Паника накрывает меня всего на пару секунд. После срабатывает чувство самосохранения, и мозг подаёт всему телу сигнал, что нужно срочно начать защищаться. Неважно, кто решил на меня напасть, убить или похитить, у него ничего не выйдет.

Руки у меня обездвижены, но зато ноги свободны. Их я и пускаю в ход, не разбирая, что этот козёл мне шепчет. И, о, счастье, в следующий миг заезжаю напавшему в колено. Его неразборчивый шёпот сменяется болезненным стоном, обхват рук становится слабее, и я незамедлительно пользуюсь этим. Чуть наклоняюсь, а затем со всей силы бью затылком по его лицу. Куда попадаю – не имею понятия. Может, в нос, может, в подбородок, но в любом случае добиваюсь нового стона и полного освобождения.

– Ты совсем сдурела? Разве не слышала, что я тебе говорю? – хрипло, со злостью спрашивает парень, и лишь сейчас до моего сознания доходит, кто меня схватил.

– Егор?

Оборачиваюсь, смотрю на то, как он морщится, прикасаясь к подбитой губе, и охаю. Реально Егор. Настоящий. Здесь.

– Ты зачем так схватил меня?! Хоть представляешь, как напугал?

– Тихо ты, не шуми, – шепчет он, с опаской поглядывая на дверь. – А то ещё твой сторож расслышит нас.

– Его там нет. Он уже на поле. Я пришла одна.

– Я не знал об этом, поэтому и схватил тебя и закрыл рот. Боялся, что ты от удивления случайно выдашь, что я здесь. Но я не думал, что ты меня не расслышишь, да ещё и врежешь.

– Да как я могла расслышать, когда единственной моей задачей было спастись? Прости, очень больно? – виновато спрашиваю и подхожу к Егору ближе.

Смачно я ему заехала. Из губы даже вытекает кровь.

– Да нет. Нормально всё, – он слегка улыбается, насколько это позволяет ему сделать рана, но глаза по-прежнему отражают грусть, что передаётся и мне.

– Я так скучал по тебе, Кара, – Егор делает шаг навстречу и крепко обнимает, отрывая меня от пола. – Не представляешь, как я рад тебя видеть.

– Почему же? Я тоже рада тебя видеть, – обнимая его в ответ, отвечаю искренне.

Все минувшие недели я переживала за Егора. Боялась, что с ним могло что-то случиться, поэтому сейчас меня окатывает невероятное облегчение. Жаль только, что совсем ненадолго.

– Тебе нельзя находиться здесь. Если Андрей тебя увидит, то убьёт, – освобождаюсь из объятий и со всей серьёзностью смотрю Егору в глаза. – Влад чётко сказал, что мне нужно держаться от тебя подальше, иначе ты пострадаешь.

– Знаю. Мне он тоже угрожал после того, как предложил деньги, но я отказался.

– Он сделал что?

– Да. Он явился ко мне в больничную палату в вечер, когда Андрей вырубил меня, и потребовал назвать сумму, за которую я согласился бы забыть о твоём существовании и покинуть Морен. Но, ясное дело, я послал его на хер. И тогда Влад пустил в ход угрозы.

– Вот скотина! – цежу я сквозь зубы, сжимая руки в кулаки.

– Да уж, твой братец не сахар, но давай не будем о нём сейчас. У нас слишком мало времени, а я жесть как соскучился по тебе.

Не успеваю и глазом моргнуть, как Егор рывком прижимает меня к себе и запечатывает губы поцелуем, а я… не чувствую того, что должна. Совершенно. И это странно. Мы же так давно не виделись, и я так скучала по нему, но сейчас возникает чувство, будто и не целуюсь с ним вовсе, а нахожусь на приёме у стоматолога, который решил проверить мою ротовую полость своим языком. Нет ни привычного тепла, ни возбуждения. Ни ликования от близости со своим парнем. Ни наслаждения от ощущения его запаха и губ, активно сминающих мои. Есть только стойкий привкус его крови, вытекающей из раны, непонятное мне отторжение и ярое желание отстраниться, но я не делаю этого. Без энтузиазма отвечая на жадный поцелуй, даю себе ещё несколько секунд, чтобы разобраться, почему меня совсем не торкает от него? Что случилось? Такого никогда не было. От Егора мне всегда срывало крышу с первых же секунд.

Хотя… После вчерашнего вечера, кажется, я даже не понимала, что на самом деле значит «сорвало крышу». Когда во время поцелуя не просто тепло и приятно, а от кайфа разум мгновенно говорит «до свидания». Когда не просто возбуждаешься, а горишь так, что всё тело молит как можно быстрее сорвать с себя одежду, лишь бы хоть немного облегчить состояние. Когда контакт губы в губы не утоляет жажду по мужчине, а наоборот, распаляет её так, что хочется целоваться целую вечность.

Мать вашу! Я что, сейчас серьёзно сравниваю? И думаю о другом мужчине, да ещё и о Титове, пока меня целует мой парень? Совсем больная?

– Егор, подожди… – давлю на его грудь, разрывая поцелуй. – Нам нужно остановиться.

– Почему?

Потому что со мной происходит что-то непонятное? Потому что мне больше не нравится с тобой целоваться? Потому что я запуталась?

– Потому что тебе опасно находиться здесь. Ты должен уйти и больше никогда не приближаться ко мне. Ради своего же блага, – выпаливаю ту правду, что, по моим ощущениям, менее обидная из всех остальных.

– Плевать мне на безопасность, Кара, – он хватает меня за плечи. – Так что не проси меня о таком. У меня так много времени ушло на то, чтобы найти способ с тобой встретиться. И я буду продолжать искать другие варианты видеться с тобой тайно, пока твой брат не одумается.

– В том то и дело, Егор. Влад не одумается. Ты не понимаешь.

– Чего я не понимаю?

– Мы больше не сможем быть вместе. Влад выбрал мне жениха и заставляет выйти замуж.

– Я в курсе. Об этом он мне тоже сказал, но мне плевать. Я же знаю тебя. Ты ни за что не согласишься на подобное.

– Да, не соглашусь, но не всё так просто.

– Что ты имеешь в виду?

Я тяжело вздыхаю, прежде чем ответить:

– Титов… Мужчина, за которого Влад хочет выдать меня замуж, он… Ну, он немного не такой, каким я себе его представляла. И во время нашего последнего разговора он пообещал, что никакой свадьбы не будет, если я не захочу этого.

– И? Разве это не хорошая новость?

– Хорошая, если он не врёт, конечно. Но взамен на возможность сделать выбор самой я пообещала ему, что дам нам шанс узнать друг друга лучше, понимаешь?

Несколько секунд Егор пристально всматривается в мои глаза, переваривая информацию, а после грязно ругается и зарывается пальцами в свои волосы, устраивая на голове беспорядок.

– Блять! – матерится сквозь зубы. – Получается, пока я искал способы встретиться с тобой, ты уже переключилась на другого? Так легко и быстро?

– Не говори так.

– А разве это неправда?

– Нет. Будь моя воля, я бы больше не виделась с Титовым, но ни он, ни брат не отвяжутся от меня. Да и с тобой, не дай бог, что-нибудь сделают, если я начну брыкаться. Война с ними только усугубит дело. Мне легче выполнить обещание, данное Титову, спокойно пообщаться с ним какое-то время, чтобы после отказаться от свадьбы.

– И ты хочешь, чтобы я всё это время спокойно ждал этого знаменательного момента? Чтобы я смирно жил своей жизнью, зная, что моя девушка встречается с другим мужчиной?

– В том то и дело, что я не хочу этого, ведь считаю нечестным заставлять тебя ждать меня. Поэтому и говорю, что мы не сможем больше быть вместе. Ты должен двигаться дальше. Без меня, – произношу с безграничной горечью в голосе. И её же вижу в темноте его глаз.

– Без тебя… Ну да… Будто это так просто сделать, Кара. Я вообще-то люблю тебя.

Меня пробирает дрожь от его признания – неожиданного и до жути неуместного, учитывая обстоятельства. Егор никогда не говорил мне этих слов. Я знала, что очень нравлюсь ему и возбуждаю точно так же, как и он меня, но признаний в любви не было ни с одной стороны. И от этого между нами было всё так просто. А сейчас его слова будто непомерной тяжестью придавливают меня, я чувствую сильную неловкость и не знаю, что сказать в ответ. Не знаю, как развеять напряжение, повисшее удушливым облаком в пространстве между нами.

– Пожалуйста… Не говори мне этого. Не сейчас… Не усложняй всё ещё больше, – прошу я, с сожалением глядя в его грустные глаза.

– Да уж, – на удивление он соглашается со мной. – Мне нужно было давно сказать тебе об этом. Сейчас я вижу, что ты уже приняла решение, в котором нет места для меня.

В его голосе столько досады и разочарования, что у меня всё скручивается между рёбрами, пронизывая грудь сильной болью.

– Прости меня, Егор. Пожалуйста, прости, – сама не замечаю, как подхожу к нему вплотную и прикасаюсь пальцами к щеке. – Я никогда не хотела делать тебе больно. И я не должна была в принципе входить в твою жизнь. Ты единственный парень, с которым я была по-настоящему счастливой, поверь мне, но с моей стороны было глупо надеяться, что Влад всегда будет закрывать глаза на наши отношения. Это не так. И прости меня за то, что сама поверила и тебя заставила поверить в другой исход наших отношений.

Он прикрывает глаза и соединяет наши лбы. Укладывает руки на мою талию и сильно сжимает, будто надеется так удержать меня возле себя.

– Я не хочу тебя терять, Кара, – тихо произносит, кромсая мне сердце на ошмётки. – И меня бесит, что ты так просто сдалась, решив пойти на поводу у брата. А ещё я не понимаю, почему ты так сделала?

Хочу заверить его, что он не прав. Ещё раз сказать, что я не сдалась, а просто выбрала более миролюбивый способ избежать договорного брака, ведь в первый раз Егор явно плохо расслышал меня. Однако стоит мне только открыть рот, как дверь раздевалки со скрипом открывается.

Мы с Егором резко отстраняемся друг от друга, а затем бросаем взгляды к выходу. Сердце подлетает к горлу, а затем, остановившись от ужаса, на всей скорости летит вниз. И если я думала, что всё это время в комнате витало напряжение, то я глубоко ошибалась. По-настоящему лютый накал начинает трещать в каждом кубометре воздуха, когда я сталкиваюсь с ледяным взглядом Титова, который стоит в дверном проёме.