королевству, и его сына — почётного жителя и защитника Нивелона, командующего

нашей стражей Нагулора!»

— Ого, вот это поворот! — удивлённо сказал Лафатуш.

— Ты уж да уж! Кто бы говорил! — ответили хором Матеус и Валькат.

После этого он представил пару придворных служащих, состоящих на службе у

короля.

— А теперь прошу вашего внимания! — вновь провозгласил эльф-глашатай. —

Светлейшие и благороднейшие, сегодня здесь присутствуют благословенные Аэтром

— вечные правители этого прекрасного королевства, которое из тёмных времён

возродили из пепла их великие предки! Прошу поприветствовать — короля и королеву

Нивелона!

Зал взорвался аплодисментами. Когда монархи вошли, все присутствующие встали из-за своих мест, мужчины поклонились, а дамы сделали книксен.

— Также прошу поприветствовать сына короля и королевы — наследника престола

Нивелона, принца Арбора, — продолжал глашатай, — а также нашу единственную, прекрасную и несравненную принцессу Нивелона — Лейнею!

В зал медленно вошла принцесса Лейнея в великолепном серебряном платье. Она шла

с опущенным взглядом, её лицо и глаза скрывали мягкие волнистые локоны золотых

волос. Но когда она подняла свой взор, её глаза встретились с глазами Вальката.

С того мгновения взгляд, слово, мысль и мечта Вальката принадлежали только ей. Он

стал её навеки — в этот миг, казалось бы, короткий и почти незаметный, соприкоснулись два мира.

В её тёплых каштановых глазах он увидел всю красоту жизни — солнечные луга, бушующие моря с синими, как небо, волнами, шёпот деревьев и жар солнца. Она не

была похожа на других девушек, которых он встречал в своей жизни. Это был особый

случай. Один лёгкий взмах её золотых локонов, один взгляд волшебных глаз — и она

стала для него всем.

Король поднял бокал с эльфийским вином и произнёс тост:

— Я хочу выпить за ещё один светлый день в нашем королевстве и за наших глубоко

почитаемых гостей!

Он отпил из бокала. Стол был полон всевозможных эльфийских яств, которые

великолепно отражали культуру Нивелона. Эльфы пили и веселились; они были

известны своим выдержанным ежевичным вином — на вкус очень кислым, но

обладающим редкой силой.

К еде подавались их знаменитые блюда: утка в вишнёвом соусе и рыба, запечённая в

сахарной корке. Вкус был весьма необычным, но восхитительно тонким и

запоминающимся.

На столе также лежали булочки из клубничной крошки и пшеничной муки, ореховая

курица с глазированной оранжевой солью. Пока все жадно поглощали пищу, Валькат

не мог прийти в себя. Он не притронулся ни к еде, ни к напиткам. Не мог поверить

своим глазам — и своему сердцу.

Это было настолько заметно, что Лафатуш решил поинтересоваться, что с ним

происходит.

— Как ты? Что с тобой? — спросил Лафатуш.

— Ты видел?.. — только и вымолвил Валькат.

— Что видел? О чём ты? — не понял друг.

Лафатуш задумчиво оглядел зал и вдруг понял, о чём говорил его товарищ.

— Ты про принцессу?.. Да, Лейнея... — произнёс он тихо. — Говорят, она — подарок

этому миру. При её рождении небеса озарились пламенем, и солнечный огонь коснулся

её. С тех пор её волосы стали золотыми, а кожа — белоснежной. Теперь ярче неё

ничего не существует.

— И красивее — добавил Валькат.

— Одним взглядом своих глаз она влюбляла тысячи мужчин, — добавил Лафатуш —

Все они теряли голову от любви, но она отвергала их чувства.

— Кому не удалось ей понравиться, тот навсегда обречён страдать, — продолжил

Лафатуш. — Ведь эльфы живут намного дольше людей и других существ. И

влюбляются всего один раз — навсегда. После этого для них больше не существует

другой любви. В этом её дар… и проклятье.

Эти слова сильно потрясли Вальката. Он не хотел стать ещё одним отвергнутым, но не

мог выбросить Лейнею из головы. Перед глазами стояли её золотые волнистые волосы, кожа, сияющая как луна, и глаза, что словно смотрели прямо в его сердце.

После этих размышлений ничего не изменилось: Валькат всё так же сидел, погружённый в мечты. Он подпёр рукой подбородок, чтобы не позволить себе

дотронуться до еды или даже вдохнуть её аромат.

Неожиданно к ним подошёл богато одетый слуга и с поклоном произнёс:

— Завтра вы приглашены в королевский дворец на аудиенцию у самого короля

Лаунорта.

Лафатуш и Матеус переглянулись. Первый опустил голову, погрузившись в мысли, а

второй, напротив, словно ожил. Слуга ушёл, оставив их в раздумьях — ведь завтра им

предстояло говорить перед самим королём.

— Похоже, нам придётся действовать осторожно, — пробормотал Лафатуш.

Валькат, принял эту новость с улыбкой, будто подобное происходило с ним каждый

день. Он поднял взгляд к друзьям и сказал:

— Завтра вы должны мне помочь. Это будет день, который все запомнят!

Ночь прошла быстро и весело. К утру на длинном столе в тронном зале почти не

осталось тарелок с едой. Бокалы были осушены, бутылки опустели, а некоторые

эльфы спали прямо на руках. Слугам предстояла долгая работа до самого вечера.

С первыми лучами Великого Солнца наша авантюрная троица обсудила план Вальката

и приготовилась к его исполнению. Надев торжественные кафтаны разных цветов, они

отправились в путь . Хотя одна деталь всё же удивляла больше всего: они поменялись

своими кафтанами.

Лафатуш, который вчера блистал в своём чёрном кунтуше, сегодня шёл в белом, а

чёрный оказался на Валькате. Серый же кафтан, как ни странно, остался у Матеуса.

Только теперь он дополнил свой наряд белым жабо, которое прежде носил Валькат.

Утренний дворец отличался от ночного. Вместо мягкого света факелов, как вчера, солнечные лучи теперь освещали всё вокруг, позволяя рассмотреть истинное

великолепие. Вид дневного дворца произвёл на них куда более сильное впечатление, чем ночной: красивые белые стены, могучие башни — словно не затронутые временем, вечные, как сами эльфы.

На мосту перед барбаканом стояли двое стражников. Они внимательно осмотрели

троицу, после чего пропустили их внутрь.

Перед входом в тронный зал Валькат с Матеусом сняли свои кафтан и жабо и

аккуратно сложили их на пол.

Лафатуш же достал из кармана плащ и брюки — как будто из ниоткуда, ведь в его

карман они явно не поместились бы.

Протянув плащ Валькату, он внезапно сорвал у него с головы один длинный волос и

начал на него дуть.

— Ох, ну и заставил же ты меня напрячься… — ворчал Лафатуш.

На следующем выдохе волос начал меняться: он стал расти, утолщаться, пока не

превратился в нечто, больше напоминающее срубленное бревно, чем волос.

Через мгновение из него начало формироваться тело — руки, ноги, черты лица. Кожа

побледнела, затем порозовела… и перед ними стоял — Валькат. Второй Валькат.

— Не верю своим глазам! — произнёс настоящий, осторожно дотронувшись до

двойника. — Он как живой…

— Не жадничай, — хмыкнул Лафатуш. — Это кукла. Держится всего один день. А

если с тобой что-то случится, она тут же исчезнет. Так что будь осторожен.

Обманывать короля эльфов — не самая лучшая идея.

— Да-да, я буду предельно осторожен, — ответил Валькат.

— Ну что ж, удачи вам, — сказал он, уже отходя к коридору дворца.

Матеус и Лафатуш с куклой-двойником Вальката вошли в тронный зал. Здесь всё ещё

витал запах вчерашнего пира — вина и пряных блюд. Серебряный пол сверкал так

ярко, что отражал свет, будто зеркало.

В конце зала возвышался трон. На нём сидел высокий чёрноволосый мужчина в

серебряной мантии, расшитой изумрудами. На его голове сияла изящная золотая

корона, украшенная самоцветами.

Взгляд его был взглядом истинного правителя — уверенным, спокойным, величественным. Но, в отличие от многих монархов, в нём читалось и уважение —

редкое качество даже для графа, не говоря уже о короле.

Тишина зала стала почти осязаемой. Волнение достигло пика: сердца гостей стучали

учащённо, руки не знали, куда себя деть, мысли путались.

— Я тепло приветствую вас, дорогие и почитаемые гости! — произнёс король

Лаунорт. — Я чрезвычайно рад, что вы решили посетить наше королевство.

— Также глубоко приветствуем вас, о великий король Лаунорт, — ответил за всех

Лафатуш, поклонившись.

За спиной он сложил пальцы в странный знак — управляя через него телом куклы, заставив «Вальката» выполнить идеальный поклон.

— Что ж, великий Фаэт, — сказал король, обращаясь к нему, — выходит, мне самому

стоит склонить голову перед вами. Всё же моё величие не сравнится с вашим. О вас и

ваших битвах, в которых участвовали мейроны, сложено немало легенд. На них росли

поколения. Примите мою искреннюю благодарность за то, что удостоили нас своим

присутствием. — Люди, что пришли со мной, — мои близкие друзья, — произнёс

Лафатуш, делая шаг вперёд. — Это Валькат из Алтенлида и Матеус из солнечного

Сааханда.

Оба поклонились, повторив книксен. Лафатуш ловко управлял куклой Вальката, так

что никто не заметил подмены.

— Очень рад приветствовать вас в нашем королевстве, — сказал король Лаунорт, слегка улыбнувшись. — Отныне вы считаетесь здесь почётными гостями. Но всё же

мне хотелось бы спросить: как вы оказались в том проклятом доме, из которого попали

к нам?

— О, мой король, — ответил Лафатуш, почтительно склонив голову, — блуждая в лесу

и пытаясь помочь нашему другу в его поручении, мы наткнулись на сущее зло.

Тот дом — не просто проклят. Я боюсь, что в нём обитает древняя тёмная сущность, которая может стать напастью для всего мира.

И что страшнее всего — я подозреваю, что уже встречался с этим злом прежде…

Тем временем настоящий Валькат пробирался по широким, залитым солнечным

светом коридорам дворца. Он прятался от слуг и стражников, затаиваясь в тенях и за

тяжёлыми шторами.

Его мысли были сосредоточены на одной-единственной цели, к которой он шёл, не

зная, что будет дальше. Единственная идея, пришедшая ему в голову, — подслушать

разговоры стражи в надежде, что они проговорятся о том, где находится то что ему

нужно.

Он нашёл укромное место в тени между колонной и высоким окном и стал ждать.

Перед ним проходили десятки стражников: одни молча, другие обмениваясь

короткими шутками. Ничего полезного…

Но вскоре появились двое, которых остановил их командир.

— Что вы тут забыли? — резко спросил капитан.

— Мы патрулируем, господин капитан! — отрапортовал один из них.

— Патрулируете? Что, мышей в коридорах ловите? — усмехнулся тот. — Я ясно

приказал утром — охранять верхние комнаты! Или решили, что можно прогуляться на

кухню перекусить?

— Нет, капитан! Нас… нас попросили принести кувшины с водой для принцессы

Леиней, — поспешно ответил второй.

— Не вижу у вас никаких кувшинов, — нахмурился капитан. — А служанка её, как я

знаю, никогда не покидает свои покои. Значит, кто-то из вас врёт.

— Мы только спустились, капитан! Сейчас как раз собирались их взять и отнести

наверх! — оправдывался стражник.

— Быстро тогда! И чтобы через минуту стояли на своём посту! Клянусь Аэтром, если

ещё раз вас здесь увижу — поставлю на караул у ворот вместе с Авентиром до конца

года!

Капитан резко развернулся, и двое охранников, испуганно переглянувшись, побежали

прочь.

При упоминании имени принцессы сердце Вальката дрогнуло. Он наконец узнал то, что искал всю ночь.

Теперь он знал, где её найти.

Теперь он был на шаг ближе к ней.

Но оставался вопрос: как же ему туда попасть?

Валькат знал лишь одно — принцесса Лейнея находилась на верхних этажах дворца, где денно и нощно стояли стражники.

Идти напролом — не вариант. Это испортило бы первое впечатление, да и, возможно, стоило бы ему головы.

Тайных ходов во дворце он не знал, а выискивать их без конца заняло бы не меньше

недели.

Погрузившись в размышления, он обернулся к окну, за чёрными шторами которого и

прятался. За ним тянулись вверх густые заросли плюща и виноградной лозы, спускавшиеся прямо с верхних террас.

И тогда в голове Вальката вспыхнула дерзкая мысль.

Через несколько минут сомнений он уже карабкался по отвесной стене замка, хватаясь

за лозу, ведущую к садам принцессы. Сердце стучало где-то в горле, пальцы

скользили, но желание увидеть её вновь подгоняло сильнее страха.

Тем временем Матеус и Лафатуш продолжали рассказывать королю о своих

приключениях.

— Мы встретили Вигельмунда и Этервита, — говорил Лафатуш. — А затем нам

прочли пророчество Пепла. Больше всего нас поразило то что он был знаком с

Вигельмундом. Если он действительно один из рыцарей...

— Это невозможно, — резко перебил его король Лаунорт. Его голос стал холодным. —

Я сам помню ту ночь, когда нам казалось, что не выжил никто. Но, возможно… мы

ошиблись.

Король опустил взгляд, прикрыв глаза рукой. Воспоминания нахлынули — мрачные, кровавые, из тех времён, о которых он мечтал забыть.

Вдруг Лаунорт поднялся.

Двое слуг быстро накинули на его плечи изумрудный плащ с золотыми застёжками. В

его глазах горела решимость.

— Пойдёмте со мной, — сказал он твёрдо. — Я хочу вам кое-что показать.

Удивлённые Лафатуш и Матеус переглянулись, но послушно последовали за королём.

Они шли по длинному коридору, спускаясь всё ниже и ниже, в самые глубины дворца.

— Валькат как обычно пропускает всё самое интересное, — шепнул Матеус, стараясь

скрыть волнение.

Каменные ступени вели в темноту. Воздух становился холоднее. Наконец они

остановились перед тяжёлой железной дверью, почти сросшейся со стеной.