В голове Эйми проносились разные вопросы. Зачем Кьелли понадобился стражник? И почему городской стражник, а не Всадница? И где она была? Было ли это каким-то испытанием, которое они должны были пройти?

Халфен снова повернул к ним левое ухо, словно пытаясь расслышать, хотя рёв водопада был далеко позади. Его круглое лицо сморщилось в замешательстве.

— Мы охраняем гробницу Мархорна в соответствии с инструкциями Кьелли, — объяснил он. — Перед тем как покинуть город, она сказала Капитану Элту, который тогда был главным, что хочет, чтобы гробница её отца всегда охранялась. С тех пор мы её охраняем. Потому что, как я уже сказал, это важно, но, честно говоря, эту работу они поручают самым молодым новобранцам или в качестве наказания.

Он величественно махнул рукой в сторону каменного ящика. Эйми никогда раньше не задумывалась об этом, обычно её интересовал только Кьелли, но у Мархорна должна была быть где-то гробница. Хотя она всё ещё не понимала, как мог умереть бессмертный отец Кьелли.

Натин первой шагнула вперёд, и в этот момент Халфен положил ладонь ей на плечо. Натин вздрогнула от его прикосновения, и он поспешно отдёрнул руку. Натин не смотрела на него, но Эйми смотрела, и она увидела сокрушённое выражение его лица. Это был знакомый ей взгляд, который она сама когда-то бросала. Эйми начала подозревать, что Натин нравится Халфену больше, чем просто как друг.

— Это просто гробница, — сказала Натин, пожимая плечами.

Она стояла у подножия скалы, и огромная каменная глыба доходила ей до половины груди. Она наклонилась вперёд, опершись на неё локтями. Халфен на секунду растерялся, а затем рассмеялся. Звук эхом отразился от стен пещеры.

— Ты никогда не питала особого уважения к авторитетам, — он указал на непринуждённую позу Натин.

— А ты бы питал, если бы имел такого отца?

Эйми ожидала, что ответ Натин будет резким, но та произнесла фразу мягко и, наконец, снова посмотрела на Халфена.

— Нет, — ответил он так тихо, что Эйми едва расслышала его. Он выглядел так, словно хотел снова прикоснуться к Натин, но не двинулся с места.

Пелатина осматривала гробницу, проводя руками по всем краям и присаживаясь на корточки, чтобы рассмотреть каменные плиты по бокам. Она была сделана из камня Кольцевых гор и сверкала извивающимися линиями белого и розового кварца.

— Красивая гробница, — сказала Пелатина, проводя тонкими пальцами по линии из сверкающего розового кварца, — но на ней ничего нет.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Натин, всё ещё небрежно облокачиваясь на другой конец.

— Никаких гравюр, никаких секретных посланий, никаких подсказок о том, что мы будем делать дальше.

— Ха, — Натин выпрямилась. — Эйми?

Все смотрели на неё, даже Халфен, но она понятия не имела, что делать дальше. Она не могла отделаться от страха, что Кьелли где-то поблизости, наблюдает за ними, ждёт, разгадают ли они эту последнюю подсказку и будут ли они достойны того, чтобы наконец встретиться с ней. Если они потерпят неудачу, город будет обречён. Она прошла между шарами и положила руку на холодный камень гробницы Мархорна. Пелатина была права, она была пуста, даже его имя не было вырезано сверху.

— Ты когда-нибудь видел здесь кого-нибудь ещё? Может быть, здесь кто-то живёт? — спросила она Халфена.

Он стоял рядом с ней, но, пока она говорила, повернулся к ней с другой стороны. Она вопросительно посмотрела на него.

— Извини, ты была в моей команде, — он указал на своё правое ухо, и внезапно его поведение и комментарии о том, что стражники почти не признавали его, обрели смысл. Он был глух на одно ухо. — Живёт здесь? Думаешь, в этой пещере кто-то живёт? Что навело тебя на эту мысль?

— Уверен? Ты не видел, может быть, Кьелли? — спросила Эйми, вложив всю свою надежду в эти два маленьких вопроса.

— Кьелли? Например, ту самую Кьелли? — круглое лицо Халфена было наполовину улыбающимся, наполовину настороженным, как будто он был уверен, что над ним смеются, но не понял шутки. Внезапно Эйми тоже почувствовала себя глупо, и ей захотелось заплакать. Но она подавила это желание и вместо этого разожгла в себе огонь решимости. Теперь она не собиралась проигрывать.

— Я часто несу здесь службу. Уверен, что мне поручают это задание чаще, чем кому-либо другому, хотя, без сомнения, мой сержант будет это отрицать, — продолжил Халфен. — И единственный человек, которого я здесь когда-либо видел, это ваш лидер, Яра.

— Что? — Эйми, Натин и Пелатина воскликнули одновременно.

Глава 29. Больше Тайн

— Ты сказал, Яра была здесь? — спросила Пелатина.

— Она знает о доме Кьелли? — Эйми задала свой вопрос, прежде чем Халфен успел ответить на вопрос Пелатины.

Эйми чувствовала себя так, словно кто-то украл половину энергии из её искры, словно ударил её в грудь и высосал всю энергию. Она показала Яре карту, попросила следовать по ней, а Яра запретила. Но все это время она знала, куда ведут подсказки? Яра знала, что Кьелли здесь. Она знала, куда обратиться за помощью, но не сделала этого. Они потратили часы, распутывая все подсказки, в то время как Яра могла просто прийти и привести Кьелли этим утром, или прошлой ночью, или много лет назад!

— Ты уверен, что видел здесь Яру? — повторила Пелатина. Она обошла Халфена слева, чтобы убедиться, что он услышал её вопрос.

— Он глухой, а не слепой, — отрезала Натин. Эйми почти улыбнулась, видя, как она защищает кого-то, но холодный шок, поселившийся у неё в груди, отразился на её лице, заморозив его.

— Прости, — поспешила извиниться Пелатина.

— Всё в порядке, — Халфен покачал головой и слегка улыбнулся Натин. — И я только наполовину глухой. Но да, это точно Яра, которая навещает меня. Высокая блондинка, довольно устрашающего вида, с кроваво-красным драконом, это она, верно?

Пелатина кивнула.

— Ты сказал «посещает» во множественном числе, имея в виду, что она была здесь не один раз, — Эйми чувствовала, что с трудом подбирает слова.

Халфен кивнул.

— О да, наверное, она прилетает раз в два месяца. Может быть, чаще. Я не всегда здесь дежурю. Иногда мой сержант разрешает мне патрулировать практически пустые улицы вокруг Луфенджен-сквер в поисках карманников.

— Но это недалеко от пекарни Палкстана. Ты пробовал его картофельные оладьи с жареным луком? — спросила Пелатина.

— О, они такие вкусные, — Халфен ухмыльнулся.

Эйми уставилась на них, не веря своим глазам. Как Пелатина могла даже думать о еде прямо сейчас? И как Халфен могла улыбаться? Ей казалось, что всё рушится вокруг неё. Она обернулась и увидела, что Джесс свернулась калачиком на полу, вытянув длинную шею и уставившись на Эйми жёлтыми глазами.

— Что мне теперь делать, девочка? — прошептала ей Эйми.

Джесс зашаркала по полу. У неё не было ответов. Эйми оглядела большую пещеру, в которой царили густые тени за шарами дыхания дракона.

— Кьелли! — закричала она.

Имя эхом отразилось от стен, насмехаясь над ней, затем наступила тишина.

— Кьелли, мы твои Всадницы. И мне жаль, что мы не можем разгадать твою последнюю подсказку, но не могла бы ты всё равно прийти и помочь нам? Пожалуйста!

На этот раз эхо её слов перекатывалось, отражаясь друг от друга. Эйми почувствовала, как чья-то рука скользнула в её ладонь и сжала её.

— Не думаю, что она здесь, — тихо сказала Пелатина.

— Она здесь, — настаивала Эйми. — Вот на что указывают подсказки. Мы просто ещё не проявили себя. Осталось разгадать ещё одну подсказу или разобраться с чем-то другим, и тогда она поймёт, что мы достойны её помощи.

Эйми почувствовала, как Пелатина взяла её за другую руку и медленно повернула лицом к себе. Эйми посмотрела ей в лицо. Тёмная кожа Пелатины, казалось, впитывала оранжевый свет пламени, а затем светилась изнутри.

— Ты достойна быть Всадницей, — мягко сказала Пелатина. — Я наблюдала за тобой, и не только сегодня. Я иногда видела тебя на тренировках, и ты никогда не сдавалась. Требуется мужество, чтобы смотреть на мир глазами своей персоны. Я помню, как ты закрывала лицо волосами, когда впервые взобралась на гору, чтобы спрятаться. Но посмотри на себя сейчас, — Пелатина отпустила руку и потрепала короткие кудряшки Эйми, заставив их подпрыгнуть. Она пошевелила своими белоснежными пальцами. — И я видела, как быстро вы с Джесс сблизились, что удивительно, учитывая, что Яра поторопила вас, и вы провели вместе всего несколько месяцев. Я уверена, что нам со Скайдэнсом потребовалось около года, чтобы достичь того, чего вы уже достигли. Итак, Эйми Вуд, ты достойна того, чтобы найти Кьелли.

Эйми почувствовала, как к глазам подступают слёзы, и попыталась сморгнуть их обратно.

— Да, я ей тоже об этом говорила.

Натин небрежно бросила комментарий. И полностью испортила момент, хотя на самом деле у них с Пелатиной был приятный момент. Тем не менее, Эйми была благодарна за её типично прямолинейную поддержку. Она неохотно высвободила свои руки из рук Пелатины и повернулась к Халфену.

— Чем занимается Яра, когда она здесь? — спросила Эйми.

Халфен до этого смотрел в пол, но теперь снова поднял голову и склонил её набок, чтобы лучше слышать.

— Ну, вообще-то, она не проверяет гробницу, наверное, потому, что это наша работа — охранять её. Она всегда просто проверяет дерево и снова уходит, — Халфен указал копьём куда-то в тень позади них.

— Дерево? — Эйми почувствовала прилив возбуждения. Она подумала о символах деревьев на карте, где были отмечены подсказки к разгадке, и о дереве, изображённом на кожаной обложке дневника Кьелли. Возможно, поиски ещё не закончены. — Ты можешь показать мне?

Халфен склонил голову набок, и ей пришлось повторить вопрос. Он кивнул.

— У тебя есть шар? Я могу зажечь факел, только так я доберусь сюда от водопада, но, если у тебя есть шар, это избавит меня от необходимости возиться с растопкой.

Эйми достала из кармана шар дыхания дракона размером с кулак, его оранжевый свет создавал вокруг неё сияние.

— Отлично, — Халфен посмотрел на Натин. — Не могла бы ты достать мне такой?

К удивлению Эйми, Натин выглядела взволнованной и виноватой. Халфен улыбнулся и отмахнулся от его вопроса.

— Я просто пошутил. Ладно, дерево в той стороне.

Он поманил Эйми её шаром, затем шагнул в тень за гробницей. Она послала команду Джесс, приказывая ей остаться, а затем догнала Халфена. Она подошла к нему с хорошей стороны и протянула свой шар, освещая им путь по полу пещеры. Когда у них выдалась свободная минутка, она не удержалась и спросила его кое о чем.

— Ты ничего не сказал о моем лице. Оно… оно тебе не противно?

— Я был глух на одно ухо в течение четырёх лет. Я знаю, что это не так заметно, как твоё лицо, но когда люди это понимают, они начинают относиться ко мне по-другому. Но для меня я всё тот же мальчик, каким был до того, как это случилось. У меня по-прежнему есть цели, то, чего я хочу в жизни, и это не изменилось только потому, что мне нужно, чтобы люди вокруг меня говорили немного громче, — Эйми услышала, как он почесал свои коротко подстриженные волосы. — Я всё ещё могу быть красивым, даже если у меня не работает одно ухо. Так что, я думаю, ты всё ещё можешь быть красивой, даже если у тебя неподходящее лицо.

Он улыбнулся ей, когда они шли, и Эйми решила, что он ей нравится.

— Натин считает тебя красивым? — выпалила она.

Его улыбка стала задумчивой.

— Раньше да.

Эйми собиралась спросить, что случилось с его ухом, когда он остановился и указал вверх, и кончик его копья исчез в густых тенях. Эйми подняла свой шар, оранжевый свет которого разогнал темноту. Они были прямо у стены пещеры, и она тянулась всё выше и выше, потолок терялся в тени. Жилка сверкающего розового кварца извивалась в скале, как река на карте. Примерно на высоте дома она разделялась надвое, извиваясь по обе стороны от маленькой деревянной двери.

— Ну, этого я не ожидала, — сказала Пелатина у них за спиной.

— Уф, это ещё одна подсказка. Я уже сыта по горло Кьелли и её играми, — пожаловалась Натин.

— Тсс! — резко оборвала её Эйми, всё ещё беспокоясь, что Кьелли, возможно, наблюдает за ними, проверяет их. Натин только пожала плечами.

— Это дерево, — Халфен указал острием копья на дверь.

Эйми подняла свой шар повыше, чтобы все могли видеть дерево в виде круга, вырезанное на деревянной двери. Они были точь-в-точь похожи на те, что Кьелли нарисовала на карте.

— Что ж, если это вход в дом Кьелли, то она, должно быть, уменьшилась в размерах. Сомневаюсь, что даже тощая Эйми смогла бы пройти через неё, — заметила Натин.

Она была права, это была не совсем настоящая дверь, скорее дверца шкафа. Но кто встроил шкаф в стену пустой пещеры?

— Что проверяет Яра? — спросила Эйми.

Халфен пожал плечами, что было так похоже на Натин, что она чуть не улыбнулась.

— Не знаю. Она не разрешает мне пойти с ней. Хотя я никогда не просил. Она довольно пугающая, а её дракон постоянно наблюдает за мной.

Эйми оглянулась назад, туда, откуда они пришли, за гробницу, где их ждали драконы.

— Джесс! — закричала она.

Натин в отчаянии покачала головой, а Пелатина расхохоталась.

— Что? — Халфен обвел всех взглядом, беспокоясь, что снова не понял шутки.

— Обычно Всадницы свистят, чтобы позвать своего дракона, или те, кто постарше, у кого уже есть связь, могут вызвать своих драконов, просто мысленно установив связь. Эйми, однако, просто кричит, — Натин всё ещё качала головой.

— И что? Это работает, — Эйми указала на Джесс, которая парила над гробницей. Она приземлилась рядом с ними, клацнув когтями по камню, и начала бодать Эйми головой, запутавшись своими спиральными рожками в волосах Эйми.

— Да, я тоже люблю тебя, девочка, — сказала Эйми, и смущение залило её щеки краской. Она была рада, что было темно. — Но сейчас у нас есть работа, которую нужно выполнить.

— Ух ты, она потрясающая, — выдохнул Халфен. Затем он быстро взглянул на Натин. — Я имею в виду её дракона, а не Эйми. Ну, Эйми потрясающая, потому что она Всадница, но и ты тоже, и твой дракон тоже потрясающий.