– Я не ожидала, что Олег может быть таким, – окрылённо произносит Ари, распластавшись вместе со мной на кровати. – Мы же с ним знакомы с самого детства, и я всегда видела, как он обращается с девушками. Я была уверена, что он мне сразу скажет, что брак для него всего лишь приказ отца, и это никак не заставит его поменять привычный образ жизни. Я думала, что меня ждёт судьба рогатой жены, но Олег приятно меня удивил. Наш ужин прошёл отлично. Всё было так романтично. Особенно, когда он сказал, что хочет сделать меня счастливой и что готов ради этого на всё.

– И ты, ясное дело, ему так просто поверила, – разочарованно вздыхаю, разглядывая светлый потолок своей спальни. – Ари, почему ты у меня такая наивная и доверчивая?

– Я не такая, Кара, – возмущается сестра, привставая на локтях.

– Почему тогда повелась на его трёп?

– Я не повелась, а просто не понимаю, зачем Олегу врать, если я до этого предложила ему другой сюжет нашего брака?

– Так, так, так… Интересненько, – копирую позу Ари и с любопытством смотрю на неё. – Что же ты ему предложила?

– Неприятный для меня, но, по крайней мере, честный вариант. Я сказала, что он может продолжать спать, с кем угодно, но впредь делать это так, чтобы об этом не знал весь остров. А мы с ним можем жить в браке как друзья. Нормально общаться, выходить вместе в свет, притворяться перед людьми, что безумно влюблены, но при этом спать в разных комнатах и не вмешиваться в личную жизнь друг друга.

Сказать, что мои глаза превращаются в две огромные плошки, – ничего не сказать.

– Ты предложила ему открытый брак?

– А чему ты удивляешься? Это же Олег. Кобель Морена номер один. Естественно, я предложила ему такой вариант. Как по мне, лучше жить пусть и в открытом, но в честном и дружественном браке. Так живут многие родители моих подруг и вполне себе счастливы. Разумеется, это мне по секрету рассказали.

– Все остальные могут жить как угодно, Ари. Это их дело. Меня они не волнуют. Но меня волнуешь ты. Сильно. И я не верю, что тебя устроила бы такая жизнь. Разве просто дружить с мужем и всю жизнь ходить налево – это то, о чём ты мечтала? Да и я никогда не поверю, что ты смогла бы завести любовника. Ты просто не такая, Ари. Я же знаю тебя.

– Конечно не смогла бы. По крайней мере, сейчас. Но кто знает, что было бы через год, два или пять? Возможно, тогда я бы решилась на нечто подобное. И я хотела, чтобы у меня заранее была договорённость с Олегом, но, как оказалось, у Лебединского другие планы. Он сказал, что он сам выбрал меня. Отец его не заставлял. И он не хочет, чтобы наш брак был фиктивным. Он хочет сделать его настоящим.

– Это пугает меня ещё больше.

– А меня, думаешь, нет? Мало того, что я напугана до чёртиков, так ещё и в шоке. Мне ведь всегда казалось, что он не воспринимает меня как девушку. Он даже не смотрел на меня никогда.

– Ну… С этим я не согласна. Временами он смотрел на тебя очень даже плотоядно. И я лично видела это, – сообщаю, припоминая его взгляд в адрес Ари на последнем светском приёме.

– Серьёзно? Ты не врёшь?

– Зачем мне врать о таком? Я говорю правду.

А вот о том, что он до этого собирался подкатить ко мне, а после быстро переключился на ещё одну девушку, я решаю умолчать. Ни к чему расстраивать Ари, но и подпитывать воодушевление сестры насчёт брака с Лебединским я не хочу.

– Обещай мне, что будешь с ним осторожна. И не станешь верить всему, что он говорит, хорошо? Это чревато последствиями.

– Знаю, Кара, – с грустью отвечает сестра, и я сжимаю её руку. – Пусть вы все и считаете мне наивной, но я не совсем уж конченый экземпляр. Я не верю в единорогов, в зубных фей и в то, что такие бабники, как Олег, могут измениться по щелчку пальцев.

Начинаю смеяться, возвращая голову на подушку.

– Но давай сменим тему, – вдруг выдаёт сестра. – Обо мне с Олегом я тебе уже рассказала. Теперь настал твой черёд рассказать, как прошло свидание с Дмитрием.

Стоит Ари произнести его имя, как мелкая дрожь прокатывается по всему телу, губы покалывает от воспоминаний о поцелуе, и мой смех сходит на нет.

– Я не хочу об этом говорить, – высекаю я, глядя сестре в глаза.

И вот уж не знаю, что именно она в них видит, но всего через несколько секунд это заставляет её резко вскочить с кровати и с восторгом посмотреть на меня.

– Боже! Боже! Боже! – она хлопает в ладошки и подпрыгивает на месте. – Да неужели?!

– Что такое? – сканирую её с недоумением.

– Как что? Тебе он понравился, Кара! Тебе понравился Титов!

Меня передёргивает от её слов, и я морщусь, будто только что кусок говна проглотила. При этом не могу ни начать отрицать, ни согласиться. В голове полная неразбериха. Почти бессонная ночь, проведённая за самокопанием, не помогла мне разобраться, что вообще произошло со мной в конце нашего ужина.

– Обалдеть, – наконец прекратив скакать от радости, выдыхает Ари. – Он тебя конкретно зацепил. Да ещё и так быстро.

– Не перегибай.

– А я не перегибаю. У тебя так лицо перекосило от моих слов, будто ты лимон откусила. А это значит лишь одно – тебя он конкретно зацепил, и теперь ты бесишься. И можешь не спорить со мной.

Не собираюсь. Это бессмысленно. Временами мне кажется, что Ари знает и чувствует меня лучше, чем я сама.

– Расскажи мне всё. С самого начала. И не только про ужин, а вообще. Мы же так и не поговорили нормально, а я хочу знать всё, – сестра запрыгивает обратно в постель и удобно устраивается на боку, красноречиво показывая, что готова слушать и никакие возражения не принимаются.

Тяжело вздохнув, я неохотно приступаю к рассказу. И не понятно каким чудом выдерживаю Аринины вопросы, смех, визги и комментарии.

– О, Господи! Вы уже даже поцеловались! Мамочки! – восторженно визжит она, извиваясь в кровати как змея.

– Ты можешь прекратить так бурно реагировать?

– С ума сошла просить меня о таком? Ты целовалась с Титовым! Это же такая замечательная новость!

– Не вижу ничего замечательного.

– Он что, плохо целуется?

– Эм… Нет, – сухо отвечаю я. На деле же всё тело вновь нагревается и усыпается мурашками от воспоминаний. – Нормально он целуется.

– От просто «нормально» ты бы не краснела сейчас как рак.

Чёрт! Кажется, дурацкий жар и лица коснулся. Да что же такое?

– Мы можем наконец свернуть этот разговор? – умоляюще смотрю на Ари.

– Можем, но только после того, как ты расскажешь, что было дальше.

– О, дальше был самый приятный момент вечера. Я врезала ему.

– Ты, что? – охает сестра.

– Врезала ему. От всей души.

– Зачем ты это сделала?

– Потому что…

Удивилась, растерялась, ужаснулась…

Но Арине говорю:

– Потому что заслужил. Не надо было меня целовать без разрешения. Вот и всё.

– Но тебе же понравилось.

– Это ничего не меняет.

– Ты такая дурная, Кара, – посмеиваясь, Ари неодобрительно качает головой.

– Это ни для кого не новость. И я до сих пор не могу понять, зачем я ему такая сдалась? В чём подвох?

– Почему ты думаешь, что должен быть какой-то подвох? Он же сам тебе сказал, что ты ему нравишься.

– Да, сказал, но я не могу поверить, что это единственная причина. Как не могу поверить и в то, что Титов весь такой понимающий и хороший. С ним должно быть что-то не так, и я не успокоюсь, пока не узнаю, что именно.

– И как ты это будешь делать?

– Понятия не имею.

– Гениально, – усмехается она. – Раз так, то, может, и не станешь пытаться найти какие-то гипотетические подводные камни в нём, а усмиришь свой сложный характер и сконцентрируешься на развитии ваших отношений?

Я бросаю на Ари такой взгляд, что она без слов понимает мою позицию.

– Ясно всё с тобой, неугомонная. Тогда скажи, что Дмитрий сделал после твоей пощёчины?

– Тупой вопрос. Он улыбнулся так, словно срубил джекпот.

– Какой забавный, – хихикает Ари. – А сказал что-нибудь?

– Сказал, что оно того стоило.

– Ой всё… Я потекла. Этот мужчина идеальный, – расплывшись в кровати лужицей, блеет Арина, а я закатываю глаза, но при этом не сдерживаюсь от улыбки. – Как же тебе повезло, Кара.

– Я в этом не уверена.

– А мне кажется, Титов хороший человек и серьёзно настроенный мужчина. В отличие от тебя, я много что вычитала о нём в прессе. И ни разу не видела статьи о его сомнительных связях с женщинами. Честно говоря, я вообще не припомню ни одной статьи про его личную жизнь. В основном всё было только про бизнес.

– Тебе ли не знать, как легко можно подчистить невыгодную информацию?

– Знаю, но, Кара, нельзя же везде и во всём выискивать подвох. Так и свихнуться можно. Советую тебе просто продолжить общаться и знакомиться с ним. Уверена, со временем ты поймёшь, что Титов честен с тобой.

Я пожимаю плечами, хотя вроде бы и согласна с Ари. Мне нужно больше пообщаться с Титовым, как бы сложно это ни было. Но при этом интуиция подсказывает мне не расслабляться и держать ухо востро.

Что-то здесь нечисто.

Эта мысль не отпускает меня с первой же секунды знакомства с Дмитрием.

– А что насчёт Егора? Скучаешь по нему? – Ари переходит ко второй болезненной для меня теме, однако ответить не получается. Наш разговор прерывает стук в дверь, и после разрешения в спальню входит Андрей.

– Привет, девочки. Не хотел вам мешать, но мне нужно было узнать, Кара, мы с тобой сегодня поедем в детдом на игру, или я временно свободен?

– Ой, игра! – спохватываюсь я. – Точно. Совсем вылетело из головы. Обязательно поедем. Я же обещала ребятам, что буду играть с ними.

– В таком случае начинай собираться. Я подгоню машину.

– Есть, сэр! – отдаю честь ребром и вскакиваю с кровати. – Со всеми этими мужиками я чуть не забыла о детях. Совсем беда! Ты поедешь со мной?

– К сожалению, не могу. За мной скоро заедет Олег.

– Надо же! Свидание второй день подряд? Да он серьёзно настроен окутать тебя своими чарами.

– И не говори, – смеётся Ари. – Но ничего, пусть напрягается. Ему полезно.

– Это уж точно.

Мы продолжаем болтать и смеяться, пока я закидываю в сумку спортивную форму и футбольные кроссовки. А потом прощаемся, и я бегу на улицу к Андрею.

Дорога до интерната занимает полтора часа. Он находится на одном из самых дальних районов от нашего особняка, но я всё равно стараюсь навещать ребят хотя бы раз в неделю.

Наверное, это странно – будучи девочкой из Золотой семьи, ощущать себя своей среди бездомных детей. Но именно так со мной и происходит. Я люблю находиться в простых, немного потёртых стенах детдома. И обожаю общаться с ребятами, у которых, как и у меня, нет родителей.

Естественно, наши ситуации нельзя сравнивать. Да, у меня нет мамы и папы, но у меня есть две замечательные сестры, два брата и телохранитель, которого воспринимаю как отца. У этих же ребят нет никого. Только воспитатели, я и ещё несколько волонтёров, которые время от времени навещают их. И каждый раз дети радуются нам, как сумасшедшие.

Вот и сейчас по приезде на меня тут же набрасываются два мальчика и сжимают в объятиях с обеих сторон:

– Кара! Ура-а-а! Мы думали, что ты не приедешь!

– Ещё чего? Как же я могла пропустить наш традиционный субботний матч.

– Мы начинаем всего через десять минут!

– Знаю, поэтому пустите меня переодеться.

Ребята отпускают меня, и рыжеволосый Матвей с загадочной улыбкой произносят:

– Давай быстрее, у нас для тебя есть сюрприз!

– Да что ты говоришь?

– Ага. Так что мы тебя ждём на поле.

Мальчишки убегают, а я двигаюсь к главному зданию интерната, где у входа меня с улыбкой встречает одна из воспитательниц.

– Ты, как всегда, в самый последний момент.

– Вы же знаете, пунктуальность – не мой конёк.

София добродушно улыбается и пропускает меня внутрь. А вот следующего за мной по пятам Андрея тормозит, начиная расспрашивать о нём и его жизни. Она всегда к нему неровно дышала и каждый раз пыталась завести с ним разговор, а Андрей… Ну он просто Андрей. Не человек, а необщительная бука.

Всегда на работе. Всегда собран и сдержан. Всегда пресекает любые посторонние разговоры на старте. Но в этот раз я решаю вмешаться раньше, чем он это сделает. Уж очень София старается обратить на себя его внимание. Как я могу не помочь ей в этом?

– Андрей, подожди меня здесь. Или иди с Софией на поле.

– Но я не мо…

– Да что со мной случится тут? Я быстро переоденусь и приду на стадион. Так что жди меня там.

– Вот именно, Андрей. Пойдёмте со мной. Что ж вы девочке и шагу ступить одной не даёте? Так ведь до безумия можно довести. Каролиночка же каждые выходные к нам приезжает. У нас тут безопасно. Мы ни за что не позволим никому дать её в обиду. Пойдёмте, – София берёт Андрея под локоть и тащит в сторону поля, а он бросает на меня взгляд: «Я тебя прибью, чёртова сваха!», но всё-таки сдаётся и уходит.

Я расплываюсь в довольной улыбке и быстро добираюсь до коридора, ведущего к раздевалке, и судя по тишине, понимаю, что все ребята уже переоделись и разминаются перед игрой на улице.

Ничего. Мне переодеться две минуты. Времени на разминку ещё останется сполна.

Так я думаю ровно до тех пор, пока не вхожу в полутёмную раздевалку и даже не успеваю дотянуться до выключателя. Меня порабощает леденящий страх, дыхание застревает в горле, когда чьё-то крупное тело прижимается ко мне сзади, руки сгребают в плотное кольцо, а одна ладонь намертво приклеивается к моему рту, приглушая мой крик о помощи.