Подхожу к тому самому главнюку Сане и вытаскиваю у него из нагрудного кармана брелоки от машин. Потом подхватываю с земли свой рюкзак. Забираю «винторезы». Ещё у двоих мужиков нахожу ножи.

Очень хочется дать паре уродов в зубы за пинки и «хитровыделанного спиногрыза», но я подавляю это желание. Безответных не бьют. Даже если заслужили.

Шанка чувствую рядом, в кустах. Значит, как отойдём, он сам прыгнет в мой рюкзак.

Потом поворачиваюсь к хранителю. Ну или в ту сторону, где, по моим представлениям, он должен находиться: он по-прежнему или прячется, или невидим.

– Ты сказал, что я не смог выйти к месту силы и потому эта земля мне не принадлежит. Так?

– Так.

– Значит, если я доберусь до места силы за оставшиеся пятнадцать минут, ты признаешь меня хозяином этой земли?

– Попробуй, – ехидно говорит он. – Скорее ты снова сделаешь круг и вернёшься сюда. И тогда никто из вас не выйдет из этого леса.

– Будь добр просто ответить на мой вопрос.

– Да. Земля станет твоей, если ты…

– Дальше я понял, не повторяйся, – перебиваю. – Ну, я пошёл.

Последние слова остаются без ответа, так что я спокойно направляюсь в уже знакомую мне сторону.

Пройти магическую формацию возможно. Обычно она похожи на круглую печать огромного диаметра.

Можно, конечно, попробовать проломиться в ее центр чистой силой. Не на магических плетениях, а просто используя эфир как таран. Но если переоценишь себя – запутаешься в векторах силы и точно сдохнешь.

А можно погасить ключевые точки печати, разорвав связи между ними. Но это всё равно что пройти невидимый лабиринт, не имея карты. К тому же на скорость. Место силы не зря называется именно так. Оно способно к самовосстановлению. Будешь двигаться медленно – и погашенные узлы вновь соединятся нитями эфира и напитаются силой. Ты выдохнешься, потратишь эфир, а толку будет ноль.

С магическими формациями я сталкивался не раз. Обычно их ставят или как охранки, или как ловушки. Встречал и то, и другое.

Однажды один из моих приятелей на спор поставил такую охранять свой дом. Хвастался, что заковыристая и лучше любой сигналки. А потом долго матерился, отстирывая штаны. Потому что непросто вспомнить порядок узлов и векторов, когда мечтаешь о толчке. Прямо посреди печати его и прихватило…

В лабиринте действует правило левой руки: всегда касаться ею стены, когда идёшь. В формации это – отметка ключевых узлов. Место, с которого тебя начинает потихоньку сбивать с пути, заворачивать, и есть узел силы. Причём формация сильно путает разум, поэтому тебе кажется, что ты всё ещё идёшь в верном, выбранном тобой направлении.

Любые предметы, попавшие в формацию, становятся её частью, едва ты моргнёшь. Поэтому пройти по хлебным крошкам не получится. И идея «Где-то тут я потерял булочку и сейчас её увижу» (фонарик, кота, тачку – что угодно) не сработает.

Зато у меня есть тьма. Даже если я не смогу её увидеть – я буду её чувствовать.

Бегу я, конечно, как укушенный бешеным тараканом слон. Останавливаюсь на узлах силы и делаю отметку тьмой. Потом прожигаю эфиром нить рисунка печати и бегу дальше. «Винты» пришлось бросить почти сразу: пять с лишним кило нагрузки, когда бежишь на скорость, явно лишние. Правда, место запомнил.

Формация оказывается больше, чем я рассчитывал. К тому же вокруг – однообразный сосновый лес. Даже начинаю думать, что не успею пройти, потому что чувствую оставленные мной отметки тьмы всё слабее. Значит, какие-то узлы уже восстановились. А чем больше таких точек – тем сильнее формация. И тем сложнее разорвать её рисунок.

Но как раз в этот момент я всё же выбираюсь в центр.

– Ий-ху-у-у! – ору от радости, не сдерживаясь. Наклоняюсь к коленям и какое-то время пытаюсь отдышаться. Потом поднимаю голову и осматриваюсь.

Центр формации – пятак приблизительно в сто на сто метров, окружённый лесом. И здесь уже стоит какое-то раздолбанное здание. Как раз до него доходит та самая линия ЛЭП.

Выставив вперёд ладонь, я впитываю обратно всю выпущенную мной тьму и направляюсь к дому. От ограды тут осталось только почти сожранное временем основание, на котором когда-то стояла решётка.

Это старый каменный особняк, который потихоньку разрушается от времени. Красная черепица на крыше кусками рухнула на каменные плиты дорожки. Лепнина второго этажа грозит обрушиться на голову, поэтому под ней я прохожу не дыша. Двустворчатая растрескавшаяся дверь открывается сама, стоит мне подняться по ступеням.

– Ты прошёл, – с удивлением говорит хранитель.

– Были сомнения? – хмыкаю.

Света здесь нет, но благодаря своему навыку сумеречного зрения я вижу хранителя. Хотя «вижу», наверное, не совсем верно: он или не хочет принять какой-либо облик, или вымотан и не может. Во всяком случае передо мной просто мотыляется нечто белёсо-полупрозрачное, даже размеры толком не оценить.

Да ну и клизму Шанкры ему в хранилище.

– Признаёшь, что земля принадлежит мне? – Я достаю из рюкзака документы, которые принёс поверенный. И с удивлением наблюдаю за тем, как на них проявляется алая печать в виде грифона.

Выходит, теперь земля и правда моя.

– Как скажете… князь, – неохотно отвечает хранитель. – Вы можете просить меня о чём угодно.

Просить? Это я-то? Кажется, он что-то перепутал. Конечно, в этом мире мало эфира и сильных одарённых. И потому некоторые магические сущности вконец оборзели. И ставить таких на место надо сразу. Так что сейчас этот местный наглый «джинн» получит у меня по самое не балуйся. Тем более что, насколько я разбираюсь в магических контрактах, выбор у него невелик.

Обидели зайку, отняли домик…

– Прости, но у рода Каменских уже есть хранитель, – пожимаю плечами. И великодушно добавляю: – Так что я освобождаю тебя от служения. Ты свободен.

И делаю рукой такой… воодушевляющий жест. Мол – весь мир к твоим ногам.

Хранителя натурально корёжит от моей «щедрости».

– Но… я могу быть очень полезен! – тут же вспоминает он.

– Понимаю, – пожимаю плечами. – Но я не рабовладелец. Так что теперь ты сам по себе.

– Я понял… хозяин, – внезапно прерывает он весь этот фарс. – Был непочтителен. Прошу прощения.

Киваю. Будем считать, что ситуация исчерпала себя. Теперь можно и поговорить.

– Кому эта земля принадлежала раньше?

– Князьям Вольским.

– Что случилось с родом?

– Никого не осталось, – отвечает он, интонацией показывая, что не собирается обсуждать эту тему.

Ну это мне и так известно. Ладно. Пока настаивать не буду.

– Вы собираетесь восстанавливать поместье… хозяин?

– Возможно… со временем.

Интересно, есть ли тут потайные комнаты? Я снова окидываю дом взглядом. И вспоминаю, что кое о чём забыл.

– А, да… Насчёт тех моих «друзей»…

– Простите, хозяин, – внезапно говорит хранитель, – я за ними не усмотрел.

– Хочешь сказать, что, как только я добрался до места силы, твоё плетение спало и они сбежали?

Хранитель мнётся и молчит.

– Говори уже, – вздыхаю. – Даже если ты блефовал и твоё заклинание развеялось, то как получилось – так получилось.

Раз мужики уже свободны, то мой первоначальный план остаётся в силе: выбраться в сторону, противоположную той, где я оставлял машину. И опять на перекладных добираться в столицу.

Но хранитель меня удивляет:

– Нет, хозяин. Ваш… зверь. Он…

Мой зверь… Крайт, что ли?

– Ну, что сделал мой зверь? Да говори уже! Сожрал всех пятерых? Нагадил им в карманы? Или… выпил источник одарённого? – наконец понимаю.

Хранитель кивает.

– Источник. И повредил моё заклинание. Поэтому они и смогли уйти.

Ну… минус одарённый… и минус тот мужик, которому я когтями тьмы распорол бок… Итого получается, что где-то недалеко шатаются трое обозлённых уродов. У которых на руках один сильно раненый и один – в отключке после потери дара. Приятного мало.

Зато Крайт в порядке и рядом, что не может не радовать.

– Можешь за ними проследить?

– Простите, хозяин. Они уже за пределами вашей земли.

– Тогда покажи направление. В какую сторону они шли, пока не выбрались за границы места силы.

Хм-м… Оказывается, уроды не просто ушли, они ушли порталом. И задействовал его тот самый выпитый Крайтом одарённый. Силён мужик, раз сознание не потерял и сумел воспользоваться артефактом.

Обидно, что, осматривая их рюкзаки, я не заметил порталку. Правда, у меня всё еще остаётся их автобрелок, но тачка – расхожая модель «Москвича». Отдам Матвею, хотя шансы найти машину и её владельца по брелоку невелики.

Зато это означает, что автостоп отменяется и я могу вернуться к своей машине. Да, к отбою я уже опоздал, но до полуночи буду в столице.

– Сними защитную формацию. Поддерживая её, ты чуть не умер. Я же прав?

Прав, конечно. Только хозяин может отдать хранителю приказ. И если последний из князей Вольских приказал создать формацию и поддерживать её – хранитель не может отказаться. Скорее доведёт себя до полного опустошения и погибнет, как чуть не погиб этот. Сколько ему оставалось? Думаю, несколько месяцев.

– Благодарю, хозяин! – выдыхает хранитель и наконец-то проявляет облик. Больше всего он похож на зависшего в воздухе полупрозрачного осьминога.

– Как тебя зовут? – интересуюсь.

– Нет имени, хозяин.

– Будешь Ктулху, – решаю, вспомнив творение известного в этом мире писателя. Имя мне понравилось, как и вымышленное им создание.

Ну, или не такое уж и вымышленное… Я с таким не встречался, но в летописях что-то подобное упоминалось.

– Благодарю, хозяин, – снова отвечает он.

Окидываю особняк взглядом. Погулять по нему хочется, но наспех это делать точно не стоит. Придётся вернуться позже.

– Я вернусь, – киваю хранителю. – Жди. Да… – Вспоминаю, что надо отдать приказ. – Если есть то, что ты считаешь нужным сделать, – сделай. И покажи мне, как ставить формацию. Пригодится.

Как ни странно, в этот раз поговорка «Хочешь рассмешить бога – расскажи ему о своих планах» не срабатывает. Сорок минут я изучаю плетение формации, ещё через час без проблем добираюсь до своей «Чайки». И даже не нахожу там ни засады, ни следов чужой машины. Судя по всему, напавшие на меня высадились где-то в другом месте. Что напрягает. Если не следили за моей машиной, то как вышли на меня? Не так-то просто отыскать в лесу человека.

По пути ко мне наконец присоединяется Крайт. Вид у кошака виноватый и напуганный. Он даже не сыплет привычными мыслеобразами.

– Привет, пушистый!

Успокаивающе чешу его между ушами. И не такое проходили. Хотя проблему решать нужно. И как можно быстрее.

⁂

На следующий день звоню Матвею и прошу подъехать. В перерыве между занятиями на парковке отдаю ему брелок от чужой машины.

– Проверь что сможешь. Вдруг получится найти владельца.

– Что случилось? – Он крутит брелок в руках.

Отвечаю честно, как есть. И про нападение, и про то, что свалили ублюдки порталом. На имени рода Вольских Матвей морщится. Не спрашиваю: хотел бы рассказать – рассказал бы без вопросов. Так что придётся выяснять самостоятельно.

– Да, – вспоминаю. – Вот тебе геолокация. Где-то рядом там должны валяться «винты». Сгоняй и забери. Сможешь пробить, кому принадлежат, – хорошо. Если такой возможности нет – разбери и утопи в Москва-реке.

– Понял.

– Есть что-то новое по «Братству»?

Тайной канцелярии известно теперь не только то, что Колдун на свободе и в империи работают агенты иностранных филиалов «Братства свободных». Теперь у Тайной канцелярии есть список их имён. Правда, вряд ли полный.

– Да, – не обманывает мои ожидания Матвей. – Раньше-то только местными сволочами занимались, не до иностранцев было. Теперь копают и в Британию, и в Китай, и к немцам. Тут дипломатия, сам понимаешь. Просто так арестовывать нельзя… Кстати.

Матвей протягивает мне бумажку:

– Пропуск от князя Львова в главное отделение Канцелярии. Просил передать лично. И подъехать туда в понедельник.

– Зачем я ему опять? Воспитывать или по делу? Вроде я мирно учусь, как и просили.

– За надом! – отрезает Соболев. – Учишься, говоришь, мирно? А «винты» на территории Вольских – практическое задание по учёбе?

– Это уже моя территория, – отвечаю спокойно. – Я не понял, ты хочешь сам ей заняться?

Матвей только отмахивается и щёлкает брелоком своего старого «седана», показывая, что разговор окончен.

Задумчиво провожаю взглядом его отъезжающую машину.

Понятно, что просто так глава Тайной канцелярии пропусками не разбрасывается. Виделись мы с ним буквально на днях, значит, возникли вопросы по списку агентов, который я ему передал. Но какие? Этих людей я точно не трогал и даже не видел.

Да, Дитриха Вальтера безопасники уже не смогут допросить. Шах любезно избавил их от этого труда. Но так и из списка я его вычеркнул. Да и Шах, разумеется, не оставил своих следов.

Тогда в чём дело?

⁂

В воскресенье утром я не завтракаю – только пью в столовой кофе. Сражаться на полный желудок – ну такое себе. Потом забираю из комнаты рюкзак с Шанком. Крайт сейчас нестабилен, и оставлять с ним руку бога опасно.

Жаль, но на глазах у такого количества народа я точно не смогу превратить Шанка в посох. Это не духовное оружие, про подобную трансформацию я в этом мире не слышал. Поэтому придётся обходиться своими силами.

Ильин уехал ещё до завтрака – отговорился какими-то делами. Палея я ещё не видел, а Токсин сказал, что с утра съездит домой.

Ну и ладно. Доберусь сегодня без компании. На спарринге все парни обещали быть.

Выхожу на парковку и забираюсь в салон своей «Чайки». Народу на парковке – наверное, всё Императорское училище. То и дело с места срываются машины. Похоже, на мой бой хочет посмотреть чуть ли не каждый первый курсант.

Вбиваю в навигатор адрес предложенного Лексом Львовым зала. Ну, насчёт «недалеко» он покривил душой – ехать километров десять. Надеюсь, там есть большая парковка. Если все, кто отъехал отсюда за последние пять минут, направляются туда… Места понадобится много.

Добравшись по адресу, какое-то время рассматриваю здоровенный спортивный комплекс. Да, это не центр столицы, но обнесённая трёхметровым кованым забором территория ясно намекает на богатство рода Львовых.

Мысленно делаю себе пометку отдать Лексу деньги. С долгами же как: оглянуться не успеешь, как уже всем должен. Так что лучше и не начинать.

У проходной висят таблички с указанием на подземный паркинг. Съезжаю туда и выхожу из машины.

– Каменский! – кричит Лекс от лифтов. – Гони сюда!

Мы поднимаемся в рабочий кабинет. Лекс ведёт себя в нём так, словно…

– Это что – твой собственный комплекс? – соображаю.

– Ну… как-то так, – кивает он. – Полгода, как достроил.

Неплохо.

– Слушай, Каменский… будь осторожен, – внезапно говорит Лекс. – Рефери у вас будет Даниил Котов. А я этого парня неплохо знаю. И судя по выражению его лица, тебя точно ожидает какая-то подлянка.

– Спасибо, но это и так было понятно. Такие, как он, не умеют вовремя останавливаться.

– У тебя есть что-то кроме этого? – Лекс окидывает взглядом мою футболку и спортивные штаны. – Здесь запрещены артефакты и зелья, но нет никаких запретов на механическую защиту. Я был уверен, что ты сообразишь захватить с собой форму.

Хмыкаю:

– Запаковаться как мумия и убить зрелищность сражения?

– Знаешь, с кем придётся сражаться? Это парни из родов, приближённых к графу Горчакову. И…

– Знаю, – прерываю его. – Но спасибо, что решил помочь.

Парни – близкие приятели горчаковского племянника Даниила Котова. Двое с аспектом земли, к тому же у них уже есть воплощённое оружие. Третий – с сильным даром огня.

Но чтобы я, инквизитор Никрас Борх, не уделал каких-то сопляков из другого мира? Ну не настолько я тут одичал. И тело новое подкачать успел. И про синтез боевых техник знаю не понаслышке. Пусть мои руки и связаны нежеланием демонстрировать окружающим все мои способности, выкрутиться сумею.

– Ну… тогда удачи, – кивает Лекс, и мы выходим из кабинета.

⁂

Оглядываюсь. Арена не огромная, но и не маленькая – метров тридцать в диаметре. К тому же тут явно проходят и серьёзные соревнования. Потому что я вижу даже императорскую ложу – в красно-золотых цветах на портьерах и с гербом-грифоном. И… кажется, она не пустует. Во всяком случае, одна из портьер внезапно дёргается, словно человек, который находится за ней, не хочет, чтобы его видели.

Принцесса, что ли? Ну не император же пришёл посмотреть на спарринг обычных курсантов? Хотя всё может быть.

Под моими ногами – искусственное покрытие, а не песок. Видимо, для того чтобы не давать преимуществ одарённым с аспектом земли. По периметру установлены антимагические кристаллы. Хорошо, что можно не сдерживаться.

На арену выходит курсант в форме рефери, и я узнаю в нём Даниила Котова, племянника графа Горчакова. Ну, удивляться нечему.

Поймав мой взгляд, он ухмыляется и подносит ко рту руку с микрофоном.

– Дамы и господа, позвольте представить вам князя Никиту Каменского! – кричит он. – И поскольку князь сам предложил спарринг с любым желающим… Николай Афонин, курсант третьего курса, аспект земли! Алексей Дубинин, курсант четвёртого курса, аспект земли! Александр Штерн, курсант четвёртого курса, аспект огня!

Оцениваю будущих противников. Крепкие бычки. Все в защитной форме училища, прав был Лекс. И даже с печатью интеллекта на лицах. Видимо, в Императорское дебилов всё же не берут.

– И-и-и-и… начали! – отдаёт отмашку рефери.

Ну… погнали!