки и сопротивляетесь. Нужно быть добрее…

— Где вы храните империалы, мой малыш? — нежно потрепала по щеке Ивана Эльвира, предварительно положив руку на рукоять своего ножа.

Маленькому императору не нужно было долго объяснять причину происходящего — связанные руки моих спутников и моя собственная недвусмысленно говорили о многом. И, конечно, вся эта орава из полусотни головорезов вломилась на крейсер не из простого любопытства, а в надежде поживиться. Но, судя по спокойному виду мальчика, он уже был готов к такому развитию событий.

— Конечно, мы покажем вам наше скромное состояние, — кивнул Иван Константинович с не по годам серьезным выражением лица. — Лейтенант Рубан, будьте добры, распорядитесь.

Рубан, бросив на меня быстрый вопросительный взгляд и получив мой едва заметный кивок, удалился. Через несколько минут в отсек вошли двое штурмовиков, с трудом неся огромный поднос. На нем сверкала и переливалась целая гора бриллиантовых империалов — богатство, которое могло заставить замереть от восхищения даже самого искушенного человека.

Как только это зрелище предстало перед Крабом, его Эльвирой и остальными бандитами, они буквально потеряли дар речи. Таких сокровищ эти люди не только никогда не видели — они даже не представляли, что в Российской Империи в свободном обращении у кого-то на руках существует столько драгоценных монет такого номинала. В одно мгновение ножи, приставленные к горлам заложников, опустились, а их владельцы потянулись к россыпям сокровищ.

Я сразу понял замысел юного императора. Пока бандиты, включая Краба, были заняты дележом добычи, начав отчаянно драться между собой за империалы, лейтенант Рубан незаметно приблизился ко мне и разрезал веревки на моих запястьях. Воспользовавшись всеобщей суматохой, я быстро освободил и Таисию.

— Где наши доспехи? — шепнул я Рубану.

— Уже несут, — кивнул тот.

Через мгновение в отсек вбежали двое штурмовиков, неся бронескафы. Увидев их, я и Таисия не стали терять ни секунды. Пока бандиты продолжали отчаянно драться за сокровища, мы быстро облачились в «ратники».

— Брать всех живьем, — скомандовал я, когда доспехи полностью активировались.

Бандиты, опомнившись, попытались оказать сопротивление, но было уже поздно. Облаченные в бронескафы, мы с княжной и еще около полувзвода космопехов крейсера, вынырнувшие из смежного коридора, легко обезвредили все это хулиганье, включая Краба и его Эльвиру.

Я с улыбкой посмотрел на маленького императора. — Отличный план, Ваше Величество.

— Я видел нечто подобное в одном историческом сериале, — скромно ответил мальчик. — Правда, там использовали не империалы, а простое золото, и дело происходило не на космическом корабле, а в средневековом замке…

— Что нам делать с этими негодяями? — спросил Гинце, который, видимо, уже пришел в себя после пережитого шока. — Они должны быть наказаны! Это оскорбление высокой особы императора!

— А мне было даже весело, — улыбнулся Иван Константинович, поправляя слегка растрепавшиеся волосы. — Я не возражаю, адмирал, если вы отпустите этих неряшливо одетых людей. Только перед этим хорошенько проверьте их карманы, а то нам снова достанется от господина министра финансов…

— Вот это правильно, — кивнул старик Гинце, следуя за императором из отсека.

Наши штурмовики быстро выполнили распоряжение. Бандитов обыскали, изъяв все похищенные империалы, и вышвырнули на стыковочную площадку. Последним покидал корабль Краб, который, несмотря на поражение, смотрел на меня с нескрываемой ненавистью.

— Мы еще встретимся, адмирал, — процедил он сквозь зубы.

— Надеюсь, что нет, — ответил я, прежде чем шлюз закрылся.

— Чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, готовимся покинуть планету, — обратился я к Рубану. — Тем более что основные изменения в конфигурации корпуса Боб нам уже сделал. Переидентифицировать корабль мы все равно в этих кустарных условиях не сможем, а внешне в «2525» вряд ли кто-либо узнает гарнизонный крейсер… Рассчитайтесь с мастерами за работу. Взлетаем через двадцать минут.

Снаружи кто-то отчаянно затарабанил по обшивке.

— Опять просят добавки, — нахмурился я, имея в виду Краба и его команду. — Иван Небаба, Бритва, наденьте доспехи и проучите этих барабанщиков, чтобы другим неповадно было.

Штурмовики обрадовались возможности поквитаться со своими обидчиками и уже было побежали к оружейной, но Рубан остановил их.

— Господин контр-адмирал, — обратился ко мне лейтенант, связываясь с мостиком и запрашивая информацию с внешних камер, — к нам стучится не Краб. Он и его люди давно скрылись на своих флайкарах. Это толстяк Боб бьет чем-то тяжелым по обшивке…

— Продолжает видоизменять корпус, — пошутил Пападакис, с облегчением растирая освобожденные от веревок запястья. — Видимо, так много получил империалов…

— Откройте двери, — распорядился я.

— Ребята, возьмите меня с собой, — взмолился Боб, буквально вваливаясь внутрь корабля. — Краб обязательно вернется и отомстит. После всего, что случилось, я покойник.

— Ты такой же ворчливый, как и Айк, это большой минус, — задумчиво произнес я, разглядывая запыхавшегося толстяка. — Но руки у тебя золотые, это несомненный плюс… Ваше Высочество, — я повернулся к Таисии, которая уже успела снять свой бронескаф, — вы не возражаете, если ворчунов на корабле прибавится?

— Мне с ними беседы не вести, — хмыкнула княжна, высокомерно вздернув носик, — делайте, как считаете нужным, контр-адмирал.

— Что ж, старина Боб, добро пожаловать на борт, — улыбнулся я, довольный тем, что в нашем экипаже появился профессиональный техник, который всегда пригодится в долгом путешествии по просторам Империи. — Только умоляю, давайте побыстрей уберемся из этой системы, иначе…

— У Краба на орбите одного из спутников целая эскадра пиратских кораблей, — затараторил толстяк. — Если мы не поторопимся, то…

— Взлетаем немедленно, — скомандовал я, активируя внутреннюю связь. — Всем приготовиться к старту. У нас новый член экипажа и старые проблемы. Курс — за пределы системы, максимальное ускорение, как только выйдем из атмосферы. Пападакис, проверь все системы маскировки. Рубан, полная боевая готовность на случай встречи с эскадрой Краба.

Крейсер задрожал, готовясь подняться в небо. Новая глава нашего опасного путешествия начиналась, и я уже чувствовал, что она не будет скучной. Ведь охота за императором никто не отменял…