Я часто встречала водителя Швецова, вот только мы почти не общались. Он появился в организации примерно в одно время со мной, но от всех держался особняком, не стремился завести друзей. Александр Михайлович его недолюбливал, хотя ценил как высококлассного водителя. А стоило ведь задуматься, откуда у простого парня такая нечеловеческая скорость реакции.

Немногословность «Ивана» теперь тоже нашла объяснение. Кумихо легко меняли внешность, но имитировать чужую речь им гораздо сложнее.

Да, Лис скрывался, но он не знал, почему я его ищу.

Если бы я не держала чувства и эмоции в себе, возможно, все было бы иначе.

Но кто же мог подумать?..

И вроде совсем недолго я предавалась размышлениям, но драгоценное время было упущено. Послышались шаги. Между колонн показалось инвалидное кресло, которое толкал подтянутый седой мужчина строгом костюме. В коляске сидел немощный старик в длиннополой белоснежной шубе. Маленький, сгорбленный и настолько худой, что терялся в мехах. Справа вышагивала затянутая в латекс брюнетка. Она придерживала стойку с капельницей, от которой тянулась трубка к старику.

Я тут же смежила веки. Притворилась, что пока не пришла в себя.

Лис оказался прав: когда ситуация вышла из-под контроля, я растерялась и бездарно потратила несколько драгоценных минут.

Сердце забилось в груди, как сумасшедшее. Меня волнами начала захлестывать паника. Что я могу? Я – недоучка. Может, если бы противник был один, еще можно было попытаться. Но их слишком много. Я скована заклятьем. Не пришла в себя после аварии…

Вот только Алекс без сознания. Швецов тоже. Юджин – обычный человек. Что с Лисом, неизвестно…

Я могу рассчитывать исключительно на себя.

Когда понимаешь, что все зависит от тебя, возможны два варианта. Или ты теряешь способность мыслить, впадаешь в неконтролируемую истерику. Или осознаешь, что если ничего не сделаешь, умрешь. Если же попытаешься хотя бы как-то изменить ситуацию, то появится шанс выжить, притом не только у тебя.

Бездействие – значит смерть. Что бы ни произошло, хуже не станет.

Я не знала заклинание, которым меня связали. Оно не только не давало двигаться, но и блокировало магические способности. Вернее, кажется, я все еще могла воздействовать на собственное тело, но была лишена возможности направлять энергию в окружающее пространство.

Как снять подобное заклинание, я понятия не имела. Могла только попытаться его разорвать. Но тогда маг, связавший меня, сразу почувствует. Попытка всего одна, и не факт, что она увенчается удачей.

Шаги и звук колес затихли недалеко от меня. Выждав пару мгновений, я приподняла веки. Делегация замерла напротив главы московского отделения, который все так же, не подавая признаков жизни, стоял, привязанный к колонне.

– Ты принес… подделку!.. – прохрипел по-русски, явно с трудом выталкивая слова из глотки, дракон. – Где книга?!

Седой мужчина, тот самый, который до этого толкал коляску, подлетел к Швецову и ударил по лицу.

– Отвечай! – приказал он по-английски.

Глава московского отделения безмолвно дернулся в цепях от удара. Даже глаз не открыл.

Затянутая в латекс дама поставила стойку с капельницей, наклонилась к старику и деловым тоном что-то сказала. Я не стала знатоком английского за пару лет, но общий смысл фразы уловила. Брюнетка сомневалась, что таким способом удастся добиться ответа от Швецова.

Фридрих фон Берг кивнул.

Дама вскинула руки, и мгновением спустя тело Александра Михайловича выгнулось дугой от боли. Он открыл глаза и страшно закричал.

Я вздрогнула и зажмурилась. Почти физически ощутила, насколько плохо сейчас инквизитору.

Брюнетка, похоже, как и я, была ведьмой.

– Где… книга? – повторил вопрос Фридрих фон Берг.

Сплюнув изо рта кровь, Швецов выдохнул:

– В архиве Инквизиции, конечно.

– Марта, – коротко приказал дракон брюнетке.

И глава московского отделения снова закричал от боли.

Я скрипнула зубами.

Швецов немолод. Он следит за здоровьем, и древним стариком его язык не повернется назвать. Но подобные пытки он долго не выдержит.

– Почему не принесли книгу?.. Пытались подсунуть подделку?!

Начальник поймал мой взгляд, еле заметно качнул головой. Без слов понятно, он предостерегал меня от каких-либо действий. Что бы ни говорил Швецов раньше, он не верил, что сейчас я могу перевернуть ситуацию.

Посмотрела на Су Хена. Парень лежал все так же, за это время его поза ничуть не изменилась. Лица, как и прежде, я не видела.

На миг сознание пронзила жуткая мысль, что я ошиблась, и Лис все-таки умер…

– Неужели ты думаешь, – медленно проговорил Швецов, – что жизни каких-то подростков, которых я даже не знаю, стоят этой книги?

– А твоя?..

– Мы… – нервно облизнул губы он, – можем договориться.

Александр Михайлович пытался тянуть время. Ведь стоит только сказать, что у инквизиторов нет книги, и они понятия не имеют, где ее искать, как его жизнь потеряет всякую ценность. Действительно, нет никого страшнее умирающего фанатика, доведенного до отчаяния.

– Ганс, девчонка больше не нужна, – проронил дракон.

– Подождите!.. – вскричал Швецов. – Мы можем найти другое решение!..

Но его никто не стал слушать. Седой мужчина метнулся к нам, схватил Юджин за шею и, как пушинку, вздернул в воздух. Девушка испуганно взвизгнула и тут же мучительно захрипела…

Сила и скорость Ганса явно превосходили человеческие. Но к какому виду он принадлежал и какими еще способностями обладал, некогда было гадать.

Времени вообще не осталось.

Я закрыла глаза. Отрешилась от происходящего и резко взорвала пульсирующий сгусток энергии, разрывая заклятье. Грубо. Нерационально. По сути, я просто ударила чистой силой себя изнутри.

Оковы разлетелись в клочья.

Часть энергии выплеснулась наружу.

Ганс пошатнулся и упал на колено. Юджин вырвалась из его хватки и рухнула на пол. Тут же подорвалась и, хрипло кашляя, на карачках бросилась за колонну, к которой была прикована.

Инвалидное кресло с немощным драконом опрокинулось. Стойка с капельницей унеслась куда-то в темноту.

На ногах удержалась только Марта. Ну, и Швецов, который был привязан к колонне.

Я тут же сформировала огненный шар и швырнула в ведьму. Он схлопнулся на полпути к брюнетке. А в мою сторону устремился сгусток тьмы. Выставить защиту я просто не успевала…

И тут показалось, что на меня налетел вихрь. Вырвал из-под смертельного удара и перенес в другой конец помещения. Когда через пару ударов сердца пришла в себя, меня удерживал в объятиях тот, кого еще недавно я считала водителем Швецова.

Встретилась взглядом с серьезными серыми глазами парня.

– Если снова уйдешь, в этот раз не прощу, – прошептала.

Момент для выяснения отношений был неподходящий, но я боялась, что Лис опять сбежит и уже не вернется.

– Не прогонишь – не уйду. – И голос тот самый, который я не слышала два года.

Радужка его глаз переменилась, обрела золотисто-ореховый оттенок. Сам разрез тоже стал иным – лукавым лисьим, а лицо – давно знакомым. Метаморфозы происходили быстро, но все же заметно, черты Су Хена словно плавились. Смотрелось это жутковато.

Через несколько ударов сердца к парню вернулся привычный облик – выглядел он почти так же, как и два года назад. Разве что прическа другая. Волосы, как и у Ивана, оказались пострижены коротко, и косая челка больше не скрывала лоб.

Я прикоснулась к его щеке, словно пытаясь убедиться, что Су Хен настоящий – не иллюзия, не морок.

Он разжал объятия… и мгновением позже линии его лица стали более резкими. Глаза полыхнули расплавленным золотом. Уши вытянулись и заострились. На руках появились хищные когти. Взметнулись девять лисьих хвостов, похожих на языки пламени. Окружили нас защитой… Вовремя! Чернильная клякса неведомого заклятья ударилась о полупрозрачный клубок ярко-рыжих всполохов и отлетела в сторону.

Ли Су Хен смотрел на меня. Пытался прочитать эмоции, увидеть страх или отвращение в глазах.

Я поняла, он специально показал свою темную сторону, хотел испугать.

Или я приму его истинную сущность, или должна отпустить. Уже навсегда.

Неподготовленного человека демонический облик парня мог повергнуть в шок, но у меня имелось немало времени, чтобы осознать, кому именно я отдала сердце. Как говорится, любовь зла – полюбишь и… девятихвостого лиса. Особенно такого.

– Человека определяют поступки. Ты не чудовище, – не отводя взгляда, произнесла я и уверено взяла Лиса за руку.

Он чуть сжал мои пальцы, а затем задвинул меня к себе за спину.

Только сейчас заметила, что лисьи хвосты стали заметно светлее. Пока мы обменивались взглядами, Марта не стояла без дела и швыряла в нас одно заклинание за другим. Близко ведьма не подходила, держалась на расстоянии в несколько десятков метров, а Ганс пока хлопотал вокруг дракона в инвалидном кресле.

Хвосты кумихо – практически универсальная защита от большинства магических воздействий, но запас энергии в них не безграничен.

– Нуна, идеи есть? – в знакомой насмешливой манере спросил кореец. – Долго мы так не продержимся.

– Лис… – прошипела в ответ. – Я же просила…

– Алиса, помню, – усмехнулся он.

Я поймала дежа вю. Два года назад мы стояли так же. Лис спас меня от Германа, прикрыл хвостами и, как и тогда, не мог действовать, потому что не хотел оставлять ведьму-недоучку без защиты. Кумихо опасный противник, но лишь в ближнем бою.

Наверное, мы могли сбежать и позвать на помощь. Вот только я знала: стоит нам исчезнуть, пленникам не поздоровится. И если жизни Швецова и Алекса дракон еще мог сохранить, то Юджин ему действительно стала не нужна.

Но позвать на помощь можно и другим способом.

Я запрокинула голову, прикрыла глаза и произнесла формулу заклинания. Из груди вырвался луч света и устремился ввысь, беспрепятственно пройдя сквозь крышу.

Такое атмосферное явление привлекло бы внимание даже днем. По городу в наших поисках рыскали десятки инквизиторов и точно не могли не обратить на него внимания. Лучше, наверное, было не вызывать вопросов у обычных людей и отправить вестника. Но это заклинание я не смогла бы создать так быстро, а главное – его могли перехватить. Я уже убедилась, что Марта гораздо более опытная и знающая ведьма, нежели я.

А с обывателями служба прикрытия как-нибудь разберется. Не впервой. Объяснит работой прожекторов или тренировкой перед световым шоу.

– Хорошая идея, – прокомментировал Лис.

Ничего не ответила. Прикусив губу, я старательно формировала сферу фиксирующего ока. Этакий сверхъестественный аналог видеокамеры, который позволял запечатлеть не только сами события, но и точное время и место, а также объем и векторы энергетических потоков.

Я запустила маленький шарик, похожий на глазное яблоко, под потолок, а следом создала еще пару аналогичных сфер и отправила их в разные стороны.

Защищавшие нас хвосты кумихо между тем стали бледно-желтыми, почти прозрачными.

Возможно, я поступила не очень логично, решив потратить драгоценное время и энергию на фиксирующие сферы. Но нам ведь потом еще с независимыми наблюдателями разбираться! И тот бой может оказаться даже более сложным. Исидора Штайнер и Феоклист Воронов могут таким образом интерпретировать события, что обвинят Инквизицию во всех грехах или повесят преступления дракона на Ли Су Хена. Как бы все ни закончилось, будут нужны доказательства…

Очередное заклинание прорвало защитный кокон. Су Хен успел оттолкнуть меня в сторону, а сам схлопотал черной кляксой в грудь. Зашипел от боли. Похожая на горячий битум субстанция прожгла одежду, запахло горелым мясом.

– Су Хен!.. – закричала я.

– Беги! – приказал он.

Хищно оскалившись, кумихо бросился на ведьму. Тут же в него угодило еще одно заклятье, а потом Лиса сбил с ног гигантский серый волк. Ганс оказался оборотнем. В отличие от Су Хена, после трансформации он полностью утратил человеческие черты.

Марта повернулась ко мне. Алые губы ведьмы растянулись в зловещей улыбке. Она поманила меня пальцем к себе.

Я попятилась. Зашарила взглядом по сторонам…

Лис не мог мне помочь. Он сцепился с Гансом. Это ему как раз помощь не помешала бы.

Энергии я истратила изрядно, восполниться она еще не успела. Я оказалась излишне самонадеянна и оптимистична – до разбирательств с независимыми наблюдателями мы можем просто не дожить.

Что же делать? Казалось, еще никогда не думала так быстро…

Помимо банального огненного шара, я знала лишь пару атакующих и защитных формул. Увы, предпочитала изучать бытовые и вспомогательные заклинания, а не боевые. Так что пытаться соперничать в скорости и изощренности магических формул с Мартой бессмысленно. Я всего лишь библиотекарь и ведьма-недоучка, да и хватит энергии только на одно заклинание.

Я – ведьма-библиотекарь…

Шепнула формулу и направила в противницу санитарное библиотечное заклинание. Словно Марта была не живым человеком, а книгой.

Безумный поступок! Но я решила рискнуть и довериться интуиции.

Марта рассмеялась, увидев плывущее в ее сторону белое облачко. Попыталась его развеять, но не тут-то было. Облако ее усилий будто не заметило. Тогда ведьма выставила защиту, но облако легко прошло через преграду и вмиг окутало женщину. И тогда Марта закричала…

Санитарное заклинание уничтожало плесень, грибы и насекомых, которые жили в книгах, то есть – все живые организмы. Притом прекрасно работало в закрытом хранилище Инквизиции с древними артефактами, так что никакая защита не могла его остановить. Деактивировалось оно по щелчку пальцев, но для этого нужно было знать специфические библиотечные заклинания. Марта этими ценными сведениями явно не обладала.

Через несколько секунд на бетонный пол упала безжизненная мумия – скелет, обтянутый кожей и одеждой.

– Оригинально, – услышала голос за своей спиной.

Я обернулась.

Одежда Су Хена была разорвана в клочья, сквозь прорехи виднелись рваные раны – вроде неглубокие, но потрепали парня сильно. Три царапины украшали левую щеку Лиса.