Было такое чувство, будто любовь уже совсем рядом. Только руку протянуть. И лицо у её любви было вполне определённое.

Вот только сомнения накатывали. А что, если это просто сон? Что, если это только глупые пустые фантазии девушки, которой просто до дрожи хочется быть любимой?

С одной стороны Алисе хотелось, чтобы эта свадьба из сна состоялась как можно быстрее. Но с другой… С другой стороны ей было страшно, что сон не сбудется. А так сладко жить, думая, что сказка возможна.

Когда Алиса вернулась в свою комнату, пакеты с обновками стояли возле кровати. Она достала босоножки из коробки. Потом разложила на кровати платье. Откровенный женский образ никак не вязался с интерьером ее апартаментов.

Всё же комнаты предназначались "маленькой госпоже", младшей внучке хозяев. А не взрослой Алисе.

В дверь сдержанно постучали. И Алиса сразу поняла — бабушка пришла с визитом.

— Проходи, пожалуйста, — она сама открыла дверь бабушке Марии.

Баронесса вошла. Внимательно посмотрела на внучку. Потом на платье и туфли. Затем придирчиво оглядела комнату. Алиса на всякий случай проследила за её взглядом. Вроде, нигде ничего не валяется и в апартаментах безупречно чисто.

— Примеришь? Покажешь мне? — фрау Мария кивнула сначала на обновки, а потом на дверь гардеробной.

— Конечно. Сейчас, — по правде говоря, Алисе были страшновато демонстрировать откровенное платье бабушке.

— Алиса, я думаю, нам надо вызвать дизайнера интерьеров, — громко сказала фрау Мария, чтобы внучка услышала её из гардеробной.

— Ты не поверишь, я только что думала почти об этом же! — отозвалась Алиса и, застегнув ремешки босоножек, появилась в дверях гардеробной.

— Ну почему же, не поверю, — баронесса расположилась в кресле, — Ты всё же моя внучка и дочь своей матери.

— А при чем тут мама? — не поняла логики Алиса.

— У Киры идеальный вкус. На интерьеры, на вещи и на мужчин. Иначе она бы не выбрала твоего отца. И она как никто умеет носить высокие каблуки, — изрекла фрау Мария, осматривая внучку с ног до головы с явным удовольствием, — А фигура и характер у тебя всё же мои. Кстати, твоя статья действительно хороша. Умно. Дерзко. Остро. Профессионально. И доступно даже такому далёкому от футбола человеку как я.

Алиса знала, что бабушка лукавит. То, что она не ездила болеть на стадион, не значило, что фрау Мария не разбирается в футболе. Мало того, баронесса делала ставки на счёт. И выигрывала немалые суммы. Об этом Алисе по секрету рассказала Тори, которая была в курсе всей домашней бухгалтерии.

— Значит, решено. Утром здесь будет дизайнер. У тебя есть время подумать, как бы ты хотела переделать свои комнаты.

Алиса с тоской обвела взглядом такие привычные вещи.

— Если что-то дорого как память, оставь, — мгновенно прочитала её мысли бабушка, — Но очень прошу тебя — не цепляйся за прошлое. Ты же смелая девочка. Ты Алиса Хельга фон Ратт! А фон Ратты открыты переменам. Свежий ветер всегда приносит хорошие новости. Жду тебя в столовой, — баронесса поднялась, — Не опаздывай, пожалуйста.

Глава 71

Алиса вернулась в Москву на неделю позже, чем планировала. Хотя фрау Мария сделала всё возможное, чтобы новый дизайн её апартаментов в поместье был готов в рекордные сроки. Ни о каком "согласовании по телефону" баронесса и слышать не желала. Только личные распоряжения.

— Если хочешь, чтобы человек тебя понял максимально правильно, всегда разговаривай с ним лично. Иначе потом будешь удивляться, насколько сильно отличается ваше понимание словосочетания "светло-желтая скатерть".

Это была уже практически семейная поговорка, история которой была известна всем. На один из приёмов фрау Мария попросила организаторов постелить светло-желтые скатерти. В её понимании это был благородный цвет, называемый художниками "слоновая кость". Когда скатерти уже постелили, обнаружилось, что они светло-лимонного оттенка. От их цвета мгновенно начинало рябить в глазах, что, впрочем, не удивительно. Ведь именно лимонный — очень раздражающий цвет. Баронесса тогда чуть в обморок не грохнулась. И с тех пор проверяла каждую мелочь лично.

Увидев дизайн — проект, Алиса убедилась в правильности слов бабушки. По телефону она точно не смогла бы однозначно объяснить, чего именно хочет от комнат. При личном общении ей даже выражение лица помогало.

Когда с проектом было покончено, она с чистой совестью взяла билет в Москву. В перерыве между встречами с дизайнером и семейными обедами Алиса успела написать длинный список того, что она хочет знать о Михале Тухольском и его семье. Следы шли в Москву. И Алиса фон Ратт летела туда же.

Дома обнаружился Алекс со всем семейством. Приехали повидаться с родителями и с нагрянувшим в столицу по случаю на повышение квалификации Игорьком Кузьминым. Предстояло знакомство друзей с невестой. По этому случаю Док явно нервничал.

После тишины в поместье в московской квартире фон Раттов было людно и шумно. Тори с уже хорошо заметным животом часто присаживалась отдохнуть. Алекс сиял, глядя на беременную жену. Виталька старался сохранять спокойствие в связи с грядущим появлением брата или сестры. Но было заметно, что он пока не решил, как ко всему этому относиться.

Алиса понимала, что из своего опыта ничего не может посоветовать племяннику. Она-то младшая. Может быть, Алекс или Игорь как-то успокоят Вита. У них же у обоих младшие сёстры. Алиса подумала, что брат и сестра Тухольские, скорее всего, не знали такой проблемы. Просто потому, что не помнили времени друг без друга.

Им с Тори всегда было, о чем поболтать. Жена Алекса была для Алисы лучшей старшей подругой. Об Алисиной статье Тори заговорила сама, хотя у Алисы уже язык чесался обсудить Тухольского.

— Я прочитала твою статью, — Тори сделала глоток чая с лимоном.

Алиса мгновенно проанализировала интонацию. Чувствовалось, что Тори понравилось.

— Мне очень-очень понравилось! — тут же подтвердила Алисины догадки Тори.

Это было приятно. Особенно потому, что Виктория была требовательна к результатам любого труда, и никогда не хвалила ни за что. Её похвалы, если и звучали, то непременно заслуженно и аргументированно. Впрочем, как и критика.

— Текст получился хорошо структурированным, логичным. И понятным, а это последнее время — большая редкость!

Алиса просияла. Вот она — честная рецензия! Можно не сомневаться, что Тори действительно прочитала статью. Предположительно, не один раз.

— Скажи мне, — Тори заговорила тише, а ковыряющий ложкой штрудель с мороженным Виталька, кажется, навострил уши, как заяц. Хотя, возможно ему совсем не до женских разговоров, — Скажи, а что у вас с этим Тухольским?

— У нас??? — Алиса удивлённо вытаращила глаза.

Виталик чуть не уронил ложку с мороженым.

— Да, душа моя, у вас, — Тори вообще не шутила.

— А с чего ты это взяла? Нет у меня с ним ничего!

— Лис, притворщица из тебя нулевая, — вздохнула Тори, — Хорошо, я переформулирую вопрос. Что у тебя к этому вратарю? Вполне допускаю, что у него к тебе ничего. Но в таком случае он круглый идиот.

Глава 72

Игорек расхаживал вперёд-назад по кухне квартиры фон Раттов в Останкино и размахивал руками от переполнявших его эмоций.

— Нет, я знал, что просто не будет. Но у нас в семье бабушки не руководят жизнью всех каждые три секунды. И я не понимаю, как Саша спокойно на них реагирует. У них дома будто попадаешь в один длинный анекдот про еврейские семьи.

— Ну, наша бабушка точно не еврейская, но это ей не мешает пытаться решить за всех, как им лучше жить, что надевать и чем заниматься. Зато они тебя всё время кормят, — хлопнул друга по животу Алекс.

Никакого живота у Игорька, разумеется, не было. Старший лейтенант медицинской службы Кузьмин-Склодовский держал себя в отличной физической форме.

— Да-а, — легко согласился Игорь, — Между прочим, Сашина мачеха готовит фаршированную рыбу так, что оторваться нереально. А она даже не еврейка.

Алиса сидела в самом уголочке и слушала разговор двух друзей, как когда-то давно в детстве, когда Алекс и Игорь приезжали на каникулы из Нахимовского училища. Она завидовала. Вот этой самой пока не знакомой ей Александре — невесте Игоря Кузьмина.

Нет, к Игорю у Алисы были исключительно родственные чувства. Зависть была иного рода. Эта Саша была любима и любила сама. Ради неё Игорек был готов на многое. Из разговоров было понятно, что её семья не была в восторге от кандидатуры Игоря. Хотя в Кузьмине, даже если глубоко копнуть, сложно было найти какие-то существенные недостатки.

Если Игорь и Саша добились своего несмотря на возражения, значит, чувство их сильнее любых обстоятельств.

Как же Алисе хотелось, чтобы ради неё тоже были бы готовы на подвиги! Всё же, рыцарские времена оставили в сердцах женщин ощутимый след. Хотелось и чистоты чувств, и подвигов, и немного адреналина.

Когда они все наконец встретились с Сашей, Алиса поняла, что очень ошиблась в своих ожиданиях. Ей казалось, что невеста Игоря взбалмошная, избалованная и шумная.

Тоненькая сероглазая девушка с тёмными кудрями крепко держала Игоря за руку и смотрела на него с такой любовью, что у Алисы защипало в носу от одного только взгляда на них.

Буквально минут через десять они все уже сидели за одним столом в кафе и общались так, будто были знакомы с Александрой сто лет. Она оказалась необыкновенно лёгкой в общении, эрудированной и разносторонней. Игоря она любила. И это было видно невооружённым взглядом.

Алиса разглядывала обе пары, чувствуя себя в этой компании немного лишней. Хорошо еще, что рядом нет Сонечки и её обожаемого мужа Антона. А то было бы совсем кисло.

Ощущение того, что она маленькая девочка, которая просто ещё не доросла до понимания взрослых чувств, накатывало постепенно. Хотя ни Алекс, ни Тори, ни тем более Игорь с Сашей ни словом, ни намёком не упоминали, что Алиса в этой компании самая младшая.

Наблюдения были интересные. У Алекса и Тори уже почти двое детей. Хотя они ещё очень молодые. Рядом с Кузьминым Алекс в обычной жизни мгновенно превращается в подростка-нахимовца. Но у него мгновенно меняется взгляд, когда он смотрит на жену. Насмешливость сменяется нежностью.

Несмотря на то, что Игорь с Сашей ещё даже не женаты, у них очень похожая картина. Остроумный Док, мгновенно реагирующий на шутки и выпады друга, как по щелчку становится взрослым и серьёзным, потрясающе заботливым, стоит ему переключить внимание на невесту.

Свадьба намечалась явно грандиозная. Гости должны были прибыть даже из Америки и из Европы.

— Ну, у меня тоже гости вполне европейские, — Игорю хотелось соответствовать, — Не у всех на свадьбе будет сразу четыре барона фон Ратт.

Александра удивлённо уставилась на будущего мужа.

— Ой, Док, ты зачем Сашу пугаешь? — Алекс решил прояснить ситуацию, — Не слушай его, Саш! Барон фон Ратт — это наш дедушка. Так что самый настоящий барон из Германии у вас на свадьбе будет. Но один. Наш отец пока титул не носит. Да и сейчас в Германии это не поддерживается. Ну а мы с Виталькой — нем более не бароны.

— У нас в посёлке очень красиво! Зелено очень. Водохранилище рядом, — рассказывала Саша.

— Так ребята там бывали, — подхватил Игорек инициативу, — Помните, к нашей бабушке Лене ездили? Мы там ещё в футбол играли!

Алиса никак не могла сформулировать, какие чувства испытывает к грядущему событию. И только уплывая в сон, она как за тонкую ниточку ухватилась за слова Игоря и Саши о месте торжества. Там было зелено. И они там играли в футбол. Показалось, что это должно было привести её к какому-то выводу. Но усталость взяла свое.

Глава 73

На матч закрытия сезона в "Баварии" Алиса теперь точно на попадала. Это испортило ей настроение в день рождения.

Ровно на нужную дату поставили экзамен по медиаэкономике. И перенести его на другой день не получалось никакими усилиями.

Преподаватель был непреклонен. Он искренне считал, что журналисты и экономика — несовместимые вещи, хотя преподавал именно смешанную дисциплину. А девушки-журналисты вообще ни на что серьёзное не способны. Никаких "автоматов" никому не ставил. И досрочно ни у кого экзамен не принимал.

Алиса пыталась с ним поговорить напрямую. Объяснила, что ей необходимо быть в Мюнхене на пресс-конференции в футбольном клубе "Бавария". И даже давила на жалость, мол, именинницам же не отказывают. Но оказалось, сделала себе только хуже. Футбол этот преподаватель не любил ещё больше.

Она крутила разные варианты и так и эдак. Можно было бы, наверное, попросить дядю Шуру Кузьмина нарисовать ей больничный. Но тогда получалось не легче. Экзамен становился "хвостом" и переезжал аж на осень. Приятного мало.

Что ж, оставалось попрощаться с ещё одной возможностью увидеть Тухольского. В этот раз Алиса не стала себя обманывать. Поездка в Мюнхен была нужна ей не для футбола. И не для статьи о матче. И не для того, чтобы своими глазами увидеть, как дизайнеры справились с её интерьером. И даже не для того, чтобы бабушка устроила приём в честь дня её рождения. Нет. Причина была одна-единственная. И причину звали Михал Тухольский.

Алиса хотела, чтобы он её увидел. Совсем сказочно было бы, если бы узнал. Да-да! В её мечтах Михал узнавал во взрослой девушке ту самую девочку, которой он когда-то подписал мяч и пожелал счастья. Это представлялось ей куда более реалистичным, чем то, что может сбыться сон.

И вот план рухнул. На экзамен не плюнешь. Надежды поправить себе настроение в день рождения не было никакой.

Вечером они семьёй конечно же пойдут куда-нибудь посидеть. Родители и Алекс начнут вспоминать всякие истории из её детства. Дядя Федя обязательно вспомнит, как снимал её с дерева. А тётя Лёля про то, как она переставляла цифры в ответах, решая верно, а записывая ровно наоборот. Так бывало каждый год. Но ведь сейчас она уже не та маленькая девочка! Вот только плакать хотелось именно как маленькой.