На начальном этапе революции

Первая российская революция 1905-1907 гг. была порождена глубокими противоречиями в экономическом и социально-политическом развитии страны после реформы 1861 г., а также неудачным консервативно-реформистским курсом, проводившимся правительствами Александра III и Николая II. Ее мощными ускорителями стали промышленный кризис 1900-1903 гг., неурожаи и голод, поразившие многие губернии России в 1902-1904 гг., и русско-японская война 1904-1905 гг.

Начавшись в центре обширной империи, революция охватила все ее районы, включая окраины, в том числе и Карелию. Однако революционные события здесь происходили с заметным отставанием, их подъемы и спады не совпадали с тем, что происходило в промышленных центрах России, накал борьбы и ожесточение были значительно меньшими. Эти особенности во многом объяснялись удаленностью и транспортной оторванностью края от крупнейших политических и индустриальных центров, его промышленной отсталостью, слабостью как буржуазно-предпринимательской элиты, так и рабочего класса. Крайне незначительным к началу революции было здесь и влияние оппозиционных режиму политических сил.

Земские органы, являвшиеся в Центральной России основным оплотом либеральных общественных сил, в Карелии находились, как уже отмечалось, под сильным контролем чиновничьей бюрократии, а численно преобладавшие в них представители зажиточного крестьянства придерживались, как правило, традиционалистской идейной ориентации. Из всех 34 губерний, где к началу XX в. было введено земское самоуправление, только в Олонецкой не было ни одного земца, замеченного в симпатиях к либерализму. Олонецкое губернское земство неизменно выступало с адресами консервативно-охранительного характера и уклонялось от участия в общеземских съездах.

Носителями радикальных, революционных идей в Карелии в пореформенные десятилетия XIX в. выступали, главным образом, политические ссыльные. Наряду с некоторыми другими районами Европейского Севера и Сибирью карельский край активно использовался правительством как место ссылки. В период подъема революционного народнического движения в стране в конце 1860-х — 1870-х гг. численность политссыльных в крае достигала 100-200 человек. Народникам удалось создать несколько небольших нелегальных кружков в Петрозаводске (действовал в 1869-1870 гг.), Повенце (1877-1879 гг.), Пудоже (1875-1881 гг.). Петрозаводский кружок, возглавлявшийся ссыльным студентом Петербургского университета С. К. Зосимским, предпринял в 1870 г. попытку «хождения в народ», направив в Каргопольский уезд с целью поднять крестьян на антиправительственное выступление не состоявшего под надзором полиции чиновника В. Рейнгардта. Пропагандист сумел завоевать расположение крестьян, но к его радикальным революционным призывам они отнеслись настороженно. Позднее сам В. Рейнгардт признавал: «Когда я уже совершенно ознакомился с духом крестьян, мне пришлось пропеть вечную память всем нашим надеждам, всем мечтам, как дым развеялись они». В декабре 1870 г. кружок С. Зосимского подвергся полицейскому разгрому, и в дальнейшем власти стремились не допускать сосредоточения ссыльных в губернском центре. Политссыльные, члены повенецкого и пудожского кружков, вели революционную пропаганду лишь в узком кругу своих знакомых из числа местных служащих и интеллигенции. Оба кружка также были раскрыты и ликвидированы полицией.

После разгрома правительством в начале 1880-х гг. организаций партии «Народная воля» и в связи с наступившим идейным кризисом революционного народничества численность политической ссылки в Карелии сильно сократилась. В 1899 г. в целом по Олонецкой губернии политссыльных насчитывалось всего 11, а в 1901 г. — 24 человека, причем они были рассредоточены по различным населенным пунктам.

Приток политических ссыльных в край вновь резко усилился только с 1904 г., что стало следствием не только начавшегося подъема рабочего и крестьянского движения на юге и в центре страны, но и временного прекращения ссылки в Восточную Сибирь из-за начавшейся русско-японской войны. В 1904 г. в Олонецкой губернии находилось 160 политссыльных, а в Кемском уезде Архангельской губернии — 83. В отдельных колониях политссыльных (в Кеми, Пудоже, Повенце и др.) возникли конспиративные кружки эсеровского и социал-демократического толка, однако они имели еще весьма ограниченные связи с местным населением. К началу революции 1905 г. на территории Карелии отсутствовали какие-либо организационно оформленные структуры и либерального, и леворадикального направлений.

Положение начало меняться после расстрела рабочей демонстрации в Петербурге 9 января 1905 г. и последовавшего за этим стихийного революционного взрыва в центре России. Первыми отреагировали на «кровавое воскресенье» политические ссыльные. 17 января 1905 г. в Повенце группа политссыльных во главе с видным деятелем социал-демократического и рабочего движения М. И. Калининым организовала шествие с траурными повязками на рукавах. Демонстранты отказались выполнить требование полицейского надзирателя о снятии повязок. 25 января по инициативе ссыльных социал-демократов П. В. Андреева и С. П. Шепелева вышли на демонстрацию протеста политссыльные в г. Пудоже. Власти опасались перерастания этой акции в более широкое выступление с участием местных жителей, так как, по данным жандармерии, среди последних было «много недовольных благодаря неурожаю хлеба и призыву запасных в действующую армию». Между полицией и ссыльными произошло столкновение. Полицейские сорвали траурные повязки с П. Андреева, Ф. Пашигорева и Н. Савина. По распоряжению находившегося в Пудоже начальника Олонецкого губернского жандармского управления А. Шафаловича П. Андреев был арестован. Пудожские ссыльные заявили протест губернатору по поводу действий полиции и выразили решимость, несмотря на преследования, носить траур по жертвам 9 января в течение шести недель. С заявлениями в поддержку своих товарищей выступили колонии политссыльных в Вытегре, Лодейном Поле, Олонце и Повенце.

На трагические события 9 января откликнулись и рабочие Александровского завода. В один из январских дней они прекратили работу на два часа в знак солидарности с пролетариями Петербурга. По цехам провели сбор средств в пользу вдов и детей рабочих, погибших в день «кровавого воскресенья». Организатором сбора выступил рабочий В. А. Егоров.

Первые месяцы 1905 г. отмечены также экономическими стачками на некоторых предприятиях Карелии. В январе в течение восьми дней бастовали печатники типографии Каца «Северная скоропечатня» в Петрозаводске. Выступление, которым руководили наборщики Л. П. Сергеев, приехавший из столицы в конце 1904 г., и Л. Л. Яблонский, проходило исключительно организованно, и предприниматель пошел на уступки. Вместо 10-часового рабочего дня в типографии был введен 9-часовой и несколько увеличена зарплата. 28 марта вспыхнула стачка на лесозаводе товарищества «П. Беляева наследники» в с. Сороке Кемского уезда. Около 40 рабочих-сортировщиков предъявили требование об увеличении заработной платы. Получив отказ, они прекратили работу. К ним примкнули остальные сортировщики (до 80 человек). Из заводского поселка стачечники толпой отправились в Сороку, где с песнями прошли по улицам. Этой демонстрацией стачка и завершилась. Утром 29 марта забастовщики возобновили работу, не добившись удовлетворения требований.

В марте 1905 г. происходили волнения в средних учебных заведениях Петрозаводска. Учащиеся учительской семинарии выработали и предъявили в педагогический совет петицию, в которой требовали свободы проведения собраний и организации кружков, свободного чтения книг и журналов, отмены стеснительного режима в общежитии, изменения учебных планов (увеличения часов на общеобразовательные предметы за счет сокращения курса церковно-славянского языка). Семинаристы предупредили, что в случае отклонения петиции объявят забастовку. Во избежание обострения ситуации педсовет удовлетворил большинство требований. Действия семинаристов поддержали учащиеся губернской мужской гимназии, которые подали петицию, содержавшую требования, направленные на демократизацию гимназического режима. Дирекция учебного заведения также пошла на частичные уступки.

Выступления политссыльных, рабочих и учащейся молодежи зимой-весной 1905 г. носили все же разрозненный, эпизодический характер и не вылились в массовое движение антиправительственной направленности. Летом 1905 г. в крае установилось относительное затишье. Значительное воздействие на дальнейшее развитие обстановки в Карелии оказали всероссийская октябрьская политическая стачка и обнародование Николаем II Манифеста 17 октября, который провозглашал основные гражданские свободы и вводил начала конституционного строя в стране. 18 октября Манифест был опубликован на страницах газеты «Олонецкие губернские ведомости». Одновременно публиковалось обращение губернатора к жителям края, в котором, в частности, говорилось, что население губернии, «до сего времени чуждавшееся всякой смуты и мятежа, может со спокойным сердцем и чистой совестью воспринять из рук своего природного государя гражданскую свободу и, осенив себя крестным знамением, вступить на новый исторический путь свободными гражданами великой и единой России».

На следующий день состоялось торжественное оглашение Манифеста и молебствие по этому поводу в кафедральном Святодуховском соборе Петрозаводска. После молебствия учащиеся учительской семинарии, фельдшерской школы и гимназии устроили демонстрацию. Они прошли по центру города с пением «Марсельезы» и криками «Долой полицию!». Выйдя к Александровскому заводу, участники шествия пытались остановить работу, но, несмотря на поданный по их требованию из конторы сигнал, рабочие не покинули цехов. От завода учащиеся отправились к тюремной площади, где после пения «Вечной памяти» по жертвам 9 января разошлись по домам. Как видно, демонстрация носила характер эмоциональной реакции на объявление Манифеста, ее участники не имели определенных целей и не выдвигали конкретных политических требований. Нескольких участников шествия 19 октября исключили из гимназии.

22 октября после панихиды по умершему 29 сентября 1905 г. первому выборному ректору Московского университета С. Н. Трубецкому, которая была отслужена в петрозаводском кафедральном соборе, учащаяся молодежь вновь организовала демонстрацию. Однако на этот раз властям удалось взять ситуацию под контроль. На Петровской площади к демонстрантам вышел губернатор Н. В. Протасьев. В краткой речи он заявил, что «истинное значение гражданской свободы заключается в тщательном воспитании гражданами в себе чувства уважения к закону, любви к порядку», и призвал учащихся «воспитывать в себе свойства души настоящего гражданина». Речь Протасьева, обладавшего незаурядными ораторскими данными, произвела сильное впечатление на основную массу собравшихся. Губернатора подняли на руки и качали, после чего с возгласами «ура» демонстранты разошлись.

Рабочие Александровского завода откликнулись на объявление Манифеста митингом на Петровской площади 20 октября. Единственным оратором был высланный в Петрозаводск колпинский рабочий Петр Иванов, который подверг резкой критике порядки, существующие на заводе, в особенности произвол администрации. Через неделю после митинга 558 рабочих механического цеха подали горному начальнику петицию, содержавшую ряд экономических требований: введение 8-часового рабочего дня, повышение заработной платы, отмена вычетов из заработка на больничные расходы, бесплатное оказание медицинской помощи. Первоначально администрация отклонила петицию, но затем, с активизацией рабочего движения на заводе, пошла на частичные уступки.

Прямым отзвуком октябрьских событий в центре России явилась попытка организации профсоюза служащими Петрозаводской почтово-телеграфной конторы. На нелегальном собрании 26 октября работники конторы поддержали призыв связистов Москвы и Петербурга о создании Всероссийского союза почтово-телеграфных чиновников и приняли решение присоединиться к союзу. Но когда 16 ноября в ответ на запрещение правительством профсоюза в стране началась всеобщая забастовка почтово-телеграфных работников, петрозаводские связисты не проявили решимости и единодушия. Хотя ряд служащих высказался за участие в забастовке, их не поддержало большинство, опасавшееся немедленного увольнения. Так, первая в Карелии попытка создания профобъединения закончилась неудачей.

Примечательным свидетельством постепенного втягивания края в общероссийский революционный процесс явилась также двухнедельная забастовка учащихся Олонецкой духовной семинарии, совпавшая по времени с декабрьской всеобщей стачкой и вооруженным восстанием в Москве. Выступление, в котором приняли участие около половины всех семинаристов, стало полной неожиданностью для властей, так как семинария, в силу своей специфики, считалась наиболее благонадежным учебным заведением. Губернская газета в заметке «Забастовали» писала, что «забастовка не имеет местного характера и вызвана подражательностью другим семинариям». Петрозаводские семинаристы таким образом поддержали требования учащейся молодежи России о коренной демократизации системы народного образования.

К концу 1905 г. начала обостряться обстановка в деревне. Глухое брожение, наблюдавшееся в среде крестьянства края в течение всего года, стало перерастать в отдельных местностях в открытые выступления против существующих порядков. Так, 20 декабря сельский сход Кижского общества Великогубской волости Петрозаводского уезда, на который собралось 120 домохозяев, принял приговор об отказе платить земские сборы. Инициаторами выступили крестьяне-отходники Федор Минин и Никифор Русинов, в течение ряда лет работавшие в столярных мастерских Петербурга. По свидетельству сельского старосты, Ф. Минин прямо заявил на сходе, что «в настоящее время вообще в России не платят податей, а потому и здесь не следует платить их». В январе 1906 г. Ф. Минин и Н. Русинов были арестованы и заключены в Петрозаводскую тюрьму. Коллективный отказ от уплаты податей, под влиянием агитации вернувшегося из Петербурга крестьянина д. Высокая Нива П. Кочанова, зарегистрирован в декабре 1905 г. в Типиницком сельском обществе Толвуйской волости Петрозаводского уезда.

Село Ухта

Одним из самых значительных событий 1905 г. стал крестьянский митинг 21 декабря в северо-карельском с. Ухта (Кемского уезда), в котором приняло участие около 300 человек. Митинг собрался в связи с обнародованием царского указа от 11 декабря 1905 г. о созыве I Государственной думы. Крестьяне выработали и приняли постановление, содержавшее ряд требований к Думе общедемократического и национально-демократического характера. Они высказались за «конституционный образ правления с правом равенства голосов при решении общегосударственных вопросов для лиц, достигших 21-летнего возраста, без различия пола, звания и национальности», указывали на необходимость «законной охраны», то есть правовых гарантий гражданских свобод. В отношении местного самоуправления ухтинцы выступали за введение выборности чиновников по крестьянским делам и перестройку деятельности администрации и полиции «в более современном духе».

В экономических пунктах постановления содержались требования о предоставлении всем гражданам равных прав на приобретение земельной собственности, об улучшении «экономического быта крестьян и вообще рабочего люда», приведении торгово-промышленного налогообложения в соответствие с подоходным принципом. Специфику края отражали пункты постановления о необходимости разграничения крестьянских и казенных лесов (в северной Карелии не было проведено землеустройство по реформе 1866 г.), запрещении отпуска леса из казенных дач до такого разграничения, о снятии таможенных барьеров «между карелами и Финляндией, как главного тормоза в местной торговле».

В документе впервые открыто поднимались проблемы национального развития карельского народа. Участники митинга настаивали, чтобы обучение в школах и богослужение в церквах велись на родном карельском языке, а также был обеспечен «доступ достаточного числа лиц из низших школ с инородческим языком в русские учительские семинарии». В постановлении говорилось о желательности знания чиновниками на местах национальных языков, указывалось на необходимость расширения школьной сети и перехода к всеобщему начальному образованию, строительства в крае больниц за счет государства. Таким образом, в постановлении крестьянского митинга в Ухте речь шла о введении в крае элементов национально-культурной автономии.

Организаторами митинга и разработчиками основных положений резолюции явились купцы и зажиточные крестьяне П. Афанасьев (Ахава), В. Еремеев (Ряйхя), И. Митрофанов (Каукониеми). В. Еремеев, проживавший в Ухте, занимался торговлей с Финляндией, а уроженцы Ухтинской волости П. Афанасьев и председательствовавший на митинге И. Митрофанов к тому времени уже являлись жителями финских городов Куусамо и Рованиеми. Манифестация закончилась принятием обращения к крестьянам других карельских волостей Кемского уезда с призывом обсудить постановление ухтинского митинга. В январе 1906 г. принятые на нем документы обсуждались на сельских сходах в целом ряде волостей северной Карелии, и на их основе была составлена петиция в адрес Государственной думы, под которой поставили свои подписи три тысячи крестьян-карелов.

После издания Манифеста 17 октября 1905 г., создавшего правовые основы для легальной политической деятельности, и под влиянием захлестнувших страну бурных революционных событий в Карелии ускорился процесс вызревания и самоопределения различных политических сил. Первыми открыто заявили о себе сторонники общероссийских либеральных политических партий — «Союза 17 октября» и конституционных демократов, сумевшие к концу 1905 г. сформировать в Петрозаводске свои партийные группы.

Октябристская группа, выступившая под названием «Олонецкая земская партия» и объединившая умеренно либеральные верхи земства, была создана в ходе очередной сессии губернского земского собрания, проводившейся в ноябре-декабре 1905 г. После серии предварительных консультаций 29 участников сессии на заседании 14 декабря единогласно приняли резолюцию, в которой заявили, что из «взглядов нынешних политических партий» считают «наиболее соответствующими действительным нуждам страны положения «Союза 17 октября». Они также выработали и одобрили программу политической и экономической реформы государства на основах Манифеста 17 октября 1905 г., выдержанную в духе идейных установок октябристской партии: единство и неделимость Российской империи, конституционная монархия с сильной императорской властью, решение аграрного вопроса путем уравнения крестьян в гражданских правах с другими сословиями и продажи крестьянам части казенных и удельных земель и т. д. Для ознакомления населения с программой было решено издать ее отдельной брошюрой.

Информация о политической резолюции собрания и принятой им программе была направлена в адрес центральных органов партии «Союз 17 октября». Участники заседания направили также телеграмму председателю Совета Министров С. Ю. Витте, в которой призвали правительство «не смущаясь агитацией крайних партий, противопоставить ей всю силу власти, так как лишь твердая политика способна восстановить порядок и провести в жизнь правовые начала, возвещенные Манифестом 17 октября». Руководящие органы «Союза 17 октября» официально признали «Олонецкую земскую партию» в качестве местного отделения Союза. Октябристская группа имела поддержку преимущественно в среде крупного чиновничества, предпринимателей, наиболее зажиточного слоя интеллигенции. Лидерами ее были председатель губернской земской управы Н. А. Ратьков и председатель Петрозаводского уездного съезда В. В. Эрин.

Почти одновременно, в течение ноября-декабря 1905 г., в Петрозаводске сложилась немногочисленная группа конституционно-демократической партии. К концу 1905 г. она насчитывала около 10 человек. Лидерами кадетов являлись горный инженер А. В. Африкантов, фабричный инспектор В. В. Дмитриев, врач губернской земской больницы Н. П. Гуревич. Представлявшие радикально-либеральное направление политического спектра, конституционные демократы опирались преимущественно на средние городские слои. Но их влияние быстро росло и в среде рабочих Александровского завода. По оценке активного участника событий 1905-1907 гг. в Петрозаводске социал-демократа А. А. Копяткевича, местные кадеты «были левонастроенными радикалами, гораздо ближе примыкавшими к левым партиям, чем к правым, до октябристов включительно». По некоторым данным, в конце 1905 — начале 1906 г. кадетская группа сложилась также в г. Кеми.

Выборы в I Государственную думу и общественное движение в Карелии

После поражения декабрьского вооруженного восстания 1905 г. в Москве в центре страны началось медленное отступление революции. В карельском крае, напротив, 1906 год стал периодом наиболее значительных революционных событий. Первые месяцы 1906 г. прошли под знаком избирательной кампании в I Государственную думу. Кампания проводилась на основе закона от 11 декабря 1905 г., выдержанного в консервативно-реформистском духе. К выборам не допускались женщины, военнослужащие, молодежь до 25 лет, рабочие мелких предприятий (с числом занятых менее 50 человек), безземельные крестьяне. Все избиратели делились на четыре курии по сословному признаку: землевладельческую, городскую, крестьянскую и рабочую. Для зачисления в землевладельческую и городскую курии устанавливался имущественный ценз. Горожанин, например, должен был обладать собственной недвижимостью или, как минимум, снимать отдельную квартиру не менее года. Каждый разряд имел свою норму представительства, причем явное предпочтение отдавалось помещикам-землевладельцам и городским буржуазным элементам. Один голос землевладельца приравнивался к 3 голосам горожан, 15 голосам крестьян и 45 голосам рабочих. Выборы были не прямыми, а двухступенчатыми для землевладельческой и городской, трехступенчатыми для рабочей и четырехступенчатыми для крестьянской курий. В губерниях со слабо развитой заводской промышленностью, в том числе в Олонецкой, рабочая курия вообще не образовывалась, и рабочие, если они преодолевали барьер имущественного ценза, участвовали в голосовании по городской курии. Заключительным этапом выборов было губернское избирательное собрание, на котором выборщики от всех курий избирали из своей среды депутатов Государственной думы. Олонецкой губернии предоставлялось в Думе три депутатских места, Архангельской — два.

Первые в истории России выборы в представительный законодательный орган, несмотря на ограниченность избирательного законодательства и призывы общероссийских левых сил к бойкоту, вызвали у жителей Карелии большой интерес. На предвыборных собраниях, проходивших во всех городах и крупных селах, открыто ставились и обсуждались многие злободневные вопросы развития страны и края, что способствовало вовлечению в орбиту политической жизни значительных слоев населения. Острый характер приобрела избирательная кампания в Петрозаводске, где противостояли партийные группировки кадетов и октябристов. Победу одержали кадеты, привлекшие к себе симпатии не только средних слоев, но и рабочих Александровского завода. В числе пяти выборщиков от Петрозаводска оказались члены кадетской группы: инженер А. В. Африкантов, служащий губернского присутствия А. Ф. Кожевников, учитель гимназии М. М. Кузнецов и сочувствующие кадетам рабочие В. Лузгин и А. Федоров.

8 марта 1906 г. состоялось Олонецкое губернское избирательное собрание. В его работе приняли участие 47 выборщиков, в том числе 9 — от землевладельческой, 14 — от городской и 24 — от крестьянской курий. Депутатами Государственной думы по итогам голосования стали: 34-летний горный инженер, начальник механического цеха Александровского завода, один из лидеров кадетской группы Александр Васильевич Африкантов (городская курия); 42-летний управляющий пароходством И. Конецкого на Свири, по происхождению заонежский крестьянин Дмитрий Васильевич Белоусов (крестьянская курия) и 36-летний отставной прапорщик дворянин Лодейнопольского уезда Василий Капитонович Акимовский (землевладельческая курия). Шедшие на выборы в качестве беспартийных кандидатов Д. В. Белоусов и В. К. Акимовский в Думе примкнули к фракции октябристов.

По Архангельской губернии в число депутатов I Думы, как и трех последующих, никто из выборщиков от Кемского уезда не прошел. Однако архангельским депутатам И. В. Галецкому и А. Е. Исупову была вручена для передачи в Думу петиция, выработанная в декабре 1905 — январе 1906 г. крестьянами карельских волостей Кемского уезда.

В связи с избранием Африкантова депутатом Думы петрозаводская группа кадетов организовала 13 апреля общегородской митинг, в котором приняло участие около 350 человек. Представитель делегации рабочих Александровского завода И. Ярославцев положительно охарактеризовал деятельность Африкантова на заводе и призвал депутата добиваться отмены смертной казни и всеобщей амнистии. Интеллигенты — члены кадетской группы Н. Гуревич, В. Дмитриев, М. Кузнецов, Б. Муликовский дали своему депутату наказ — твердо придерживаться программы конституционно-демократической партии. 16 апреля состоялись торжественные проводы А. Африкантова

Депутаты I Государственной думы А. В. Африкантов, Д. В. Белоусов, В. К. Якимовский

Проведение маевки стало первым публичным актом деятельности Петрозаводской группы Российской социал-демократической партии, сформировавшейся в конце апреля — начале мая 1906 г. Организационное собрание группы состоялось в загородном местечке Проба в один из последних дней апреля. Инициаторами создания и руководителями группы были рабочие Александровского завода Н. Т. Григорьев и В. А. Егоров, студент Петербургского университета А. А. Копяткевич, учительница Г. С. Тушовская, наборщик типографии Каца Л. Л. Яблонский. Большую роль в деятельности группы сыграл учитель Г. К. Поляков, приехавший в Петрозаводск во второй половине мая 1906 г. К концу 1906 г. в организацию входило около 20 человек. Это была объединенная социал-демократическая группа. В ней состояли сторонники как большевистского, так и меньшевистского течений в РСДРП, но первые преобладали. Группа установила связь с Петербургским комитетом партии и колониями политссыльных в уездах Олонецкой губернии, развернула агитационную и пропагандистскую работу в городе. Ей удалось наладить выпуск и распространение листовок и прокламаций, открыть магазин по продаже революционной литературы, которым заведовал выходец из заонежских крестьян Ф. Г. Копейкин.

По инициативе кадетской и социал-демократической групп 4 мая на Цыганской горке (район Кукковки) состоялась сходка рабочих Александровского завода, в которой приняло участие около 200 человек. Обсудив проблемы экономического и социального положения, участники сходки пришли к выводу о необходимости объединить силы рабочих «на почве профессиональных интересов». Было решено созвать общезаводской митинг и рассмотреть на нем вопросы организации профсоюза, отмены вычетов на госпиталь и обысков при выходе с завода. Участники сходки постановили добиваться от администрации, чтобы она выделила помещение для проведения рабочих собраний, и избрали уполномоченных для подготовки общезаводского митинга. Сходка завершилась принятием резолюции об отправке телеграммы в адрес А. Африкантова с выражением поддержки депутатам Думы «в их борьбе с отжившим порядком». 10 мая дирекции завода была предъявлена петиция, содержавшая требование о выделении помещения для собраний и перечень вопросов, выносимых на общезаводской митинг. Под этой петицией подписалось 427 человек. 15 мая рабочие получили разрешение на использование для собраний помещения пожарного депо, а 22 мая последовало объявление об отмене вычетов на содержание госпиталя, составлявших 2,5% от месячной зарплаты. Это был первый несомненный успех рабочих Александровского завода.

Вслед за группой РСДРП на волне начавшегося революционного подъема в Петрозаводске в мае 1906 г. возникла местная организация другой общероссийской леворадикальной партии — социалистов-революционеров. Инициаторами ее создания, а затем и лидерами выступили служащий земского склада сельскохозяйственных орудий В. Н. Панов и наборщик типографии Каца Л. П. Сергеев. К числу наиболее активных участников группы относились также учитель В. А. Трошин, рабочие Александровского завода А. Ф. Морозов и К. А. Шакшин. До осени 1906 г. организация была незначительной, но к концу года увеличилась и насчитывала до 30 человек. Члены группы выпускали листовки и прокламации, распространяли нелегальную литературу. Несмотря на идейные расхождения, при проведении конкретных революционных акций петрозаводские эсеры, социал-демократы и даже кадеты нередко сотрудничали и взаимодействовали.

Рабочее движение

28 мая 1906 г. на Александровском заводе прошел первый легальный общезаводской митинг. Его участники одобрили идею создания профсоюзной организации и избрали комиссию для разработки устава. В комиссию вошли рабочие Т. Богданов и В. Егоров (социал-демократы), К. Шакшин (эсер), В. Михеев (беспартийный) и служащий лаборатории К. Самцов. Формально не входивший ни в одну партийную группу К. Самцов первоначально был известен своей левокадетской ориентацией, но постепенно эволюционировал в сторону эсеровских взглядов. Он пользовался популярностью в рабочей среде и сыграл видную роль в событиях 1906 г. в Петрозаводске. Рабочие вновь выразили поддержку Государственной думе, направив приветственную телеграмму ее председателю кадету С. А. Муромцеву. Они также потребовали от губернских властей выделить для проведения митингов и собраний крупнейшее общественное здание Петрозаводска — Народный дом. Тогда все желающие жители города могли бы участвовать в митингах. В начале июня такое разрешение было получено.

На собрании, проходившем 4 июня на территории Александровского завода, рабочие обсудили основы устава профсоюза, подготовленные комиссией, и приняли решение опубликовать проект устава для широкого ознакомления. (В июле он вышел в свет тиражом в 1000 экземпляров.) Участники собрания выразили протест против казни восьми рабочих в Риге.

Следующий митинг рабочих Александровского завода, состоявшийся 11 июня в Народном доме, носил, по сути, общегородской характер. На него собралось до тысячи человек. На митинге впервые публично выступили представители Петрозаводской группы РСДРП (Н. Григорьев, Ф. Прохоров, Л. Яблонский и др.), изложившие программные установки своей партии. Они также подвергли критике деятельность депутата А. Африкантова и в целом позицию кадетско-либерального большинства Думы, призвав рабочих сплачиваться под знаменем революционной социал-демократии. Выступления членов группы РСДРП большинство собравшихся встретили с одобрением. Речи кадетов Н. Гуревича и В. Дмитриева, говоривших о необходимости сплочения демократических сил вокруг Думы, не нашли особого отклика. На митинге было оглашено обращение рабочей группы в Государственной думе к российскому пролетариату. Участники митинга направили на имя руководителя рабочей группы М. И. Михайличенко телеграмму с выражением поддержки. Митинг 11 июня отразил заметный рост влияния социал-демократов в среде рабочего населения губернского центра и снижение авторитета кадетов.

В июне-августе 1906 г. собрания, митинги, манифестации рабочих стали обычным явлением в общественной жизни Петрозаводска. Всего в эти месяцы состоялось не менее 11 митингов и манифестаций. Помимо Народного дома они проводились в загородных местах — на Кукковке и Пробе, а иногда и на территории Александровского завода. В центре внимания, как правило, находились политические проблемы. Губернатор Протасьев в донесении министру внутренних дел Столыпину в июле 1906 г. признавал, что на митингах «обсуждение чисто экономических вопросов отходит на задний план, уступая рассуждениям на политические темы». Особенно сочувственно, по словам губернатора, рабочие встречали тех ораторов, которые утверждали, что улучшение положения пролетариата «возможно только при осуществлении идей социал-демократической партии».

Участники митингов в Петрозаводске внимательно следили за развитием политической ситуации в стране и живо откликались на все значительные события. Они обсуждали и принимали резолюции протеста против еврейского погрома в Белостоке и судебного преследования депутатов Петербургского совета, выражали поддержку Всероссийскому крестьянскому союзу и в целом крестьянскому движению. Не раз рассматривались вопросы, связанные с деятельностью I Государственной думы и усилением реакционных тенденций в политике правительства после роспуска I Думы.

Из проблем внутризаводской жизни наиболее активно обсуждался вопрос о создании на Александровском заводе представительного органа от трудового коллектива для урегулирования конфликтов с администрацией. На одном из митингов в конце июня было одобрено предложение о введении института выборных цеховых старост. В ходе последующих переговоров с дирекцией эта идея трансформировалась в предложение о создании общезаводского комитета выборных от цехов. Дирекция вынуждена была дать согласие на формирование такого органа. На собраниях 28-29 июля и 28 августа состоялись выборы комитета. В его состав вошел 21 депутат от всех цехов завода. Деятельностью комитета руководил исполком из шести человек, выбранный, по существу, на многопартийной основе. Председателем исполкома избрали К. Д. Самцова, секретарем — В. И. Кононова (социал-демократ меньшевик), членами — Н. Т. Григорьева и В. А. Егорова (социал-демократы большевики), А. Ф. Морозова и К. А. Шакшина (эсеры).

Согласно уставу, комитет выборных должен был заниматься чисто экономическими вопросами и созывать собрания рабочих только с разрешения начальника завода и губернатора. И действительно, на первых заседаниях в начале сентября комитет рассматривал такие вопросы, как повышение зарплаты молотобойцам, сокращение рабочего дня на один час для слесарей механического цеха, выдача фартуков кузнецам и т. п. Однако логикой событий в дальнейшем комитет выборных оказался вовлеченным в процесс революционной борьбы.

Рост социально-политической активности рабочих Александровского завода вызывал глубокую обеспокоенность у губернской администрации. В одном из донесений Столыпину летом 1906 г. губернатор сообщал, что рабочее движение в Петрозаводске «вылилось... в слитную и опасную форму» и подчеркивал в этой связи, что Олонецкая губерния «не вполне основательно» имеет в верхах репутацию «инертной» и «спокойной в политическом отношении». Губернатор неоднократно просил правительство направить в Петрозаводск воинскую часть для подавления рабочего движения. Имевшаяся в городе воинская команда представлялась Протасьеву недостаточной и неблагонадежной, так как «в значительной степени состояла из местных обывателей, связанных с рабочими узами родства и приятельства».

Дважды в летние месяцы — в начале июля и начале августа — администрация пыталась восстановить полный контроль за положением в губернском центре, но не добилась успеха. В день издания манифеста о роспуске I Государственной думы, 8 июля, губернатор отдал приказ о закрытии Народного дома. Однако утром 9 июля у Народного дома собралось около 400 человек. Начался митинг. Выступившие социал-демократы Н. Альшиц, Г. Поляков и Ф. Прохоров подвергли резкой критике действия правительства. Затем участники митинга с красными флагами двинулись к дому губернатора. На углу Мариинской и Садовой улиц демонстранты были остановлены отрядом полиции и полуротой солдат. Здесь же находился губернатор, предложивший манифестантам разойтись. Однако предложение было отвергнуто. Демонстранты избрали депутацию, которая вступила в переговоры с губернатором. После длительных колебаний Протасьев дал согласие на открытие Народного дома.

Прошедший в Народном доме 13 июля общегородской митинг в связи с роспуском Думы стал одним из самых длительных и многолюдных: в нем участвовало до 750 человек. Выступило 11 ораторов. Наибольший резонанс имела яркая и эмоциональная речь одного из лидеров социал-демократической группы Г. Полякова, осудившего роспуск Думы и действия карательных отрядов против революционного движения в Москве, Прибалтике и Сибири. Он призвал добиваться созыва Учредительного собрания путем всеобщей забастовки или вооруженного восстания. По свидетельству присутствовавшего на митинге чиновника по особым поручениям при губернаторе, Поляков своим выступлением довел слушателей до того, что в зале раздались крики: «Долой самодержавие». Полиция получила приказ арестовать Г. К. Полякова, но он скрылся.

Новый острый кризис возник после массового митинга на Кургане в районе Кукковки 3 августа 1906 г. На этом митинге выступал известный русский поэт, в то время член Всероссийского крестьянского союза Н. А. Клюев, только что вышедший из-под ареста в петрозаводской тюрьме за участие «в аграрных беспорядках» в Вытегорском уезде. Он горячо призывал рабочих и крестьян к объединению в борьбе с царским режимом. Среди ораторов были один из руководителей группы РСДРП А. Копяткевич и постоянный участник рабочих манифестаций владелец мясной лавки Ф. Семенов. А. Копяткевич говорил о необходимости организовать помощь политическим ссыльным, а Ф. Семенов агитировал за неуплату податей и отказ от службы в армии.

В ночь на 4 августа полиция арестовала Семенова, что вызвало в городе волну возмущения. Вечером 4 августа у дома губернатора собралось около 600 рабочих, которые потребовали освободить арестованного. Полиция, по свидетельству самого Протасьева, оказалась не готовой к такому развитию ситуации и не решилась разогнать толпу. Губернатор вступил в переговоры и заявил, что не правомочен выполнить требование, пока не закончено следствие. Он рекомендовал рабочим обратиться за разъяснениями к прокурору окружного суда, а затем по телефону попытался вызвать воинскую команду для усиления караула у тюрьмы. Растерянность администрации была столь велика, что уездный воинский начальник Иванов отказался выполнить распоряжение губернатора, а прокурор окружного суда Орлов принял депутацию от манифестантов и дал слово выпустить арестованного. Только тогда рабочие покинули Петровскую площадь. На следующее утро Ф. Семенов вышел на свободу.

После событий 4 августа Н. Протасьев принял экстренные меры по кадровому обновлению и повышению боеспособности подчиненных ему полицейских сил. Он также добился замены полковника Иванова на посту уездного воинского начальника полковником фон Цур Миленом, проявившим готовность к жестким действиям в отношении рабочих.

Развитие революционных событий в Петрозаводске достигло кульминации в середине — второй половине сентября 1906 г. 17 сентября из Петербурга в Петрозаводскую тюрьму прибыло более 80 политзаключенных, назначенных к высылке в отдаленные местности Олонецкой губернии. Прибывшие предъявили тюремной администрации требование о выдаче денег на приобретение теплой одежды и заявили, что в случае отказа будут сопротивляться высылке. Об этом стало известно в городе. Вечером 18 сентября на Тюремной площади выразить солидарность с политзаключенными и поддержать их требования собралось около 300 человек, в основном рабочих Александровского завода, а также учащихся учительской семинарии и гимназии. Собравшиеся переговаривались с заключенными и пели революционные песни. Полиция, пустив в ход нагайки, пыталась очистить площадь от манифестантов,но безрезультатно. В ответ многие вооружились камнями и железными прутьями. Около полуночи полицейские открыли огонь. В результате стычки получили ранения 3-4 демонстранта и 3 городовых. Площадь опустела. На следующий день трое активных участников демонстрации — рабочие Александровского завода В. Еременко, Ф. Прохоров и торговец Ф. Семенов были арестованы. Губернатор вновь обратился к правительству с просьбой прислать войска.

24 сентября исполком комитета выборных созвал в пожарном депо общий митинг рабочих Александровского завода, чтобы обсудить доработанный проект устава профсоюза и принять меры к освобождению арестованных участников демонстрации 18 сентября. Хотя содержание резолюций, принятых на этом митинге, остается неизвестным, скорее всего, именно на нем было вынесено решение об объявлении забастовки протеста против начавшихся репрессий. Около 12 часов дня 25 сентября группа рабочих во главе с секретарем комитета выборных В. Кононовым вошла в котельную Александровского завода и, несмотря на протесты машиниста, дала гудок к началу стачки. Рабочие остановили работу и собрались во дворе предприятия. После короткого митинга более 300 человек отправились на Петровскую площадь к губернаторскому дому и предъявили губернатору требование об освобождении товарищей, арестованных за участие в демонстрации на Тюремной площади. В ответ на отказ губернатора рабочие приняли решение бастовать до 28 сентября.

В дни стачки состоялось несколько собраний и митингов. 26 сентября на Голиковке прошло нелегальное собрание, на котором Г. Поляков выступил с призывом к вооруженной борьбе с полицией и властями. Утром 27 сентября около Александровского завода на митинг собралось до 700 рабочих и около 100 учащихся гимназии. С речью вновь выступил Г. Поляков. Он обличал политику правительства и призывал рабочих, несмотря на аресты и репрессии, держаться стойко и продолжать борьбу. Полиция пыталась арестовать оратора, но манифестанты оказали сопротивление и помогли Полякову скрыться. В этот же день однодневную забастовку в знак солидарности с рабочими провели учащиеся мужской гимназии. В распоряжение губернатора прибыл эскадрон драгун из Петербурга и в ночь на 28 сентября были произведены аресты среди рабочих и служащих Александровского завода. В числе арестованных оказались руководители комитета выборных К. Самцов, В. Кононов и В. Егоров (последний вскоре освобожден по недостаточности улик). В дальнейшем К. Д. Самцов и В. И. Кононов были преданы суду Петербургской судебной палаты и приговорены к ссылке. Угроза массовых репрессий и локаута вынудила рабочих прекратить забастовку и приступить к работе с утра 29 сентября.

Подавив стачку, местные власти стремились прочно взять инициативу в свои руки. 2 октября дирекция Александровского завода издала приказ о запрещении любых сходок и собраний и о переизбрании революционно настроенных членов комитета выборных. (С ноября комитет вообще прекратил свою деятельность.) В гимназии за участие в акциях солидарности с рабочими наказаниям подверглись 82 ученика (из общего числа 280 учащихся). По приказу директора Э. Юрши 3 ученика были исключены из гимназии, 20 отсидели по несколько часов в карцере, фамилии 62 занесены в штрафной журнал.

На улицах Петрозаводска появились усиленные конные и пешие патрули полиции и войск. 29 сентября губернатор запретил выпуск кадетской газеты «Олонецкий край», издававшейся с июня 1906 г. и освещавшей жизнь губернии с либеральных позиций. Ее редактор В. Дмитриев был приговорен к тюремному заключению. Разгрому подверглась книжная лавка социал-демократов, заведовавший ею Ф. Копейкин попал в тюрьму, где вскоре погиб. 10 октября директор департамента полиции телеграфировал олонецкому губернатору, что председатель Совета Министров Столыпин «приказал еще раз подтвердить вам о необходимости, в случае повторения беспорядков, принятия самых решительных, даже суровых мер». К исходу осени 1906 г. власть уже прочно владела положением в Петрозаводске.

Группа членов Петрозаводского комитета РСДРП. Сидят (слева направо) Г. С. Тушовская, Н. Н. Горлов, А. А. Копяткевич, А. В. Харитонов, Т. М. Чехонин, Н. И. Васильев, Л. Л. Яблонский, стоят Н. Т. Григорьев, Н. Л. Альшиц, В. А. Егоров. 1907 г.

Левые, революционные партийные организации, летом 1906 г. действовавшие фактически легально, вынуждены были менять тактику и переходить от массовой политической агитации к конспиративной кружковой работе. Петрозаводской группе эсеров уже к январю 1907 г. удалось сформировать три кружка «среднего» и четыре «низшего» типа, которые посещали, по разным данным, от 60 до 90 человек. Около половины слушателей этих кружков составляли рабочие Александровского завода, а остальную часть — «мыслящая интеллигенция». В рабочей среде эсеры имели влияние преимущественно на недавних выходцев из деревни. В кружках изучались основы социалистического учения, история общественного строя. Часть выпускников кружков (до 20 человек) включалась в дальнейшем в партийную работу. С осени 1906 г. петрозаводские эсеры прилагали также значительные усилия для развертывания работы в деревне. С этой целью в ноябре 1906 г. на базе группы был сформирован Временный олонецкий губернский комитет ПСР. В уезды посылались лучшие эмиссары-пропагандисты. На местах — в Олонце, Вытегре, Каргополе, а по некоторым данным и в Пудоже — удалось сформировать уездные группы партии, состоявшие в основном из политссыльных. Петрозаводская организация сыграла ведущую роль в созыве 2 января 1907 г. нелегального губернского съезда ПСР, на котором был создан губернский комитет эсеровской партии.

Свою сеть кружков сформировала и петрозаводская группа РСДРП. К весне 1907 г. функционировало четыре нелегальных социал-демократических кружка, объединявших от 60 до 80 человек, преимущественно кадровых рабочих Александровского завода. В кружках изучались программные положения партии, работы Маркса, Энгельса, Ленина, Плеханова, история рабочего движения. В руководстве кружками принимали участие А. Копяткевич, Г. Тушовская, Н. Альшиц. Л. Яблонский, Н. Григорьев. В мае 1907 г. группа РСДРП была преобразована в Петрозаводский комитет РСДРП.

Последним всплеском массовой активности рабочих Александровского завода в период первой российской революции явилось общезаводское собрание 21 марта, созванное по инициативе активистов социал-демократической группы в связи с намерением администрации понизить с 1 апреля 1907 г. расценки. Собравшиеся (около 500 человек) вызвали горного начальника И. Яхонтова и предъявили ему требование сохранить старые расценки. Однако рабочим удалось добиться лишь отсрочки снижения расценок на три месяца.

На развитие событий в Карельском Поморье решающее воздействие оказала первая всеобщая стачка лесопильщиков Архангельска, проходившая с 29 мая по 9 июня 1906 г. Она охватила 19 предприятий, с общим числом работающих более 8 тыс. человек, и завершилась победой бастующих. Предприниматели удовлетворили большинство их требований: рабочий день был сокращен на 1 час, заработная плата повышена на 10-15%, 1 мая признано праздничным днем.

Успешное выступление архангельских рабочих вызвало широкую забастовочную волну во всей губернии. В Карельском Поморье примеру архангелогородцев первыми последовали лесопильщики Ковды. Стачку начали 12 июня рабочие лесозавода фирмы «Н. Русанов-сын» (около 650 человек). Толчком к выступлению послужил отказ администрации оплатить сверхурочную работу по погрузке пиломатериалов на суда. Утром 13 июня бастующие захватили буксирный пароход и плашкоут и, подняв на них красные флаги, направились на соседний лесозавод Г. Ослунда. Рабочие завода Г. Ослунда (180 человек), а затем и завода К. Стюарта (35 человек, предприятие реконструировалось) присоединились к стачке. На территории завода Г. Ослунда состоялся митинг, на котором были избраны стачкомы и выработан перечень требований к предпринимателям. Стачечники настаивали на введении 8-часового рабочего дня, повышении зарплаты, отмене штрафов, улучшении условий труда и быта, предоставлении бесплатной медицинской помощи. Во время забастовки рабочие неоднократно устраивали демонстрации в с. Ковде, причем заставляли управляющих предприятиями нести красные флаги. 15 июня администрация заводов согласилась частично удовлетворить требования рабочих: были увеличены расценки, сокращен на 2,5 часа рабочий день (до 10 часов в дневную и 9 часов в ночную смену), введена выплата пособий по болезни в размере 50% заработка, дано обещание улучшить медицинское обслуживание и продовольственное снабжение. На следующий день работы возобновились на всех трех предприятиях.

17 июня началась забастовка на двух лесозаводах фирмы Беляевых в Сороке (около 600 работающих), продолжавшаяся шесть дней. Выступлением руководил стачком из пяти человек (Г. Асанов, И. Колыбин, А. Карельский, А. Кузнецов, М. Логинов). Рабочие выдвинули обширный пакет экономических и социальных требований, главными из которых являлись: введение вместо двух смен трех с 8-часовым рабочим днем, повышение зарплаты, оплата сверхурочных часов, установление страхования жизни от несчастных случаев за счет фирмы, отмена штрафов, выплата пособий по случаю утраты трудоспособности, улучшение питания. В ответ администрация 21 июня объявила локаут и наняла рабочих на погрузку судов. Но стачечники не допустили штрейкбрехеров к работе и захватили буксирный пароход, доставлявший на рейд баржи с пиломатериалами. Администрации пришлось пойти на частичные уступки: были несколько повышены расценки, введен 10-часовой рабочий день для дневной и 9-часовой для ночной смены (вместо Ии 10-часового), установлена полуторная плата за сверхурочные работы. Доверенный фирмы В. Агафелов обещал также никого не увольнять за участие в стачке, выплатить 50% жалованья за дни забастовки и продолжить переговоры по остальным пунктам требований после возобновления работы. 23 июня забастовка была прекращена. Однако вскоре администрация в нарушение взятых обязательств уволила ряд участников стачки.

21 июня объявили забастовку рабочие лесозавода братьев Савиных в Керети (99 человек). Их требования в основном были аналогичны требованиям ковдских и сорокских рабочих. Однако выступление керетчан носило более политизированный характер. В своей петиции рабочие открыто заявляли, что ведут борьбу под руководством местной группы РСДРП. На митингах, проходивших во время стачки, выступали члены Керетской группы РСДРП политссыльный П. Витковский и студент А. Миронов. В одной из своих речей П. Витковский прямо призывал рабочих «с оружием в руках добиваться свержения проклятого самодержавия», что вызвало ответные возгласы из толпы: «Долой самодержавие». Митинги заканчивались демонстрациями с пением революционных песен. В ответ на угрозу расчета стачечники заявили, что по получении расчета с завода не уйдут и штрейкбрехеров к работе не допустят. 25 июня предприниматели согласились удовлетворить требования бастующих в части повышения зарплаты и сокращения рабочего времени, что привело к прекращению стачки. Всего в июньских забастовках на шести лесозаводах Карельского Поморья принимало участие свыше 1,5 тыс. человек. В результате выступлений рабочие добились некоторого улучшения своего экономического положения.

К концу августа 1906 г. на предприятиях Сороки и Керети вновь сложилась предзабастовочная ситуация, связанная с нарушением заводовладельцами взятых на себя обязательств. Рабочие подали коллективные петиции, в которых настаивали на полном удовлетворении требований, выдвигавшихся в июне, и в случае отказа готовились объявить забастовку. Однако обстановка не благоприятствовала выступлению. В условиях завершения навигации, когда срочные работы по погрузке лесоматериалов на суда уже заканчивались, предприниматели с помощью полиции стали увольнять рабочих-активистов. В Сороке объявили о временном закрытии заводов с 1 сентября, в связи с чем были уволены и отправлены на родину более 200 участников стачечного движения.

Забастовочная волна летом 1906 г. не затронула Кемский лесозавод. Администрация предприятия по первому требованию рабочих в июне согласилась пойти на те же уступки, какие были сделаны на других заводах Поморья. Тем не менее и лесопильщики Кеми не остались в стороне от революционного движения. В заводском поселке на Поповом острове и в Кеми не раз устраивались рабочие митинги и демонстрации с участием политссыльных. Значительное влияние на рабочих предприятия оказывала кемская группа Архангельского комитета РСДРП, сложившаяся в конце весны — начале лета 1906 г. Один из руководителей группы студент А. Гром принимал активное участие в организации митингов и неоднократно выступал на них с речами.

Кемский лесозавод явился первым предприятием в Карелии, рабочим которого удалось до конца довести создание профессионального объединения. Свою деятельность профсоюз открыл 7 сентября 1906 г. после того, как разработанный на летних митингах и собраниях устав организации официально утвердил архангельский губернатор. К середине декабря 1906 г. Профессиональное общество рабочих Кемских лесопильных заводов насчитывало 150 членов (из 240 постоянных рабочих предприятия). Было образовано правление во главе с председателем механиком А. Давыдовым, заместителем председателя В. Кузнецовым и секретарем И. Копейным. Общество имело библиотеку-читальню, собирало взносы в профсоюзную кассу. Руководство союза придерживалось социал-демократической ориентации. Хотя по уставу организация преследовала исключительно экономические цели, в действительности на ее собраниях нередко присутствовали политссыльные и произносились речи революционного содержания, что в дальнейшем привело к преследованиям со стороны властей. В марте 1907 г. профорганизация кемских лесопильщиков на правах отделения присоединилась к Профессиональному обществу рабочих по обработке и отправке лесных материалов Архангельской губернии.

В начале 1907 г. обстановка в Карельском Поморье оставалась беспокойной. 26-27 февраля бастовали рабочие ковдских лесозаводов К. Стюарта и Г. Ослунда, 12 марта — вновь завода К. Стюарта в Ковде, 12-13 марта — Кемского лесопильного завода. Волна кратковременных стачек носила оборонительный характер. Выдвигались требования о сохранении достигнутых в 1906 г. условий работы, а также о наказании отдельных представителей администрации, допускавших притеснения в отношении рабочих (браковщика Д. Карельского на заводе К. Стюарта, капитана буксирного парохода «Люция» на Кемском лесозаводе). Все эти стачки, проходившие в условиях общего спада революции, закончились поражением рабочих.

12 апреля 1907 г. в Кеми произошло столкновение между полицией и политссыльными, на стороне которых выступали и местные жители. Вечером на набережной р. Кеми собралось около 30 политссыльных, которые затем прошли на мост через р. Пуэту в центре города, где к ним присоединилось до 50 рыбаков-поморов и рабочих Кемского лесозавода. Собравшиеся пели революционные песни. Полицейский патруль потребовал прекратить пение, но манифестанты не подчинились. Полиция открыла стрельбу и начала избивать манифестантов прикладами. Несколько ссыльных получили ранения. 13 и 14 апреля в адрес архангельского губернатора жителями Кеми было направлено три коллективных телеграммы с выражением обеспокоенности действиями полиции. Под ними подписалось 32 человека, в том числе священник В. Мелентьев, врач П. Багрянский, купцы И. Антонов и А. Заборщиков и другие.

Кемь. 1894 г.

Обстановка в уездном городе накалялась. Утром 22 апреля, в первый день пасхальных праздников, группа политссыльных, вышедших на Крестовский проспект, подверглась нападению со стороны полиции. Завязалась схватка, в ходе которой к ссыльным присоединилось свыше 50 поморов и рабочих лесозавода. Рабочим и ссыльным удалось разоружить нескольких городовых. На помощь полиции подоспели стражники и военная команда. Толпа была рассеяна силой оружия. В столкновении получили ранения 6 ссыльных и горожан и 4 полицейских.

24 апреля городское общественное собрание осудило действия полиции и направило в адрес губернатора телеграмму протеста, которую подписали 68 человек во главе с исполняющим должность городского старосты Белоусовым. В телеграмме говорилось: «В первый день пасхи стражники произвели избиение граждан, есть раненые и разбитые, возмущению граждан нет описания. Необходимо самое строгое расследование, многие стражники были пьяные, ввиду этого просим виновных удалить до суда и следствия от должности». Однако губернатор не только признал действия кемской полиции правильными, но и впредь рекомендовал ей «действовать энергично и решительно». Несколько горожан и ссыльных, участвовавших в столкновениях 12 и 22 апреля, было предано суду. Для предотвращения новых инцидентов губернские власти приняли решение о рассредоточении ссыльных из кемской колонии по отдаленным селениям уезда.

Крестьянское движение

Крестьянское движение в Карелии, подъем которого наметился к концу 1905 г., также получило в 1906-1907 гг. свое дальнейшее развитие. Уже в феврале 1906 г. олонецкий губернатор Н. Протасьев в циркуляре, направленном земским начальникам, с обеспокоенностью отмечал, что «момент охватившего народ движения... не был своевременно замечен представителями местной власти», и предписывал самым решительным образом пресекать действия лиц, «вносящих смуту в среду крестьянского населения».

Основной формой крестьянских выступлений в крае оставались отказы от платежа казенных и земских налогов и выполнения натуральных повинностей. Распространенным явлением были также коллективные порубки казенных лесов. Заметное влияние на ход событий в деревне оказал «Финансовый манифест», обнародованный в декабре 1905 г. Петербургским советом совместно с Всероссийским крестьянским союзом, РСДРП и партией эсеров, призывавший население к финансовому бойкоту правительства путем отказа от взноса податей, изъятия вкладов из сберкасс и банков и т. п. Идеи манифеста несли в карельскую деревню крестьяне-отходники, политссыльные, сторонники леворадикальных партий из среды сельской интеллигенции. Указ Николая II от 3 ноября 1905 г. о сокращении на 50% выкупных платежей с 1 января 1906 г. и их полной отмене с 1 января 1907 г. также порождал надежды о новых налоговых уступках правительства.

В 1906 г. отказы от платежа податей и выполнения повинностей зафиксированы полицией в селениях 20 из 40 волостей Петрозаводского, Олонецкого, Повенецкого и Пудожского уездов. Подводя итоги года, губернатор констатировал, что «поступление казенных платежей против 1905 г. было очень слабое». Заметный недобор (12% к годовому окладу) был зафиксирован по земским сборам. Такие результаты Протасьев напрямую связывал с крестьянскими выступлениями, называя отказы от уплаты податей «прискорбным явлением», привнесенным извне — «из губерний преимущественно средних».

В 1907 г. наряду с отменой выкупных платежей местным властям пришлось пойти на некоторое уменьшение оклада земских сборов. Однако выступления против податной системы не прекратились. В Обзоре губернии за 1907 г. губернатор отмечал: «Отзвук общей политической жизни всей России не остался без заметного влияния и на настроение мирного населения Олонецкой губернии... Наблюдалось ослабление сознания долга вносить установленные государственные повинности».

В ряде случаев отказы от платежа податей сопровождались резкими антиправительственными заявлениями и угрозами в отношении представителей администрации. Так, в январе-феврале 1906 г. на сельских сходах в Толвуйской и Великогубской волостях Петрозаводского уезда, принимавших решения о неуплате податей, звучали выступления о необходимости изменения государственного строя. В августе 1906 г. крестьяне д. Горка Шелтомской волости Пудожского уезда в ответ на требование уплаты податей со стороны волостного старшины не только заявили, что «по случаю плохого урожая не в состоянии платить», но и, как доносил старшина, «подошли на политическую почву, критикуя действия правительства, что их угнетают, шкуру дерут, стражников на их средства нанимают... а все берут с них». На доводы старшины, что распоряжения о принятии мер к сбору податей исходят от губернатора, крестьяне ответили, что «надо губернаторов бить, и вы нас им не стращайте». На сборщика податей было совершено нападение. В начале июля 1907 г. сельский сход Ладвинского общества по инициативе крестьянина Я. Флотского не только отказался от уплаты продовольственного сбора, но и обратился к жителям волости с призывом не подчиняться властям.

Крестьяне Карелии принимали участие также в кампании по составлению приговоров в связи с созывом и деятельностью I и II Государственных дум. Выше уже говорилось о петиции, направленной в I Думу жителями северокарельских волостей Кемского уезда в начале 1906 г. В июне 1906 г. приговор, содержавший широкий спектр демократических требований, выработали и приняли на волостном сходе крестьяне Богоявленской волости Повенецкого уезда. Документ был направлен в адрес депутата I Государственной думы от Олонецкой губернии Д. Белоусова и опубликован на страницах газеты «Олонецкий край». В экономической сфере крестьяне добивались прирезки сенокосных угодий, предоставления права разработки казенных земель, отмены косвенных налогов. Более радикальными были политические требования: введение всеобщего, равного и прямого избирательного права, расширение прав земского самоуправления и отмена административной опеки над ним, отмена смертной казни, введение бессословного суда, полное уравнение крестьян в гражданских правах с другими сословиями.

В марте 1907 г. с «Наказом членам Государственной думы левой партии» выступил сельский сход Кузарандского общества Толвуйской волости Петрозаводского уезда. Принятие наказа было связано с избирательной кампанией во II Думу. В наказе предлагалось отменить косвенные налоги, решить аграрный вопрос путем передачи всех казенных лесов и земель в руки крестьян, перестроить школьное дело таким образом, чтобы крестьянские дети получили доступ в вузы, преобразовать систему земского самоуправления в более демократическом духе. Инициаторами принятия наказа были крестьянин д. Петровой Н. Матросов и учитель Загорского земского училища Н. Матвеев. Против них полиция возбудила дознание. При обыске у Матвеева были обнаружены брошюры и листовки нелегального содержания.

О развитии политических тенденций в крестьянском движении края свидетельствовали также предпринимавшиеся в конце лета-осенью 1906 г. попытки создания в ряде волостей Повенецкого уезда (Богоявленская, Даниловская и др.) местных отделений Всероссийского крестьянского союза. Этот союз, возникший в 1905 г., являлся массовой крестьянской организацией, выступавшей за последовательные демократические преобразования в стране. Однако повенецкой полиции в результате ареста активистов из числа сельских интеллигентов и крестьян удалось ликвидировать только что возникшие ячейки союза.

Существенной особенностью крестьянского движения на севере России, в том числе и в Карелии, являлось активное участие в забастовочной борьбе крестьян-отходников. Стачки крестьян, занятых на сезонных работах по заготовке и сплаву лесоматериалов, начали происходить весной-летом 1907 г. под влиянием уже схлынувшей к тому времени волны стачечных выступлений заводских рабочих. В апреле 1907 г. в течение пяти дней бастовали 23 крестьянина-сплотчика на лесобирже Кипрушкиных в д. Княжбор Шелтозерской волости Петрозаводского уезда. Они требовали перерасчета и доплаты за выполненные работы, а также выдачи доброкачественных продуктов. В результате переговоров предприниматели дали обещание удовлетворить требование.

В мае возникла предзабастовочная ситуация на сплавных работах на р. Ивине в Ладвинской волости, однако полиции удалось предотвратить выступление, арестовав его инициаторов. Наиболее значительная стачка рабочих-сезонников состоялась 8-11 июня 1907 г. в с. Шале Пудожского уезда. В ней участвовало до 250 человек, занятых распиловкой дров на лесобиржах Д. Катайкова, А. Кораблева и других предпринимателей в устье Водлы. Стачечники добивались повышения расценок в 1,5 раза в связи с ростом цен на муку. Требования рабочих были частично удовлетворены: плата увеличена на треть. Получив информацию об окончании стачки в Шале, губернатор предписал всем уездным исправникам «в предупреждение повторяющихся беспорядков указать лесопромышленникам на действительно низкую заработную плату», чтобы они «в ограждение своих же интересов сделали соответствующие надбавки».

И все же крестьянское движение в крае в 1906-1907 гг. оставалось относительно слабым. В деревнях Карелии не наблюдалось массовых волнений, сопровождавшихся открытым вооруженным сопротивлением властям, как это было в центре и на юге России. Сказывалась меньшая острота аграрного вопроса по сравнению с районами, где господствовало помещичье и удельное землевладение.

Оживление карельского национального движения

Новые тенденции проявились в 1906-1907 гг. в развитии карельского национального движения. На собрании в Ухте 1 января 1906 г. с участием 200 местных жителей и приехавших из Финляндии на родину на праздники карелов-переселенцев было принято решение о создании волостного комитета конституционно-демократической партии, так как, по мнению собравшихся, программа этой партии перекликалась с резолюцией декабрьского ухтинского митинга 1905 г. В тот же день в селе состоялась демонстрация под красным флагом с надписью: «КДП». В состав комитета вошло 35 человек, в том числе постоянно проживавшие в Финляндии торговцы П. Афанасьев, И. Дорофеев, И. Митрофанов, К. Ремшуев и некоторые другие. Однако уже вскоре, в ходе консультаций и переговоров с наиболее влиятельными и состоятельными представителями севернокарельской диаспоры в Финляндии, фактические руководители комитета П. Афанасьев и И. Митрофанов пришли к мнению о необходимости создания особой, независимой от российских партийно-политических структур, организации для решения проблем развития Беломорской Карелии.

А. Митрофанов (Митро)

Несмотря на то, что данное предложение не нашло единодушной поддержки активистов карельского движения, началась работа по его реализации. 24-25 апреля 1906 г. на собрании в финском городе Николайстадт (ныне Вааса), в котором участвовало 20 купцов-карелов, было принято решение о проведении учредительного съезда нового общественного объединения, получившего название «Союз беломорских карел». Сам учредительный съезд Союза с участием 50 делегатов прошел 3-4 августа 1906г. также в Финляндии, в г. Таммерфорсе (Тампере).

К концу 1906 г. в организацию записалось 627 человек, из них 494 были финнами и только 133 карелами. Наиболее многочисленные группы в составе союза составляли представители купечества и интеллигенции, в основном финской. Крестьян и рабочих насчитывалось всего 16 человек (2,5%). Среди вступивших в общество карелов преобладающей категорией (75 человек, или 56,4%) являлись торговцы (как занимавшиеся стационарной торговлей в Финляндии, так и коробейники). Председателем союза был избран купец из Ювяскюля, уроженец Ухтинской волости А. Митрофанов (Митро), которого кемский уездный исправник характеризовал как «человека весьма развитого, энергичного и настойчивого». В состав правления вошли также переселившиеся в Финляндию карельские купцы П. Афанасьев (Ахава), И. Естоев (Таннер), Т. Ремшуев (Маннер), И. Софронов, деятели финской культуры: архитектор Ю. Бломстедт, историк О. Хейнари, писатель И. Хярконен и др. Союз, как провозглашалось в его уставе, ставил своей целью «улучшение духовного и материального положения беломорских карел». Достичь этого предполагалось на основе всемерного сближения населения Российской Карелии с этнически родственным населением Финляндии при помощи и поддержке финской общественности и властей. В публичных выступлениях ряда лидеров организации высказывалась и мысль о возможности в перспективе объединения «всех финских племен в составе Финляндии».

Союз и его активисты развернули пропагандистскую деятельность в приграничных карельских районах. В Беломорской Карелии в 1906 — начале 1907 г. были открыты две начальные общеобразовательные и одна ремесленная школа с преподаванием на финском языке, близком к языку северных карелов, а также 22 передвижных библиотеки-читальни. Издавалась и распространялась среди населения газета «Карьялайстен пакинойта» («Карельские беседы»), рассылались буквари, учебники и другая литература. По ходатайству союза почтовым ведомством Финляндии была организована доставка в карельские волости и обратно корреспонденции. Началось строительство дороги между с. Вокнаволок на севере Карелии и г. Суомуссалми в Финляндии.

Параллельно и независимо от «Союза беломорских карел» на территории карельских волостей Архангельской и Олонецкой губерний начали работу миссионерские организации финляндской лютеранской церкви. Импульсом к этому послужило принятие закона от 17 апреля 1905 г. и провозглашение Манифеста 17 октября 1905 г., которые вводили в России основы веротерпимости, что сделало юридически возможным переход из православия в лютеранство. В сентябре 1906 г. Евангелическим обществом в г. Сортавале был создан даже специальный миссионерский фонд «для распространения Евангелия в Карелии и России». Лютеранские проповедники из Финляндии совершали продолжительные поездки по карельским селениям, вели религиозные беседы с местными жителями. Активно распространялась лютеранская литература и картины.

Деятельность «Союза беломорских карел» и лютеранских миссий вызывала растущую обеспокоенность в административных и религиозных кругах Архангельской и Олонецкой губерний. В июне-июле 1907 г. полиция блокировала попытки А. Митрофанова (Митро), П. Афанасьева (Ахава), В. Еремеева (Ряйхя) и некоторых других активистов пропагандировать идеи союза на собраниях в Ухте и Вокнаволоке. Непосредственно на территории Российской Карелии «Союзу беломорских карел» не удалось создать каких-либо организационных структур. Поступавшая из Финляндии литература, включая даже буквари, изымалась полицией. Принимались меры к высылке за границу лютеранских проповедников.

* * *

В январе-феврале 1907 г., в обстановке уже определившегося спада революции в стране, состоялись выборы во II Государственную думу. Они вновь проводились на основе избирательного закона от 11 декабря 1905 г. В выборах впервые участвовали партии социал-демократов и эсеров, отказавшиеся от тактики бойкота. Примечательным событием кампании в Петрозаводске стало избрание выборщиком в губернское избирательное собрание, в основном голосами рабочих, одного из лидеров группы РСДРП Н. Т. Григорьева. Двух представителей провела в выборщики от Петрозаводска кадетская группа. Олонецкое губернское избирательное собрание прошло 6-8 февраля 1907 г. при участии 46 выборщиков. Депутатами думы стали беспартийные кандидаты — купец и лесопромышленник выходец из крестьян с. Ладвы Петрозаводского уезда 41-летний Михаил Михайлович Кирьянов, крестьянин Нигижемской волости Пудожского уезда Федор Дмитриевич Ланев, 37 лет, и крестьянин Каргопольского уезда Николай Александрович Поташев, 42 лет. Во время думской сессии все они примкнули к фракции кадетов. Вопреки ожиданиям правительства вторая Дума оказалась более левой, чем первая. Хотя представительство кадетов в ней несколько сократилось, зато сложились значительные фракции крестьян-трудовиков и социал-демократов. Открывшаяся 20 февраля 1907 г. парламентская сессия проходила в обстановке нарастающей конфронтации с правительством, что предопределило судьбу Думы. Правящие круги во главе с Николаем II взяли курс на подготовку роспуска Думы, рассчитывая использовать эту акцию для коренного изменения обстановки в стране.