ДРЮ ВНИМАТЕЛЬНО ОСМОТРЕЛ обоих мужчин. К своему облегчению, он обнаружил, что они просто без сознания. Он понял, что они стали беспомощными после того, как им пережали определенные нервы в задней части шеи. Марсианский трюк. Спутником Бердина был молодой человек с резкими чертами лица. Землянин, которого он никогда раньше не видел.

Дрю повернулся к Лин Л’Лан. Старый слуга-марсианин стоял прямо, гордо ожидая похвалы.

— Вот твой враг в нашей власти, Арк Авул, — торжествующе произнес старик. — Мы можем убить их, а потом вернуться на Марс.

— Л’Лан, ты не знаешь, о чем говоришь! — Воскликнул Дрю. — Как тебе удалось одолеть этих людей?

— Бердин и его приятель явились в купол Маленького Марса, чтобы найти тебя, — объяснил старый слуга. — Т’Рулу и другие наши друзья ничего им не сказали. Я тайком последовал за ними, когда они ушли. Когда они сели в машину, я их вырубил, прежде чем они успели понять, что с ними произошло. Я не убил их сразу, — спокойно продолжал Лин Л’Лан, — потому что я подумал, что ты захочешь узнать, зачем они явились. Но если тебе это не интересно, я могу убить их.

— Л’Лан, здесь, на Земле, врагов не убивают! — воскликнул Дрю разозлившись. — Мы должны победить их с помощью их же методов.

— Хитростью, устроив заговор? — проворчал старый Марсианин. — Я знаю к чему приведут такие способы борьбы. Ты станешь землянином, Арк Авул!

Стивен Дрю не обратил внимания на это обвинение. Он задумался.

— Бердин и этот другой парень, должно быть, охотился за мной, чтобы арестовать… или может быть, чтобы напугать меня и заставить продать лицензию, — пробормотал он. — Но… они не узнают, кто на них напал. Они могут догадываться, но не смогут доказать это. Мы оживим их, пока они еще живы, и скроемся…

Дрю умело размял парализованных нервы на затылке у обоих мужчин. Те начали слабо шевелиться, когда сознание вернулось. Дрю поспешно увел Л’Лана за собой. через воздушный шлюз в купол Маленького Марса.

Оттуда они увидели, как ракетная-машина Бердина отъехала. Дрю почувствовал сильное облегчение.

— Во всяком случае, на сегодня с Бердина хватит, — заявил он. — Теперь, если Джаред Шейн сможет убедить свою компанию помочь мне, мы победим.

— Заговоры и интриги! — угрюмо проворчал Лин Л’Лан. — Мне это не нравится. Ты позволяешь этим землянам сделать из тебя еще одного обманщика, как они.

— Нам придется бороться с огнем, Л’Лан, — серьезно сказал Дрю. — В этом мире нельзя делать все открыто, как мы делаем на Марсе.

На следующее утро Стивен Дрю пораньше отправился в ателье, адрес которого дал ему Джилсон. Портной оказался учтивым, щеголеватым маленьким человечком, взиравшим на бесформенную одежду Дрю с ледяным презрением. Он показал образцы мерцающих синтетических шелков для выбора.

— Сейчас, если вы только пройдете в измерительную машину…

Измерительная машина выглядела как пустая металлическая будка. Дрю вошел в нее, и портной коснулся выключателя. Бледные лучи света исходили от стен, механически «сканируя» параметры Дрю и автоматически передавая их на большой приземистый механизм рядом.

Портной коснулся рычагов управления последнего механизма в определенной комбинации, чтобы произвести одну из синтетических тканей, выбранных Дрю. Несколько минут машина тихо мурлыкала. Щеголеватый коротышка выключил его и достал только что сшитую цельнокроеную куртку из мерцающего черного синтетического шелка. Через мгновение за курткой последовали свободные брюки. Дрю наконец-то вернулся под купол Маленького Марса, гораздо беднее, но с шестью модными костюмами. Он надел шелковый белый костюм и с тревогой осмотрел себя в зеркале гостиницы Т’Рулу. Л’Лан сидел и мрачно наблюдал за ним.

— Да ты выглядишь глупо, как птица пимул, — проворчал старый Марсианин. — Оул Борн и все остальные дома посмеялись бы, увидев тебя в такой одежде.

— Я должен выглядеть как кто-то здесь, на Земле, иначе я ничего не добьюсь, договариваясь с этими важными людьми, — защищался Дрю.

Дрю нетерпеливо ждал на солнышке возле Маленького Марса, задолго до того, как Глория Шейн назначила ему встречу. Он был рад заметить, что с каждым разом, когда он попадал в атмосферу Земли и ощущал более сильную гравитацию, это беспокоило его все меньше. Его земная кровь помогала ему адаптироваться к новым условиям.

Низкая, спортивная серебристая торпеда вынырнула из-за угла и устремилась к нему. В изящном маленьком ракетном автомобиле сидела Глория Шейн.

— Не обижаешься за то, что я немного опоздаю? — рассмеялась она, когда он забрался в машину. — Ты действительно должен чувствовать себя польщенным тем, что я встала так рано.

У Дрю екнуло сердце. Глория выглядела еще красивее, чем накануне. Она была в серебристо-серый костюм, который соответствовал металлическому оттенку автомобиля и идеально оттенял ее темные волосы и глаза.

Дрю с нетерпением ждал, когда она прокомментирует его собственную изменившуюся внешность. Но вместо этого она с любопытством посмотрела на купол Маленького Марса.

— Ты единственный землянин, которого я когда-либо знала, живущий там, — заметила она, поднимая машину с земли.

Дрю покраснел.

— Я временно остановился на Маленьком Марсе, — поспешно сказал он.

— Думаю, это идеальный дом для дикого марсианина, — заявила Глория.

— Так вот за кого вы меня принимаете — за дикаря с Марса?

— Конечно, — беспечно ответила она. — Если бы ты был обычным землянином, ты бы мне не понравился.

Дрю почувствовал себя настолько счастливым от ее откровенного признания, что забыл о своей легкой обиде. Он сидел довольный, наблюдая за ее четким, холодным профилем и маленькими, твердыми руками, когда она умело вела машину по людным улицам.

Они свернули на запад, со свистом пронеслись по пандусу на более низкий уровень, продрались сквозь скопление машин, затем помчались вниз по спиральному пандусу и оказались на огромном, освещенном синим светом сводчатом бульваре самого нижнего уровня. По этому глубокому подземному проспекту Глория понеслась на большой скорости. Она резко свернула в ответвление туннеля, над которым светился ионный знак…

Трансмутация инкорпорейтед

Завод № 1

Туннель привел их на большую, прекрасно освещенную парковку, выдолбленную в скале глубоко под Нью- Йорком. Дрю последовал за девушкой по лабиринту выложенных плиткой коридоров. Наследница обратила внимание Дрю на коридор, ведущий в огромное, ярко освещенное пространство.

— Это Завод номер один, Стивен. Это самая большая из шести фабрик синтетического питания компании, — пояснила она ему.

— Могу я взглянуть на него? — с неподдельным интересом поинтересовался Дрю. — Я всегда мечтал увидеть одну из больших трансмутационных установок.

Глория рассмеялась:

— Собственно говоря, я сама никогда его не видела, хотя часто бываю здесь, в офисе отца. Пойдем… Полагаю, что мой долг — хоть один раз взглянуть на источник семейного богатства.

Они прошли по коридору и очутились в пещере, такой огромной, что едва можно было разглядеть противоположную стену. Стивен Дрю разинул рот. Подземное помещение было триста футов в ширину и тысячу футов в высоту и протянулось более чем на милю. В нем громоздился гигантский ряд сверкающих станков, труб и механизмов.

К Глории поспешно подошел главный техник и почтительно коснулся своей фуражки. Очевидно, Глорию хорошо знали все сотрудники.

— Мы хотим пройтись вдоль производственной линии, — холодно сказала ему девушка.

— Яс удовольствием проведу экскурсию, мисс Шейн, — сказал техник. — Сюда, пожалуйста.

Он указал на огромный металлический стержень, который проходил сквозь каменную стену и соединялся с высокой кубической камерой в начале линии.

— Морская вода неуклонно течет через эту трубу, — объяснил он, — в эти камеры. Там ее быстро перегоняют, чтобы удалить все соли и примеси, а затем быстро превращают в чистый водород и кислород с помощью мощного электролиза. Водород течет дальше по этим большим белым трубам. Это основа всего последующего процесса.

Он повел парочку по дорожке к тому месту, где сорок водородных трубок вели в такое же количество выпуклых камер из массивного свинца.

— В этих различных камерах, — объяснил техник, — водород превращается в сорок различных элементов путем искусственной трансмутации. В каждой камере процесс протекает по существу одинаково. Он включает в себя создание атомного номера атомов водорода.

Мужчина украдкой взглянул на Глорию.

— Поскольку я не думаю, что вы сильно интересуетесь наукой, я лишь в общих чертах обрисую процесс. Водород-простейший из химических элементов, имеющий один положительный заряд в ядре и один электрон. Если добавить еще один положительный заряд и еще один электрон, то получится гелий. Именно таким атомным синтезом мы превращаем простой водород в более сложные элементы.

Он указал на тонкие прозрачные стальные трубки, через которые тонкая струйка серого порошка поступала в верхнюю часть каждой камеры атомного синтеза.

— Этот серый порошок — траниум, не так ли? — воскликнул Стивен Дрю. Он узнал этот минерал…

— Точно… — сказал техник. — Траниум, радиоактивный элемент, встречающийся только на Марсе, необходим для процесса атомного синтеза. Это происходит потому, что распадающийся траниум испускает субатомные частицы всегда в двойниках — один нейтрон и один электрон. Когда такой двойник присоединяется к атому водорода, он добавляет дополнительный электрон и дополнительный заряд к ядру, и атом водорода, таким образом, становится атомом гелия. Пять добавленных близнецов превращают атом водорода в атом углерода. Таким образом, мы можем синтезировать сорок элементов, так как число «близнецов», испускаемых распадающимся траниумом, может быть абсолютно бесконечным, контролируемый.

Потом техник показал им трубы, идущие от сорока атомных синтезаторов к огромным, похожим на котлы ретортам.

— Вновь синтезированные элементы поступают в эти большие реторты автоматически в нужном количестве, чтобы сформировать органические соединения, которые составляют белки, углеводы и другие пищевые основы.

Стивен Дрю с удивлением смотрел на потоки полутвердого желе, непрерывно выкачиваемые из гигантских реторт по толстым трубам.

— Далее находятся отделочные машины, которые добавляют искусственные ароматизаторы и красители в синтетические пищевые желе… — начал техник.

— У нас больше нет времени, Стивен, — прервала его Глория Шейн. — Отец будет ждать.

Она повернулась на каблуках к поклонившемуся технику. Дрю поспешно поблагодарил его и последовал за девушкой.

— Неужели тебе не наскучила вся эта наука? — она улыбнулась. — Так уныло.

— Нет, я был впечатлен, — задумчиво признался Дрю. — Эти гигантские машины, создающие пищу для миллиардов. Любой человек, который обеспечил бы себе монополию на такое производство получит огромные деньги и влияние.

Глория провела Стивена через лабиринт сверкающих кафельных коридоров и ярко освещенный подземных офисов. В итоге подобострастный секретарь-мужчина впустил девушку и ее спутника в охраняемые апартаменты.

— Глория, ты не сказала мне, что приедешь сегодня! — воскликнул Винсент Рискин приближается к ним. И тут высокий светловолосый молодой вице-президент заметил Дрю и нахмурился. — А, так ты пришла с ним…

Дрю напрягся. Ему не понравился этот высокомерный молодой чиновник. Рискин коротко кивнул в сторону внутреннего кабинета.

— Господин… Шейн ждет тебя, Дрю.

Джаред Шейн приветствовал Дрю встревоженной улыбкой, когда молодой человек вошел в роскошный офис.

— Боюсь, у меня для вас плохие новости.

У Стивена Дрю упало сердце.

— Ваши директора не согласились помочь мне сохранить мою лицензию?

— Они не хотят этого делать, — признался магнат. — Видите ли, Рискин и некоторые другие считают, что мы должны принять предложение Бердина и продать компанию. Они говорят, что, если мы выступим против влияния Бердина в вопросе о вашей лицензии и проиграем ему, он будет в состоянии легко выдавить нас не заплатив ни копейки.

— Но вы не можете позволить Бердину получить монополию на синтетические продукты! — взволнованно сказал посерьезневший Дрю. — Вы сами сказали, что для одного такого человека было бы злом получить абсолютный контроль над продовольствием всей земли.

— Я знаю — это против моей совести, — пробормотал Джаред. Шейн встревожился. — И все же Рискин и другие правы насчет опасности потерять все.

Магнат задумчиво молчал, его лицо выражало глубокую тревогу, когда он смотрел мимо Дрю на отделанную серебром стену кабинета.

— Есть только одно возможное решение, — пробормотал он наконец. — Я мог бы убедить остальных поддержать тебя в этой битве, если бы они были уверены, что ты продолжишь поставлять нам траниум. Помните, что Бердин контролирует почти все другие источники траниума через свои подставные компании.

— Я бы, конечно, согласился продавать траниум только «Трансмутации»! — Нетерпеливо предложил Дрю.

— Мы могли бы включить ваш траниумный рудник в состав филиала «Трансмутации»… — задумчиво продолжил Шейн. — Таким образом, ваша шахта по закону станет частью нашей компании, и мы сможем обратиться к правительству и начать решительную борьбу против отзыва лицензии. Правительство вряд ли лишит нас единственного источника траниума.

— Сделать мою шахту дочерней компанией «Трансмутации»? — повторил Дрю. — Вы хотите сказать, что моя лицензия перейдет к вашей компании?

— Вовсе нет, мой мальчик, — заверил его Шейн. — Видите ли, ваша шахта будет зарегистрирована как дочерняя компания, но вы будете владеть всеми ее акциями. Единственным ограничением для вас было бы соглашение продавать траниум только нам, — надежды Стивена Дрю взлетели. — Да ведь это решило бы все! Как вы думаете, все ли ваши директора согласятся на это?

Джаред Шейн сжал челюсти.

— Дрю, я заставлю их согласиться или уйти в отставку. Мое решение уже принято. Я не позволю этому негодяю Лукасу Берлину получить монополию, которая позволит ему поживиться за счет всей Земли. Я собираюсь драться с ним!

Он поднялся на ноги и крепко сжал руку Дрю.

— Мой дорогой, ты помог мне решить вопрос, который уже давно беспокоит меня. Я все время чувствовал себя виноватым при мысли о том, что продаюсь Бердину.

Он пошел со Стивеном Дрю к двери.

— Потребуется время и усилия, чтобы продавить этот план. И в то же время ты, естественно, захочешь убедиться, что твой агент одобрит это.

— Я знаю, что Джилсон одобрит это! — воскликнул Дрю. — Вряд ли мы надеялись на такую помощь.

— Тем не менее, выслушайте мнение Джилсона, — предупредил Джаред Шейн. — Я хочу, чтобы ты был уверен, что поступаешь правильно. И я дам тебе знать, как только смогу убедить Рискина и остальных принять этот план.

При упоминании о Винсенте Рискине надежды Дрю немного померкли. Он знал, что молодой вице-президент недолюбливает его и, вероятно, воспротивится этому плану.

Когда Дрю вышел, Рискин разговаривал с Глорией Шейн. Высокий светловолосый молодой человек сердито хмурился, а Глория сидела на краю металлического стола, спокойно покачивая стройными ножками.

— Отец собирается тебе помочь? — спросила она Дрю.

Дрю неуверенно посмотрел на Рискина.

— Он еще не уверен, что сможет. Но у него есть план.

— Ну что ж, в любом случае, с делами на сегодня покончено, — воскликнула Глория, вставая из-за стола. — Пошли, смотаемся на ракетные гонки.

— Вы сказали, что поедете со мной, — нахмурившись, напомнил Рискин.

— Я? — сладко переспросила Глория. — Должно быть, я что-то перепутала… Ну же, Стивен, едем?

Дрю оглянулся, когда они вышли и увидели, что Винсент Рискин хмуро смотрит им вслед их. Дрю был встревожен.

— Я ему не нравлюсь, — сказал он.

Глория рассмеялась, но ничего не ответила. Ее тонкие пальцы схватили его за руку, когда они подошли ближе. Они отправились дальше, и Дрю внутри трепетал, словно кто-то пустил слабый электрический ток по его венам…

Девушка умело вела спортивный серебристый ракетный автомобиль по лабиринту пандусов и бульваров, пока они не достигли самого верхнего уровня. Золотое послеполуденное солнце блестело в голубом небе. Огромный мегаполис казался веселым, шумным. Стивен Дрю поймал себя на том, что наслаждается всем этим. Люди здесь жили быстрее, чем на Марсе, веселились больше…

Несколько минут они летели на север. Пирамиды жилых комплексов здесь не были столь ошеломляющими, и шоссе опускалось все ниже. Вскоре они увидели чашеобразное сооружение гигантских размеров.

— Мы пропустили первый заезд, но лучшие пилоты в нем все равно не участвовали, — сказала Глория, когда они вышли из машины.

Когда они вошли в огромный амфитеатр, Дрю услышал оглушительный рев. Трибуны были переполнены блестящей, возбужденной, кричащей толпой. Стивен последовал за Глорией к эксклюзивной ложе, где радостно кричала толпа веселых молодых людей, возбужденных синтетикостимуляторами…

— А вот и Глория! — послышался чей-то крик.

Дрю с некоторой неловкостью отметил небрежное знакомство своего спутника с этими раскрасневшимися веселыми молодыми людьми и девушками.

— Вы тот самый марсианский дикарь, о котором нам рассказывала Глория! — взвизгнула маленькая девочка с платиновыми волосами.

— Каково это — жить на Марсе? — спросила другая круглоглазая девушка. — Это правда, что марсиане охотятся и убивают?

— Оставьте его в покое, — повелительно приказала Глория. — Он — моя собственность.

Дрю обрадовался, когда началась следующая гонка и внимание от него отвлеклось. Но двое землян поблизости, казалось, с любопытством наблюдали за ним, как будто он был уродом.

Вокруг узкого овального поля внутри чаши с ревом неслись пять ракетных автомобилей. Их дюзы брызгали огнем, когда они стремились внутрь. Задевая высокие пилоны, угрожая в любой момент столкнуться, они яростно боролись за лидерство.

— Я все поставил на четвертый номер! — объявил один юноша. — Вперед четверка!..

К концу последнего забега уже смеркалось.

К тому времени Стивен Дрю стал на несколько тысяч долларов богаче. Он сделал несколько ставок, и ему повезло, как новичку…

Мир плавал в теплой, мягкой темноте, пока Глория везла его домой. Спутники Дрю настояли, чтобы он отпраздновал удачу. Синтетический стимулянт, который он выпил, был очень сильным. И теперь Стивену казалось, что внутри него искриться мягкое пламя.

Глория, остановив машину на краю высоко протянувшегося скоростного шоссе, махнула рукой в сторону сверкающих, невероятных башен, которые маячили впереди.

— Это лучший из всех видов Нью-Йорка, Стивен, — пробормотала она.

Ее холодное, красивое личико было повернуто к нему, а темные глаза уставились на него. Насмешливый, провокационный взгляд. Дрю нерешительно коснулся ее плеч, как будто она была чем-то драгоценным и хрупким. Осмелев, он поцеловал ее.

Глория слегка рассмеялась и отстранилась.

— Я думал, что поцелуй дикого марсианина будет более страстным.

Он снова поцеловал ее, на этот раз яростно. Ее губы были сладкими и податливыми, а руки прохладными лианами обвивали его шею.