Рано утром, когда я только вышла из душа, из коридора донесся голос:

– Степаша! Муж твой приехал!

Я помчалась в прихожую, а потом, за завтраком, рассказала Звягину о том, как пытаюсь разобраться в запутанной истории, и что случилась у Лизы. От супруга у меня секретов нет, он мой лучший друг. А еще Звягин – умный человек, он умеет принимать нестандартные решения.

Вот и сейчас Роман внимательно выслушал меня и вдруг сказал:

– Почему бы вам вдвоем не поехать к Крыловой и не задать ей прямой вопрос?

– Какой? – удивилась я.

Мне такая идея даже не могла прийти в голову.

Звягин улыбнулся.

– Ну, например, сказать: «Дорогая Валентина Юрьевна! Помните, я забыла свои ключи у вас в прихожей? Я тогда вернулась, чтобы их забрать, и услышала, как вы рассказываете кому-то про то, что Лиза не родная дочь Николая Максимовича». Это твоя часть выступления, а Елизавете следует…

Я вскочила.

– Можно позвать ее?

– Конечно, – кивнул Роман, – даже нужно.

В районе полудня наша небольшая компания оказалась у дома Валентины Юрьевны. Роман вылез из машины, и Крылова, которая вышла нас встречать, ахнула и начала его обнимать.

По дороге мой супруг рассказал, что он хорошо знал Николая Максимовича, неоднократно бывал у него дома и всегда вспоминает отца Лизы с благодарностью. Естественно, он встречался и с Валентиной. Та производила на него впечатление женщины, которая за хозяином в огонь и в воду. Управляющая нежно относилась и к Римме Федоровне. Но Звягину всегда казалось, что в этом случае градусник любви Крыловой не зашкаливал за все пределы.

Выйдя из машины, мой муж закрыл дверь. А понять, есть еще кто в автомобиле, было невозможно – переднее сиденье, то, которое рядом с водительским, было свободно. Задняя же часть машины полностью затонирована. Мы с Лизой сидели тихо, молча слушая диалог хозяйки и гостя.

– Как ты возмужал! – воскликнула Крылова.

– В моем случае постарел, – рассмеялся Роман.

– Прекрати! – остановила его Валентина. – Просто повзрослел. Вот бы Николай Максимович за тебя порадовался!

– Девочки, выходите, – сказал Звягин.

Первой из салона показалась я.

– О! – не сумела сдержать изумления Валентина. – Здрассти! А эта откуда?

– Степанида – моя жена, – объяснил Роман.

– Ага… – растерялась Крылова, потом повернулась ко мне. – Деточка, почему ты, когда приехала, не сказала об этом?

– О чем? – поинтересовалась я. – Вроде я представилась по полной программе.

– Но про мужа промолчала, – стояла на своем хозяйка коттеджа.

– Я понятия не имела, что вы водите дружбу с Романом, – отбивалась я. – Странно было бы приехать к вам и с порога объявить: «Я жена Романа Звягина!»

– Такого супруга не следует стесняться, – громко сказала Валентина.

– Согласна, – улыбнулась я, – но, говорю же, я не знала, что вы знакомы.

– Да, одно время Рома у нас часто ужинал и обедал, – кивнула Крылова. – Николай Максимович очень хотел, чтобы подающий надежды бизнесмен стал его зятем.

– Тетя Валя, не придумывай, – донесся из салона авто женский голос.

Через пару секунд у Крыловой случилось новое изумление, женщина всплеснула руками:

– Лизонька! Ты откуда?

– Из машины, тетя Валя, – рассмеялась ее бывшая воспитанница.

Экономка схватилась пальцами за виски.

– У меня от вас голова закружилась!

– Мы со Степой и Романом живем в одном доме, у нас квартиры на разных этажах, – пояснила Лиза.

– А-а-а, – протянула пожилая дама. – А Степанида-то как там очутилась? Если апартаменты на твои похожи, то они прямо золотые. Откуда у простой девушки подобные деньги?

Лиза закатила глаза.

– Ну тетя Валя!

Роман улыбнулся.

– Уже объяснил, Степа – моя жена. Кроме того, она сама очень хорошо зарабатывает.

Крылову понесло:

– Господи, что ты в ней нашел?! Из какой девчонка семьи? Общаться с Лизонькой, с ангелом, обеспеченной и умной, – и не захотеть на ней жениться?! Да у Елизаветы такие родители!..

– Вот из-за них мы и приехали, – остановила женщину Лиза. – Пошли в дом. Есть тема для беседы.

Крылова направилось к коттеджу, громко рассуждая вслух:

– Может, эта женщина со странным полумужским именем – из хорошей семьи. Вероятно, ее родители не нищета, наскребли денег на образование для своего ребенка. Но, Рома, Николай Максимович предлагал тебе жениться на Лизе! Это же все равно что царем стать! Хозяин был готов огромную сумму тебе подарить! Невероятные деньги обещал за брак!

Елизавета остановилась.

– Отец хотел купить мне супруга?

– Вот же дура старая! – всплеснула руками Валентина. – Сболтнула по глупости!.. Лизонька, папа тебя обожал. Боялся, вдруг ты влюбишься в альфонса. Он прикинется рыцарем, а на самом деле ему нужны Николай Максимович и его деньги.

– Да, – перебил Роман женщину, – мне поступило такое предложение от Максимова. Я тогда еще не был знаком со Степой, так что не она причина моего отказа. Я просто объяснил Максимову, что деньги сам заработаю, ищу спутницу жизни, которую полюблю.

– А Лиза, значит, недостойна твоего чувства? – повысила голос домоправительница. – Наша семья тебе не подходит? А эта… по имени Степан, – прямо мечта? Господи, что ты в ней нашел?! Ни рожи, ни кожи!

Елизавета остановилась у крыльца.

– Тетя Валя, убедительно прошу тебя прекратить унижать мою подругу.

Крылова покраснела.

– Я никого не унижаю, а говорю правду. Наша семья…

– Твоя семья не знаю из кого состоит, – вспыхнула Лиза, – к фамилии Максимовых ты отношения не имеешь. Нет у нас с тобой общей крови.

– Вона что! – пошла в разнос Валентина. – Нет, значит, общей крови? Отлично! Говоришь, что думаешь? Да ты правды не знаешь! Я двоюродная сестра Николая. Только мы не говорили о родстве, на то были причины. А вот сколько крови Максимовых в тебе? Да ни капли! Так что нечего на меня гавкать!.. Ой!

Крылова захлопнула рот и уставилась на нас. Повисло нехорошее молчание. Его нарушил Роман:

– Намекаете на то, что Елизавета – не ребенок Риммы Федоровны и Николая Максимовича?

– Вы меня неправильно поняли… – забормотала женщина.

– Вы только что сказали, что у Елизаветы нет ни капли крови Максимовых.

– Валентина Юрьевна, – очень тихо начала я, – когда я собралась уезжать от вас, я забыла ключи от машины в прихожей. Пошла назад и услышала весьма откровенную беседу.

Глаза верной помощницы Максимовых превратились в щелки, по лицу поползли красные пятна. Лиза быстро открыла сумочку и протянула ей листок бумаги со словами:

– Анализ ДНК. У нас с женщиной, которую я с детства считала мамой, нет ничего общего.

Щеки Крыловой теперь побледнели. Она взяла бумагу, пару минут изучала ее, затем прошептала:

– Риммы Федоровны нет в живых, а Николай Максимович ни о чем не знал. Господи, все ужасно запутанно! Вы ничего не поймете, ничего!

– Моя жена, несмотря на то, что вы считаете ее дворняжкой, очень сообразительна, – усмехнулся Роман. – Все беспородные собачки такие, с умом у них полный порядок.

– Я не называла Степаниду дворняжкой, – возразила Валентина.

– Это слово не прозвучало, но смысл сказанного тобой хорошо понятен, – фыркнула Лиза. – И вот новость – мы со Степой обе такие! Только, в отличие от меня, Степанида – элитная подзаборница, она знает имена своих биологических родителей, и воспитывала ее родная бабушка. А я кто? Я без рода без племени. Гав-гав! Бросьте кусочек сосиски, с пола подберу, сожру!

– Так, хватит, – остановил ее Роман. – Валентина Юрьевна, где вам удобно побеседовать с нами? Хочется сесть и спокойно поговорить, без истерик.

– Пойдемте в дом, – тихо произнесла Крылова.

– Опасно пускать в особнячок дворовых псинок, – никак не могла успокоиться Лиза. – Они не приучены к порядку. Еще обгадят все!

– Девочки, – воскликнула Крылова, – пожалуйста, простите меня! Не хотела никого обидеть! Лизонька, я тебя люблю, всегда любила и любить буду! Степочка, поймите, очень сейчас нервничаю, поэтому и выразилась о вас плохо!.. Хранила тайну Риммы Федоровны, как… ну… не знаю с чем сравнить. А она наружу выплеснулась!

Я улыбнулась.

– Валентина Юрьевна, давайте дороемся до корня проблемы. Вы с кем-то беседовали, а я стояла тихо, почти не дыша, за углом дома, подслушивала. Разве с моей стороны это красиво? И не вы растрепали все Роману и Лизе, это я доносчица. Моя вина, что правда со дна всплыла, вы ни при чем, это я должна просить у вас прощения. А Елизавете вы ничего не сообщали, потому что пообещали Римме Федоровне сохранить тайну, унести ее с собой на тот свет.

– Да, – прошептала Валентина. – Но не получилось… Пойдемте в дом.