Согласно народным легендам и поверьям, ночные призраки, духи и дьявол исчезают с первым криком петуха. Это верно, хотя и не доказано наукой. Ведь не зря же великий Михаил Булгаков написал:

Рама широко распахнулась, но вместо ночной свежести и аромата лип в комнату ворвался запах погреба. Покойница вступила на подоконник. <…> И в это время радостный неожиданный крик петуха долетел из сада. Горластый петух трубил, возвещая, что к Москве с востока катится рассвет.

Дикая ярость исказила лицо девицы, она испустила хриплое ругательство. <…> Крик петуха повторился, девица щелкнула зубами, и рыжие ее волосы поднялись дыбом. С третьим криком петуха она повернулась и вылетела вон[84].

Но, как известно, свято место пусто не бывает. Ночные призраки, духи и дьявол исчезают — спецназ остается.

Операция под кодовым названием «Петух-53» вошла в список побед израильской разведки как одно из самых дерзких нападений на позиции египтян в ходе Войны на истощение.

Войной на истощение называют раздражающие военные действия малой интенсивности между Египтом и Израилем в 1967–1970 гг. Как известно, в ходе Шестидневной войны Израиль захватил Синайский полуостров, и с таким унижением египетская элита смириться не могла. Уже через месяц после окончания войны начались артиллерийские обстрелы израильских позиций. Позже к ним подключилась уцелевшая египетская авиация.

Тут нам необходимо на время перенестись в 1960 г. — из раскаленной Синайской пустыни в холодный Свердловск. Люди моего поколения помнят скандальный полет американского летчика Фрэнсиса Пауэрса на самолете-шпионе U-2. Официально подразделение, где служил Пауэрс, называлось 2-й авиаэскадрильей метеорологической разведки и, по легенде, подчинялось NASA. Самолеты этого авиаотряда постоянно осуществляли разведывательные полеты над СССР — собирали сведения о ядерных объектах, радиолокационных станциях (РЛС) и позициях ракетных комплексов ПВО.

Для Пауэрса это был уже 28-й полет на U-2. Сделав снимки космодрома Байконур, он взял курс на закрытый город Челябинск-40. Там находился завод «Маяк», который производил оружейный плутоний для ядерного оружия. В 8:53 U-2 был атакован ракетой ЗРК С-75, в результате чего самолет развалился на высоте 20 700 м. Пауэрс катапультировался, а обломки U-2 рухнули близ деревни Поварня. Фрэнсиса Пауэрса впоследствии обменяли на советского резидента Рудольфа Абеля, о чем в 2015 г. расскажет Стивен Спилберг в историческом фильме «Мост шпионов».

ЗРК С-75 был для своего времени передовым комплексом ПВО СССР. Он применялся в большом количестве вооруженных конфликтов и до сих пор используется некоторыми странами третьего мира. В 2016 г. воинственные йеменские хуситы с помощью ЗРК С-75 сбили американский БПЛА MQ-1 Predator. Обидно, но факт остается фактом.

В начале 1960-х египетские силы ПВО получили от СССР некоторое количество ЗРК С-75. В комплексах использовались локаторы «Енисей» с дальностью обнаружения целей 250 км на высоте до 25 км. Радары представляли собой мобильные РЛС метрового диапазона, принятые на вооружение СССР в 1956 г. Один из ЗРК располагался на западном берегу Суэцкого залива, недалеко от городка Рас-Гариб — сегодняшней «столицы» египетской нефтяной промышленности.

В ходе многочисленных разведывательных полетов израильской авиации над районом Рас-Гариб там обнаружили локатор системы С-75. Локатор решили захватить и вывезти в Израиль для досконального изучения и выработки мер противодействия. Теоретически это было возможно, потому что египтяне расположили станцию на отшибе, в удалении от позиций основных войск.

Общее руководство операцией «Петух-53» поручили генерал-майору Рафаэлю Эйтану. Он сформировал разведгруппу на базе 50-го батальона ВДВ и бойцов спецназа, отдав предпочтение офицерам. Особое внимание Эйтан уделил и отбору технически подкованных механиков и сварщиков. Срочно создали макет «объекта» с кабинами и вагончиками на шасси автомобиля ЗИЛ и сутки на нем тренировались. Готовились и пилоты транспортных вертолетов «Ясур», поднимая в воздух тяжелый и громоздкий груз и переправляя его с места на место. «Ясуры» — основные транспортные вертолеты израильских ВВС, очень надежные и испытанные машины фирмы Сикорского с грузоподъемностью более 5,5 т.

Операция началась в 21:00 с отвлекающего маневра — израильские самолеты принялись бомбить позиции египтян недалеко от базирования ЗРК. Пользуясь прикрытием, в воздух поднялись три вертолета Super Frelon с десантом на борту. Вертушки выгрузили группу в 6 км от цели, и десантникам пришлось в быстром темпе покрывать это расстояние. Электрогенератор станции сильно шумел, что было на руку израильтянам. Они быстро справились с охраной и боевым расчетом и приступили к демонтажу станции.

Все, что смогли, — отсоединили, а что не смогли, — отрезали автогеном. Вызвали «Ясуры», дожидавшиеся команды на израильской стороне Суэцкого канала. Кабину управления и антенно-мачтовое устройство РЛС подвесили к вертолетам, и те осторожно поднялись в воздух. Вес груза превышал допустимый, летчики нервничали. Вместе со станцией в плен захватили ее расчет, а с ним и секретную документацию. Десант заминировал остатки станции и без потерь выдвинулся к месту эвакуации.

Снова сделаю отступление и расскажу о легендарной в Израиле личности — Рафаэле Эйтане (1929–2004), а для всех в стране — просто Рафуле.

Его настоящая фамилия Каминский. Родители, Элиягу и Мирьям, приехали в Палестину еще в 1904 г. Отец Рафуля во время Первой мировой был разведчиком в австралийской армии, позднее одним из основателей отрядов еврейской самообороны в Палестине.

Свою жизнь Рафуль связал с армией, точнее с ВДВ. Долгое время он был в подчинении у другого человека-легенды — Ариэля (Арика) Шарона. В войнах Израиля Эйтана дважды тяжело ранили, но оба раза он возвращался в свой батальон парашютистов. Солдаты его обожали. Осталась запись инструктажа, который Рафуль проводил со своими десантниками накануне одной из военных операций[85]:

Нам предстоит совершить первую парашютно-десантную операцию в истории еврейской армии. Высадка будет при дневном свете, и наша задача — подготовиться к взятию под контроль некоей дороги в определенном месте. Света у нас будет примерно на полчаса.

Каждый прыгнувший и у кого раскроется парашют, должен посмотреть вниз и увидеть перекресток дорог, где всем и надо собраться. Кто приземлился — снимает парашют и с оружием движется по направлению к горам. Другой ориентир — в то время будет закат — идти по направлению заката, то есть на запад. Но главное — с оружием в руках.

После перехода мы займем свои позиции. За ночь каждому необходимо окопаться. С рассветом нас начнут обстреливать снайперы и бомбить самолеты, кто не окопается — тому конец. Все, что с нами прилетело, — это все, что у нас будет. Каждый глоток воды будет невосполним. Колодцев там нет. Есть лишь пустыня. Завтра мы впервые прыгнем в войну, а не в учения на дюнах. Дисциплина, желание и терпение — и мы выполним задание без проблем.

А в 1960 г. в звании подполковника Рафуля направили в Америку, в училище командиров корпуса морской пехоты США. Вернувшись, Эйтан усовершенствовал военное образование в Высшем военном колледже ЦАХАЛ. В 1978 г. он был уже начальником Генштаба. На этом посту Эйтан добился многого, но в памяти израильтян и в местном фольклоре остался прежде всего его проект «Дети Рафуля».

По инициативе Эйтана в армию стали брать детей из неблагополучных семей, малолетних преступников, от призыва которых ранее отказывались. Теперь же армия давала им шанс начать жизнь заново, получить справку об окончании средней школы. Тысячи «детей Рафуля» влились в общество, вместо того чтобы прозябать в тюрьмах.

Рафуль мог взгреть солдата за пилотку, заткнутую за поясной ремень, но десантники действительно были его детьми. Рассказывают, что как-то, уже в свою бытность министром, Эйтан отбирал себе секретаршу. Диалог с очередной кандидаткой был коротким:

— Как зовут? В армии служила?

— Рина. Служила.

— В каких войсках?

— В десанте.

— Подходишь.

Рафуль не тратил слов попусту. Многие считали его простоватым, нелепым крестьянским парнем, волею судеб ставшим генералом и политиком. Это не так. Он был одной из самых чистых личностей среди израильских политиков. Да, иногда проявлял наивность, за что платил сам, да и страна платила. Но что было, то было. А вот погиб он действительно нелепо.

В январе 2002 г. в возрасте 73 лет Рафуль, уже пенсионер, стал руководителем строительства нового волнореза в порту Ашдода. Рано утром 23 ноября 2004 г., как и всегда, он приехал на волнорез, чтобы проверить стройку. На море была буря. Позже в воде обнаружили тело Рафуля.

А теперь вернемся к рейду на Суэцком канале, имевшему огромное пропагандистское и политическое значение. Американцы заимствовали радар у израильтян, чтобы изготовить точные копии в учебных целях.

Комплекс С-75 оказался на редкость живучим. Он производился в течение многих лет в модификациях «Двина», «Волхов» и «Десна», пережил восемь войн, экспортировался в 13 стран, его выпускали по лицензии в Китае, Египте и Иране. Сегодня экспонат С-75 выставлен в частном военном музее в городе Верхняя Пышма Свердловской области.

Описанная нами операция все еще остается единственной успешной в своем роде. К слову сказать, некоторые специалисты в Израиле считают, что для радиоэлектронной борьбы большого значения она не имела, а была скорее очередным щелчком по лбу раздутого самолюбия соседей.

«Но миром кончаются войны», как поется в известной песне «И я была девушкой юной». Так, в 1979 г. закончились войны с Египтом, Менахем Бегин и Анвар Садат подписали мирный договор. В 1982 г. Израиль вывел войска и эвакуировал поселенцев с Синайского полуострова. После этого был разрушен прекрасный город Ямит. Очередная национальная травма Израиля.

Незадолго до Войны Судного дня правительство Израиля утвердило план строительства города. Вскоре после войны несколько семей репатриантов из тогдашнего СССР заселились в маленькие домики на Синайском полуострове, а вслед за ними заехала еще одна группа будущих поселенцев, тоже репатриантов, но из США, изначально живших в Беэр-Шеве. Спустя еще два года, в сентябре 1975 г., началось активное строительство, а за ним и массовое заселение.

Люся (Номи) Бренер, одна из первых поселенцев, вспоминает:

Необычной была планировка города. Все дома были развернуты и поставлены так, что внутригородское пространство оставалось совершенно свободным от автомобильного движения. Там шли дорожки между домами, было множество детских и спортивных площадок, сквериков, клумб, цветников, зеленых уголков, которые буквально в первый же год, благодаря капельному орошению, поднялись, расцвели, зазеленели. А все автомобильные стоянки и проезжие части дорог были вынесены за внешнюю линию города, так что внутри Ямита машины не ездили. Общегородским транспортом у нас был велосипед[86].

Разрушение Ямита стало очень плохим прецедентом в современной истории страны. Да, мирное соглашение с Египтом считается историческим успехом. Но каков этот мир? Прохладный, холодный или ледяной? Экономические отношения описываются медицинским диагнозом «мерцательная аритмия», туризм — исключительно односторонний, с большими ограничениями. Египетских туристов в Израиле отродясь не бывало, поскольку смельчаков по возвращении ждут подвалы египетской контрразведки. Синай — формально египетский — по мирному соглашению должен был оставаться демилитаризованной зоной, но там уже давно стоит египетская армия. Сначала с позволения Израиля появились несколько танков для успешной борьбы с незаконными бандформированиями. А потом уже и позволение не понадобилось.

Есть на израильско-египетской границе крохотный курортный городок Таба. Когда-то, во времена Израиля, городок славился роскошным отелем Hilton Taba. Этот район, несмотря на споры вокруг территории, передали Египту по условиям мирного договора 1979 г. последним. 7 октября 2004 г. в лобби отеля Hilton Taba взорвались три бомбы — здание рухнуло. Под развалинами погибли 34 человека, сотни были ранены. Поскольку район Таба сильно удален от промышленных зон Египта, вблизи не оказалось ни техники, ни людей для ликвидации последствий катастрофы. Израильский порт Эйлат примыкает к Табе вплотную, и через полчаса после взрыва к границе прибыли машины скорой помощи, техника и команды военных спасателей. Восемь часов они простояли на границе, наблюдая за мародерством на месте трагедии. Такой вот мир. С чего мы начали? С крика петуха? Похоже, у соседей петух еще не кукарекал.