Впервые я пишу книгу, события которой развиваются в режиме реального времени. Ежечасный поток информации таков, что только успевай стучать по клавиатуре. Естественно, что основной вопрос на повестке дня: кто крайний в провале 7 октября? Действующих лиц, перекладывающих ответственность друг на друга, много:
* правительство во главе с премьером;
* ЦАХАЛ в целом;
* оперативный отдел ЦАХАЛ;
* командование Южного округа;
* 143-я территориальная дивизия «Огненные лисы» («Шуалей ха-Эш»);
* департамент разведки;
* подразделение радиоэлектронного слежения 8200 («Йехида шмоне матаим»);
* общая служба безопасности ШАБАК, отвечающая за мониторинг сектора Газа.
Аргументов и контраргументов у всех более чем достаточно. Каждый из участников скандальной дискуссии готов взять на себя только часть ответственности, причем самую малую. Учитывая, что в Израиле не развита культура публичных споров, полемика сводится к взаимообмену вопросом «А ты кто такой?», как в диалоге старика Паниковского и Шуры Балаганова. Над всеми сидят члены Верховного суда Израиля, взявшие на себя право решать, кто, кому и какие претензии может предъявлять. Может ли, например, Нетаньяху, как работодатель и начальник, уволить главу Службы безопасности? Есть ли у него право интервьюировать кандидатов на эту должность или он должен спросить разрешение у Верховного суда?
Колеса и шестеренки израильской бюрократической машины крутятся медленно, со скрипом, с трудом одолевая ржавчину, разъедавшую систему в течение десятилетий. Правительству понадобилось полтора года, чтобы сменить начальника Генерального штаба Герци Халеви на Эяля Замира. Примерно столько же времени заняло принятие решения об ограничении ввоза гуманитарной помощи и топлива в Газу: все, что попадало в сектор, немедленно присваивалось ХАМАС.
За непосредственную защиту границы отвечала 143-я территориальная дивизия «Огненные лисы», она же дивизия «Газа», — регулярная территориальная дивизия в составе Южного военного округа Армии обороны Израиля. Состоит из двух бригад — разведывательного батальона бедуинских следопытов и батальона связи. В каждой бригаде по три пехотных батальона, разведбат, противотанковая, инженерная и снайперская роты, рота связи. В зоне ответственности дивизии охрана не только границы с сектором Газа, но и многочисленных поселений на юге нашей страны. В разные годы дивизией командовали многие высшие армейские чины, включая будущих министров обороны.
С подразделением радиоэлектронной разведки 8200 читатель уже немного знаком. В настоящем виде оно существует с 1974 г., когда, учитывая горький опыт войны Судного дня, его переформировали, значительно расширили и снабдили техникой нового поколения. Сегодня базы подразделения развернуты по всей стране, а служба в нем считается очень престижной. По исполняемым функциям 8200 сопоставимо со знаменитым АНБ. Все, что напрямую или косвенно связано с работой этой воинской части, строго засекречено, так что ссылки на успехи 8200 можно найти лишь в иностранной прессе.
Согласно информации, опубликованной в газете Le Monde, 8200 прослушивало телефонные разговоры между египетским президентом Гамалем Абделем Насером и королем Иордании Хусейном в первый день Шестидневной войны, перехватило телефонный звонок Ясира Арафата главарю террористической группы, захватившей круизный лайнер Achille Lauro в Средиземном море в 1985 г.[181] The New York Times приписывает подразделению заражение многих десятков тысяч иранских военных компьютеров деструктивным вирусом Stuxnet[182], кибератаку на центрифуги завода по обогащению урана в Натанзе[183], блокирование систем сирийских ПВО во время атаки на строящийся ядерный объект[184].
По данным, попавшим в израильские СМИ, разведка из подразделения 8200 тщательно следила за приготовлениями террористов в Газе к штурму израильской границы. За много месяцев до 7 октября камеры воздушных дирижаблей и спутников фиксировали строительство точных макетов израильских военных баз, тренировочные атаки, проникновение, захват пленных. Из перехваченных сведений становилось очевидным все, вплоть до мельчайших подробностей готовящейся войны, включавших предполагаемое количество заложников и маршруты их транспортировки в Газу.
17 июня 2024 г. израильская государственная вещательная корпорация КАН опубликовала выдержки из секретного доклада аналитиков 8200 «Детальная подготовка предполагаемого рейда боевиков 7 октября 2023 г.».
В 11:00 несколько рот собираются к началу учений, не дожидаясь начала молитвы и обеда. В 12:00 боевикам раздаются техника и вооружение, после чего они проходят инструктаж в штабе роты. В 14:00 начинается рейдовая тренировка. Отрабатывается штурм следующих объектов: штаба базы, штаба управления и контроля, синагоги на базе, штаба эскадрильи, штаба связи, прицельно-стрелковых комплексов и казарм.
…террористам было дано четкое указание: при отходе проверить и зачистить место нападения, захваченных заложников передать командирам групп[185].
Аналитический доклад поступил в штаб дивизии «Газа» 19 сентября 2023 г., но по непонятным причинам командование его проигнорировало либо он попал не в те руки. В любом случае отговорки наподобие «ничего не получали», «не поняли», «не расшифровали», «недоглядели», «не успели», «так сложилось» нельзя принимать всерьез. Как сказал известный американский психолог Вильгельм Райх, «ответственность лежит на самом человеке, а не на "исторических событиях"».
Есть в Израиле занятие, не очень востребованное в государствах с низкой внутриполитической активностью, — дискуссионные домашние кружки. Политический или общественный деятель собирает в частном доме несколько десятков слушателей и высказывает свою точку зрения на происходящее в стране, выслушивает критику приглашенных и отвечает на вопросы. Недавно я присутствовал на домашнем выступлении майора запаса, летчика-истребителя Шая Келаха.
В 2023 г., в разгар попытки политического переворота, майор Келах открыто выступил против генералов в отставке, призывавших военных летчиков к гражданскому неповиновению, к игнорированию резервистских сборов, к отказу от еженедельных тренировочных полетов. Элита ВВС не простила ему такой вольности и «отлучила от братства», то есть попросту выгнала из армии. В ответ Шай Келах организовал общественное движение, призванное затормозить пропаганду, которая призывала к свержению правительства, избранного демократическим путем.
На том вечере Келах рассказал о плачевном состоянии некоторых подразделений ВВС, об ошибках командования, граничащих с преступной халатностью, о длительном бездействии авиации в первые часы войны 7 октября. На вопрос, было ли, по его мнению, предательство, Шай ответил «нет». На тот момент информация о шпионаже, которой мы коснемся в следующей главе, была запрещена к публикации. Но вот другой, пусть и более поздний инцидент. Уже после резни 7 октября некая военнослужащая, занимавшая секретную должность в Управлении военной разведки, регулярно ездила в Рамаллу, столицу палестинской автономии, где ее дважды арестовывала местная служба безопасности. В ходе расследования, проведенного израильской военной полицией, она рассказала, что в течение года состояла в тайных отношениях с палестинцем, но с 7 октября ему запретили въезд в Израиль, поэтому они встречались в Рамалле.
Тому, кто не знаком с современной историей страны, этот эпизод ничего не скажет. Подумаешь, ну пробралась солдатка пару раз в Рамаллу. А израильтянам он напомнит другой случай, когда два солдата-резервиста по ошибке заехали в столицу палестинской автономии и эта оплошность стоила им жизни. Я веду речь о линче и убийстве резервистов Вадима Нуржица и Йосефа Авраами, которые произошли 12 октября 2000 г. Все газеты мира напечатали фотографию одного из участников линча Абд Аль-Азиза Салахи, гордо демонстрирующего через окно полицейского участка, где и были убиты израильтяне, окровавленные руки. В июне 2001 г. его поймали, а с 2001 по 2006 г. арестовали еще пятерых участников линча, в том числе двух палестинских полицейских. В октябре 2011 г. Салахи выпустили из тюрьмы в рамках сделки[186] по освобождению Гилада Шалита.
В израильском суде Салахи защищала адвокат Леа Цемель из Центра защиты личности, часто выступающая на стороне палестинских боевиков и радикалов, — личность одиозная даже по местным меркам. В августе 2019 г. с ней беседовала журналистка Алла Гаврилова. С любезного разрешения Аллы привожу часть интервью. Журналистка представляет собеседницу:
Среди ее клиентов участники теракта на Прибрежном шоссе, линча в Рамалле, организаторы убийства Рехавама Зеэви и еще десятки арабских террористов, виновных в смерти многих израильтян.
И цитаты из самого интервью.
Вопрос. Несколько месяцев назад в интервью газете «Гаарец» вы произнесли фразу, которая вызвала возмущение даже в самых леворадикальных кругах. На вопрос, посещали ли у вас сомнения, когда вы взялись защищать Абд аль-Азиза Юсуфа Мустафу Салахи, участвовавшего в линче двух израильских солдат-резервистов в Рамалле, вы ответили: «Нет, не было. Тоже мне линч». Не хотите объяснить это высказывание?
Ответ. Извиняться за эту фразу я не намерена. Но могу объяснить. Я тогда представляла не только этого мальчика (выделено автором), но и других — в том числе сотрудников палестинской полиции. Мальчику приписали чуть ли не главную роль в этом событии, но на самом деле он сам никого не убивал. Кроме того, евреи тоже неоднократно линчевали арабов.
Вопрос. Для вас любая борьба с оккупацией легитимна?
Ответ. Я не мыслю такими категориями. Я гражданин страны-оккупанта и не считаю себя вправе диктовать палестинцам, как именно они должны противостоять оккупации. Я могу сказать, что буду защищать любого палестинца, который тем или иным образом борется с оккупацией[187].
Леа Цемель не исключение. Евреев, желающих смерти своей стране и своему народу, достаточно. Парадоксально, но факт. За одним таким замужем Цемель. Французский еврей, сын польского раввина Мишель Варшавский ненавидит Израиль всей душой. «Необходимо однозначно отвергнуть саму идею (и существование) еврейского государства, независимо от того, где будут его границы»[188], — декларирует он.
Я пишу о таких людях исключительно ради того, чтобы читатель понял: для еврейского шпионажа в Израиле есть благодатная почва. Истокам еврейской самоненависти посвящено немало исследований, проблема возникла не вчера. Еще в 1930 г. Теодор Лессинг опубликовал книгу «Еврейская самоненависть», но более чем за четверть века до него, в 1903 г., австрийский еврей Отто Вейнингер писал: «Еврей — это бесформенная материя, существо без души, без индивидуальности. Ничто, ноль. Нравственный хаос. Еврей не верит ни в самого себя, ни в закон и порядок». Гитлер называл Вейнингера «единственным нормальным евреем», а Геббельс цитировал в своих выступлениях. Между тем в 1911 г. Зеев Жаботинский писал: «Нам не в чем извиняться. Мы народ, как все народы; не имеем никакого притязания быть лучше. В качестве одного из первых условий равноправия, требуем признать за нами право иметь своих мерзавцев, точно так же, как имеют их и другие народы. Да, есть у нас и провокаторы, и торговцы живым товаром, и уклоняющиеся от воинской повинности, есть, и даже странно, что их так мало при нынешних условиях»[189].
* * *
12 сентября 2005 г., когда сектор Газа покинул последний израильский солдат, в моду вошла песня: «Прощай, прощай, Газа! Расстаемся мы без сожаления, ты остаешься, а я, сидя в кафе, позабуду военную форму»[190]. Пели ее, пели — и благополучно забыли. У хитов короткая жизнь. А вот Израиль, в особенности жители юга страны, следующие 19 лет не знал ни одного спокойного дня. Частично признанное государство не давало о себе забыть. И нынешняя война, самая длительная в истории нашей страны, тому доказательство.
Экономические затраты сторон на ведение боевых действий несопоставимы. Час полета современного истребителя-бомбардировщика обходится примерно в $24 000 без учета расходов на бомбы и ракеты. Всего одна ракета ПВО «Железный купол» стоит приблизительно $55 000, а умная авиабомба — около $30 000. Сделанные в Газе ракеты «Касам» можно оценить в сотни долларов за штуку, а иранские «Фаджар» ХАМАС получает в подарок.
Но это об оружии. Теперь о людях. Только за первые полгода войны (с 7 октября 2023 г. по 7 марта 2024 г.) Армия обороны Израиля потеряла 604 бойца, еще 3193 были ранены. За следующие четыре месяца погибли еще 64 человека и 700 солдат были ранены. Конца войне не видно, и главное — нет разумного представления, что же будет потом. Идеальный для Израиля вариант — тот, что «по Трампу» предполагает переселение населения Газы в соседние страны, — едва ли возможен в полном объеме. Скорее всего, в выигрыше никто не останется, и каждая сторона станет обвинять в неудаче другую. А пока что ХАМАС, захватив 7 октября огромное количество заложников, продолжает держать Израиль за горло. Для него израильтяне, живые или мертвые, — валюта и щит одновременно.
В то время как политики и военные обвиняют друг друга во всех смертных грехах, МОССАД — единственная из силовых структур страны организация, не замешенная в последней катастрофе, — старается извлечь уроки из трагедии.
В июле 2024 г. большая группа сотрудников Департамента разведки «Бюро» посетила Сдерот, город на границе с Газой, и соседние с ним кибуцы, сожженные во время резни 7 октября. Разведчики встретились с коллегами-полицейскими, воевавшими с террористами в тот чудовищный день. Вот сухая выжимка из услышанного полицейскими от офицеров «Бюро».
* Вся местность, окружающая Газу, находится под армейской юрисдикцией и контролем.
* Дело полиции — бороться с чисто уголовными преступлениями и не лезть в армейские дела.
Именно по этим причинам полицейские участки в упомянутых районах комплектуются малым количеством персонала. Некогда существовал план совместных действий на случай прорыва террористов из сектора Газа, но с течением времени армия его «похоронила», а следом за ней его «похоронила» и полиция. Вновь назначенный командующий Южным полицейским округом заставил подчиненных провести учение по отработке обороны незадолго до 7 октября, и в день нападения только полиция и действовала по плану. Однако полицейские, вооруженные пистолетами с тремя обоймами, мало что могли противопоставить автоматам и ручным противотанковым гранатометам. «Мы стреляли лишь в те моменты, когда они перезаряжали автоматы», — рассказывал один из наших бойцов.
Ни у армии, ни у полиции не было общей картины происходящего. Каждый блокпост считал, что это локальное нападение и скоро прибудет помощь. Вышки мобильной связи заблаговременно были обрушены террористами, и все, что оставалось полиции, так это пользоваться устаревшими рациями. По словам очевидцев, армейские подразделения часами не получали команды к действию. Так, офицер полицейской разведки мчался в захваченный родной кибуц, чтобы вызволить дочь, укрывшуюся в бронированной комнате дома, и встретил группу солдат из элитного спецназа. На просьбу о помощи армейцы ответили отказом: не было приказа.
Если мысленно перенести все, что связано с войной 7 октября, в Японию времен Второй мировой войны, почему-то вспоминается, что более десятка высших офицеров японской армии тогда сделали харакири. Как писал Фазиль Искандер, «настоящая ответственность бывает только личной. Человек краснеет один».