Глава 64

Уже в машине по дороге домой Алиса снова и снова прокручивала в голове сегодняшний матч и события после него.

Один за одним падения Тухольского при спасении ворот. Его поворот в сторону ВИП-трибуны с кубком над головой. Торжествующий взгляд. Фигура полководца-победителя. Хоть статую ваяй!

И совершенно другой Тухольский на пресс-конференции. Удивлённый внезапным появлением племянников. Распахнутый взгляд. Дети на руках. Такой земной. Ничего звёздного. И отчётливо читалось, что семья для него — высший приоритет.

Потом его мама. Совсем хрупкая немолодая, но очень ухоженная женщина. Почему-то очень понятно, что любящая и любимая. Держалась перед прессой, будто королева. И глаза. Такие же, как у сына. Взгляд прямой и уверенный, словно она всю жизнь даёт интервью мировой прессе. И ответ на Алисин вопрос совершенно не шаблонный, а живой и искренний.

Потом была пресс-конференция "Барселоны". Сейчас она вспоминалась с особым чувством. Алиса была словно под анестезией. Страх отключился. Всех этих "акул" она совершенно не боялась. И голос звучал уже совсем по-взрослому.

— Скажите, что вы думаете про вратаря "Баварии"? Он Терминатор? Или всё же Чёрный ниндзя? — выдала она тренеру и капитану "Барсы".

В зале многие засмеялись, вспоминая появление детей. И капитан испанцев тоже улыбнулся. Получается, они с тренером смотрели немецкую часть пресс-конференции.

— Думаю, что Михал Тухольский однозначно один из лучших вратарей современного европейского футбола. Иногда он играет действительно за гранью возможностей обычного человека. Поэтому я бы отнёсся серьёзно к таким прозвищам. Для нас, соперников "Баварии", в этом очень мало шутки. И очень много правды.

Алиса вспомнила, как забавно получилось со "Слоником". И попыталась представить, как может выглядеть ребёнок, у которого такое прозвище.

Они доехали до поместья в полной тишине. Дедушка ни о чем не спрашивал Алису. Он конечно же устал. В его возрасте подобные нагрузки и такие сильные эмоции уже не проходят бесследно для организма.

Дома их ждали. Управляющий, работающий в поместье столько, сколько Алиса себя помнила, а может быть, и намного дольше, помог барону выйти из машины.

— Спасибо, Густав, я дальше сам. Немного бренди на сон грядущий будет кстати. Иди к себе, моя дорогая, — Барон поцеловал внучку, — Только не вздумай сейчас работать! Как говорят русские, утро вечера мудренее.

Последние слова Фридрих фон Ратт сказал по-русски и совершенно без акцента. А у Алисы в голове мелькнуло, что их с Тухольским семьи чем-то похожи. Хотя бы отношением к знанию разных языков. И стало интересно, на скольких же говорит сам Михал.

Алиса пошла к себе. Встала у окна. В тёмном оконном стекле отражалась молодая девушка. Светлые пушистые волосы. Тонкие черты лица. Она обняла себя за плечи.

В дверь тихо постучали.

— Заходите! — отозвалась Алиса.

— Молоко для маленькой госпожи, — улыбался ей Густав, ставя поднос с большой горячей кружкой и вазочкой с печеньем.

У Алисы защипало в носу. Она едва не кинулась на шею старому верному Густаву, который продолжал называть её "маленькая госпожа", как когда-то велела ему обращаться к внучке хозяев баронесса.

— Спасибо большое, Густав. Извини, что мы так поздно.

— Я смотрел матч. Кажется, что наш вратарь всё-таки не совсем человек. Спокойной ночи!

— Спокойной ночи, — ответила Алиса.

Надо же, Густав, кажется, тоже считал, что Тухольский супер-герой, а не обычный парень из плоти и крови.

После молока действительно отпустило саднящее от крика и нервного напряжения горло. И очень быстро сморило. Сон был яркий.

Глава 65

Алиса проснулась с бешено колотящимся сердцем. Сон не хотел отпускать. Тянул обратно в сладкую негу. Она снова плюхнулась на подушку.

Перед глазами по-прежнему была смутно знакомая зелёная поляна. Яркое солнце. Очевидно, лето. И чья-то свадьба. Неужели Игорька? У неё на ногах босоножки на высоких каблуках. И кажется, она такие видела дня три назад в Мюнхене на Максимилиан-штрассе.

Память подбрасывала детали. Получалось, что именно этот сон она смотрела уже точно не впервые. Откуда-то знала, что потом увидит элегантную пожилую даму с тростью, беседующую с дедом Фридрихом. И сердце делало кульбит перед следующим кадром. Михал Тухольский в элегантном костюме. Потом провал. И Алиса чувствовала сильный жар по всему телу. Потому что лёгкие заполнялись ароматом его парфюма, а щеки касалось тёплое дыхание.

Выныривать из сновидения не хотелось категорически. И было обидно, что дальше ничего "не показывали". А так хотелось узнать, что же было потом. Хотя фантазии уже вполне хватало. От этого домысливания стало совсем невыносимо. А главное — не понятно, что делать с этими своими смелыми фантазиями.

Почему ей снились голубые глаза Михала Тухольского, было ясно как белый день. Вчерашние впечатления очень сместили фокус её внимания с профессионального и фанатского интереса на женский. В самом простом его смысле. Михал нравился Алисе как мужчина. Он заставлял её сердце разгоняться и парить!

А логика пыталась выхватить связь Тухольского с Москвой. Какими-то отголосками. Будто Витюша с Гошей, внуки тёти Даши, где-то играли с Михалом в футбол. Тоже на какой-то свадьбе.

Если бы Алиса знала, что этим же утром происходило совсем недалеко от Раттенбурга, в загародном доме, снятом Тухольским специально для приездов семьи, она бы ни за что не поверила.

Михал тоже буквально насильно вытащил себя из сладкого плена сна. Привычка подчиняться режиму была заложена крепко.

Накануне они приехали поздно. Детей, слава богу, сморило ещё по дороге. Они с Владиком отнесли мирно сопящих маленьких торнадо по кроватями.

Мама, папа и сестра накрывали стол. Когда и как мама успела напечь пирогов, Михал даже спрашивать не стал. Его мама, кажется, в любых условиях могла создать ощущение дома.

Адам и Юзеф препирались на тему статистики матчей сборной Польши. Про это Михал сейчас даже думать не хотел. Сначала стоило осмыслить итоги клубного сезона. Да ещё это интервью. Понятное дело, что престиж. Да и деньги очень и очень нормальные.

Чтобы не обижать маму, Михал честно посидел за столом.

— Сыночек, — отец подошёл со спины, — думаю, что тебе лучше отдыхать. День был трудный.

От этих простых слов вдруг защипало в носу. Так прекрасно чувствовать себя сыном! Ребёнком, о котором заботятся родители.

— Да, пап, ты прав. Завтра у нас тоже дела. Телевизионщики будут рано. Наше интервью будет в вечернем спортивном шоу.

Роберт только кивнул и похлопал сына по плечу.

Михал был уверен, что стоит ему лечь, вытянуть ноги и закрыть глаза, как он просто выключится. Отец называл это "тумблер в положении off". Но перегруженный мозг отказывался уходить на покой. Прокручивал "кино". Нарезку ярких слайдов из прошедшего дня.

Уже под утро на смену глубокому сну пришли лёгкие и яркие видения, от которых, даже проснувшись, Михал не спешил избавиться.

Виделось, что он в посёлке. Снова свадьба? Интересно, уж не та ли самая, куда они уже приглашены? Яркая зелень лужайки. Юлина свекровь, внимательно на него смотрела, словно что-то замышляя. И девушка на высоких каблуках. Тонкие щиколотки, изящные икры, длинные ноги. Аккуратная фигурка. И очень светлые пушистые волосы. Лица не рассмотреть. Только синие газа, будто манящие за собой, и тонкий аромат духов. Одуванчик?

Глава 66

За завтраком в Раттенбурге барону подали свежую прессу. Алиса ловко выхватила с подноса ежедневный SportBild.

— Поешь нормально, потом будешь читать про свой футбол, — баронесса сделала недовольное лицо.

Алисе стоило большого труда не влезть глазами в передовицу. То, что на первой странице фотография Тухольского с племянниками на руках, успела углядеть. Но поперёк бабушки решила ничего не говорить. Съела свой омлет и тосты с армейской скоростью. Опрокинула в себя чашку кофе.

— Мне надо поработать, — бросила коротко, чтобы её не успели остановить и увлечь приличествующий завтраку беседой о погоде.

Очень стараясь не бежать и на хлопать дверьми, добралась до своей комнаты. Дрожащими от волнения руками открыла ноутбук. Пока компьютер загружался, за несколько секунд просмотрела заметку в ежедневной спортивной газете. Ничего выдающегося. Но слова "Терминатор" и "Чёрный ниндзя" присутствуют. Видно, приклеится это к Тухольскому с лёгкой руки какого-то мифического русского Слоника.

Алиса быстро проскроллила новостную ленту в интернете. Никаких крупных статей с разбором матча пока не вышло. Спят они, что ли? Но оно даже выходило к лучшему. Она успеет написать свою. Да, её творение не пойдёт на первую полосу SportBild. И Европейское спортивное обозрение скорее опубликует то, что накропает этот тип в коротких штанишках. Но она всё равно напишет. Потому что точно умеет не хуже. И про футбол знает больше многих.

У неё на экране как раз был открыт файл с набросками статьи. Она перечитала начало критически. Очень удивительно, что осталась довольна своим текстом, что случалось совсем не часто.

Что ж, стоило приступить. Она углубилась в текст, словно нырнула под воду.

Очнулась от стука в дверь. Густав с подносом.

— Простите, маленькая госпожа пропустила обед. Герр Фридрих сказал хозяйке, что Вы работаете и Вам некогда отвлекаться. А фрау Мария велела принести обед Вам в комнату. Потому что "здоровье потом не купишь", — тут Алиса ясно уловила бабушкины интонации и отчётливо представила, как та поджимала губы, — Но фрау Мария напомнила, что к ужину Вы должны быть за столом обязательно, — Густав произнёс всё это, держа поднос с обедом в руках. И только закончив, поставил на столик.

Алиса подумала, что бабушка конечно же права. О здоровье следует думать в любом возрасте. А она действительно заработалась. Перерыв не помешает.

После обеда работа пошла медленнее. Алиса то и дело отвлекалась на интернет. Проснувшиеся коллеги выкладывали в сеть свои опусы. Читать всё не было ни сил, ни времени. Глаза цеплялись за слово "ниндзя" в каждом тексте. Похоже, это прозвище всё же прилипло к Тухольскому. И за фотографии, от которых она не могла бы оторваться, даже если бы хотела.

Но Алиса фон Ратт точно не имела такого желания. Она хотела смотреть на Тухольского в разных ракурсах. Разглядывать выражение его лица, когда он кидается на мяч (тут спасибо фотокорреспонденту, который сидел у самой кромки поля), форму рук без перчаток. Ведь вратарь никогда не снимает перчатки на поле. А тут отличное фото с пресс-конференции. Бог мой! Какие у него руки! Как она раньше не увидела?

Если бы не верный, Густав, любивший внуков хозяев как своих собственных, Алиса наверняка пропустила бы и ужин.

Пришлось оторваться от синих глаз Тухольского, скользнув ещё раз взглядом по своему тексту, отправить его по почте в Москву, переодеться и пройти в столовую.

Бабушка конечно с пониманием относится к её работе, но правила дома нарушать не следует. На этих крошечных казалось бы незначительных традициях и держится семья и дом.

— Как продвигается статья? — в голосе барона был живой интерес.

— Хорошо. Я закончила, — отозвалась Алиса.

— Дашь почитать? — а вот это было уже неожиданно. Потому что вопрос был от бабушки!

— Конечно! Только…

Алисе было немного неловко. Статья была написана по-русски.

— Давай ты распечатаешь нам. А я переведу для бабушки, — как всегда вовремя выручил дед.

Глава 67

Первой внятной мыслью Михала утром было, что нужно обязательно согласовать список задаваемых вопросов. До того, как начнётся прямой эфир. Потому что в процессе уже ничего не переиграешь. Да и непонятно, в какую сторону будет гнуть ведущий. Главное, чтобы он не лез в душу к маме, если вдруг раскопал что-то про её первую семью.

К погибшему старшему брату Тухольский испытывал самые тёплые чувства и гордился его успехами. Его отца — пана Збигнева Зимовского, уважал. Память об обоих жила в их доме все эти годы. Отец всегда сопровождал маму на кладбище в День всех святых и в годовщину их гибели.

Но если о них пойдёт разговор, мама расстроится. Не надо.

Странно, что дети сегодня не пришли прыгать на нём, как два кенгуру.

В столовой за завтраком обнаружилось всё семейство. Почти идеально причесанный дядя Адам уже играл партию в шахматы с отцом Михала. Марийка с мамой что-то готовили. Возле Юзефа лежала стопка свежих газет и стояла огромная чашка с кофе.

— Михал, мы хотим отправить детей в зоопарк, — Владик глянул на друга так, что до Тухольского мгновенно дошло — дело не только в детях.

— Да, отличная идея, мне кажется. Мама, пап, выручите? — вступила Марийка, — А мы пока тут… — она обвела взглядом гостиную.

— О, Мюнхенский зоопарк! Знаменитый Хеллабрунн! Гео-зоопарк! Семьсот пятьдесят видов животных! — Адам с его энциклопедией в голове выдал это с восторгом.

— Дружище, а давай ты тоже с нами, — хлопнул его по плечу Роберт.

Дети выражали свою радость лицами. Рот открывать без разрешения после вчерашнего инцидента не решались. Им до конца не было понятно, сильно они проштрафились, или не очень. Потому что мама с папой точно сердились всерьёз. Но тогда почему они едут не в аэропорт, а в зоопарк?

— Михал, так всё-таки ты кто? Терминатор или ниндзя? Слоник прав? — осмелел-таки Анджей.

Тухольский вспомнил, что впервые про ниндзю он слышал как раз в Москве от старших внуков Орловых, но до репортеров, слава богу, тогда дело на дошло.

— Знаешь, — Марийка вынесла к столу блюдо оладий, — А в Москве, между прочим, ничего не меняется. Они звонили. Тётя Маша спрашивала, каким самолётом тебе отправить "немножко вкусного". А тётя Клара интересовалась наличием тут "приличных девочек".