Марта

Когда я вернулась с обеда, Нолорано уже не было в кабинете. Он так и не появился до конца дня, и все оставшиеся дела мне пришлось выполнять самой. Единственное, я не могла подписать чек — его я положила прямо на графский стол.

Конечно, я бегло посмотрела, что там еще лежало — все-таки Нолорано подозревался мною в серьезных преступлениях. Но ничего интересного не обнаружила: книги на незнакомых языках, несколько из них было на адарском, те же «Артефакты Первого народа» от Катрин Эленойской. Поверх финансовых отчетов аккуратно лежал отпечатанный на машинке доклад «Охранная магия Драгониера и ее применение» аспирантки Сангийской Академии Этны Фрилс.

«Сангия? Это же где-то за морем», — подумала я.

Когда наклонилась к столу, чтобы проверить выдвижные ящики, с грохотом распахнулась дверь, и в комнату ввалился Джон.

Он уселся на кожаный диван для посетителей, который казался просто игрушечным под его огромным телом, и с деловым видом закинул ногу на ногу.

Я кашлянула и выпрямилась.

— Вот, чек на подпись положила, — пролепетала я, помахав для вида бумажкой.

А затем быстро вернулась к своей конторке и притихла. Остаток дня я старалась быть не особо заметной.

Как оказалось, Нолорано не преувеличивал, когда говорил, что за пределами фабрики меня будет сопровождать Джон. И правда, куда бы я ни пошла — в крыло, где был кабинет господина Вофе, в Цех Развития, либо даже просто погулять в парке — рядом со мной следовал неизменный слуга.

Перед ужином я успела немного почитать ту книгу, что дал мне доктор. И теперь понимала, какую вилку следует взять для жаркого, а какую для рыбы. Зачем все эти бесконечные бокалы, чем есть десерт, как держать локти и другие полезные вещи. Так что сегодня я надеялась, если не взять реванш, но уж точно не дать повода для новых насмешек.

Но, как выяснилось, надежды были напрасны. Сразу, как только я переступила порог гостиной, граф прошелся скептическим взглядом от макушки до кончиков пальцев. И скривился.

Сам же, как и всегда, был в строгом костюме и идеально причесанный. По нему и не скажешь, что целый день он тяжело работал — ни капли усталости во взгляде, только надменность и ехидная злость.

«И что же опять не так, — подумалось мне. — Даже не опоздала!»

Пожав плечами, я спокойно уселась на свое место и потянулась к столовым приборам, граф последовал моему примеру.

— У вас только одно платье, мисс Гроуэл? — спросил он, когда Фрэнк уже разложил рыбу с нежным пюре и зеленым горошком по нашим тарелкам.

Я поперхнулась.

Честно говоря, у меня была еще шерстяная юбка и блуза, которые я носила в холодную погоду. Не везти же мне, в самом деле, было с собой целый гардероб из Праты. Да, и не было особо того гардероба.

А что ему вообще не нравится? Я внимательно осмотрела платье — приятного зеленого цвета, из мягкой уютной ткани. Конечно, вчера я тоже была в нем, да и на работе весь день тоже.

Дурно пахнет? Я незаметно втянула воздух. Нет, все хорошо, никакого запаха. Граф скривился так, словно ел лимон, а не нежную рыбу в сливочном соусе.

— В конце следующей недели будет поездка в Нордши, — проговорил он, — воспользуйтесь ей, чтобы обновить гардероб.

Последнее звучало как: «Поешьте пирожных». Как когда-то сказал один глупый герцог перед бунтом. Чтобы купить, нужны деньги.

— Покупка нового платья, господин Нолорано, планировалась как раз в следующем месяце, — скромно ответила я. — И не припомню, чтобы вы озвучивали мне подобные условия при приеме на работу.

Граф усмехнулся и, сделав глоток из бокала, произнес:

— Надеюсь, вы не собираетесь обвинять меня в излишнем деспотизме по примеру нашего дорогого доктора? Как моему секретарю, вам положено иметь хотя бы несколько разных платьев для работы и ужинов. Я велю Фрэнку завтра выдать вам аванс. Будьте так любезны, купить все необходимое. А пока сходите к Трудэ, она выделит вам что-то для работы, подходящее по размеру.

Да уж, Трудэ мне с удовольствием что-нибудь выделит… я уже представила, как буду сидеть в роскошном кабинете графа в синем рабочем комбинезоне и косынке.

С нервов я в одно мгновение умяла всю рыбу; настолько быстро, что не поняла, заметил ли Нолорано, как улучшилось мое знание этикета. Хотя не уверена, что это было бы оценено по достоинству. После нашего странного с ним диалога, он уткнулся в газету и не поднимал головы. Весь вечер прошел в молчании.

Хотя мне тоже было не до разговоров. После первого рабочего дня у меня до сих пор подергивались руки, и слышать голос графа было слишком мучительно.

Все о чем я мечтала, это залезть в теплую ванну, смыть с себя страх и унижение прошедшего дня, а потом лечь спать.

Так, я и поступила, и уже сладко спала в своей постели, пока среди ночи меня не разбудил чей-то душераздирающий крик.

В холодном поту я подскочила с кровати, но в комнате было тихо. Кричали из парка.

Я долго стояла у окна, но не увидела ничего подозрительного — на небе висела подернутая легкой дымкой луна, ветер качал пышные кроны деревьев. Все как обычно.

Когда я уже, было, собралась вернуться в теплую постель, откуда-то справа прогрохотал выстрел.

Да, что там такое происходит⁈ — я открыла окно.

И вновь, успокаивая разбушевавшееся сердце, долго стояла, не отводя взгляда от ночного парка, пока не заметила, как краешек неба на востоке побледнел. Сон окончательно пропал. Развеялся в прохладном ветре, полным запахов душистых трав.

А что если, внезапная мысль вдохновила меня, я могу выбраться из замка и обследовать сад? Посмотрю, что там дальше по той дороге, куда Нолорано тащил девушку.

Я выглянула в коридор — тюремщика-слуги не было, а путь на волю был свободен. Что же значит, по ночам он не столь бдителен? Этим можно будет воспользоваться в дальнейшем.

Боясь спугнуть свою удачу, я быстро оделась и выбежала в коридор. Для вида немного постояла у покоев графа. Но оттуда не доносилось ни звука. Спит?

Если бы дверь в тот момент открылась, то я бы сказала, что жутко испугалась выстрела. Но никто не вышел. Вокруг стояла тишина.

Увидев, что рядом никого нет, я выскользнула из коридора в холодную мрачную галерею. Она все никак не хотела кончаться, и мне казалось из-за сгустившихся теней, что возле каждого поворота меня поджидает чудовище. Я ускорила шаг, почти побежала. Нырнув в одно из боковых ответвлений, оказалась, наконец, перед винтовой лестницей, спустившись по которой можно было попасть в парк.

Но как только шагнула вперед, то откуда-то снизу послышался голос Нолорано:

— Ты проверил крепления?

Как же не вовремя! Нужно куда-то спрятаться. Привыкшие к полумраку глаза разглядели небольшую нишу за лестницей, в ней-то я и притаилась. Убирались в нише очень давно, а, может, даже и никогда. Рукой я задела паутину, и зацепила что-то тяжелое. Замерла, не смея дышать, вдруг мою возню услышали. Старый фонарь.

— Хорошо, — бросил граф своему невидимому собеседнику, — Тогда, ступай и найди Фрэнка. Он в северном крыле. Пусть возвращается в лабораторию. — Выглянув, я увидела удаляющуюся спину графа, за ним следовал Джон, ссутулившись и загребая руками.

Подождав, когда шаги затихнут, я выбралась из своего укрытия и нырнула на лестницу, прихватив фонарь. Пригодится в поисках. В кои-то веки встреча с графом оказалась полезной.

* * *

Марта

Когда я вышла в парк, было уже достаточно светло, и я сразу же направилась по той дорожке, на которой вчера видела графа. Утренняя прохлада окутала меня, а воздух, хранивший запах дождя, наполнил легкие.

Через некоторое время выложенная щербленным камнем дорожка превратилась в слабо различимую тропу, а парк стал еще больше напоминать лес.

Древние дубы и липы молчали, вокруг стояла та обычная мертвая тишина за час до рассвета, а побелевшее небо ждало, пока поднимется солнце и зальет все вокруг золотистыми лучами.

Я все шла и шла, а дорожка и не думала кончаться. У меня появились сомнения, а сюда ли граф и слуга тогда несли девушку? Может быть, они свернули на какую-то незамеченную мной боковую тропку.

Когда показалась темная стена ограды, я остановилась в замешательстве. Но вдруг слева, среди густой растительности, разглядела очертания небольшого домика.

По заросшей тропинке, промочив ноги, я добежала до двери. И замерла в нерешительности, раздумывая, стоит ли входить. Трава возле порога была примята, значит, недавно здесь были люди, а окна наглухо закрыты ставнями.

Да, чего мне боятся! Граф и его прихвостни в замке. Следовательно, у меня есть немного времени разобраться, что случилось с той девушкой. И зачем ее принесли сюда.

Так я найду доказательство вины графа и смогу его предъявить газетчикам и полиции!

Сжимая в руке фонарь, я решительно распахнула дверь. Внутри было темно. Тусклый предутренний свет пробежался по комнате, выдернув из темноты странное сооружение возле дальней стены, похожее на большую клетку с толстыми прутьями. Слева послышался шум, и я повернулась, выставив фонарь, как щит.

От стены отделился человек и угрожающе двинулся в мою сторону. Отшатнувшись, я узнала в перекошенном от ярости незнакомце доктора.

— Доктор Рэдклиф, — воскликнула я, прежде чем трость, зажатая в его руке, опустилась мне на голову.

— Пресветлая Мика, — проговорил доктор, в последний момент отводя удар, — Мисс Гроуэл, что вы здесь делаете? Прошу простить меня, я подумал, что вы…

— Что я…? — протянула я, не решаясь подойти ближе.

Его лицо все еще выглядело крайне зловеще — белые от злости глаза и перекошенный рот. А вдруг безумие, что охватило Вофэ, заразно, и доктор тоже обратится в монстра? Но прошло мгновение, и доктор вновь стал похож на старого Энтони — немного рассеянный и добрый доктор. Только немного жмурился.

— Вы не могли бы опустить фонарь, — попросил он, — у меня нет светобоязни, но глаза успели привыкнуть к темноте, и свет их тревожит.

Я поставила фонарь на пол.

— Простите, доктор. Сама растерялась, не ожидала вас здесь встретить.

— А кого ждали? — немного нервно улыбнулся Энтони, тревожно вглядываясь мне в глаза. — Как вы себя чувствуете? Вы чрезвычайно бледны! Садитесь же.

— Так лучше?

Так действительно было лучше. Я огляделась. Этот домишко был странным местом. Выглядел необжитым, но видно было, что совсем недавно здесь кто-то был. Простые побеленные стены, относительно чистый стол, и… клетка с толстыми ржавыми прутьями в дальнем углу.

С опаской я подошла поближе. Здесь мог поместиться и человек! На одном из прутьев висел клок слипшихся светлых волос. Я посветила внутрь клетки — на полу змеилась черная толстая цепь с кандалами на конце.

Отпрянув, я махнула фонарем — на том месте, где ранее стоял доктор, нашлось еще пару таких цепей.

— Что это за место? — проговорила я, с ужасом отступая и прижимаясь лопатками к стене. — И что вы здесь делаете?

Повисло молчание. Отсвет фонаря падал на лицо Рэклифа снизу вверх, зловеще заостряя черты, а льющийся из-за двери белый свет заставлял все происходящее казаться нереальным. Некоторое время мы сверлили друг друга взглядами.

Доктор сдался первым — в примирительном жесте он поднял руки перед собой, как бы показывая: «Я чист перед вами».

— Хорошо, мисс Гроуэл. Сначала я удовлетворю ваше любопытство, но потом и вы ответьте на мои вопросы. Итак, что вы желаете знать?

— Что это за место, и как вы здесь оказались? — повторила я.

— Несколько дней назад, — начал свой рассказ доктор, — я увидел, как граф со слугой возвращались из этой части парка. Сегодняшней ночью я заработался, и возвращаться в Вилемс, где снимаю комнаты, уже не имело смысла. Я остался в замке, на кушетке в своем кабинете. Мне не спалось, — кушетка, знаете ли, была тверда и неуютна, — я долго ворочался, а потом решил прогуляться по парку. Вспомнил, как видел ранее графа, и решил посмотреть, что здесь. А нашел эту весьма странную хижину. Ну а остальное вы знаете.

— Но почему вас так заинтересовало, что граф бывал здесь?

«Несколько дней назад, — подумала я, — Доктор видел графа несколько дней назад. А я видела его с девушкой вчера. Значит, граф пользовался избушкой не первый раз.»

Доктор недовольно пожевал губами, а потом пытливо посмотрел на меня. Затем, словно приняв какое-то решение, спросил:

— Марта, вы когда-нибудь слышали, что жители Вилемса говорят о Нолорано?

Мое сердце пропустило удар. Неужели не только я заинтересовалась всем этим сомном слухов и подозрений вокруг Нолорано?

— Вы имеете в виду загадочные случаи гибели девушек, произошедшие здесь за несколько лет? — бросила я пробный камень. — Но разве тела не находили далеко от замка? Возле какого-то озера.

— Именно, — доктор в волнении прошелся по комнате. А потом остановился и торжественно поднял палец вверх. — На протяжении десяти лет в этом замке пропадают девушки. И злодей, который их убивает, так и не понес наказания. И заметьте, это только те, которых нашли. Есть еще и те, что так и не были найдены. Взять хотя бы последнего секретаря графа. Никто не знает, куда она делась.

Я почувствовала, как онемела кожа на лице.

— Подождите, вы считаете, что граф убивал их?

— Именно, мисс Гроуэл. И вы должны понимать, что тоже в большой опасности. Как ваш друг, я хочу попросить вас: бегите отсюда. Граф уже обратил на вас внимание. Я боюсь, что вы будете его следующей жертвой.

— Но зачем графу всех их убивать?

— Зачем? Зачем волк ест зайцев? Потому что может! Граф безумен, эта болезнь давно процветает среди его семьи, так же как и в других аристократических семьях, развращенных веками богатств и безграничной власти. Поэтому бегите, дорогая Марта, спасайтесь, пока можно!

В горле собрался комок, а я все смотрела на Энтони, не решаясь довериться.

— Не могу уехать, — хрипло призналась я. — Моя сестра пропала. Говорят, что ее видели здесь, в замке, всего несколько месяцев назад. Я не могу жить спокойно, так и не узнав, что с ней случилось.

Доктор замер на секунду. Его глаза расширились, а пятерней он провел по волосам.

— Сестра, — протянул он. — Но удалось ли вам найти ее?

— Нет, — проговорила я. — Нет даже упоминания о ней.

Не хотелось рассказывать о том, что Черити оказалась той еще жертвой — выдала себя за Ванессу, обманув всех.

— Но почему вы ничего не сказали?

Я промолчала. Доктор забормотал.

— Бедное дитя. Ну, конечно, вы не могли никому довериться. И, сами того не подозревая, сунули голову прямо в пасть льву.

Дитя? Да, он был старше меня едва ли на пять лет.

— Так как звали вашу сестру, Марта?

— Черити, — проговорила я, не отводя глаз от доктора. — Ее звали Черити, известно ли вам хоть что-то о ней?

Доктор пару раз моргнул, а потом глубоко задумался.

— Определенно нет, — проговорил он через некоторое время, — за последний год такой девушки здесь не было. Я бы запомнил. Боюсь, что ваш информатор либо ошибся, либо желал вам зла. Тем больше причин уехать. Здесь очень опасно! Мое сердце каждый раз сходит с ума, когда я думаю о том, в какую беду вы можете попасть!

— Не могу уйти, — покачала я головой. — Потому что мое сердце подсказывает мне: ключ к тайне исчезновения сестры лежит здесь, в Нолоранском замке.

— Понимаю, — доктор опустил плечи.

— Но Марта, — Он взял меня за руку и заглянул в глаза. — Я хочу вам помочь! Вы не безразличны мне. И если вы увидите что-то странное. Или даже просто почувствуете что-то необычное, подозрительное. Малейшую угрозу! Умоляю вас, пообещайте, что сразу придете ко мне. И не будете принимать никаких решений самостоятельно!