Самые яркие события в нашей жизни происходят, потому что кто-то нас к ним подтолкнул.

Мы сидели в классе, хихикали, подкалывали друг друга и обсуждали последние новости дня – например, необычную фиолетовую тушь для ресниц, которой пользовалась Синди. Миссис Вирджиния Девью многозначительно кашлянула и попросила всех замолчать.

– Сейчас, – сказала она, – мы будет определять ваши профессии.

Наши профессии? Мы уставились друг на друга. Нам едва исполнилось тринадцать!

Волосы Вирджинии Девью были убраны в пучок, изо рта торчали крупные зубы. Лучшей мишени для смешков и злых шуток и не представить. Она была требовательна – и это, разумеется, тоже никому не нравилось. Еще она была гениальна, но тогда никто из нас об этом не догадывался.

– Совершенно верно, – повторила миссис Вирджиния Девью, сияя, как будто это было лучшее, что она делала на уроках. – Вы напишете исследование о своей будущей карьере. Каждый должен будет взять интервью у кого-то в интересующей его области, а потом выступить с устным докладом.

Мы ушли домой растерянными. Разве кто-то в тринадцать лет знает, чем хочет заниматься? Впрочем, я уже определилась с выбором. Мне нравилось рисовать, петь и писать истории. Но рисовала я чудовищно, а когда я пела, мои сестры кричали: «Пожалуйста, замолчи!» Оставалось только сочинять.

Каждый день Вирджиния Девью приставала к нам с расспросами. Где мы побывали? Кто уже выбрал профессию? Наконец большинство из нас определилось. Я выбрала журналистику. Мне предстояло взять интервью у настоящего репортера из новостной газеты, я была в ужасе.

И вот я села перед ним, почти потеряв дар речи от волнения. Репортер посмотрел на меня и спросил:

– Ты взяла с собой карандаш или ручку?

Я покачала головой.

– А бумагу?

Я снова покачала головой.

Думаю, в этот момент он понял, до чего я напугана. Именно тогда я получила свой первый профессиональный урок: «Всегда, всегда держи при себе ручку и бумагу. Никогда не знаешь, что придется записать».

Следующие полтора часа репортер засыпал меня историями об ограблениях, преступлениях и пожарах. Особенно ему запомнился трагический пожар, в котором погибла семья из четырех человек. Он признался, что до сих пор чувствует запах гари и никогда не забудет ту ужасную историю.

Через несколько дней я сдала свой доклад, полностью записав его по памяти – настолько я была заворожена нашим разговором. За проект я получила пятерку.

Близился конец учебного года, и некоторые ученики решили отомстить Вирджинии Девью за то, что поручила нам такую тяжелую работу. Они подстерегли ее за углом и изо всех сил запустили ей в лицо пирогом. Физически она не пострадала, настоящая боль была эмоциональной. В течение нескольких дней миссис Девью не приходила в школу. Все это было отвратительно.

Прошли годы, и я совсем забыла о Вирджинии Девью и о ее задании с выбором профессий. В колледже я искала себя. Мой отец хотел, чтобы я занялась бизнесом, и тогда этот совет казался мне здравым, но я не имела ни малейшего представления о том, как вести свое дело. Потом я вспомнила Вирджинию Девью и свое давнее желание стать журналистом. Я позвонила родителям с объявлением:

– Я меняю специальность!

На том конце телефона повисло молчание.

– На что? – спросил отец.

– На журналистику.

Судя по всему, родители были очень недовольны, но они не стали меня останавливать. Они просто напомнили, насколько высока конкуренция в этой сфере, и посоветовали трезво оценить свои силы, тем более что я всю жизнь сторонилась любых соревнований.

Однако желание стать журналистом было сильнее моих страхов. Эта профессия давала мне свободу, она научила меня задавать вопросы и получать ответы – как в профессиональной, так и в личной жизни. Это придавало мне уверенности.

В конце концов я сделала карьеру репортера. Я освещала самые разные истории – от убийств до авиакатастроф, пока наконец не нащупала любимую тему. Мне нравилось писать о нежных и трагических моментах жизни людей – я чувствовала, что это каким-то образом помогает им.

Однажды на меня обрушилась невероятная волна воспоминаний. Я вдруг поняла, что, если бы не Вирджиния Девью, я бы не сидела сейчас за своим рабочим столом.

Возможно, она так никогда и не узнает, что без ее подсказки я не стала бы ни журналисткой, ни писательницей. Думаю, я бы барахталась где-нибудь в мире бизнеса, и каждый день меня бы терзало чувство неудовлетворения. Интересно, скольким еще ученикам в ее классе помог тот давний проект?

– Как вы выбрали журналистику? – спрашивают меня.

– Видите ли, у меня была учительница… – начинаю я свой рассказ.

Мне хочется искренне поблагодарить ее. Надеюсь, для этого еще не слишком поздно.