Этот альбом является продолжением истории из «Demolition Lovers», трека с первой пластинки:

пару разлучает смерть в перестрелке, и парень попадает в ад только для того, чтобы узнать, что его партнерша все еще жива. Дьявол говорит, что может вернуть любовницу, только если парень принесет дьяволу души тысячи злых людей. Тот соглашается на сделку, и дьявол вручает ему пистолет.

Black Velvet: Three Cheers For Sweet Revenge был отчасти концептуальным альбомом, в который вы по ходу дела включили самих себя. Если бы вам прямо сейчас сказали закончить историю или написать песню, которая послужила бы концом, каким был бы финал?

Джерард: «Я только вчера понял концовку этой истории. Это чистая правда. Я давал интервью и не сказал этого во время интервью, но на самом деле я придумал конец этой истории. Это странно, потому что до этого я ее не знал. Она действительно мрачная, но если бы это был фильм, то все должно было бы закончиться именно так, верно? Итак, парень должен принести дьяволу души тысячи злых людей, чтобы воссоединиться с женщиной, которую он любит. Я уверен, что многие люди предвидели это, но я никогда этого не осознавал. Итак, очевидно, что он убивает 999 злых людей, а затем понимает, что последний злой человек, которого он должен убить, – это он сам. Я подумал об этом, и такой: „Чувак, почему я не подумал об этом раньше?!“ Но на данный момент я не знаю, какой была бы эта песня».

«You Know What They Do to Guys Like Us in Prison»

(featuring Bert McCracken of The Used) – 2:53

После успешного тура братья Уэй вернулись домой, имея на руках подписанный с помощью Ааронсона контракт с крупным лейблом Reprise Records (принадлежащим WarnerMusic), с почти готовыми новыми песнями и надеждами на светлое будущее. На следующий день после их возвращения умерла их бабушка Елена.

Фотосессия в образах к туру в честь выхода нового альбома. 2005, Флорида.

«Я вернулся домой с гастролей, лег спать, проснулся на следующий день, а она была мертва. Она умерла в ту ночь, когда я вернулся домой, – Джерард еле сдерживал слезы. – Я был чертовски зол, потому что провел полтора года в разъездах и не видел ее».

Во время их турне Елена заболела и легла в больницу на операцию на сердце. Пока Джи и Майки были в дороге, им сообщили, что все в порядке и операция прошла успешно, но они не знали, что все прошло не так гладко. Братья планировали навестить Елену, как только закончатся гастроли, но им не предоставилось такой возможности.

«Она была маленькой пожилой итальянкой, но такой трудолюбивой. Я до сих пор помню ее руки. Они были очень похожи на мои: жилистые, худые, но очень сильные. У меня ее руки. Она всегда работала или играла на пианино. У нее всегда был карандаш за ухом, так что она всегда могла что‑нибудь нарисовать. Такие сильные руки для такой маленькой женщины. Когда я потерял ее, я подумал, что мне конец. Я думал, что со мной все кончено. Я чувствовал себя так, словно потерял своего наставника. Вот почему я так тяжело это воспринял».

MCR исполняют песню «Helena» на MTV Video Music Awards в 2005 году.

Эта боль легла в основу одного из самых знаковых треков MCR – «Helena».

«Этот трек определил суть альбома и раскрыл нашу темную сторону. В нем много ненависти, – отмечал Джерард. – „Хелена“ – это очень сердитое открытое письмо самому себе. Оно о том, почему меня не было рядом с этой женщиной, которая была для меня такой особенной, почему меня не было рядом в последний год ее жизни».

Хотя песни для второго альбома группы были уже написаны, «Helena» изменила курс альбома и задала новый тон.

«Эмоции, которые я пережил [когда она умерла] … Весь этот чертов гнев, злоба, разногласия с Богом, тоска, агрессия и гребаный яд – все это пришло из тех шести дней после ее смерти. Каждая эмоция, которую вы испытываете, когда горюете, связана с местью», – пояснил Джерард выбор названия.

* * *

Несмотря на кипу почти готовых черновиков, группе предстояло еще много работы.

«Я спросил Джерарда: „Насколько ты заботишься о своих нынешних фанатах? Готов ли ты пойти дальше? Готов ли ты, возможно, разозлить своих нынешних поклонников, чтобы записать большой-пребольшой рок-альбом“? – вспоминал их новый продюсер Говард Бенсон. – Иногда группы не хотят этого делать, и в этом случае я, вероятно, им не подхожу. Но Джерард сказал, что он хочет сделать лучший альбом, на который способен, он был готов работать, он хотел, чтобы я научил его всему, что умею сам».

Вскоре после приезда в Лос-Анджелес они начали переделывать свою музыку в репетиционной студии.

«Helena» – 3:22

«Мы написали еще кучу песен, – сказал Фрэнк. – Мы кое‑что урезали, переиначили, пока это действительно не обрело для нас смысл и мы не смогли четко сформулировать, что именно мы хотели донести. Что касается Говарда, то какая‑то часть меня полностью понимала, почему это сработало, а другая часть не могла понять, как это получилось. Он знает свое дело, но он во многом из другого мира. Помню, как однажды я сказал что‑то о The Misfits, и его реакцией на это был вопрос: „Да, а сколько пластинок The Misfits продали?“ Я такой: „Какого черта? Ты с ума сошел?“»

«Что касается музыки, то эта запись во многом связана с Рэем, – признавал Бенсон. – Он придумал многое из этого материала, он как бы музыкальный руководитель. Рэй во многом определяет, что происходит в музыкальном плане в группе. Фрэнки во многом берет пример с Рэя. Самое лучшее в басисте – это то, что он обеспечивает стабильность Джерарду, и он тоже отличный парень».

Сессия звукозаписи была короткой – бюджет не позволял выделить неограниченное время, – но насыщенной. После трек подвергся сведению и мастерингу.

На следующий день, когда группа вернулась в студию, они прослушали свою работу с Бенсоном, и Рэй спросил:

«Кого вы пригласили, чтобы сыграть это? Вы, должно быть, кого‑то пригласили, это не мы».

«Ты о чем?» – удивленно спросил Бенсон.

«Мы не так хорошо играем», – уверенно ответил Рей.

«Это был очень забавный момент, – вспоминал Бенсон. –  Они играли намного лучше, чем думали, потому что на самом деле тогда не верили, что они настолько хороши. И они еще продолжали совершенствоваться».

«Give 'Em Hell, Kid» – 2:18

Сбился с ритма

«Странная вещь – этот парень никому не нравился, но он все равно записал отличный альбом, – пожимал плечами Бенсон. – Он знал песни, он жил с ними и мог исполнять. Проблема была в том, что на концертах он был таким непоследовательным. А для лайвов это не лучшее, что может быть, потому что там возникает слишком много других проблем».

«У нас хватало внутренних неурядиц. В основном между нами и Мэттом: он оставался единственным, кто жил один. Некоторые личности просто не могут во всем найти общий язык. Как бы нам ни хотелось, чтобы у нас все получилось, с определенными людьми это просто невозможно».

«На самом деле, когда мы записывали этот альбом, у нас с Мэттом были очень хорошие отношения, – вспоминал Джерард. – Знаю, в прошлом у нас были разногласия, и мы не всегда ладили, но он был рядом со мной, когда умерла моя бабушка, – я никогда этого не забуду. Когда она скончалась, он был на похоронах, поминках и службе. Он обнял меня, а потом мы отправились записывать этот альбом. Иногда с ним было трудно, но я помню, как сказал: „Я хочу, чтобы эта песня была о моей бабушке“, и он, как и все остальные, согласился с этим».

В итоге этот альбом стал последним, записанным совместно с Пелисье. После концертного тура его ждал нелегкий разговор. Новость о разрыве Мэтт воспринял не лучшим образом, и первым делом он зашел на сайт группы и опубликовал подробное заявление.

«Я просто хочу кое‑что прояснить. Я не ищу жалости и не жду, что группа вернет меня обратно, потому что не думаю, что смог бы снова играть с ними по миллиону причин, просто хочу изложить вам лично свою точку зрения на эту историю, прежде чем Брайан опубликует сообщение, приукрашивающее или преуменьшающее то, что произошло на самом деле. Верить мне или нет, решать вам. Два дня назад я вернулся домой после двух самых захватывающих концертов, которые мы отыграли в Японии; мы все замечательно провели там время.

На следующий день я вернулся домой, а Рэй и Брайан стояли перед моим домом. Они велели мне уйти и сказали, что им некомфортно со мной на сцене, и они боятся, что я что‑нибудь испорчу. Не буду отрицать, что я человек, и все мы совершаем ошибки. Другой их аргумент заключался в том, что я принципиально не использую клик-трек[1]. Единственная причина, по которой я никогда этого не хотел, заключается в том, что я искренне верю, что ни одно шоу не может быть идеальным. Если бы кто‑то хотел идеального шоу, он бы послушал компакт-диск. Они сказали, что планировали это в течение двух-трех месяцев и уже подыскали другого барабанщика. В течение этих двух-трех месяцев они ни словом не обмолвились о своем плане. Просто вели себя так, как будто они были моими братьями. Я до сих пор ничего не слышал о Джерарде с тех пор, как увидел его в аэропорту. Группа не собралась вместе, чтобы обсудить это, только выдала мне пинок под зад за то, что я все испортил.

Думаю ли я, что меня надули? Да. Хотелось бы знать, что случилось с пятью братьями, которые любили друг друга больше, чем кто‑либо другой на земле, и никто не мог встать между ними. Я любил этих братьев всем сердцем, я бы погиб в авиакатастрофе, принял бы пулю за любого из них. Я отказался от всего ради каждого из них. Вот благодарность, которую я получил. Кто‑нибудь, пожалуйста, скажите мне, что случилось с моими лучшими друзьями. Потому что они потеряны».

«Вы могли бы сказать, что нужно идти на компромиссы, что обе стороны могут измениться, но дело дошло до того, что мы пошли на слишком большой компромисс и менялись сами, чтобы заставить работать то, что не могло работать, – вздыхал Рэй. – В течение двух с половиной лет мы очень старались наладить наши отношения. Мы записали два действительно хороших альбома, и, несмотря на разочарования и плохие времена, у нас было много хорошего. Может быть, разрыв [с Пелисье] должен был произойти до того, как мы записали этот диск, а может быть, он произошел в нужное время».

После ухода из группы Пелисье работал механиком, а потом в 2006 году он основал студию звукозаписи Strong Arm Recording Studios и новую группу Revenir в Нью-Джерси.

«To the End» – 3:01

Кроме Бенсона никто с лейбла больше не вмешивался в работу группы. Как только альбом был готов, MCR просто пришли и сказали: «Вот, пожалуйста, ваша пластинка».

«Они не знали, что получат, – сказал Фрэнк. – Они сказали нам, что мы им нравимся, что им нравится направление, в котором мы движемся, но они не знали, что получат. Если бы альбом был ужасным, им, возможно, было бы что сказать по этому поводу. Но мы чувствовали, что написали то, что хотели написать, и нам было насрать на мнение других».

Крейгу Ааронсону, приведшему MCR на лейбл, альбом понравился. Но он был в меньшинстве, потому что у остальных он вызвал неоднозначную реакцию.

«Они все такие: „О, знаете что? Это будет непросто. Это очень левоцентристская музыка, это не то, что сейчас крутят по радио“, – говорил Ааронсон. – Им понравилась „I’m Not Okay“, и они сказали, что попробуют, но никто не прыгал от радости».

Влюбленные

Обложку альбома нарисовал сам Джерард. Этот эскиз он назвал Demolition Lovers II. Композиция отсылает к картине Рене Магритта «Влюбленные».

«Самое забавное в Three Cheers for Sweet Revenge, что мы с лейблом договорились, что если сможем продать 300 000 копий, то будем счастливы, – сказал менеджер Брайан Шехтер. – И потом, вы знаете, в первую неделю продаж я прогнозировал 3000 экземпляров, и мы понятия не имели, что произойдет. В самый первый день нам постоянно звонили по телефону и рассказывали о том, как все замечательно складывается, и, я думаю, именно тогда мы поняли, что должно произойти что‑то странное. Из-за того факта, что в самый первый день мы продали в два раза больше, чем было продано предыдущей пластинки за все время ее существования на тот момент, я думаю, мы поняли, что вот-вот произойдет что‑то грандиозное».

«Когда ты записываешь альбом, ты испытываешь все возможные эмоции, и одна из них – паника, – признавался Джерард. – Однажды ночью я просто взбесился – мы с Рэем жили в одной комнате, и я слушал записи в наушниках. Я вскочил с кровати и закричал: „Чувак, я не знаю, поймут ли это люди. Есть ли в этом вообще какой‑то смысл?“ Я волновался из‑за всего этого – из‑за того, что в нем была песня из кабаре, или из‑за того, что стиль скачет от песни к песне, или что это слишком агрессивно, или что это до смерти напугает людей. Это не было похоже ни на что, что я слышал раньше».

В итоге за лето было продано около 120 000 пластинок.

За первую неделю было продано 11 000 пластинок.

«Я подумал, что это наша мама купила 10 999 штук», – говорил Майки.

Сложно спорить с цифрами продаж, и сотрудники Warner решили пересмотреть свое мнение насчет новой группы.

«В этот момент, – вспоминал Крейг Ааронсон, – все стали оказывать мне большую поддержку.»

Кирк Миллер из Rolling Stone сравнивал их с Misfits за «кричащие припевы», быстрые барабанные перебивки и хоррор-тематику, но в то же время отметил «крутые металлические нотки и чувство юмора». В своем обзоре он подчеркнул, что это было «чертовски приятное времяпрепровождение».

Отзывы были в основном положительными, хотя один отрицательный сильно запал Джерарду в душу.

«Я до сих пор помню одну критическую колонку, – вспоминал он. – В ней говорилось что‑то вроде: „С чего кто‑то захочет посмотреть, как этот парень бегает по сцене и жалуется на свою бабушку?“ Это было единственное, что я прочитал в статье, но оно заставило меня подумать: „Надеюсь, этот парень попадет под автобус“. Насколько же дерьмовым человеком нужно быть, чтобы так говорить?»

«The Ghost of You» – 3:22

«Мы знали, что это безумие, мы знали, что все вышло из‑под контроля, – сказал Фрэнк. – Никто из тех, кого мы хорошо знали, никогда не работал на крупном лейбле – нам казалось, что мы сами по себе в высшей лиге, но мы были всего лишь пятью идиотами из Джерси, которые просто исполняли песни в подвалах. Мы были теми же ребятами из Джерси, которые любили панк-рок и музыку, которые любили ходить в кафе и курить сигареты до четырех утра. Вот кем мы были, если честно. Мы были просто панк-группой из Джерси. Если бы мы остались там навсегда, мы были бы счастливы. Но, я думаю, мы перешли на следующий уровень».

«It’s Not a Fashion Statement,

It’s a Fucking Deathwish» – 3:30