Алиса глянула на бабушку. У той на лице так и застыло крайне удивлённое выражение.

— Мы помним! Это было круто! — продолжали скакать по кругу младшие Зимовские, — Олаф забил мяч Михалу!

— Ураган Анна, и тайфун Анджей! Никаких больше сенсационных заявлений на публике, — строго смотрела на них Марийка, — Помните, что потом со Слоником было?

Анджей и Аннушка закивали.

Алисе показалось, что брови бабушки Марии уже никогда не вернутся в прежнее нейтральное положение.

— Бабушка, я тебе потом всё обязательно объясню, — зашептала Алиса и погладила бабушкину ладонь.

Глава 112

Алиса опомнилась не сразу. А ведь ей давно следовало быть совсем не на трибуне, а спуститься вниз и, миновав несколько постов охраны, появиться в зале для послематчевой пресс-конференции.

Нужно было хоть немного сосредоточиться. А у неё перед глазами был только Михал, который вместе с командой благодарил зрителей на трибунах. У Тухольского будто чуткий радар, настроенный на неё. Потому что Михал не искал её взглядом. Он просто поднял голову, повернулся к вип-трибуне и посмотрел сразу на неё.

Алису аж подкинуло. В тот момент стало радостно и неловко одновременно. Уж слишком ярким был этот взгляд. Слишком говорящим. И не хотелось, чтобы кто-то ещё это понял. Хотя родители Михала, кажется, всё видели. И бабушка с дедушкой тоже наверняка. С их-то наблюдательностью!

Наскоро попрощавшись со всеми, Алиса пулей вылетела с трибуны.

Пока она бежала уже хорошо знакомыми лестницам и коридорам во внутренних помещениях "Альянс-арены", старалась успеть посмотреть итоговую статистику.

Ноги двигались сами. Глаза пробегали по цифрам. Удержание мяча в секундах и процентах. Количество ударов по воротам. Процент ударов в створ. Алиса прикидывала в уме, сильно ли статистика этого матча выбивается из среднестатистических показателей. Переключила окно в телефоне на свой архив данных. И тут наткнулась взглядом на окошко с англоязычным новостным спортивным сайтом. Заголовок "Названы номинанты на премию Яшина" заставил остановиться. Она чуть не споткнулась об очередной порог и еле устояла на ногах. Руки задрожали. Алиса открыла статью.

Сначала по законам жанра шло пространное вступление с историей премии и биографией Льва Яшина. Потом рассуждения об актуальности таких премий. Алисин мозг отказывался подгружать в себя лишнюю информацию. Буквы в слова плохо складывались. Она пролистала совсем вниз. В последнем абзаце нашла три фамилии. И Тухольский под номером "один"!

Дальше до зала пресс-конференций Алиса буквально летела.

В зале было уже полно народу. Алиса сначала расстроилась, что она как всегда будет стоять в последнем ряду. Впереди уже легко угадывались спины именитых коллег. Микрофоны перед столом стояли лохматым частоколом.

Алиса прислонилась к стенке. Ноги и руки подрагивали от напряжения. Сердце частило от волнения. Наконец появился главный тренер "Баварии" и несколько игроков. Тухольский сел прямо по центру. И снова нашёл Алису одним взглядом. Едва заметно улыбнулся. И на столе сложил ладони как-то странно.

Алиса аж на цыпочки поднялась. Не видно. Тогда она сняла туфель и встала одной ногой на стоящий рядом стул. У Тухольского на столе из ладоней было сложно сердечко!

Посыпались вопросы. Стандартные. Те, что задают на каждой первой пресс-конференции.

Алиса вдруг испугалась, что, кто-то уже успел увидеть номинацию и спросит об этом раньше неё. Рука у неё так и была поднята с самого начала, сигнализируя, что она готова задать свой вопрос.

Тухольский чуть склонил голову к распорядителю пресс-конференции и что-то шепнул.

— Девушка у стены, пожалуйста, Ваш вопрос, — показал на Алису ручкой распорядитель.

— Алиса фон Ратт, "Вестник Московского университета". Вопрос к Михалу Тухольскому, — тут голос у Алисы сначала дрогнул, но она взяла себя в руки, — Скажите, герр Тухольский, как вы относитесь с своей номинации на Ежегодную премию Яшина? — звонко спросила.

Сначала в зале наступила абсолютная тишина. Но секундой позже он взорвался аплодисментами.

Глава 113

Понятное дело, что Алисиным вопросом официальная пресс-конференция могла бы и закончиться. Журналистская толпа превратилась в ревущее море. Тренер успел сказать только, что они рады и горды, что вратаря "Баварии" номинировали. И обещал держать всех в курсе.

Алиса видела, как возле Тухольского выделывали кренделя ногами и руками парочка немецких журналистов, видимо, в надежде на эксклюзив. Но Михал не сводил глаз с Алисы.

А она так и стояла у стены с поднятой рукой. У неё был ещё один вопрос с баварскому вратарю, который почему-то никто и никогда ему не задавал.

Тухольский что-то сказал главному тренеру, тот тронул распорядителя за локоть, показал на Алису.

— Господа, — громко сказал тот в микрофон, — ещё один вопрос от…, — он глянул на Тухольского.

— Алисы фон Ратт, — подсказал ему Михал.

— От Алисы фон Ратт. Пожалуйста!

Журналистское море уже успокоилось. На Алису оборачивались и разглядывали. Она успела подумать, что если бы все те, кто сейчас в первом ряду, решили бы в неё плюнуть, то кислотой выжгло бы весь зал.

— Скажите, пожалуйста, почему Вашим талисманом на матчах стала кепка? Она ведь очень похожа на кепку Льва Яшина.

Вот сейчас, Алиса была уверена, весь первый ряд был готов сожрать свои микрофоны.

— Вы совершенно правы. Это кепка даже сделана в то же самое время, что и знаменитая кепка Яшина. Она мне очень дорога. Мне её подарили в Москве очень важные для меня люди. И когда я кладу её в ворота, поддержка всех моих близких становится ещё сильнее.

— Вы верите в приметы?

— Что Вы делали в Москве?

— Это правда, что Вы говорите по-русски?

— Рассчитываете ли Вы на то, что получите премию Яшина?

Вопросы посыпались как из рога изобилия. Никто не ждал своей очереди, все просто выкрикивали.

​​​​​​- В Москве живут те, кто мне очень дорог и кого я очень люблю, — Михал так и не отвёл взгляда от Алисы, — По-русски я действительно говорю. В приметы и ритуалы верит, наверное, любой спортсмен. А премия… Я буду очень рад, если получу её.

— Это всё, господа! — закончил распорядитель пресс-конференцию.

Алиса так и застыла у стены. Толпа коллег просто обтекла её, как скалу среди волн. А Алисе сейчас так хотелось кинуться с разбегу на шею Михалу. Чтобы её обхватили сильные нежные руки.

Тухольский взглядом показал, мол, жди меня в правом коридоре. Алиса попятилась вдоль стены. И "задним ходом" вышла из зала так, что никто даже головы не повернул. Конечно. Где они — европейские журналисты, и где девочка — студентка из какой-то там Москвы.

— Попалась! — Михал обнял её со спины. Развернул к себе. Поцеловал, — М-м, как же я соскучился!

— Я тоже, — шептала Алиса, — Поздравляю тебя!

— Это всё приметы!

— Я давно хотела спросить тебя про кепку.

— Ты не поверишь, но ты первая, кому это интересно.

— Как? Не может быть!

— Я серьёзно. Никто за столько лет ни разу не спросил. Так что, Алиса фон Ратт, "Вестник московского университета", это будет твоя эксклюзивная информация, — Михал любовался своей девушкой, — Мне её бабушки подарили. А Адам явно в этом участвовал. Вряд ли они бы сами нашли такую кепку. Это было, когда я со сборной приезжал. И пирожки Кухарский помнит именно с того раза.

Михал шумно выдохнул. Он устал. И только рядом с Алисой старался этого не показывать.

— У моего брата в воскресенье день рождения. Будет прием в поместье. Я у бабушки в кабинете уже видела приглашения на ваше имя. Мне кажется, что там, — Алиса кивнула наверх, указывая на трибуны, бабушка уже всех сама пригласила.

Повисла неловкая пауза. Михал не хотел отпускать Алису, она не хотела уходить. Но придётся.

— Алис, я сегодня, к сожалению, не скоро освобожусь. Ты…

— Меня ждёт водитель. А я жду тебя в поместье. Ты же приедешь?

— Обязательно! И отвечу на любые твои вопросы, — улыбнулся Михал.

Алиса вышла к ожидавшей её машине. Оглянулась на гигантскую "летающую тарелку" Альянс-арены. Около бокового выхода толпились фанаты. Вернее, фанатки. В основном девушки.

Михал добрался до дома очень поздно. Его хватило только на бутылочку йогурта из холодильника и душ. Он рухнул в кровать и уснул сном человека, хорошо сделавшего тяжёлую работу.

Глава 114

Ждавшая Алису в машине бабушка сделала паузу. Дала внучке отдышаться. Было понятно, что баронессу распирает от любопытства. Но ждёт, пока Алиса сама ей всё расскажет.

Работающий встроенный монитор говорил о том, что баронесса смотрела пресс-конференцию.

— Ты их просто взорвала, моя девочка! Горжусь тобой! — не выдержала-таки фрау Мария, — Гарантирую, все эти старые писаки подавились собственным ядом! А твой Тухольский…, — она глянула на внучку, — Твой Тухольский и правда хорош!

Алиса смутилась. Совсем не часто бабушка кого-то так бурно и открыто хвалила.

— А теперь рассказывай.

— Что тебе интересно? — мягко спросила Алиса, чтобы не наговорить лишнего.

— Этот рыжий с тощей француженкой это кто?

— Это Антон Кухарский. Игрок сборной Польши. Сейчас играет во Франции.

— Ясно. Он много говорит. Но не держит фигу в кармане. У него всё на лице написано, — баронесса как всегда припечатывала сходу. Но Алиса знала — бабушка отлично разбирается в людях. И её оценкам стоит доверять.

— А чей маленький ребёнок? Такая открытая малышка. Ты ей нравишься. И мама у неё приятная.

— Это семья Цихановского.

— Надо же! Похвально!

Алиса не стала делиться своими догадками о том, что дочь Леслава не просто так зовут Беатой. Порадовало, что наличие семьи для бабушки — это плюс. И она не считает Цихановского молодым для роли отца и мужа. А они с Михалом почти ровесники.

— Теперь касательно нашего Виталия. Почему это он Олаф? Что за фантазия? И про какой "слоник" они все говорили?

Алиса улыбнулась. Надо же, у бабушки почти точно получилось произнести это слово.

— Олаф — это главный герой мультфильма. Помнишь, про двух сестёр? "Холодное сердце". Там ещё смешной снеговик Олаф и конь. Так нашего Вита в Москве на свадьбе Игоря назвали. Видимо, потому что волосы белые. А Слоник — это человек. Мальчик. Тоже из Москвы. Он просто очень крупный ребёнок. И это он назвал Михала "Чёрным ниндзей", а журналисты потом везде это разнесли.

Брови баронессы взметнулись вверх.

— Русский ребёнок сказал японское слово, польские дети повторили, а все немецкие газеты потом написали, — прокомментировала она.

Алиса представила, что надо будет объяснить, что Слоник это сын Слоненка, а Слоненок — сын Слона. По-немецки получалась ещё большая путаница, чем по-русски. Поэтому ограничилась общим описанием.

— Принцессу Эльзу я помню. Мы с дедушкой тебе привозили из магазина "Дисней" какой-то набор.

— Да-да! Куклы, фломастеры и раскраски. — Алиса пыталась вспомнить, когда же это было. Казалось, что совсем недавно.

— Тогда причём тут погода?

— Какая погода? — не поняла Алиса.

— Тайфуны и ураганы, — баронесса говорила серьёзно.

— Ой… Это, я думаю, про тот случай на пресс-конференции, когда дети вбежали прямо в зал, — Алисе не хотелось вдаваться в подробности. Это был не тот эпизод, который мог бы быть одобрен бабушкой, а портить репутацию младшим Зимовским совсем не хотелось.

— А гол Тухольскому? Это правда? — переключилась и чужих детей на правнука баронесса. Алиса выдохнула, что не последовало комментария о воспитании детей в семье у Тухольских.

— Абсолютная! Вит действительно забил.

— Это говорит о том, что наш мальчик талантлив? Или о том, что Тухольский не смотрел на мяч? — в голосе баронессы ясно читалась ирония.

— Я думаю, что Виту нравится футбол. А Тухольский очень любит детей. Поэтому позволяет им чувствовать себя чемпионами.

Баронесса ещё минуту молчала. Видимо, пыталась уложить в голове взаимосвязи во всей этой польской компании и новую информацию о собственном правнуке.

— Я пригласила Тухольских на ужин завтра.

— Как завтра? Почему завтра? Прием же в воскресенье?

— И на прием в воскресенье тоже пригласила. Завтра просто посидим по-семейному. Раз уж Михал Тухольский практически в открытую признается в любви моей внучке.

Лицо Алисы мгновенно стало пунцовым. Конечно, бабушка всё заметила. И то, как Михал смотрел на неё. И то, что говорил. Зная подтекст, сомнений у неё не могло быть.

— Скажи мне, Алиса Хельга фон Ратт, что самое главное в твоём Тухольском?

Алиса долго собиралась с мыслями и формулировала. Ей хотелось быть точной в формулировках. Эта пауза, наверное, могла бы значить, что ей нечего сказать. Но не для баронессы. У той хватало такта просто ждать.

— Он настоящий, бабушка. Не сказочный персонаж. Не выдумка журналистов. Он не играет роль. Просто живёт. И мне рядом с ним спокойно и радостно. Кажется, что всё равно, где быть. Везде будет одинаково, если рядом с ним.

Теперь молчала фрау Мария.

— Когда ты была маленькая, моя дорогая, ты была очень радостным ребёнком. Я знала, как звучит твой смех. И это напоняло моё сердце счастьем. Какое-то время назад ты почти перестала улыбаться. И вот сейчас рядом с этим парнем снова начала. И я слышала, как ты смеёшься рядом с ним. Есть ли для бабушки лучший критерий? Нет… Нам хочется, чтобы наши дети и внуки были счастливы рядом с теми, кого любят.

Глава 115

Утро после матча всегда давалось Тухольскому тяжело. Игра — это всегда некий результат твоей работы. После подведения итогов нужна пауза. В этот раз утро было особенно трудным. И Михал долго не мог понять причину.

Но теперь, кажется, практически все беды лечились одним единственным лекарством. Алисой рядом. Она будто меняла состав воздуха вокруг себя. И это был лучший обезбол на свете!