— Знаешь, Сареф… на самом деле я так рада, что ты вернулся с Островов вместе с девушками, — заговорила Ижени, — потому что… ну, когда мы поняли, что с ними случилось, и куда их увезли… ну, в этот момент, в общем-то, все почти смирились, что это всё, конец. Но потом Адейро вспомнил про тебя. Вспомнил, как ты, действительно, нашёл пропавшего без вести Чемпиона стревлогов — и решил попытаться. Впрочем, скорее, больше ради того, чтобы Исмарк, Юдара и Красс… не сотворили с собой чего-то непоправимого.

— Это неудивительно, — пожал плечами Сареф, — Адейро лично вырастил из меня мразь, которая выживет где угодно в Системе. Он знал, на что я способен, и потому обратился ко мне. Правда, вопрос с оплатой вызвал вполне ожидаемые затруднения, — добавил он, — впрочем, меня это сильно не удивило. Я регулярно сталкивался с тем, что мне поручали сложную работу, а потом, по факту её выполнения, пытались отделаться жалкими грошами. Ну, я рассчитывал, что хотя бы моя семья не станет кидать меня на награду.

— За это можешь не переживать, — голос Ижени внезапно посуровел, — Адейро может сколько угодно кочевряжиться и воротить нос — Гидеон вытряхнет с него деньги. Тем более, что Исмарк вполне чётко выразил свою позицию по этому поводу. Я даже не ожидала от него такого, по правде говоря. Впрочем, надеюсь, что он этот урок усвоил хорошо — и теперь, наконец-то, возьмётся за ум. Да, когда-то ему пришлось пережить страшную потерю… и мне бы не хотелось обесценивать его страдания. Вот только штука в том, что жизнь продолжается… и ему ещё есть, что терять, и есть, ради чего жить.

— Возможно, — кивнул Сареф, — если он, действительно, возьмётся за ум — так будет лучше для всех.

При этом он осторожно покосился на бабушку Ижени. Она сейчас говорила очевидные вещи, до которых Сареф мог бы догадаться и сам. Ей явно хотелось поговорить не об этом.

— Сареф… я, конечно, понимаю, что ты, возможно, не захочешь это обсуждать, — осторожно начала бабушка Ижени, — и всё же… ты себе даже не представляешь, какое это важное событие — возвращение Нины Гайранос. Она отсутствовала почти 30 лет.

— Мне это известно, — сдержанно кивнул Сареф, — она покинула клан Гайранос после того, как моему отцу исполнилось 15 лет. Мне об этом говорили и сам Жерар, и бабушка Мив… и Адральвез.

— Вот уж в чём я ни капли не сомневаюсь, так это в том, что Адральвезу об этом было известно больше, чем кому бы то ни было, — голос Ижени практически не изменился, но тонкий подтекст неодобрения в сторону Адральвеза Сареф всё же уловил, — ведь… тебе же известно, что у Нины был хилереми… Впрочем, даже если бы и не было известно — ты бы узнал об этом, когда увидел её. Ты, возможно, не знаешь, но… Источник сил хилереми — это не то, о чём принято говорить…

— Вы намекаете на то, что хилереми приходят из Хаоса, — заметил Сареф, — да, мне об этом известно. Об этом мне тоже рассказала бабушка Мив. И да, я тоже полагал, что Нина по возращении рискует навлечь на себя нежелательное внимание. Поэтому, собственно, и вызвал Жерара в поместье Уайтхолл в тот же день, когда туда прибыл. Чтобы он спокойно забрал свою жену и доставил её в безопасное место, где её уже никто не достанет.

— Это было очень умно с твоей стороны, Сареф, — одобрительно кивнула Ижени, — потому что… ну, думаю, мы с тобой оба понимаем, что если Нина и нашла лекарство для Месса — для его создания она так или иначе задействовала Хаос. А это уже может посчитать личным оскорблением Адральвез… потому что он вполне логично считает, что с этой материей играться дозволено только ему. И потому ты правильно сделал, что не стал тащить Нину сюда. Месс с ней ещё увидится. А вот если бы она попала сюда… и если бы она попалась на глаза не тем людям — могли бы наступить… не самые приятные последствия.

А у Сарефа после этих слов мороз прошёл по загривку. Потому что ему совершенно неожиданно пришло в голову, что всего каких-то два часа назад он встретил здесь члена клана Зинтерра. Который так добросовестно отстоял честь своего клана, который поддержал его, так благожелательно отнёсся к нему. И в этот момент Сареф неожиданно понял, что если бы с ним в этот момент была Нина — то эта встреча могла произойти совершенно иначе. Получается, Баэрун специально ждал его там — и был готов драться ради того, чтобы схватить Нину, прямо в городе, даже с ним? Верилось в это с большим трудом… но и в то, что Баэрун просто так там гулял, верилось ещё меньше. Но какой в этом был смысл? Асур ещё вчера должен был отчитаться, что Нину увезли в клан Гайранос, и до неё уже не добраться. Или… Асур побоялся рассказывать о таком Адральвезу. Потому что, судя по всему, это было огромное упущение. Пока нет других объяснений тому, что Баэрун делал на торговой площади Эбитата. Нет, он ждал там именно их. Но, не увидев Нину в числе спутников Сарефа, благоразумно не стал провоцировать конфликт.

— Сареф… а могу я, пожалуйста, взглянуть на твоего хранителя? — неожиданно попросила бабушка Ижени.

— Конечно, — кивнул Сареф, вызывая Системное окно:

Призыв демона!

Кровавый договор! Потрачено здоровья: 35!

После этого Хим появился рядом с Сарефом во всей своей красе. В какой-то момент времени Сареф отметил, что расти ввысь Хим перестал. Но при этом его тело начало наливаться какой-то особой, природной мощью, он становился крепче и выносливее. Со стороны даже можно было сказать, что Хим за последний год не столько вырос, сколько заматерел.

— Большой мальчик, — невозмутимо отметила Ижени, с любопытством разглядывая Хима, — явно знает, как защитить и себя, и своего хозяина.

— Не сомневайтесь, госпожа, — с достоинством кивнул Хим, — у Сарефа за всю жизнь во всей Системе нет и не будет более надёжного соратника, чем я.

— Довольно хвастливое заявление, — хмыкнула Ижени, — впрочем… у тебя хорошие глаза, хранитель, и ты явно веришь в то, что говоришь. Что ж, вряд ли я буду оригинальна, и всё же скажу: уж ты сбереги Сарефа. Что-то мне подсказывает, что он нам всем ещё пригодится.

— Ах! Ах, какой ужас! — раздался позади них знакомый голос. Повернувшись в его сторону, Сареф и Ижени увидели Линду, которая прогуливалась с солнечным зонтиком в руках, — я снова вижу здесь это ужасное чудовище!

Хим невозмутимо повернулся к Линде и уставился на неё, скрестив перед собой руки. И под его взглядом тётушка как-то сама собой стушевалась и пробормотала:

— Это огромное… могучее… мускулистое чудовище, — после чего, тряхнув головой, гневно заявила, — я… я что, сказала это вслух? Что за глупые шутки! Негодный зверь, вот тебе!

С этими словами Линда ткнула остриём своего зонта Химу в живот. Вот только она не учла того, что у хилереми на животе были гладкие стальные мышцы, и потому кончик зонтика просто соскользнул по нему в сторону. Линда, явно в злости не рассчитавшая силу удара, от этого на силе инерции сама улетела вслед за своим зонтиком, споткнулась и упала. Вернее, упала бы, если бы Хим деликатно не поддержал её под руку… своим хвостом. Впрочем, Линда и здесь себе не изменила…

— Ты… как ты посмел меня коснуться… Гадкий, гадкий монстр! — Линда, вернувшая себе устойчивое положение, три раза ударила Хима зонтиком, после чего сердито топнула ногой и отвернулась. Хим закатил глаза и, дождавшись кивка Сарефа, испарился в его разуме.

— Линда, тебе давно пора замуж, я тебе об этом уже много раз говорила, — сказала Ижени, пряча за своим веером усмешку.

— Да не за кого, Ижени, не за кого здесь идти замуж! — тут же вспылила Линда, — я бы и рада — да за кого? За безвольного рохлю? За беспробудного пьяницу? Или за этого трусливого…

— А как насчёт дяди Исмарка? — спросил Сареф.

— Это что, такая глупая шутка? — рассердилась Линда.

— Отнюдь нет, — невозмутимо ответил Сареф, сам удивляясь тому, насколько удачной была эта мысль, — Исмарк сегодня показал, что он готов измениться, что он готов жить дальше, потому что понял, что для него ещё есть нечто ценное в этой жизни. Он не так уж стар. Он неплох собой. И он — брат главы клана, так что даже с политической точки зрения — вариант вполне годный. Так что…

— Ну вот, раз он такой замечательный во всех отношениях — вот сам и иди за него замуж! — вспылила Линда, — и своё мускулистое чудовище в постель с ним захвати, уверена, он поможет вам получше узнать друг друга!

— Как тебе запало в голову моё мускулистое чудовище, — хмыкнул Сареф, — ничего страшного, тётушка, мой хилереми всегда действует неотразимо на девушек. Некоторые даже пытались затащить его в постель. Тебе не нужно стыдиться своих чувств, тётя Линда.

— Ах ты, наглый, мелкий… — Линда в злости взмахнула зонтиком, и перед ней возник десяток снежных шаров…

— Достаточно, — Ижени прокрутила между пальцев свой веер, и снежные шары Линды рассыпались блестящей пылью, — Линда, я тебе сейчас просто даю добрый совет. Выбери себе кого-нибудь, пока у тебя есть такая возможность. Потому что через пару лет, когда психоз Валки и Гьядаола сойдёт на нет, юг Севоганда снова начнёт налаживать связи — и, в связи с этим, нас снова накроет волна политических браков. И вот тогда Гидеон выдаст тебя за того, кто первый подвернётся под руку.

Сказав это, бабушка Ижени поднялась со скамьи и с достоинством удалилась в поместье. Линда, явно не желая оставаться с Сарефом один на один (особенно сейчас, когда он был в статусе, ни много, ни мало, героя, который вернул в клан двух дочерей, и ссориться с которым было опрометчиво даже по меркам тёти Линды) так же удалилась, оставив строптивого и невоспитанного племянника в одиночестве.

Но его это не смутило: одиночество давно стало для него привычным состоянием, когда, наоборот, было намного проще расслабиться и подумать. А подумать было о чём…

Сареф, похоже, сам до конца не осознавал, насколько удачно он прокатил клан Зинтерра, когда отправил Нину прямо в руки Жерару. Что, впрочем, не означает, что после этого провала демоны не попытаются выведать правду у него. И теперь…

Сарефа, признаться, эта вскрытая игра изрядно обескуражила. Он был совершенно уверен, что если бы Адральвез обнаружил у него это зелье — он бы всеми правдами и неправдами попытался бы его отнять. Равно как и Ильмаррион ни при каких обстоятельствах не позволил бы ему просто так выпить кровь Чёрного Молоха. А это значит, что за пузырёк, что отдала ему Нина, скоро может развернуться нешуточная борьба — если его не использовать сейчас. И всё же… теперь Сарефу было слегка не по себе от того, что ему придётся отдавать это зелье Мессу. А что, если побочные эффекты всё же проявятся? Ему так хотелось спросить у кого-то совета. Но у кого было спрашивать? У Мёртвого Короля воров? Не те у него были с ним отношения. Да и потом, Мёртвый Король воров сам направил Нину к тому Льву, который и дал ей и знания, и инструмент. Что он тут может сказать нового?

— Я не думаю, что там будет какая-то ловушка, — неожиданно подал голос Хрипунец, — во-первых, Нина делала это ради своего сына. При этом она далеко не дура. Полагаю, она 20 лет искала информацию, и ещё 5 лет экспериментировала не потому, что ей нечем было заняться. Да и тот факт, что Красный Папочка, увидев результат этого эксперимента, моментально попытался присвоить его себе, тоже о многом говорит.

— И ты так просто делишься со мной этой информацией? — подозрительно спросил Сареф, — я ожидал, что ты, как минимум, снова попытаешься потребовать себе свободу в обмен на проверку этого зелья.

— Не-не-не, — Хрипунец в воображении Сарефа покачал головой, — я теперь, действительно, хочу, чтобы ты принёс меня к Старшим, и они попытались меня осудить. Как знать… может быть, и там у меня найдутся союзники, которые за меня вступятся.

— Я бы на твоём месте на это не рассчитывал, — хмыкнул Сареф, — Старшие среди стревлогов тоже наверняка регулярно проводят профилактические беседы по поводу того, какой ты нехороший, и как опасно с тобой связываться.

— Именно поэтому я и хочу там оказаться, — невозмутимо ответил Хрипунец, после чего его сознание неожиданно погасло. Теневой Символ явно больше не был настроен обсуждать эту тему. Сареф же, наконец, принял решение. Да и там, в общем-то, и думать было не о чем. Он обещал — и всё, так или иначе, упиралось в данное им слово. Поэтому…

10 минут спустя Сареф стоял перед дверью комнаты, отведённой для Месса. Судя по посапыванию оттуда, его отец явно наслаждался послеобеденным сном. Это было на него похоже. Чем старше он становился — тем больше предпочитал спать. Возможно, именно таким образом он хотел хоть как-то абстрагироваться от своего нынешнего невыносимого существования. Сареф постучал. С полминуты оттуда доносилось недовольное ворчание, после чего Месс, успевший натянуть на себя одни штаны, с недовольным лицом открыл дверь. Но его недовольство испарилось в момент после того, как он увидел, кто к нему пришёл.

— Сареф, сынок! — Месс при виде сына одновременно и обрадовался, и испугался, — ты… ты что-то хотел?

— Да, папа. Нам нужно поговорить, — кивнул Сареф.

— Да. Да, конечно, заходи, — Месс отошёл внутрь, пропуская Сарефа. Тот вошёл. В комнате хоть и было слегка душновато, но, по крайней мере, нигде не валялось пустых бутылок. Впрочем, здесь Гидеон, наверное, поддерживал зятя в форме куда строже, чем это делал Адейро.

Сареф осторожно присел на свободное кресло. Месс тем временем распахнул окно, и в комнату ворвался поток свежего воздуха. Сам Месс, успев натянуть на себя халат, сел на постель напротив Сарефа.

— Ну, сынок, говори же… это… это по поводу моей мамы, да?

— Да, — сглотнув, кивнул Сареф, — о ней… и не только…