Зеркальные стены создавали в замкнутом помещении ощущение бесконечности пространства, а в приглушенном матовом свете, исходящем от узорчатого зеркального потолка, поблескивали лишь два кожаных черных дивана, на которых расположились Соломон с девушками, да стеклянный столик, стоящий между ними. Соломон заказал повару Максуду блюдо ребрышек барбекю, а в баре — несколько бутылок виски и упаковку минеральной воды. Лишь только заказ был выполнен, невеселая пьянка началась.

Соломон разбавлял виски минералкой. Благодаря меняющемуся соотношению компонентов коктейля он не дурел и не вырубался от спиртного, при этом поддерживая градус на нужной высоте. Две девушки-танцовщицы, Соня и Ева, как могли, составляли ему компанию.

Оставаясь подшофе, но в более-менее здравом уме, Соломон вот уже битый час доставал наклюкавшихся по неопытности близняшек бесконечными оправданиями и просьбами «в случае чего» покрыть его перед законом.

— Сол, ты уже достал морочить нам голову, — произнесла заплетающимся языком Соня. — Светка лично видела, как ты побазарил с Ми-Ми, после чего уволок ее из клуба.

— Признайся хоть нам, — подхватила Ева, — что изнасиловал Ми-Ми, а потом, обделавшись от страха, придушил ее, а тело зарыл на пустыре за карьерами.

— Или утопил в водохранилище.

— Ведь и так все ясно. Что тут выкручиваться? Правда, Сонь?

Соня сфокусировала на Соломоне пьяные глаза:

— Я и подумать не могла, что ты такое животное.

Соломон влил в глотку сразу половину бокала и, утерев рот, сдался:

— Ладно, хрен с вами. Сколько вы хотите? Триста тридцать? Каждой?

Девушки переглянулись:

— Ев, он держит нас за идиоток.

— Угу. Где твой телефон, Сонь? Набери-ка сто два.

Соломон подскочил с дивана и завопил, брызжа слюной:

— Да пошли вы на хер! Чего вам вообще от меня надо?

Девушки с нежностью усадили пунцового Соломона на диван, а сами расселись по обе стороны от него.

— Солик, ну мы же не дуры, чтобы тупо шантажировать тебя, — ласковым голосом сказала Ева, поглаживая его по лысине.

— Да, Солик, отныне мы твои самые близкие и верные друзья, — вторила сестре Соня, гладя его по плечу.

— Точнее подруги.

— Точнее компаньонки. Ведь мы с сестрой провели вместе с тобой всю прошлую ночь здесь, в офисе, занимаясь бухгалтерией клуба.

— Угу, ту самую злополучную ночь, когда ты слетел с катушек и жестоко изнасиловал Мию Мегу…

— Перестаньте, — плаксиво взмолился Соломон.

Девушки рассмеялись.

Стук в дверь напугал всех троих. Соломон напряженно замер, глядя на дверь. Стук повторился.

— Чш-ш, тихо! — шикнул Соломон девушкам. — Не будем открывать, как будто нас здесь нет.

Стук повторился вновь, на этот раз сильнее и настойчивее.

— Сол! — раздался из-за двери зычный голос вышибалы Рустама. — Сол, не бойся, это не менты. Тут к тебе какой-то странный тип.

— Кто он такой? — выкрикнул Соломон.

— Он говорит, что знакомый Мии.

— Чего-чего?

— Говорит, что знакомый Мии Меги! — повысив голос, повторил Рустам. — Хочешь, я переломаю ему ребра и вышвырну отсюда?

— Нет-нет, — поразмыслив, ответил Соломон. — Пусть войдет.

Дверная ручка несколько раз дернулась.

— Сол, — вновь раздался из-за двери голос Рустама, — дверь заперта. Хочешь, я ее вышибу?

— Нет, не надо, Рустам. Я сейчас открою ее.

Соломон отомкнул запертую дверь, приоткрыл ее на треть и опасливо выглянул наружу одним глазом. В коридоре были двое — вышибала Рустам и незнакомый мужчина в темно-бордовом спортивном костюме, украшенном россыпью блестящих страз. Незнакомец показался Соломону знакомым. Точнее его глаза, светло-серые, с темной окантовкой и черными колючими зрачками.

— Кто ты такой? — грубо спросил у него Соломон.

— Аз есмь человече. Но ты можешь обращаться ко мне по имени Маммон.

— Это Мия подослала тебя ко мне?

— Нет. Я пришел к тебе по собственной иннициативе.

Соломон напряженно соображал, теряясь в догадках. Мия вряд ли бы решилась пойти на шантаж в одиночку. Скорее, она заручилась бы поддержкой подельника. Но раз он говорит, что действует по собственной инициативе, то Мия вполне могла быть лишь орудием в руках расчетливого манипулятора. Кто же он такой, этот хмырь в стразах? На мента не похож, на авторитета не тянет, а для рядового бандита слишком круто размахнулся. Интересно, сколько он заломит? Несмотря на опасения, Соломон был заинтригован.

Он открыл дверь шире и отступил на шаг назад, приглашая визитера внутрь:

— Ну проходи, человече.