— Полагаю, вы нам больше не понадобитесь, мисс, — насмешливо произнёс Свейгерт, — и эти двое тоже. Извините, что приходится это делать, но...

— Существование невинного венерианского юноши вот-вот прекратится, хозяин! — в панике пропищал Жукоглазый.

— Подождите, Свейгерт! — быстро сказал Крейн. — Прежде чем вы нас пристрелите… не могли бы мы выкупить у вас свои жизни?

Свейгерт помолчал, прищурив свои рыбьи глаза.

— Ну, я человек рассудительный, всегда готов вести дела честно и разумно, — просипел он. — Вот только не пойму, что вы можете предложить за свои жизни такого, что заинтересует человека, у которого уже и так половина этих милых побрякушек в кармане.

Он кивнул в сторону груды сверкающих драгоценностей, которые юпитерианин запихивал в небольшой мешочек.

Смуглое лицо Крейна застыло непроницаемой маской, за которой бурлили мысли. Эти сокровища должны попасть в Институт — и единственная надежда спасти их (а заодно и свои жизни) — тянуть время. У него в голове созрел безумный план, дававший, по крайней мере, немного так нужного ему времени.

— Свейгерт, а что, если я смогу привести вас к сокровищам, ещё более ценным, чем эти? — спросил он. — Тогда вы отпустите нас?

— Сокровища, превосходящие сокровищницу Кау-та-ла? — прохрипел толстяк-землянин. — Что за сказки, Крейн?

— В этих руинах сокрыт ключ к гораздо большему сокровищу, находящемуся в разрушенном городе Ушту, к северу отсюда, — заговорщицки объяснил Крейн. — Я наткнулся на соответствующую надпись. Я собирался отправиться в Ушту, чтобы найти это сокровище, как вдруг появились вы. Если я переведу надпись и помогу вам найти сокровище Ушту, вы отпустите нас?

Свейгерт замер, обдумывая предложение. Но тут Каубос, юпитерианин, грубым голосом прервал размышления подельника, пытаясь его отговорить:

— Он лжёт, Джей — тянет время! Он прочтёт какие-нибудь фальшивые указания из непонятной надписи, и мы никак не узнаем, верен его перевод или нет.

Но в глазах Свейгерта, горящих жадностью, появился хитрый блеск.

— Есть способ проверить Крейна, — прохрипел он. — Мисс Эдвардс знает марсианские иероглифы, ты это не забыл? Вы говорили, что отец научил вас их расшифровывать, не так ли, мисс Эдвардс?

Джин, немного оправившись от изумления, вспыхнула, гневно взглянув на толстого преступника.

— Я не стану вам помогать!

— А я думаю, станете, — вкрадчиво протянул Свейгерт. — Крейн, веди к той надписи, о которой ты говорил. И без фокусов!

Крейн кивнул и повёл их через залитые лунным светом руины, Рядом с ним шли Жукоглазый и Джин, а позади следовали Свейгерт и юпитерианин с атом-пистолетами в руках.

Вокруг них возвышались остатки легендарного Рилика, чёрные и призрачные в струящемся серебряном свете. Это были бесформенные груды истёртых камней, наполовину занесённые песками пустыни, развалины того, что когда-то было могущественной марсианской столицей экваториальных королей.

Давным-давно, за триста тысяч лет до того, как на Марс прилетел первый землянин, планета умирала. Засушливые участки иссушенного мира увеличивались, гибли водяные лозы, бывшие почти единственным источником влаги. Именно в ту пору угасания мира здесь правил Кау-та-ла.

Нервы шагавшего в лунном свете Крейна, натянутые до предела опасностью, остро чувствовали зловещую ауру этого мёртвого города. Но пока они живы — оставалась хоть тень надежды.

Они подошли к разрушенной стене, за которой вырисовывалась гротескная статуя, многократно превышавшая человеческий рост, — изъеденная веками каменная фигура.

— Это статуя самого Кау-та-ла, — с деловой серьёзностью сказал Крейн. — Взгляните на надпись в её основании.

Каменное изваяние и впрямь изображало марсианского короля далёкого прошлого — могучегрудую, лысую фигуру с длинными, словно на ходулях, ногами, в церемониальных одеяниях и диадеме. По бокам пьедестала были высечены сцены с причудливыми марсианскими космическими кораблями той забытой эпохи — они доставляли драгоценности и сокровища с далёких планет, преподнося их королю.

Но на лицевой стороне пьедестала Кау-та-ла тянулась длинная надпись, выполненная полумесяцеобразными знаками древней марсианской иероглифики.

Жукоглазый прошептал Крейну:

— Хозяин, мне это не нравится. Если ты просто тянешь время, пожалуйста, не надо. Ожидание убивает меня!

— Не волнуйся, — прошептал в ответ Крейн с невесёлой усмешкой. — Сокровище действительно есть. Я не собираюсь рисковать головой просто так.

Затем, уже громко:

— Я переведу это для вас, — сказал Крейн, но Свейгерт остановил его.

— Нет, подожди! Пусть мисс Эдвардс сначала сделает письменный перевод. А я сверю перевод Крейна с вашим.

— Я не буду его делать! — с вызовом воскликнула Джин.

— Сделайте это, Джин, — взволнованно сказал Крейн. — Это наш единственный шанс выбраться из этой передряги живыми.

— Он прав, мисс Эдвардс, — промурлыкал толстый мошенник.

Джин неохотно достала блокнот и карандаш и начала писать, не отрывая взгляда от надписи, в то время как Каубос освещал флуоресцирующим фонарём стёршиеся буквы.

Наконец она передала письменный перевод надписи Свейгерту. Толстяк-землянин посмотрел на Крейна.

— А теперь начинай переводить вслух, — прохрипел он. — Если твоя версия совпадёт с версией мисс Эдвардс, я буду знать, что ты прочёл всё правильно. Если этого не произойдёт, значит, кто-то из вас пытается меня обмануть.

Крейн медленно прочёл послание, высеченное иероглифами под высокой гротескной статуей:

Кау-та-ла, Сын Двух Лун, король Рилика, ко всем, кто узрит сие:

Я был великим королём. Я правил в Рилике, где до меня правили все мои предки. Я дал отпор нелюдям-валлусам из пустошей. Я отправлял корабли к другим мирам, как делали отцы мои, и они возвращались обратно с диковинными зверями, рабами и сокровищами, каковых не ведал сей мир.

Однако все сокровища, собранные мной, не стоят ничего по сравнению с Величайшим Сокровищем, коим владеют короли города Ушту, хранимым ими под своим дворцом. Многократно я нападал на их город и пытался вырвать у них Величайшее Сокровище, но так и не смог этого сделать.

А ныне народ Рилика вымирает, водяные лозы вырождаются, а мои космические капитаны не нашли мира, на котором мы могли бы жить долго, и слава Рилика угасает. И в грядущие времена от великого Рилика останется лишь эхо имени и шёпот славы, ушедшей навсегда.

Торжественные слова звучали с глубокой выразительностью — это было горькое последнее послание великого марсианского короля, видевшего, как его народ и королевство умирают вместе с последним скудным источником воды.

Джей Свейгерт следил за письменным переводом, сделанным Джин, пока Крейн читал вслух. Теперь Свейгерт поднял голову.

— Твой перевод совпадает с её, Крейн, — признал он. В его рыбьих глазах вспыхнула жадность. — Так значит, под руинами Ушту и впрямь похоронено сокровище ещё большее, чем эти драгоценности?

— Величайшее Сокровище? — недоверчиво повторил Каубос. — Что может быть ценнее этих самоцветов, Джей?

— Может, это камни, каких свет не видывал, — пробормотал Свейгерт. — Может, это какая-то научная тайна, что позволяла армиям Ушту отражать атаки этих риликцев. Что бы это ни было, Величайшее Сокровище должно быть невероятно ценным, раз оно обесценивает все эти сокровища, как сказал Кау-та-ла.

— Да, но про те руины Ушту ходят странные слухи, — беспокойно добавил Каубос. — Там пропадают люди… местные боятся даже приближаться к ним…

На обрюзгшем лице Свейгерта появилось насмешливое выражение.

— Суеверия меня не волнуют! Мы отправляемся в Ушту — доберёмся за пару часов на нашем ракетомобиле. Крейн, ты сможешь отыскать там дворец?

Крейн нерешительно кивнул.

— Думаю, да. Весь город, конечно, в руинах, как и этот, — но место, где стоял дворец, должно будет легко отыскать.

— Тогда вперёд, — приказал Свейгерт. — Чем скорее мы с Каубосом доберёмся до Великого Сокровища, тем скорее вы окажетесь на свободе.

Он усмехнулся, произнося это обещание. А Жукоглазый шепнул Крейну с недоверием в голосе:

— Боюсь, толстый землянин задумал нас перехитрить, как только добудет сокровища Ушту. Он смеётся очень невесело, очень.

— Пока есть жизнь, есть и надежда, — упрямо пробормотал Крейн. — И Институт должен получить найденные нами драгоценности!

Они вошли в ракетомобиль. Каубос протиснулся вперёд, заняв место у управления. Крейн, Джин и венерианин, по приказу Свейгерта, устроились в поворотных креслах позади юпитерианина. Тучный землянин занял заднее кресло, лениво поигрывая атом-пистолетом.

Ракетные трубы в задней части машины загудели дробным рокотом. Машина рванулась вперёд, плавно катясь по пескам на низких, плоских колёсах; её сочленённый корпус поскрипывал, огибая песчаные гребни и дюны.

Крейн выглянул наружу. Фобос взошёл в усыпанном звёздами небе, а Деймос катился на восток. Две яркие луны отбрасывали причудливые раздвоенные тени, скользящие рядом с низким ракетомобилем, мчащимся на север.

Разрушенные камни Рилика уже скрылись позади. Безбрежная, безлюдная, озарённая лунами марсианская пустыня расстилалась перед ними — безмолвные пустоши, населённые лишь песком и тишиной. То тут, то там виднелись редкие ныне водяные лозы, странные растения без листьев, умевшие извлекать влагу из-под поверхности за счёт передачи по капиллярам. Когда-то давно эти лозы были единственным источником воды для коренных народов Марса, пока и они не выродились.

Жукоглазый поёжился.

— Неприятно помирать на такой высохшей планете, ни тебе лужицы, ни даже капли воды, — пробормотал он.

— А когда мы умрём, — прошептала Джин, — Свейгерт получит драгоценности, за которые можно было бы купить свободу моего отца.

Крейн уставился на неё.

— Так вот почему вы так отчаянно хотели заполучить эти драгоценности? Чтобы вытащить отца из тюрьмы — возместив деньги, которые он присвоил?

— На самом деле мой отец не присваивал эти деньги, — глухо ответила Джин. — Он был на Сатурне, в одной из своих археологических экспедиций, и в той местности свирепствовал страшный голод, губя тамошних аборигенов. Он использовал средства своего университета, чтобы помочь им. Враги обвинили его в краже, и его отправили в тюрьму. Я надеялась, что даже малая часть этих драгоценностей позволит возместить ущерб — и освободить его.

Крейн порывисто сжал её руку.

— Простите, Джин… я не знал.

Ракетомобиль мчался на север уже три часа. К тому времени, как на горизонте показались руины города Ушту, Деймос успел закатиться за край неба.

Ушту — когда-то столь же великий город, как и Рилик, — теперь лежал в развалинах: груды камней, занесённые песком. Одинокий и безлюдный, он мрачно возвышался в лунном свете, погружённый в воспоминания о былом величии.

Каубос остановил машину у края руин. Все вышли наружу — Свейгерт по-прежнему держал их под прицелом своего атомного пистолета.

— Ну что, мистер Крейн, — хрипло сказал он, — отыщи-ка нам дворец. Если надпись в Рилике не врала, под ним и упрятано то самое Великое Сокровище.

Крейн с сомнением вгляделся в холодную тьму, пытаясь разобраться в хаотичном нагромождении каменных обломков.

— Согласно планам Ушту, виденным мной, королевский дворец находился на западной окраине города, — сказал он.

— Тогда показывай дорогу, — приказал тучный преступник. — И не пытайся сбежать. Не сомневайся, я не побоюсь выстрелить.

— Место тут не лучше тогошнего — одна сухая пыль да побитые камни, — с отвращением пропищал Бугайс, когда они пошли между развалин. — Сказать, что этот мир — сущий ад, значит ничего не сказать.

— Не нравятся мне эти руины, Джей, — пробормотал за их спинами юпитерианин Каубос. — От всех этих историй об Ушту у меня мурашки бегут по коже.

Свейгерт хрипло рассмеялся.

— Когда мы заберём здешнее сокровище, ты быстро забудешь про свои мурашки.

Крейн обвёл взглядом залитую лунным светом груду битого камня. Он нашёл широкую аллею, на картах мёртвого города обозначенную, как «Путь Королей». В её конце должен был находиться дворец…

Но что будет, когда они доберутся до дворца и Величайшего Сокровища? Крейн понимал: время стремительно истекает. Короткая передышка, которую ему удалось выгадать своей хитростью, почти подошла к концу.

По «Пути Королей» на запад двигалась странная процессия, и низко висевший в небе Фобос серебрил им дорогу своим холодным светом. Спотыкаясь о разбитую брусчатку, обходя груды обвалившейся каменной кладки, они приблизились к массивным руинам с разрушенными стенами в конце аллеи.

Дворец царей Ушту — тех давно умерших марсианских владык, чьё Величайшее Сокровище тщетно жаждал заполучить великий Кау-та-ла!

— В этом месте есть что-то пугающее, — тихо сказала Джин Эдвардс Крейну. — Неудивительно, что люди избегают его!

Они прошли через арочный проём в то, что когда-то было просторным дворцовым двором. Разбитые колонны и статуи гротескных марсиан древности были разбросаны по каменным плитам.

— Посветите фонариком на эти надписи, — сказал Крейн юпитерианину. — Под дворцом должны быть подземные помещения, и мы должны найти вход в них.

Каубос направил свой флюоресцирующий луч на вырезанные в камне иероглифы, указанные Крейном. Крейн медленно стал переводить, читая текст вслух:

Владыки Ушту, обладатели Величайшего Сокровища, сюзерены пустынь севера и юга — узрите нашу славу!

— Узрите нашу славу! — повторила Джин, её широко раскрытые глаза обвели залитые лунным светом руины, среди которых эти хвастливые слова звучали особенно иронично.

— Это нам ничего не даёт, — пробормотал Крейн. — Мы должны попытаться найти путь в подземные покои.

Крейн уже заметил в углу разрушенного двора небольшой арочный проём, откуда узкая лестница уводила вниз, во тьму. Но он ничего не сказал о ней. Он намеревался затянуть поиски Величайшего Сокровища как можно дольше, надеясь, что судьба всё-таки даст им шанс.