Просыпаться и не видеть её улыбку — это проблема. Полный дом народу. Вся семья рядом. А Алисы нет. Но Алиса фон Ратт, это не та девушка, которую просто можно пригласить вместе жить. О нет! С ней или в костёл, или не стоит даже мечтать. Она из той породы женщин, что не приемлет полумер. Всё делает на полную катушку.

— Михал, я не успела тебе вчера сказать, — мама подала Тухольскому завтрак, — Фрау фон Ратт вчера пригласила нас на ужин.

— Да, Алиса мне говорила, что в воскресенье приём по случаю дня рождения её брата Алекса, — Михал ещё до конца не проснулся.

— Мих, ты не понял. Это сегодня, — пощелкал ему пальцами перед лицом Владик, — Мы приглашены в Раттенбург на выходные. Ужин сегодня и прием в воскресенье. "Барон и баронесса фон Ратт имеют честь пригласить Вас в свое поместье", — пафосно и театрально вычитал Зимовский на приглашении, — В замки к акционерам "Баварии" нас ещё не приглашали.

— Клоун ты, Владик. Семья Алисы приглашает мою семью. Ты понимаешь? — до Тухольского на самом деле только что дошло, что происходит. И стало ясно, что Зимовский весельем прикрывает волнение. Фон Ратты — это большая величина по меркам Германии. И с дедом и дядей Владика Фридрих фон Ратт вполне мог пересекаться по дипломатической линии, — Дресс-код указан? — Михал прикинул, как раз ли ему черный пиджак от костюма. И где можно добыть бабочку. Ужин ещё куда ни шло, но на прием наверняка будет по меньшей мере "Black tie"^[23].

— На ужин фрау Мария просила не думать о дресс-коде. Это просто семейная встреча, — Беата Тухольская уселась за стол напротив сына. Отхлебнула чай, — А вот на прием все же "Black tie". У фон Раттов мог быть и "White". А у нас мало времени. Так что, поторопитесь. Мы едем по магазинам.

У Михала хватило ума не спрашивать маму ни о чем. Уж кто-кто, а она точно знала все тонкости посещения подобных мероприятий и общения с людьми уровня фон Раттов. Хотя сам он ничего такого особенного не заметил. Да, вилок рядом с тарелкой было точно больше двух, и ели они в большой столовой. Но в остальном — обычные люди.

— Мы едем в замок? Настоящий? А Олаф что, принц? — налетели на Беату внуки.

Полдня в магазинах в компании мамы, папы, Марийки, Владика и детей — и Михал был вымотан. Но его семья не могла ударить лицом в грязь перед семьёй Алисы.

Мама и Марийка явно имели в голове четкий план и составили свою, ведомую только им двоим логистику.

Аннушка в новом коктейльном платье, туфельках и с сумочкой выглядела маленькой леди. Беата и Марийка светились от удовольствия, перекладывая в руки своих мужчин пакеты с обновками.

— М-да, ребята, — Роберт разглядывал себя в зеркало в магазине мужской одежды. Рядом пытался пристроиться Анджей, — Это вам не самолёт пилотировать. Взлёт — посадка. Это уже высший пилотаж, — он глянул на часы, — Вот поэтому я всегда нашу костюмные, а не эти ваши умные-спортивные. Чтобы с корабля на бал можно было.

— Блин, — Владик почесал в затылке, глядя на свои дайверские, — Ещё и часы?

— Владик, не психуй, — Михал хлопнул друга по плечу, — BREGUET^[24] твоего дедушки был бы кстати. Вечная классика! Но я, так и быть, поделюсь. У меня с подачи Юлькиного мужа есть пара достойных экземпляров.

— Ну, если Янек советовал, то там точно не Стамбульский рынок, — хохотнул Роберт, — Он всегда умел выбрать часы так, чтоб сомнений не возникло, кто тут вопросы задаёт.

Когда они всей компанией наконец добрались до Раттенбурга, сил волноваться у Тухольского просто уже не осталось. А когда ему навстречу выбежала Алиса, вообще всё стало не важно. Лишь бы его сказочная девушка из снов была рядом и улыбалась.

Глава 116

Кира застала дочь у окна, выходящего на дорогу.

— Хочешь, я дам тебе что-нибудь из бабушкиного списка подготовки к приёму? — она показала Алисе исписанный каллиграфическим почерком листочек. — Потому что с такой энергией ты продырявишь взглядом стекло и подожжёшь всю растительность вдоль подъездной аллеи. Завтра будет пахнуть гарью и придётся сажать новые кусты.

— Мам…, — Алиса уткнулась Кире в плечо.

— Они приедут с минуты на минуту. Вот увидишь. И это просто семейный ужин. Он ни к чему никого не обязывает. Просто приятное общение с хорошими людьми.

— Просто? — захлопала глазами Алиса.

— Вот когда твой Михал уже сделает тебе предложение, то будет "не просто". Ты же знаешь бабушку. А пока ей кажется, что она что-то за кого-то решает. Кем-то руководит и влияет на чей-то выбор. Ей сейчас, я так понимаю, важен процесс, — Кира обняла дочь, — Но практика показывает, что ничье мнение не может разрушить что-то настоящее. А не настоящее развалится само, без всяких внешних воздействий.

— Ты веришь в судьбу?

— Я верю в любовь. И твой отец, слава богу, все эти годы не даёт мне эту веру потерять.

Силуэт машины Тухольского, показавшийся на дороге, не дал им продолжить разговор. Алиса бросилась к выходу, наплевав на приличия.

И только увидев всё семейство Михала, выходящее из двух машин одновременно, чуть притормозила. Попыталась взять себя в руки.

Михал стоял возле машины и улыбался только ей одной. Алиса скатилась по ступеням прямо в руки Тухольскому.

— Привет! — подняла глаза.

— Привет! — отозвался Михал.

— Добро пожаловать в Раттенбург, — Алиса всё же не забыла о своих обязанностях хозяйки, — Спасибо больше, что приехали, — оглядела она гостей, — О вашем багаже позаботятся. Прошу в дом!

В холл уже спустилась баронесса, чтобы лично встретить гостей. Со второго этажа бегом спускался Вит. Но увидев прабабушку, сделал серьёзное лицо и перешёл на шаг. Правда, надолго его не хватило. И через минуту он уже утащил своих друзей за руки в их комнаты. Фрау Мария только улыбнулась, глядя на детей.

— Кира, проводи наших гостей, пожалуйста. Нам хочется, чтобы вам понравилось в Раттенбурге. Мой сын покажет вам дом и окрестности.

Алиса тоже крепко ухватила за руку свою "добычу".

— Пойдём. Покажу тебе твою комнату. И дом. Ты же не видел нашу героическую галерею?

— Нет, — Михал покорно шёл следом за Алисой.

— Вот смотри, — она завела Тухольского на галерею.

Высокие стрельчатые окна. Портреты Алисиных предков. Рыцарские доспехи. Оружие на стенах. Михал застыл в изумлении.

— Это прадедушка. Вальтер Зигфрид Фердинанд фон Ратт. Алекс его застал. Они очень дружили. А я не помню. Маленькая была совсем. А это прапрадедушка. Феликс Август Маркус Иоганн фон Ратт. Про него тоже Алекс больше знает. История флота — это к брату. Он с самого детства в это погружен. И даже в Нахимовском училище у него всегда был конфликт с преподавателем истории. Потому что Алекс знал больше учителя.

— Нахимовское? — не понял Тухольский.

— Военно-морское училище в Санкт-Петербурге.

— А это кто? — указал на портрет молодой девушки в бальном платье, неуловимо похожей на Алису.

— Это… Это бабушка Мария. Мария Каталина Вильгельмина фон Ратт.

Михал смотрел на портреты. За спиной у Алисы огромная история и колоссальная поддержка семьи. Высочайший уровень. И в то же время она выросла открытой и искренней, умеющей радоваться мелочам и интересоваться другими людьми.

Со следующего портрета на них смотрел совсем молодой Йохен фон Ратт. Дальше — совсем юный Алекс. Михал сделал ещё несколько шагов. Подумал, что у них примерно так висят семейные фотографии, а у фон Раттов всё фундаментально, на века, чтобы потомкам было, кого вспомнить.

Одна Алиса стояла сейчас рядом с Михалом и смущённо утыкалась носом в его плечо. Другая — настоящая баварская принцесса — смотрела своими синими глазами с портрета. Михал посмотрел сначала на одну, потом на другую. Он любит свою Алису любой. Потому что она везде — настоящая.

Глава 117

Михал остался один в отведенной ему комнате. Огляделся. Если бы он не знал, что снаружи это настоящий замок, то не догадался бы, что дому точно больше сотни лет. Всё современно и комфортно. Фон Ратты явно знали толк в жизни. И активно меняли свой быт. Это было несколько неожиданно для традиционной немецкой семьи.

Тухольский успел привести себя в порядок. Дорогу в столовую ему до этого уже показала Алиса. В коридоре увидел её старшего брата с женой и сыном. Вит держал родителей за руки. Виктории уже скоро рожать. А Алекс смотрит на свою семью с таким счастьем в глазах, что у Михала дыхание перехватило. Зависть? Если да, то самая белая!

Алекс фон Ратт сам ещё очень молод. И его жена тоже. Но у них уже есть такое богатство. Любовь, семья и двое детей.

Когда в столовой по очереди появились все фон Ратты, Михалу стало намного понятнее, почему Алиса выросла такой. Даже старый барон Фридрих фон Ратт, под взглядом которого каменело руководство футбольного клуба, у себя дома был милейшим человеком. И смотрел на свою супругу с нескрываемой любовью.

"Дракон" и поборница традиций фрау Мария светлела лицом, когда на пороге появился сначала её сын с женой, потом Алекс, Тори и Вит. И тепло улыбнулась Алисе. А всех Тухольских встречала как близких и дорогих людей.

Аннушка с Анджеем первые минуты держались так, будто вдохнуть — вдохнули, а выдохнуть не могут. Очень старались держать спины прямо, а рот на замке. Видимо, Марийка с Владиком провели по дороге большую разъяснительную работу. Сам Владик от волнения дёргал манжеты. Хотя на переговорах с самыми сложными клиентами всегда был увереннее всех.

Алиса сидела рядом с Михалом. Он разглядывал её тонкий профиль, веснушки на носу и длинные ресницы. Алиса же заметила, как внимательно на них с Михалом смотрит бабушка.

Стол оказался вполне традиционным. Никаких сложных блюд. Пожалуй, немного разнообразнее, чем на праздничном столе обычной немецкой семьи. Салаты, овощи, кнедли, тушеное мясо, домашний хлеб и сыр.

Тухольский не сразу понял, где он буквально сегодня утром видел такое меню. Он ещё раз внимательно посмотрел на стол и повторил про себя названия блюд. Глянул на маму. Та была увлечена беседой с Кирой и Йохеном. Обсуждали проблему изучения иностранных языков детьми и взрослыми. Следующий взгляд был на баронессу. Та посмотрела прямо на Тухольского. И он мог поклясться, что подмигнула!

— Скажи, пожалуйста, а кто составлял меню? — очень тихо спросил Алису.

— Обычно это делает бабушка. Что-то не так? Тебе не нравится? — испугалась та.

— Нет-нет. Очень вкусно, — успокоил её Михал, — Очень по-домашнему.

— Сегодня просто ужин, вот завтра будут полные столы. Переплюнуть мою бабушку могут, разве что, те бабушки из поселка. Иногда мне кажется, что соседи приезжают на наши приёмы, чтобы поесть, — улыбнулась Алиса.

А до Михала в этот момент дошло, где он видел ровно этот список блюд. В своём индивидуальном меню, составленном командным врачом! Вот это "дракон"!

— Мне всегда нравился русский стол, — рассказывал барон, — Много лет назад всем немецким коллегам очень нравились приёмы в советском посольстве. Русский салат, пироги, блины с икрой! И мы с Марией стали делать нечто подобное у себя. И в этот раз на свадьбе в Москве это было потрясающе! Столько вкусной еды!

Тухольские понимающе закивали.

— Особенно удались пирожные. С ягодами, — хохотнул Алекс и посмотрел на детей. Те уже немного изнывали за взрослым столом.

— Кстати о пирожных. Дети, если хотите, можете идти к себе. Десерт и фрукты вам подадут туда, — распорядилась баронесса.

Упрашивать всех троих не пришлось. Их как ветром сдуло.

— Виталий рассказал мне на днях о своем новом русском друге Слонике, — улыбнулся барон.

Фрау Мария, услышав знакомое загадочное слово, удивлённо уставилась на мужа.

— О да! — рассмеялся Роберт Тухольский, — это и правда очень забавно. Когда мы только познакомились, был только Слон. Это такой большой парень. Зовут Константин. На самом деле он юрист. Потом у него родился сын, и его прозвали Слоненком. Сергей тоже такой крупный. Сейчас Слоненок уже сам взрослый мужчина. И у него тоже есть сын. Как вы думаете, как его называют?

— Слоник? — по-русски произнесла баронесса, — Вот уж не знала, что таким словом называется внук слона!

Глава 118

После ужина Алиса утащила Михала гулять. Летняя ночь была чудо как хороша. Жалко было упускать возможность побыть вдвоём.

На скамейке возле пруда она уютно устроилась в объятиях Тухольского. Так бы и сидела всю ночь, чувствуя биение его сердца, тепло его рук и нежность губ на своих губах.

Выдержка Тухольского трещала по швам. Здесь, в доме Алисиных бабушки и дедушки, он не позволит себе ничего лишнего. Завтра день рождения Алекса. И это тоже не время привлекать к себе внимание. Но посоветоваться с родителями, как именно перейти на следующую ступень их с Алисой отношений, стоит. Причём не откладывая.

Алиса почти задремала в сладкой неге.

— Давай я тебя отнесу, — Михал подхватил её на руки. Алиса обвила его шею руками. Уткнулась носом в плечо.

— Стой. Сколько времени? Полночь уже, да? — вдруг проснулась Алиса.

— Нет. Без десяти. А что? — Михал поставил её на ноги.

— Побежали. Должны успеть!

— Куда?

— На кухню!

— Зачем?

— Сейчас увидишь.

Запыхавшись, они примчались к кухне без одной минуты полночь.

— Ну где вы ходите? — неожиданно сказал по-русски Йохен, совершенно не удивившись появлению Алисы за руку с Михалом.

— Йохен, дверь! — Кира несла торт со свечками, — Алиса, Михал поджигайте!

В четыре руки они с Алисой зажгли свечи на торте. Йохен открыл дверь. В кухне обнаружились Алекс и Тори в домашней одежде. На столе были чайные чашки. Михал пересчитал. На него тоже явно рассчитывали.

— С днём рожденья те-бя! С днём рожденья те-бя! — запели все хором по-русски. Хотя вечером за столом говорили только по-немецки, — С днём рождения, А-лекс! С днём рожденья те-бя!

Выражение лица у Алекса было совершенно счастливое! Он обнял всех по очереди.