Лицо Кьелли было больше, чем рост Эйми. Она посмотрела вниз и поняла, что действительно хорошей опорой для её левой ноги стала нижняя губа Кьелли. Эйми надеялась, что та не будет возражать. Было трудно представить, как выглядело лицо, так как она была прижата к нему. Эйми повернула голову, чтобы посмотреть на левую сторону Кьелли. Всё, что она могла видеть, — очертания вырезанного камня. Она провела пальцем по губе Кьелли.

Волосы были вырезаны в скале, и прямо от них торчали длинные отростки, похожие на пальцы. Это было облегчением. Если у неё была рука, то наверняка у неё были запястье и браслет. Так близко к скале было слишком сложно различить очертания, поэтому Эйми пришлось нащупывать буквы. Убедившись, что она крепко держится левой рукой, она отпустила правую.

Она задохнулась от боли, когда ожог от отпечатка ладони на её руке растянулся под действием её мышц. Учащенно дыша, чтобы справиться с волнами боли, она провела пальцами по камню. Она почувствовала руку Кьелли, гладкий камень на запястье, а затем острие. Перевалившись через край, Эйми отчаянно ощупывала себя. Её левая рука дрожала.

Затем пальцы Эйми нащупали буквы. Она медленно провела по ним пальцем, дважды, чтобы убедиться, что все правильно поняла. А и Г. Она уже собиралась отдёрнуть руку, когда её пальцы задели край углубления. Озадаченная, она потянулась ещё сильнее, мышцы её плеч ныли. Там была ещё одна буква, Т. Она чуть было не пропустила её. У неё внутри всё перевернулось при мысли, что она чуть не перепутала подсказку. Она потянулась ещё дальше, но камень после Т был гладким. Букв больше не было.

Она отвела правую руку назад и схватила камень за макушку Кьелли. Она быстро встряхнула левой рукой. Боль уменьшалась, но она всё ещё жалела, что у неё нет времени нанести побольше мази Аранати. Было так прохладно, но с этим придётся подождать. Затем она начала подниматься обратно. По крайней мере, так было легче, и она могла видеть, как далеко ей ещё предстоит пройти.

Крики внизу, в лагере, становились всё громче, усиливалась паника, но Эйми не обращала на это внимания и сосредоточилась на подъёме. Теперь у неё были все буквы. Ей просто нужно было, чтобы Кэллант переставил их местами, и тогда она узнала бы, куда пропала Кьелли. Полы плаща Эйми развевались у неё за спиной, когда она вытягивалась, чтобы лучше ухватиться. Крики внизу становились всё более неистовыми.

Эйми уже могла разглядеть край выступа, она почти забралась на него. Внизу раздался грохот и ещё больше криков. Эйми продолжала карабкаться.

— Отойди! Ты, нет!

Крик был достаточно громким, чтобы Эйми его услышала. Внизу что-то происходило. Воздух расколол рёв дракона. Эйми перестала карабкаться. Её пальцы застряли в узкой расщелине, а руки были подняты над головой, пальцы обхватили выступ скалы. Она повернула голову и посмотрела вниз.

Толпа разозлилась и набросилась на баррикаду, пытаясь её разобрать. Стражники пытались оттеснить их назад. Фарадейр приземлился на крышу повозки и снова заревел. Эйми огляделась в поисках фигур в чёрном, ища Всадниц. Один из стражников забрался на башню из ящиков и сталкивал людей вниз концом своего копья. Эйми с ужасом наблюдала, как мужчина протянул руку и схватил стражника за лодыжки. Стражник закричал и выронил копье. Затем он схватил арбалет.

— Нет, не надо, — прошептала Эйми, беспомощная и испуганная.

Карабкающийся мужчина дёрнул стражника за лодыжки, и тот упал, скатившись навзничь с баррикады. Звук его приземления потонул в шуме, но что-то вылетело у него из рук. Арбалетный болт.

Эйми заметила лишь лёгкое движение, когда стрела полетела прямо в неё. Она вскрикнула и дёрнулась в сторону. Стрела отскочила от камня как раз в том месте, где только что было её левое бедро. Но она слишком сильно изогнулась, и её руки соскользнули. Она царапала камень ногтями, раздирая их. Вес развевающегося плаща оттягивал её от обрыва.

— Пожалуйста, — прошептала она, а затем закричала. — Нет!

Она упала, скатившись с обрыва, как одинокая тень. В голове у неё стало пусто. Затем в голове пронеслась сотня мыслей одновременно. Главной из них была Джесс. Но она так твёрдо велела Джесс остаться. Она закрыла глаза, когда комплекс устремился к ней.

А потом её схватили с неба.

— Джесс!

Она почувствовала, как чьи-то когти обхватили её бёдра, но, когда подняла глаза, дракон, державший её, был сапфирово-синим. Ему потребовалось всего несколько взмахов крыльев, чтобы перенести её через край выступа. Он осторожно положил её на камень, и Эйми вздохнула с облегчением. Стук сердца отдавался в ушах, и долгое время она просто лежала, размышляя о том, что будет, если… Затем она заставила себя сесть, желая увидеть, кто её спас.

Пелатина стояла, положив руку на шею своего дракона. Эйми почувствовала, что у неё внутри всё оборвалось. Пелатина выследила её. Она была здесь, чтобы забрать её обратно к Яре. Эйми глубоко вздохнула.

— Я не пойду. Тебе придётся связать меня, и даже тогда я заставлю Джесс перегрызть веревку.

Пелатина нахмурилась, и это сделало её похожей на свою старшую сестру Аранати.

— Сверкающие Искры, зачем мне тебя похищать?

— Потому что ты видела, как мы с Натин покидали Сердце. Ты знаешь, что Яра запретила мне пытаться найти Кьелли. Поэтому, Яра послала тебя выследить нас, и ты собираешься вернуть нас обратно, чтобы наказать, — Эйми посмотрела на ошеломлённое лицо Пелатины. — А разве нет?

— Так это правда? — спросила Пелатина, и её лицо просветлело. — У тебя есть способ найти Кьелли.

— Нет. Может быть, — Эйми была сбита с толку направлением, которое принял этот разговор. — Разве тебя не Яра послала?

Палатина покачала головой.

— Френния услышала тебя в Сердце, когда ты рассказала Яре о карте. Все Всадницы шепчутся о том, как мы познакомимся с Кьелли, если ты её найдёшь.

Эйми не знала, кто такая Френния, и ей не нравилась мысль о том, что другие Всадницы будут шептаться о ней. Но Пелатина улыбалась ей. У неё было такое же изящное лицо, как у её старшей сестры, с такими же высокими скулами и заострённым подбородком. Хотя выражения их лиц были противоположными. Аранати всегда хмурилась, но Пелатина, казалось, часто улыбалась. И когда она улыбалась, на её светло-коричневой коже появлялись милые ямочки.

— Ты в порядке? Где твой дракон? — спросила Платина.

Эйми вскочила на ноги.

— Джесс!

Секунду спустя она появилась, наполовину бегущая, наполовину летящая. Она налетела на Эйми, чуть не сбив её с ног. Ее рычание было глухим, больше похожим на мурлыканье. Эйми прижалась лицом к трепещущим перьям Джесс и наслаждалась волной любви, поднявшейся в её мозгу.

— Прости, девочка, я не должна была требовать, чтобы ты оставалась. Отныне мы всё будем делать вместе, я обещаю.

Джесс облизала ей лицо, и Эйми поморщилась, когда её шершавый язык оставил на щеке дорожку слюны.

— Думаю, спасибо вам.

Пелатина рассмеялась и улыбнулась ей, показав мелкие белые зубы на бронзовом лице.

— Так зачем же ты взбирался на скалу? После того, как мы совершили восхождение, я сказала Аранати, что больше никогда не буду взбираться на скалы. Это было ужасно! Почему ты хочешь сделать это снова?

Эйми вдруг захотелось сесть рядом с Платиной и выслушать её историю. Но сейчас было не время.

— Как ты меня увидела? — спросила она вместо этого.

— Я направлялись из Антейлла на стоянку для караванов. Я искала Яру, и Левана сказала, что она будет там.

Упоминание о поселении заставило Эйми внезапно вспомнить ту драку. Она подбежала к краю и посмотрела вниз, ожидая увидеть настоящее сражение. К счастью, всё стихло. Всадницы и стражники снова контролировали баррикаду. Теперь все четыре дракона сидели на ней. Эйми не могла видеть Всадниц, но представила их в толпе, пытающихся что-то объяснить, успокоить. Эйми им не завидовала.

Крики всё ещё доносились, но Эйми уже не могла разобрать слов. Толпа разрослась, и она задалась вопросом, сколько ещё пройдет времени, прежде чем снова начнутся беспорядки. Если Воины Пустоты прорвутся и все эти люди всё ещё будут там, они будут убиты пылающими мечами и обожжёнными руками.

— Они не понимают, — сказала Эйми.

Она разговаривала с Джесс, но ответила Пелатина.

— Разве они могут? В этих горах они всегда были защищены. Они не понимают, как им повезло, — Эйми уловила нотку грусти в голосе Пелатины. — Там, внизу, никто никогда не видел войны, ни их родители, ни бабушки с дедушками. Для них сражения — история из учебников.

Эйми посмотрела вниз, на испуганных людей.

— У нас мало времени. Я должна найти её.

Пелатина провела рукой по своим коротко подстриженным чёрным волосам, отчего они встали дыбом. Это испортило её грациозный вид, но, казалось, её это не волновало.

— Так ты действительно хочешь, чтобы Кьелли пришла нам на помощь? — спросила Платина.

Эйми кивнула, но не стала вдаваться в подробности, всё ещё не совсем уверенная, насколько она может доверять Пелатине.

— Ты держишь свои козыри при себе, не так ли? — Платина улыбнулась ей, и на щеках у неё снова появились милые ямочки. — Мой отец назвал бы это гурт-секрит, — Эйми собиралась спросить, что это значит, но не успела, потому что Джесс и Скайдэнс резко повернули головы, глядя назад, на уступ между вершинами. Пелатина потянулась за мечом, и Эйми схватила свой с земли.

Малгерус вышел из тени, его оранжевая чешуя делала его похожим на факел, выступающий из темноты. Натин шла рядом с ним.

— Ладно, грибоголовая, я тебя не простила, и твоё задание глупое, но, возможно, ты права. Я была…

Натин замолчала, когда заметила Пелатину. Она посмотрела на Всадницу, и её круглые щеки вспыхнули. Три девушки молча смотрели друг на друга, пока Пелатина не нарушила молчание смехом.

— Если бы ты была драконом, твои перья сейчас торчали бы во все стороны, — сказала Пелатина Натин.

Эйми не хотела этого, но она тоже рассмеялась. Натин перевела взгляд на Эйми. Рядом с ней переминался с ноги на ногу Малгерус. Эйми подозревала, что собиралась добиться извинений от Натин, но догадывалась, что Натин ни за что не стала бы делать это в присутствии кого-то другого. Эйми не возражала. Важно было то, что Натин пришла за ней.

— У меня есть последние буквы, — сказала она Натин. — Их три: А, Г и Т.

Натин бросила быстрый взгляд на Пелатину.

— Всё в порядке, — сказала Эйми. — Она не скажет Яре.

— Нет, на самом деле, я бы помогла вам, если бы могла, но я должна отчитаться перед Ярой, а затем перед советом. Удивительно, но только Майконн потрудился выучить язык Гельветов. Остальные члены совета не знают на нём ни слова, так что нам пригодится другой переводчик.

— Ты умеешь говорить на языке Гельветов? — спросила Эйми.

— Гельветы в городе? — одновременно спросила Натин.

Палатина рассмеялась.

— Вы как маленькие возбудимые птенцы.

Натин ощетинилась от такого обращения и, казалось, была готова указать, что Пелатина всего на два года старше их. Палатин продолжила:

— Да, нам удалось вернуться сюда с четырьмя лидерами Гельветов, прежде чем эти монстры преградили нам путь. Они в зале совета. И да, би ярихк тейн Гельветерин.

Её тёмные глаза, казалось, сверкали, и Эйми не могла избавиться от ощущения покалывания в животе. И она не могла удержаться, чтобы не посмотреть на хорошенькое личико Пелатины.

— Нам тоже нужно идти, — сказала Эйми и была раздосадована, когда её голос прозвучал немного пискляво.

— Удачи, — сказала Пелатина и запрыгнула на Скайдэнса. Бронзовый оттенок её кожи красиво контрастировал с сапфирово-синей чешуей Скайдэнса. Пелатина шутливо отсалютовала, после чего Скайдэнс спрыгнул со скалы. Его тело было уже, но длиннее, чем у Джесс, и он был очень грациозен в воздухе. Эйми повернулась к Натин.

— Малгерус может лететь? — осторожно спросила она, опасаясь, что вызовет гнев Натин.

Натин вскочила в седло.

— Даже с дыркой в крыле он всё равно будет быстрее Джесс.

Когда Малгерус взлетел, раздался свистящий звук, когда воздух прошёл через его рану, но он всё равно поднялся в небо. Эйми и Джесс последовали за ним. Они держались поближе к горам, но на этот раз со стороны города. Эйми надеялась, что переполох на стоянке для повозок привлечёт внимание Яры, когда они направятся в библиотеку.

Глава 15. Пытаясь разобраться в этом

Джесс и Малгерус приземлились на Литтл-Оллгар-стрит как раз в тот момент, когда мимо них пробежал отряд городской стражи. Их разноцветные лоскутные плащи развевались у них за спиной, а кольчуги звенели. Эйми услышала крики в том направлении, куда они бежали. Ещё неприятности? Ещё злые люди? У неё не было времени подумать об этом, потому что к ним подбежал Кэллант.

— У вас получилось? — взволнованно спросил он, затем согнулся пополам и закашлялся.

Эйми и Натин спешились.

— Да, мы получили их. На этот раз там было три буквы, — сказала ему Эйми. Она не упомянула, что только она одна следовала последней подсказке и что Натин почти сдалась. Кэллант не понял бы, какую боль Натин делила с Малгерусом.

— Три? — Кэллант прохрипел, выпрямляясь.

Эйми кивнула.

— А, Г и Т.

— И что это нам теперь даёт? Карта у тебя с собой? — Кэллант протянул руку с толстыми пальцами.

Эйми развернула карту и протянула ему. Она вытащила карандаш Натин, снова помахала им перед ней, чтобы доказать, что не потеряла, а затем отдала Кэлланту. Она видела, как он колебался, держа карандаш над обратной стороной карты, где Эйми нацарапала другие буквы.

— Я уверена, Кьелли не будет возражать, если ты напишешь, — сказала Эйми.

— Я знаю дюжину учёных, которые с этим не согласятся, — он опустил карандаш, поднял его, затем снова опустил.

— Моя искра иссякнет прежде, чем он что-нибудь предпримет. Дайте сюда, — Натин схватила карту и карандаш. Она развесила бумагу на стене библиотеки и добавила последние буквы.

Кэллант выглядел испуганным, и Эйми рассмеялась, увидев выражение его лица. Это было похоже на то, как если бы Натин нарисовала граффити на зале совета.