пятница, 4 июля 2014 года

Рик Роунс сидел в своей машине, закрыв руками лицо. Как он мог упускать столько лежащих буквально на поверхности доказательств? Он перехитрил их всех, обвёл вокруг пальца как детей. На пассажирском сидении лежали копии писем и заявление Стивена на взятие академического отпуска. В совпадении почерков Рик не сомневался. Двадцать два ранения на жертвах совпадало с возрастом Стивена, пока ему не исполнилось двадцать три через неделю после дня рождения Кэти. Именно поэтому такое количество нанесённых ран на теле Элис… Стивен – убийца, это полностью объясняет, почему не вышло поймать его на подставных прогуливающихся девушек. Он, чёрт возьми, знал их в лицо, да и с этими трепачами в участке, скорее всего, слышал, что приготовили детективы, где и когда… идиотская идея шефа… не нужен был этому ублюдку никакой диплом… Да и сам он хорош – всё жалел парня, потерявшего, как и он сам, любимую, как думал до этого дня Рик. Роунс набрал номер полицейского участка и, назвав свой номер и должность, потребовал выслать ему все имеющиеся данные по Стивену Дирайнсу.

Итак, картина в голове у детектива сложилась. Имея нестабильность в психике, явно прослеживаемую по истории Оливера, катализатором стало отдаление от него Лизы. Возможно, он даже узнал об измене или же о том, что она собирается порвать с ним. Может быть, всё вместе. Что ж, Лиза была его первой жертвой, а все остальные – для галочки. Он явно боялся попасться раньше выполнения своего плана. Элис даже не представляла, кто играл с её дочерями, кто мог в любой момент нанести удар… и всё же нанёс… Не поэтому ли она не использовала шокер, узнав Стивена? Но почему же остальные не боялись его… конечно, внешне он вполне привлекателен и не походит на убийцу. Весь такой обаятельный, аккуратный. Возможно, жертвы даже представить не могли, что за зверь перед ними в человечьем обличии? Оставался ещё один вопрос – почему эксперты не обнаружили нож в снимаемой Елизаветой Лоу квартире. При Стивене его быть не могло, в больнице бы сообщили об этом… Значит, он мог спрятать его где-то там… Возвращался ли он, чтобы забрать его? Или для следующих убийств у него были припасены дубликаты? Роунсу оставалось надеяться, что, начитавшись про то, как попадались при возвращении на места преступлений другие убийцы, Стивен побоялся проникать в квартиру, привлёкшую так много внимания. Поэтому, собравшись с мыслями буквально за пару секунд, Роунс нашёл записанный в блокноте номер владелицы квартиры и позвонил.

Элизабет Линч впустила его сразу же, как детектив позвонил в дверь. Она явно была взволнована его звонком, поэтому она слегка заикалась, предлагая Роунсу чай, но он отказался, сославшись на то, что спешит.

– Миссис Линч, сдаёте ли вы сейчас тридцать вторую квартиру? – перешёл сразу же к делу Рик.

– Ох, детектив… после произошедшего там мне предлагали сдать её разные подозрительные личности, в основном молодые… поначалу я ещё была готова, но встретилась с парочкой – какие-то готы, искатели призраков. Все в чёрном, цепях… Не дай боже, если кто из них ещё сатанист был, я решила, что лучше переждать, пока вокруг вся эта шумиха, – вздохнув, пожаловалась Роунсу женщина.

– Понимаю вас. Мне необходимо ещё раз осмотреть квартиру, миссис Линч.

– Конечно-конечно, но сама я с вами поехать не смогу, надеюсь, вы не против, если я дам вам ключ? А вы завезёте его обратно, как вам будет удобно?

Роунс не был против. Наоборот, он был только за.

Знакомая дверь, знакомый коридор… Отсюда началась эта поганая история… где же искать? И есть ли, что искать? Детектив решил потратить не более часа на поиски и, если не будет найден нож, то тогда обратиться к соседке снизу – она-то наверняка знает, был ли здесь кто-то после того, как полиция сняла оцепление.

Не включая свет, Роунс щёлкнул выключателем ультрафиолетовой лампы и принялся осматривать постепенно сначала коридор, затем комнаты. Видимо, бедная Элизабет Линч не решилась сама притронуться к месту преступления, а вызвала клининговую компанию. Тем не менее под ультрафиолетом Рик заметил, что они не особо старались – стёрли видимые пятна, не уделяя внимания тем, что были невидимы глазу, из-за чего под светом лампы на дверном косяке ванной виднелись капли крови. Роунса осенило: тайник должен был быть в ванной. Там, где разворачивалась постановочная для медиков и полицейских сцена. Именно там убийца точно мог успеть спрятать нож, если бы что-то пошло не по плану. Детектив миллиметр за миллиметром осматривал сначала кафельный пол ванны, а потом настала очередь стен. Чем большую площадь Рик проверял, тем больше ему на ум начинало приходить мыслей – прав ли он? Мог ли он выдавать желаемое за действительное? Что, если Стивен всё же не убийца? В конце концов, могла ли у него просто-напросто поехать крыша?.. Как вдруг, неожиданно, у дальней стены, прямо под раковиной он увидел едва различимые пятна крови, до которых никто не добрался. Рик, проверив, что резиновая перчатка не прорвалась, постучал по кафельной плитке. Звук явно указывал на то, что за ней было пустое пространство. Но был ли там нож?

Аккуратно, торчащими ногтями из-под перчатки, Рик поддел плитку и потянул. В какой-то момент она поддалась и слегка отошла от стены. Роунс едва не уронил её. Включив уже обычный фонарик детектив посветил в образовавшийся тайник. В нём лежал охотничий нож с лезвием дроп-поинт в двенадцать с половиной сантиметров. Весь измазанный запёкшейся кровью.