Вопрос выбора папы или мамы имеет свою актуальную сторону по сей день. Очевидно, что эффективный рост экономики страны возможен лишь при либеральном рынке, но когда разница между доходами элиты и материальным положением основной массы людей начинает зашкаливать, на смену либералам к власти приходят консерваторы или наоборот. И так каждые пять лет. Крайности уравновешивают друг друга.

Нынешние запутавшиеся в двух соснах педагоги во всем попеременно обвиняют то либералов, то консерваторов. Им есть от чего приходить в негодование.

Итак, урок литературы, тема «Лирика Великой Отечественной войны». В настоящее время учитель принял на себя роль диджея, меняющего один за другим обязательные к использованию материалы МЭШ (московской электронной школы), с помощью которой осуществляется контроль за деятельностью педагога. Он пытается в отведенные ему 90 минут уложиться во все критерии МЦРПО (Межрегиональный центр развития профессиональных компетенций) – вдруг что-то пойдет не по спущенным сверху критериям и это станет для контролирующего ока неминуемым поводом для бичевания! Не всем дано быть «педагогическими соколами» и не всегда это нужно. А с учетом дефицита кадров, сейчас даже «педагогических ужей» не хватает.

На уроке демонстрируют из МЭШ декламацию стихотворения «Враги сожгли родную хату…». Наверное, самое пронзительное по эмоциональной боли описание ужасов войны. А по окончании чтения, когда еще не успели осесть в головах детей последние штрихи безудержного горя солдата…

– А теперь, ребята, викторина на тему лирики Великой Отечественной войны!

Это просто новый век мракобесия какой-то…

Одни педагоги обвиняют в том мракобесов-консерваторов, другие – модернизаторов от образования. На самом же деле мы видим не гармоничное уравновешивание крайностей, а уродливый гибрид, когда методы контроля суперсовременные, а задачи авторитарные. Такой вот получается управленческий гермафродит.

Сегодня в СМИ широко пропагандируется минута поэзии, которая должна прививать любовь к родной словесности, обогащать культуру человека. Дети и взрослые вдохновенно декламируют стихи известных поэтов. И вот девочка-четвероклассница, широко расставив ноги, читает стихотворение Ивана Никитина, в котором есть такие строфы:

Стихотворение из учебника литературы четвертого класса. Но тут же возникает вопрос: а что, любить можно только могучую и державную мать? А если мать слабая и больная? На сей счет высказался крупный русский философ В. В. Розанов:

Счастливую и великую родину любить не велика вещь. Мы ее должны любить именно когда она слаба, мала, унижена, наконец глупа, наконец даже порочна. Именно, именно когда наша «мать» пьяна, лжет и вся запуталась в грехе,– мы и не должны отходить от нее… Но и это еще не последнее: когда она наконец умрет и, обглоданная евреями, будет являть одни кости – тот будет «русский», кто будет плакать около этого остова, никому не нужного и всеми плюнутого. Так да будет…[35]

Примечательно, что это пишет человек, принадлежащий к так называемой русской партии, одновременно бывший почетным председателем одного из региональных отделений Союза русского народа. Как известно, эта организация исповедовала черносотенные монархические взгляды. Но Розанов наотмашь бьет по своим: на его взгляд, «поздние славянофилы были сплошь эпигоны, унылые бездари и неудачники».

Шаблонный патриотизм скорее раздражает, чем назидает. А. И. Пантелеев, на суд которого Лидия Чуковская отправила детскую повесть начинающей писательницы, говорит, что в целом текст неплохой, но зря автор идет на компромиссы и вставляет в него нечто «казенно-патриотическое». А Чуковская ему с грустью отвечает, что «смесь глубоко-человеческого с казенно-патриотическим у нее в душе».

Спустя сто лет тему любви к больной матери разрабатывает поэт Александр Тимофеевский:

Мне, педагогу, десятки раз приходилось иметь дело с подобными ситуациями. И каждый раз мы предпринимали всё от нас зависящее, чтобы не отсылать несчастного ребенка в казенное заведение. Но в поэзии слово не равно самому себе.

Это стихотворение написано 21 августа 1968 года, в день, когда советские танки вошли в Прагу. Поэтическое педагогическое возросло до аналогии политической, причудливо переплетаясь корнями.

Думаю, не будет лишним слегка осовременить тему пронзительной историей одного семейства. Людмила Сергеевна Омельчук, завуч нашей школы, ныне уже покойная, и ее муж Степан Евсеевич, полковник танковых войск в отставке, преподававший НВП (начальную военную подготовку), взяли опеку над подростком и дали ему путевку в жизнь. Степан Омельчук, будучи ребенком, испытал на себе все тяготы войны. Чудом уцелел, когда фашисты расстреливали их белорусскую деревню, был сыном полка, затем суворовцем. В итоге с отличием окончил бронетанковую академию. Стоит ли удивляться тому, что своим сыновьям он привил любовь к танковым войскам? Оба они дослужились до звания полковников в Советской армии. Но после развала СССР один из них оказался в армии российской, а другой в украинской. Когда началась специальная военная операция, Степан Евсеевич ходил мрачнее тучи. И сердце его не выдержало. Что на это скажешь?.. Нет, уже сказал за нас гениальный Володя Высоцкий в, к сожалению, недописанной песне:

Упрекнул бы кто Высоцкого за такие мысли в недостатке патриотизма? Мы все стоим одной ногой в бронзовом веке. И нам так хочется попасть в будущее.

Что касается любви к Родине, то она, как и любовь к женщине, не обязана быть взаимной: