Когда повернулся, то увидел трёх парней лет по пятнадцать. Одного я точно где-то уже видел, а вот остальные были мне не знакомы.

Все трое были одеты в очень дорогие костюмы. Пожалуй, такие я видел только на императоре, отце Ленки и кайзере Вильгельме. А ещё у каждого имелся родовой перстень, которые они старательно показывали людям Романова.

И у этих парней была своя охрана, работающая не хуже оперативников тайной канцелярии. Как они сами думали. Я же вычислил этих горе-охранников практически сразу.

Нет.

Слишком я погорячился и перехвалил их.

До людей Романова им ещё далеко. А с отрядом Егора и вовсе никогда не сравниться.

Тупо используют магию для отвода глаз. Но это работает только на тех, кто никогда не сталкивался с такой магией. И на обычных людей.

Мой интерес к этой троице не остался без внимания. Сперва они делали вид, будто просто идут по своим делам, но после того, как Мира указала пальцем в их сторону, сразу же направились к нам.

— Максим, пойдём отсюда, — уже нормальным голосом сказала Мира и попыталась утащить меня, но уже было поздно.

— Добрый день, господа, — заговорил парень, который показался мне знакомым. — Отличный день и не менее отличная встреча. Вы же Максим Медведев и Мирослава Скворцова?

— Добрый или нет, пока не понятно, а по поводу наших имён вы попали в точку.

Парень растянулся в ослепительной улыбке, от которой буквально воняло фальшью.

Или, может, это у него изо рта?

Гнилой человек, одним словом.

— В таком случае, позвольте представиться: Гольперин Иннокентий Антонович. А это мои друзья и сокомандники: Громов Юлиан Авакович и Лопухин Юрий Юрьевич.

Оба названных слегка кивнули нам, давая понять, что Гольперин — главный в этой компании.

— Рады были знакомству, а теперь прошу нас простить, дела, — вновь предприняла попытку свалить отсюда Мира.

Она дёрнула меня с такой силой, что умудрилась заставить пройти несколько шагов.

— Я же говорил, что они просто трусливые малолетки, как и все в их возрасте, — нарочито громко произнёс Лопухин, с презрением посмотрев на нас.

— Юра, не нужно быть столь грубым, — глядя на друга с ироничной улыбкой, начал Гольперин. — Уверен, что Максим и Мирослава — очень храбрые и решительные люди. Иначе они бы не согласились принять участие в магической олимпиаде.

Так вот, значит, откуда ноги растут и для чего в Новою Слободу заявились эти товарищи.

Зуб даю, что они также в этом году будут принимать участие в олимпиаде, и наверняка их школа находится в числе фаворитов. А их родители уже подсуетились и узнали имена всех участников. В том числе и тех, кого в этом году решили выставить от Новослободской школы.

Хоть мы и младше остальных, но никто не будет списывать со счетов наследников четырёх сильнейших магов Европы.

— Возможно, у них просто не было выбора. Бродский договорился с родителями, а те просто поставили детей перед фактом.

Эти слова принадлежали Громову. А я наконец вспомнил, где уже видел Гольперина.

Три года назад он был среди детей аристократов, прибывших для охоты за тотемом племени Синего Всадника. Одним из тех, кто после сигнала сразу же умчался вперёд, рассчитывая на быструю победу. И, конечно же, одним из первых попал в ловушку бойцов Ефремова.

Но, вроде, говорят, что все старшие были очень слабыми магами. А слабаков точно не допустят для участия в олимпиаде.

— Нет. Александр Михайлович предложил нам участие, и мы согласились. Родители, наоборот, пытались меня отговорить. Я так понимаю, что вы также будете участвовать в этом году? Какую школу представляете?

Теперь уже мне стало интересно узнать про этих выскочек немного больше. Начальный запал Миры иссяк, и она поняла, что не получится вот так взять и уйти.

Девчонка встала рядом со мной и хмуро уставилась на эту троицу, чем вызвала у них снисходительные улыбки.

Ну да, им лет по семнадцать, а нам всего девять. Огромная разница, если не знать, что каждый из нашей четвёрки прожил уже не одну жизнь.

— Естественно, самую лучшую в империи — столичную имени графа Берлиоза, — ничуть не смутился Кеша.

Точно, вот кого ещё он мне напоминает. Ну прям вылитый попугай Кеша. Голос очень похож, и нос больше на клюв смахивает.

— И мы действительно будем вашими соперниками на олимпиаде. Как раз это и стало причиной нашего визита в Новослободскую школу. Нас пригласил Бродский для знакомства с вами и обмена наработками.

— Это ещё с чего? — вполне справедливо возмутилась Мира.

Не хватало ещё передавать наши наработки непонятно кому. Тем более их ещё нет, и неизвестно, когда появятся.

Кеша посмотрел на возмущённую Миру и рассмеялся. А затем его поддержали и Громов с Лопухиным.

— Я же пошутил. Видели бы сейчас свои лица. Ах-ха-хах. Да и какие наработки, когда только объявили составы команд участников? Мы сами раньше следующего года не начнём ничего делать, — после этих слов Кеша резко перестал смеяться. — Прошу прощения, ляпнул, не подумав. Должно быть, вам не хватит оставшегося времени, чтобы разработать действительно уникальное заклинание. Да и в теории вы отстаёте от нас на семь лет. Ещё раз приношу свои извинения.

— Макс, сделай так, чтобы они пару дней из дома боялись выйти. Наложи на них благословение очищения организма. Я даже помогу и нарисую точную схему. Тебе останется только силу в неё влить, — произнёс Каспер и действительно принялся рисовать магические знаки под ногами у этой троицы.

Мне стоило огромных усилий не поддаться соблазну. Эти трое хотели встретиться с нами, чтобы просто посмеяться и показать своё превосходство. Если сделаю с ними что-нибудь сейчас, то об этом сразу же узнают и не будут долго искать виноватого. Так глупо поступать я точно не стану.

Всему своё время.

— Не переживайте, Иннокентий, и не стоит извиняться. У нас действительно очень мало времени на подготовку, но это всё мелочи. Помнится, три года назад, во время празднования дня Благославенного, когда император пошёл нам за мороженым, я вообще не понимал, что происходит кругом и не подозревал о своих магических способностях. Но прошло всего три года, и мне предлагают выступить на самом престижном соревновании среди магических школ империи. Куда берут только лучших среди учеников. Так что нет ничего невозможного. Главное только очень сильно поверить. Понимаю, что подобное трудно осознать, и вам потребуется какое-то время. Но я уверен, что к тому моменту, как мы встретимся на олимпиаде, вы справитесь. А теперь прошу нас извинить, мы торопимся.

Мира победоносно вздёрнула носик, схватила меня под руку и потащила на противоположную сторону улицы. Так было быстрее всего срезать дорогу и попасть на торговые улицы. Мы ещё хотели поесть мороженого.

— Вы это чувствуете? — послышался голос Громова, и я повернулся, заметив уже затухающее свечение у них под ногами.

— Не оборачивайся и иди быстрее, — шепнул я Мире и потащил её за собой, поменявшись местами. — Ну, Благославенный! Ну, гад призрачный! Вот вернёмся домой, я тебе такое там устрою! Даже у Иллариона глаза на лоб полезут.

Последние слова я говорил шёпотом себе под нос, но Мира меня всё равно прекрасно слышала. И уже собралась что-то спросить, когда Гольперин всё же отошёл от моих слов.

— Максим, Мирослава, уделите нам ещё буквально пару минут. Мы же действительно приехали в Новую Слободу, чтобы встретиться с вами.

— Давай я нагоню на них страху, чтобы исчезли? — спросила Мира, и её глаза начали слегка светиться.

Это не осталось без внимания со стороны нашей охраны. Несколько человек приготовились вмешаться в любое мгновение, но этого не потребовалось. Я положил руку на плечо Мире и отрицательно покачал головой. Со столичных хватит и благословения очищения, которое уже начало действовать.

Повернувшись, мы увидели, как на лицах парней выступила чёрная испарина. А ещё они уже начинали пованивать. Причём эта вонь не имела никакого отношения к моей особенности.

— Я бы хотел пригласить вас перекусить. Вроде здесь есть приличные заведения. Просто чтобы познакомиться поближе. Естественно, всё за наш счёт. Григорий и Елена тоже приглашены. Там же вы познакомитесь с нашим капитаном. Просто он ещё не приехал. Ожидаем сегодня к вечеру.

Судя по тому, как начали принюхиваться приезжие, они уже учуяли, что воняют.

Находиться рядом с ними было, мягко говоря, противно. Меня даже слегка подташнивать начало. Пришлось срочно принимать меры и зажимать нос пальцами. Мира сделала то же самое. После чего демонстративно отошла от троицы на безопасное расстояние и сделала несколько глубоких вздохов с явным облегчением.

— Приглашение принято. Тогда в эту субботу в кафе-мороженом «Зимушка-Зима». Где-нибудь после обеда. Пускай ваша охрана свяжется с нашей и передаст детали.

— Но это через три дня. Не уверен, что мы задержимся в Слободе так надолго, — возразил Гольперин, нервно поправляя манжету рубашки, на которой уже проступили тёмные разводы.

— Боюсь, что раньше чем через три дня нам будет весьма некомфортно находиться рядом с вами.

Теперь уже я начал отходить. Вонь была просто невыносимой. У каждого из парней на висках собрались чёрные потёки пота, и скоро они это заметят. Нужно валить.

— Что же, посмотрим. В любом случае рад нашему знакомству, — сказал Гольперин и протянул мне руку.

Я же в ответ лишь помахал ему, ладонь парня так же была покрыта тёмным налётом. После этого поспешил к Мире и, взяв её за руку, побежал. А за спиной уже слышались возмущённые голоса парней о том, что они вдруг резко начали вонять и что это за чёрная дрянь на их лицах и руках.

— Это чего с ними случилось? — спросила Мира, едва мы свернули за угол.

— Благославенный с ними случился. Не любит мой дух-наставник вот таких выскочек. Даже сам, без меня всё сделал. Но, с другой стороны, оказал огромную услугу парням. Такая процедура у целителей стоит больших денег. Всё же полное очищение организма от всех шлаков и всего такого.

Перед тем как завернуть за угол, я в последний раз посмотрел на троицу. Громов стоял, держась рукой за задницу, а Гольперин в этот момент склонился над ближайшими кустами и отплёвывался. Один лишь Лопухин стоял спокойно, зажав нос пальцами и что-то бубня себе под нос.

— Полное очищение организма подразумевает избавление от любых посторонних элементов. Я так поступал со всеми, кто меня раздражает, — заявил довольный Каспер.

А впереди появился хмурый Егор, который явно хотел узнать, что же произошло с Гольпериным и его одноклассниками.

— Мира, план Б, — шепнул я.

— Что ещё за план? — так же, увидев Ефремова, спросила девчонка, готовая уже ко всему.

— Бежим!

* * *

— Антон Авраамович, могу заверить, что с вашим сыном и его друзьями всё очень хорошо. Даже гораздо лучше, чем было до приезда в Новую Слободу. Их осмотрели мои лучшие целители и сказали, что подобную процедуру могут устроить всего три целителя в империи. И попасть к ним крайне сложно — всё расписано на несколько лет вперёд, — произнёс Романов, стараясь сохранять невозмутимый тон.

— Пётр Дмитриевич, ну вы же понимаете, что это вопиющее нарушение всех мыслимых и немыслимых общественных норм? Можно сказать, что на детей напали прямо посреди улицы. И кто? Люди, которым предстоит представлять империю на международном уровне! — голос Антона Авраамовича дрожал от едва сдерживаемого гнева.

Романов тяжело вздохнул и потёр переносицу. А ещё выругался одними губами и показал телефонной трубке непристойный жест.

— Антон Авраамович, никто на ваших детей не нападал. Они сами подошли к Медведеву и Скворцовой. Первыми завели разговор. И, нужно сказать, весьма провокационный. Я уже прослушал его и могу с уверенностью сказать, что будь этот разговор между совершеннолетними, то он легко мог закончиться дуэлью.

— Это всего лишь дети, и кто вообще всерьёз воспринимает их слова? У них в голове одни шалости. Это не означает, что стоит применять магию, против которой не поможет ни один защитный амулет.

— Вашему сыну шестнадцать, пора уже думать о том, что и кому ты говоришь. Если он и дальше будет вести себя столь безрассудно, то, боюсь, ваш род останется без наследника достаточно быстро.

— Это угроза?

— Что вы, нет, конечно. Простая констатация факта. В ММУ ежегодно происходит больше двух сотен дуэлей, и основная масса приходится на первокурсников. Именно из-за неосторожно брошенных слов. Случившееся стало тревожным звонком. Надеюсь на вашу благоразумность. И не стоит распространяться насчёт этого случая. Репутация вашего сына может слишком сильно пострадать. А теперь прошу меня простить, сегодня ещё очень много дел.

Пётр Дмитриевич отключил вызов и бросил телефон на стол.

— Осталось дождаться звонка Лопухина, и с этой проблемой будет покончено, — пробормотал он себе под нос.

— Боюсь, что нет, — сказал Аристарх Павлович, который сидел в кабинете с момента начала разговора. — Младший Гольперин договорился встретиться с великолепной четвёркой в субботу. Понятия не имею, для чего. Ещё к этой троице должен будет присоединиться Семён Голицын. Вот и зачем они вообще понадобились Бродскому?

— Раз там будет Голицын, то можно не опасаться, что Максим выкинет ещё что-нибудь подобное. Они с Семёном сумели отлично сдружиться. А Голицыны и вовсе считают Медведева благодетелем, который позволил им рассчитывать на место среди имперских элит. С Бродским всё обстоит немного сложнее. Мы не можем повлиять на него. Поэтому придётся быть более внимательными, чем обычно. Слишком мы расслабились после переезда Медведева в Слободу и скинули большинство проблем с четвёркой на Бродского. Не удивлюсь, что своими приглашениями он решил немного подгадить нам.

— Отличный ход с его стороны. Нужно будет заскочить к Александру Михайловичу и попробовать получить список всех, кого он ещё собирается пригласить. Сомневаюсь, что команда из столичной школы будет последней.

— Так и сделай. А ещё пускай наши лекари выпишут счёт за очищение организма Гольпериным, Лопухиным и Громовым. Выпишут от имени Ольги Никоноровны Орловой.

— Но…

— Завтра она уже будет в Новой Слободе. Она давно просила у императора пообщаться с Максимом. А сейчас для этого появился отличный повод. Вроде у Бродского проблема с поиском хорошего целителя в медкабинет. Вот мы её и решим.

— Не уверен, что это хорошая идея. Особенно после того случая три года назад. Да и Орловой уже девяносто в этом году.

— Для целителя её уровня это не возраст. Она ещё лет тридцать, а то и все пятьдесят проживёт.

— Но она же сама не согласится. Школьная медсестра явно не её уровень, — привёл последний аргумент Власов.

— Вот этого мы не узнаем, пока не предложим. А теперь займись подготовкой встречи четвёрки с Гольпериным и остальными. Если между ними снова возникнут недопонимания, они не должны затронуть окружающих. Всё же в субботу в любом кафе должно быть много посетителей. Если потребуется, подготовь «Разделение Пространства».

— Думаете, что может зайти так далеко?

— От этих детей можно ожидать всего. Особенно после двух лет, проведённых за пределами империи. Наверняка они захотят показать, чему научились за это время. И ещё, у вас там всё готово, чтобы представить их Гиросу? Он уже скоро должен появиться.

— Работаем. Хранитель сейчас перешёл в фазу агрессии и не подпускает к себе вообще никого.

— Что же, раз так, то я сам загляну к нему в гости. Нельзя выбиваться из графика. Вскоре нам понадобится сила умертвия. Подходит время великого упокоения. Вагнер в последний раз сделал очень многое, но всё равно недостаточно. Проклятье уже практически исчерпало себя.