– Оно бросает тень на честь и достоинство уважаемого члена общества, – произнес алконост.

– Учитывая предыдущие прегрешения, личность Фридриха фон Берга у меня никакого уважения не вызывает, – парировал Швецов. – Но мы отошли от сути. Да, иллюзии в этом деле использовать нельзя, но и без этого я считаю маскировку Хана достаточно удачной.

– А если похитители потребуют продемонстрировать способности кумихо?

– Надеюсь, до этого не дойдет, – сказал Александр Михайлович. – К тому же, лучшего плана у нас все равно нет, – потеряв ко мне всякий интерес, глава московского отделения отвернулся, принялся что-то негромко втолковывать Хану.

Я почувствовала, как меня захлестывает отчаяние.

Швецов хотел стабилизировать обстановку и не допустить открытой конфронтации, доказать преступления дракона и по возможности его устранить.

Наблюдатели стремились поймать Инквизицию на превышении полномочий, устроить скандал… и выставить своего старого друга-дракона невинной жертвой произвола.

Выживут близнецы или нет – никого особо не волновало. Я оказалась права, Алекс и Юджин – пешки, которыми готовы пожертвовать.

Я прикрыла глаза, собираясь с духом, а потом выпалила:

– Есть другой план.

Конечно, на слова никто не отреагировал, ибо я произнесла их недостаточно громко. Только Карина недоуменно вздернула бровь.

– На переговоры пойду я!

Вот теперь меня услышали, и зал взорвался голосами.

– Алиса! – воскликнул Хан.

– Ты с ума сошла, – зашипела Карина.

– Что, жить надоело? – удивился Иван.

– Чокнутая ведьма… – покачал головой Глеб.

– А ну, тихо! – рявкнул Швецов.

В ту же секунду все замолчали. На штаб-квартиру опустилась звенящая тишина.

– Говори, – приказал начальник, потом бросил взгляд на наручные часы, поморщился и добавил: – Только быстро.

Выдохнула и начала обрисовывать план, который созрел за последние минуты:

– Я уверена, дракон знает, что Ли Су Хена никто не видел уже два года. Все это время он тоже искал его, но не смог найти – иначе не прибегал бы к таким мерам, чтобы его выманить. Так что если на переговоры придет Ли Су Хен, он отнесется с подозрением. Будет ожидать подвоха. Другое дело, если приду я – обычный библиотекарь и ведьма-недоучка. Мы можем сказать, что книгу с описанием ритуала Инквизиция вернула еще два года назад. Все это время она хранилась в архиве, а я как раз смотритель архива. Ну, и некоторым образом связана и с книгой, и с Ли Су Хеном, и с ритуалом, а еще знакома с близнецами и даже жила в их доме. Мое появление будет уместно, и его не расценят как угрозу.

– А что, может сработать… – задумчиво кивнул Александр Михайлович.

– Нет, это безумие, – возразил Иван. – Алиса не оперативник, если ситуация выйдет из-под контроля, ничего не сможет сделать. Не успеет среагировать. Да и что она вообще может?

От водителя Швецова я никогда за раз не слышала столько слов. Иван обычно предпочитал отмалчиваться и редко вступал в разговор.

– Пойду я! Как и планировали, – сказал Хан.

– Алиса пока не готова к оперативной работе, – покачал головой Глеб.

Раздались другие голоса. Никто в меня не верил. Все считали, что я сошла с ума.

Да, наверное, я и правда не в своем уме, раз предложила такой план. Но я не буду об этом думать. Во всяком случае, не сейчас, иначе струшу.

Так почему же все-таки решилась?

Возможно, хотела доказать самой себе, что изменилась, и больше не та робкая Алиса, какой была два года назад.

– Я справлюсь, – упрямо, встретившись взглядом с начальником, произнесла я. – Вы ведь понимаете, это лучшее решение.

И вообще он должен меня уговаривать, а не я его.

– Тогда решено.

– Александр Михайлович! Я же готовился! Зря, что ли, все это? – Хан экспрессивно указал на свое преображенное лицо. – И теперь вместо меня должна пойти девчонка?!

– Справедливости ради, ты тоже не оперативник, а боевой потенциал у Алисы выше. Опыта нет, признаю. Но мы в любом случае будем рядом… Алиса, пройди в кабинет. Времени в обрез. Я должен проинструктировать тебя.

Когда уходила следом за начальником, то поймала два пышущих негодованием взгляда. Я понимала, почему злился Хан, но какая муха укусила Ивана? Что за дело до меня водителю Швецова? Или он просто в ярости, что слабая девушка вызвалась броситься на амбразуру?..

* * *

Похитители назначили встречу в десять утра на мосту через Москву-реку. Но, когда до назначенного времени оставалась четверть часа, Швецову в панике позвонила Мария и сказала, что место изменилось. Теперь Су Хена с книгой ждут в фойе спортивного центра. За каждую минуту опоздания дракон обещал отрезать Алексу и Юджин по пальцу.

Почти тут же отряд, приставленный следить за гостиницей, сообщил, что Фридрих фон Берг исчез из своего номера.

И вот мы неслись в машине на другой конец немаленького подмосковного города. Швецов раздавал по телефону указания и перенаправлял людей. По отдельным фразам, которые долетали до ушей, я понимала: никто не успеет. Даже мы – не факт.

Сжимая в руках поддельную книгу с описанием ритуала, я сидела рядом с начальником. Чувствовала себя, будто отправлялась на съедение дракону. Буквально.

Одно дело пойти на переговоры, зная, что тебя прикрывают лучшие оперативники Инквизиции. А совсем другое – вот так, совсем без подготовки, сунуться в западню. Не значит, что я собиралась струсить, закатить истерику и отказаться – нет, ситуацию уже не переиграть, да и сама вызвалась. Но было откровенно страшно.

– Лучше пойду я. – В зеркало заднего вида на нас посмотрел Иван.

– Лучше следи за дорогой, – осадил его Швецов.

– Я справлюсь. Все будет хорошо, – с уверенностью, которой не чувствовала, произнесла я. Сложно сказать, кого больше этими словами пыталась убедить: себя или Александра Михайловича и Ивана.

Водитель что-то прошипел сквозь зубы. А потом резко вывернул руль, выехал на встречку, объезжая неторопливо движущийся автомобиль, и вернулся обратно в полосу. Позади послышался отчаянный звук клаксона— кажется, агрессивный стиль вождения Ивана спровоцировал аварию. Возможно, не первую за последние минуты. Другие автомобили инквизиторов остались далеко позади, за Иваном оказалось не угнаться. Скорость реакции у него была поистине запредельная.

– Алиса, не нервничай. Тяни время. Наши скоро будут, – сказал Швецов.

В ответ я лишь судорожно кивнула.

Без двух минут десять, снеся легкое ограждение, внедорожник резко затормозил перед главным входом в спортивный центр.

Иван развернулся с водительского кресла. Требовательно протянул руку.

– Давай книгу. Я пойду.

От резкого движения верхняя пуговица на его рубашке расстегнулась. Мелькнул кулон в виде маленького лисенка с длинным пушистым хвостом.

Неужели?..

Кажется, я забыла, как дышать.

– Иван, ты что творишь?! – закричал Швецов

– Потом объясню, – отмахнулся он и потянулся, намереваясь вырвать книгу из моих рук.

Довериться интуиции и отдать подделку? Или все же пойти самой? Он ведь не пустит, я точно знала. Буду упрямиться – лишь потрачу драгоценные минуты, которых и так нет. Анализировать и выяснять отношения было некогда. Я уже почти вложила книгу в ладонь водителя, когда краем глаза заметила какое-то движение…

Мгновением позже автомобиль сотряс страшный удар, раздался скрежет металла и звон стекла. Машина взмыла вверх, начала переворачиваться… Водитель единственный оказался не пристегнутым и вылетел из кресла. Его приложило о потолок, затем ударило о дверь. Вместе с ним по салону летала книга, пара бумажных кофейных стаканчиков и всякая мелочь.

Сердце сковал ужас. Время остановилось, стало вязким, как кисель. Я видела происходящее, будто в замедленной съемке. А потом автомобиль с жутким грохотом рухнул на асфальт, из меня вышибло дух, и я отключилась.

* * *

– Аджума… – вырвал меня из забытья голос. Я сразу его узнала, так называл меня только один человек.

Приоткрыла глаза. Голова кружилась. Мысли путались. Перед глазами все плыло. Несколько раз моргнула, а только потом смогла сфокусировать взгляд на девушке.

Лицо Юджин распухло от слез. Длинные волосы спутались, одежда явно знавала лучшие дни. Но, главное, пальцы рук на месте. И судя по тому, что кореянка все еще в кроссовках, свою угрозу в жизнь дракон пока не привел. Вряд ли его подчиненные стали бы утруждаться и обувать пленницу после экзекуции. Впрочем, на лодыжке девушки я заметила металлический обруч – Юджин, как собаку, посадили на цепь и привязали к столбу.

Я лежала на боку на бетонном полу. Стены терялись где-то в полумраке. Высоко под потолком виднелись металлические конструкции – балки, фермы, цепи. Крышу поддерживали мощные колонны двутаврового сечения. Через редкие прорехи в кровле проникал свет, из чего я сделала вывод, что еще день. Пахло сыростью и пылью.

Вокруг царила зловещая тишина, лишь в отдалении слышались голоса.

Чувствовала себя так, словно меня хорошенько избили. Но резкой боли не было, конечности я тоже ощущала. Осторожно попробовала пошевелить руками и ногами… и поняла, что тело оплетали незримые путы – меня связали, как барашка на заклание.

– Где мы? – тихо, стараясь побороть панику, выдохнула я.

Юджин тут же приложила палец к губам, бросила тревожный взгляд в сторону, откуда доносились голоса. Еле слышно проговорила:

– Какой-то завод. Не знаю.

Да, явно какое-то производство. Притом заброшенное.

Оставалось надеяться, что мы все еще в Коломне. С другой стороны, это большой индустриальный город и крупный железнодорожный узел, здесь много заводов и складов, а значит, искать нас могут долго.

На расстоянии вытянутой руки от меня на старых картонках лежал молодой кореец. Глаза закрыты. Его лицо в полумраке казалось неестественно бледным.

– Алекс?.. Что с ним?

– Они не дают ему прийти в себя. Все-таки сильный шаман, – сказала Юджин, а потом добавила с тихой ненавистью: – Боятся.

– Они что-то еще сделали с вами?

Девушка замотала головой.

На душе стало самую чуточку легче.

– Алекс им зачем-то нужен. А я… я все равно ничего не могу.

Наверное, дракон планировал принести шамана в жертву. Или меня. Или нас обоих. Для ритуала нужен человек или существо с даром – некто, у кого можно отобрать здоровье, молодость, способности… и жизнь. Скорее всего, поэтому меня притащили сюда и бросили рядом с другими пленниками. Связали, да, но как серьезную угрозу Фридрих фон Берг меня явно не воспринимал.

– Как мама? – спросила Юджин.

– С ней все хорошо. Только волнуется очень.

Я не встречалась с Марией. Вместе с парой инквизиторов она сидела у себя дома. Швецов рассудил, что напуганная мать ему в штаб-квартире ни к чему. Тем более что спасение близнецов для Инквизиции являлось лишь вспомогательной целью.

Но Юджин, разумеется, обо всем этом я говорить не стала.

– Где Александр Михайлович и… – я запнулась и поправилась: – Где инквизиторы, что были со мной?

Девушка указала куда-то мне за спину.

Я медленно перевернулась на другой бок.

В десятке метров стоял, привязанный к колонне, Александр Михайлович. Голова опущена – похоже, начальник находился без сознания. Удар по автомобилю пришелся со стороны, где он сидел. Но я видела, как Швецова окутало зеленоватое сияние – кажется, сработал один из его многочисленных артефактов. Вряд ли он серьезно пострадал во время аварии. Но я понятия не имела, что было потом.

Рядом со Швецовым на бетонном полу лежало изломанное тело. Темный костюм, светловолосая шевелюра. Лица я не видела, но и без того знала, кто это.

– Давно они так? – облизав пересохшие губы, спросила я. – Вообще, давно мы здесь?

– Не знаю, у меня нет часов. Но, кажется, нет. Ты первая пришла в себя. Старик вроде еще жив, а вот тот второй… не уверена.

– Он жив, – прошептала, а потом повторила: – Он. Должен быть. Жив.

– А?.. – переспросила девушка.

Я не ответила. Смотрела на того, кого два года считала водителем Швецова.

Я прочитала всю информацию о кумихо, которую смогла раздобыть, и знала, что это очень живучие создания. Если Су Хен не погиб при аварии и если его не убил дракон, он должен быть жив.

Слишком много «если».

Зажмурилась и упрямо повторила про себя: «Лис жив. Он не мог так глупо умереть».

Если бы дракон знал, кто угодил в западню, то не бросил бы парня без присмотра.

Если бы Лис умер, то к нему вернулся бы исходный облик. Временами я сомневалась, что видела настоящее лицо Су Хена, но в одном была уверена – он кореец, а значит, точно не блондин.

Значит, он или еще не пришел в себя. Или, как и я, старается не привлекать внимания и пока анализирует ситуацию.

Мы искали Лиса по всему свету, а он… Не зря говорят, что темнее всего под фонарем!

На миг меня обуяла злость. Он снова врал мне! Два года водил за нос!.. Безумно захотелось поговорить с Лисом по душам. Высказать все, что наболело. Но для этого, важно, чтобы он остался жив. Мы все – живы!

А мгновением позже пришло осознание. Он спас меня от Германа и за последние два года не сделал ничего плохого. И вовсе не бросил меня, а все это время был рядом. Ненавязчиво присматривал. Оберегал. В памяти один за другим всплыли несколько мелких эпизодов, которые теперь обрели иное значение.

…Вот он прикрывает меня от брызг проезжающего мимо автомобиля. Его с ног до головы окатывает грязной водой из лужи, на меня же ни капли не попадает…

…Вот он отваживает нетрезвых ребят, которые увязались за мной, когда я поздно вечером возвращаюсь с работы. Я бы с ними справилась, но внезапное появление водителя Швецова избавило от проблем…

…Вот помогает донести тяжелую стопку книг…

…Да что там, он не раз помогал. И был против, чтобы я шла на встречу с драконом…

Почему не узнала Су Хена раньше? Почему не догадалась?

Если задуматься, у Ивана и Су Хена даже рост и телосложение одинаковые. Но я помыслить не могла, что под личиной молчаливого светловолосого славянина все это время скрывался лукавый кореец. Хотя ведь Лис вновь не изменил себе, и даже русское имя выбрал с претензией[2]. Впрочем, чтобы уловить иронию, надо мало-мальски знать корейскую историю…